Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      "Кто-то там наверху меня очень не любит. Мало мне было смерти от зубов Нагайны, выстрела Литлпип при первом знакомстве, взрыва на мине рейдеров, неверно сработавшей отравы, проблем из-за волшебного цветка, так теперь ещё и это. Впрочем, наивно было считать, что могущественное, высокомерное, самовлюблённое существо решит проигнорировать ситуацию, когда его грубо унизили. А никак иначе трактовать захват одной из аликорнов в плен во время побега из Старой Эпплузы эта Богиня не могла", - удивительно, но Снейк почти не волновался, а вместо этого жевал свою порцию яблочного пюре, доставленного из стойла минувшим утром (пришлось, конечно, увеличить объём... но вкус и какая-то питательная ценность сохранились).       - Как ты можешь есть в такой ситуации?! - возмутилась Литлпип, расхаживающая по кухне вперёд-назад с видом, будто бы решалась судьба как минимум всей Эквестрии.       "Впрочем, это утверждение не так уж далеко от истины. Если аликорны начнут штурм, то все наши успехи окажутся слиты в унитаз, погибнет куча пони... и рискует умереть избранная. А это поставит крест на спасении мира и моём будущем", - проглотив очередную ложку угощения, белый земнопони вздохнул.       - С аппетитом, Литлпип, - ответил зельевар на ранее заданный вопрос. - Не вижу причин волноваться о том, на что я не способен повлиять.       - Ты... сдаёшься? - выпучила глаза маленькая единорожка, и даже её чёрная подруга вскинула брови.       - Как-то это на тебя не похоже, - заметила Вельвет, первой вышедшая из ступора. - Мы с тобой знакомы не так уж долго, но за это время я успела понять, что у тебя всегда есть минимум один план.       "И он называется - импровизация", - мысленно съязвил чародей, вместо слов предпоча пожать плечами.       - Но ты не можешь сдаться! - молодая зеленоглазая кобылка подскочила к столу и, встав на задние ноги, попыталась нависнуть над бывшим деканом Слизерина, что у неё не очень-то получилось (а вот требовательный и обвинительный взгляд зелёных глаз подействовал куда лучше, заставив почувствовать себя так, будто по груди резанули чем-то острым). - Мы ведь справились с Сильвером, спасли Вельвет, отстраиваем город... Ты обещал помочь Карамель и обучить меня магии!       Поверхностные мысли Литлпип отчётливо говорили, что она находится на грани срыва, после которого может случиться всё, что только можно вообразить. Она могла как разреветься, что для неё совершенно нехарактерно, так и схватить оружие, чтобы пойти драться с аликорнами Единства... даже если придётся делать это одной. При этом именно на второй вариант бывший директор Хогвартса мог поставить свою ногу.       - Литлпип, кто тебе сказал такую глупость, что я отказываюсь от своих обещаний? - напустив на себя наиболее скептичный вид, иронично выгнул брови Снейк, тщательно играя интонациями голоса.       - Но... - словно наткнувшись на полном ходу на каменную стену, маленькая единорожка смешалась. - Ты ведь сказал, что не собираешься драться. Ты хочешь телепортироваться?       На последних словах мордочка начинающей волшебницы просветлела и даже ушки поднялись выше. Впрочем, зельевар тут же её обломал (как выражались маглорождённые студенты):       - Если я так поступлю, аликорны из принципа сравняют Понивилль с землёй. В конце концов - они поставили нам ультиматум.       - После этого их будут гнать из любого поселения, - заметила Ремеди, подходя к столу поближе. - Поняв, что тебя нет, они...       - А как они поймут, что меня именно нет? - перевёл взгляд на певицу волшебник, краем сознания отметив, что взволнованное выражение на её мордочке смотрится более мило, нежели насквозь фальшивая улыбка для публики. - Они решат проверить, а если не найдут желаемое - заберут что-то другое. Ты готова рискнуть спасёнными жеребятами... и жителями стойла? Не говоря уже о тех, кто поверили нам и пришли в город из окрестных деревень.       - Но... что ты собираешься делать? - нахмурилась младшая кобылка, стараясь придумать выход из ситуации, в то время как отведённый срок истёк уже на восемь минут.       - То, что должен: обеспечу Понивиллю безопасность, а затем... скроюсь от Единства, - белый земнопони решительно встал на все четыре ноги и криво ухмыльнулся. - Ты ведь не считаешь, что какие-то недоучки, владеющие парой фокусов, сумеют меня удержать?       - Это рискованно, - заявила чёрная единорожка, заставив подавить инстинктивное желание закатить глаза и произнести что-нибудь вроде "Один Балл Гриффиндору, за констатацию очевидного". - Кроме того, аликорны могут решить, что ты вернулся сюда.       "А вот это уже звучит лучше", - одобрительно кивнул собеседнице бывший декан Слизерина.       - По этой причине я сюда не вернусь, - ответил он, тут же прерывая возможный возглас ученицы, прижав своё копыто к её губам. - Литлпип, мы всё равно не собирались оставаться здесь навсегда. Некоторое время мне придётся побегать от Единства, потом я сообщу о месте, где мы сможем встретиться: возможно, к тому моменту моя внешность изменится.       - Ваше время вышло! - донеслось сквозь стены усиленное магией эхо множества голосов. - Отдайте нам Снейка...       - Я выхожу, - приложив копыто к медальону, усилил голос жеребец, умудрившись сделать так, чтобы слова пронеслись сквозь стены не приглушаясь, после чего вернулся к подопечной. - Литлпип, в подвале находится мой оживлённый портрет. Он владеет знаниями по магии, которыми поделится с тобой. Однако же ты должна задавать ему правильные вопросы, так как сам он инициативу не проявит. Я полагаюсь на то, что ты сможешь воплотить хотя бы часть наших задумок с его помощью. Ну а ещё... обратите внимание на стойло рядом с Новой Эпплузой: ресурсы из него помогут всем.       - Я... - маленькая единорожка сглотнула, мотнула головой, нахмурилась и посмотрела на наставника решительным взглядом, наклонив уши вперёд. - Я тебя не подведу, Снейк. Мы всё сделаем... Только не пропадай. Хорошо?       - Даю слово, - ответил чародей со всей серьёзностью, затем протянул ногу и растрепал подопечной гриву, на что та издала невнятный возмущённый возглас, но не стала отстраняться. - Вельвет, в твоё благоразумие я не верю, но всё же...       - Я присмотрю за Литлпип, - улыбнулась чёрная единорожка.       - Вообще-то я хотел попросить не втягивать её в неприятности, - с иронией ответил белый земнопони. - Но может быть ответственность за кого-то - это то, чего тебе не хватает.       - Хам, - демонстративно насупилась Ремеди, но тут же перестала кривляться и, едва собеседник отстранился от ученицы, подалась вперёд крепко его обняв. - Спасибо за всё, Снейк. Ты - настоящий герой.       "Вот уж чего в жизни не хотел", - пронеслось на грани сознания, в то время как сам бывший декан Слизерина, не без колебаний, слегка приобнял певицу в ответ.       - Мы теряем терпение! - прозвучал хор голосов Единства, заставивший отстраниться от старшей единорожки, затем бросить взгляд на младшую, неловко переминающуюся с копыта на копыто, после чего направиться к выходу. - Считаем до десяти...       - Ещё слово и вместо меня вы получите горстку пепла, - приложив копыто к медальону, вновь использовал переговорное заклинание Снейк. - Я уже иду.       В большом зале бывшей библиотеки, превратившейся в штаб и подобие ратуши Понивилля, сбившись в кучку стояли несколько кобыл с Лимон во главе. У самой двери же стояла Дидзи Ду, облачённая в трансфигурированные для неё доспехи, с закреплёнными на боках ружьями.       - Я пойду с тобой, - заявила пегаска-гуль тоном, не терпящим никаких возражений.       - Не нужно, - ответил бывший директор Хогвартса.       - А я не спрашиваю, - парировала летунья. - Я слишком долго жила и видела как умирают или пропадают хорошие пони. Многие из них были моими друзьями. И я не собираюсь стоять в стороне, пока ещё один мой друг идёт на верную гибель из-за того, что этого захотела кучка истеричных кобыл с высоким самомнением.       - Это очень мило и вообще... Остолбеней, - заклинание, пущенное буквально в упор не позволило пегаске отреагировать, заставив её замереть в воинственной позе. - В помощи я не нуждаюсь.       "Напарник будет меня только задерживать", - мысленно добавил белый земнопони, бросая взгляд на экран пип-бака, чтобы убедиться в том простом факте, что метка крылатой гуля осталась зелёной.       Более никто не произнёс ни слова, как и не попытался встать у чародея на пути. Благодаря этому вскоре он вышел из "Золотого Дуба" и оказался под тёмным ночным небом Пустоши. Впрочем, расположенных тут и там источников света, начиная от небольших костров, где сжигали обрезки дерева и ветки, заканчивая вполне технологичными лампами хватало, чтобы разгонять тьму вокруг отстроенной части городка.       "Пони забились в новые дома и дрожат от страха, сжимают в копытах оружие, ну или же последними словами проходятся по тем, из-за кого здесь оказались. Хотя, наверное, к окнам сейчас приковано немало взглядов", - насколько знал бывший директор Хогвартса, Каламити должен был находиться на балконе со своей пушкой, готовясь встретить противника первым (в чём не было особого смысла из-за магических щитов аликорнов).       Пять крылато-рогатых кобыл Единства кружили под облаками, ещё по пять "сестёр" окружали сам Понивилль с восьми направлений света, что доводило их количество до сорока пяти. И это были лишь те, кого удалось обнаружить при помощи магии и пип-баков, тогда как в отдалении могло находиться подкрепление, способное прибыть за несколько минут благодаря наличию крыльев.       "Будто бы подкрепление им, вообще, понадобится", - промелькнуло в голове Снейка, знания коего о Единстве позволяли понять, что такое количество аликорнов может пройти всё поселение насквозь прогулочным шагом, рассматривая попытки достать их как праздничный салют (авада, конечно, могла изменить расклад, но использовать её со скоростью магловского пулемёта, одновременно прикрываясь щитами, не был способен даже Волдеморт).       Стоило вспомнить термины, коими волшебники называли простых пони, как в голове вновь что-то зачесалось. В конце концов даже земнопони владели хотя бы контактным телекинезом, что говорило о наличии в них магии, но почему тогда их не обучали вместе со студентами Хогвартса?       "Дурацкий цветок. Как он может создавать подобный беспорядок в голове у опытного окклюмента?", - раздражение на себя, всю эту ситуацию, а до кучи ещё и Поттера, который виноват во всём в принципе, помогло собраться с мыслями и окончательно составить план.       Вообще, если посмотреть на ситуацию со стороны, то разделение Снейка и Литлпип могло пойти второй на пользу: всё же своим учительским авторитетом и опекой, он загонял избранную на задний план (раз уж даже собрание городского самоуправления требовало его участия). В таких условиях она могла расти, учиться, становиться сильнее, но вряд ли в сколь-нибудь ближнем будущем заслужила титул спасительницы мира. Ведь даже Гарри Поттер, коего ночью упоминать тревожно, с самого первого курса проходил едва ли не школу молодого героя под чутким, но ненавязчивым приглядом.       "Не знаю уж, насколько хорошо у Дамблдора удалось воспитать избранного, но хотя бы умение принимать решения в критической ситуации он ему привил. Ещё бы критического мышления добавил, но - мир не совершенен. Да и лидерские качества, пусть не ахти какие, у сына Лили появились не сами по себе", - зельевар понимал, что занимается откровенным самообманом, стараясь найти положительные стороны в откровенно плохом положении, но это вселяло хотя бы немного уверенности.       Литлпип была уже не той доверчивой и беззащитной кобылкой, которую он встретил на мосту, да и теперь она оставалась не одна: Дидзи (явно злая за выходку чародея), Вельвет, а возможно и Каламити, с которым не всё было очевидно, не бросят её без помощи. Знания, пусть не так хорошо как настоящий учитель, да и не все из-за риска пострадать во время освоения, сможет передать и портрет... сделанный удивительно вовремя.       "Неужели у меня прорезался дар провидца?", - вспомнив предсказательницу в стрекозиных очках бывший декан Слизерина скривился, словно бы наяву почувствовав запах дурманящих трав и алкоголя.       Очередной взгляд на пип-бак дал понять, что аликорны сдвинулись со своих мест: патрульная группа снизилась, а семь пятёрок начали сжимать кольцо вокруг жеребца, в то время как последняя команда медленно двигалась навстречу. Соблазн исчезнуть у них из-под носа прямо сейчас, применив аппарацию хотя бы на полянку с цветами, имеющими дурное чувство юмора был силён, но его удалось задавить напоминанием последствий.       "Обозлённые аликорны вряд ли оставят Понивилль целым. Настолько целым, насколько он выглядит сейчас", - неприятно было понимать, что этого получилось бы избежать, если бы вместо всего остального он бросил силы на укрепление защиты и усиление маскировки, но тогда само строительство рисковало вовсе не начаться.       Можно ли было доверять Единству? Снейк затруднялся дать однозначный ответ. Всё же он слишком плохо знал это существо, зовущее себя Богиней. Однако факты говорили за себя: по крайней мере пока, аликорны старались не нарушать данные ими же обещания, когда их могли обвинить в обратном. Это позволяло сохранять нейтралитет... или умеренную вражду с другими фракциями Пустоши, что облегчало исполнение собственных планов в разных её уголках.       - Нас радует, что ты внял голосу разума, - объявила синяя аликорница, вышагивающая в центре группы, где справа и слева её прикрывали фиолетовые кобылы, а на самых краях находились зелёные.       - Постараюсь запомнить твоё имя, - одарил крылато-рогатую пони ядовитой улыбкой зельевар. - Или же тут был кто-то ещё?       - Дерзкий, - хмыкнула левая из фиолетовых кобыл.       - Наглый, - припечатала правая из зелёных.       - Ты отправишься с нами и ответишь за свои действия перед Матерью, - завершила обмен репликами первая собеседница, а после короткой паузы приказала: - Раздевайся.       - Я предпочитаю делать это в интимных условиях и с теми кобылами, которым доверяю, - даже бровью не повёл бывший директор Хогвартса, концентрируя в себе магию на случай, если его попытаются атаковать (тогда, он сможет не нарушая никаких договорённостей, пусть даже устных, начать убегать и увести за собой погоню).       - Что ты несёшь? - вскинула брови левая зелёная аликорница.       - Вы можете быть разносчиками заразы, а мне не хочется лечиться от срамных болезней, - объяснил белый земнопони, чем вызвал секундный ступор, а затем и вспышку злости.       - Ты - грязное, похотливое животное, - зашипела правая зелёная аликорница.       - Не я при первой встрече требую от собеседника раздеться, - невозмутимо заявил жеребец, затем прищурился и добавил: - Впрочем, вам и снимать-то нечего. Уже подготовились?       - Стоять, - чуть громче уронила единственное слово синяя обладательница рога и крыльев, и после этого готовые вспыхнуть спутницы резко успокоились. - Глупая попытка, Снейк. Ты нужен Матери и мы тебя доставим. В твоей одежде могут находиться устройства и предметы, способные навредить нам и помочь тебе сбежать. Потому - раздевайся и сложи вещи в одну кучу, после чего мы тебя проверим и отправимся в наш дом.       - Никогда бы не подумал, что так много кобыл явятся за мной, чтобы меня раздеть и отвести к себе в гости, - насмешливо заметил белый земнопони.       - Не льсти себе, - посоветовала сиреневая обладательница рога и крыльев. - Если бы ты не встал у нас на пути и не заинтересовал Мать, на тебя наше внимание обратилось бы в последнюю очередь.       В дальнейших препирательствах смысла не было, а потому волшебник послушно скинул мантию, снял с шеи медальон, а затем, под взглядом пяти пар изучающих глаз избавился и от пип-бака (что было сложнее всего, так как пришлось использовать магию). Облачённый лишь в собственную шерсть, он встал перед представительницами Единства, чувствуя на себе гораздо больше взглядов, источники коих находились буквально со всех сторон.       Волна чужого телекинетического поля прошлась по шёрстке, буквально вычёсывая её, подтверждая правильность отказа от попытки спрятать какой-нибудь артефакт под невидимостью. Впрочем, беззащитным это его вовсе не делало, о чём оповещать других пока что не следовало.       - Чист, - констатировала сиреневая кобыла справа от центра.       - Я слежу за своей гигиеной, - констатировал Снейк, подавляя рефлекторное желание передёрнуться от ощущения чужой магии на своём теле (всё же в последние годы, как и большую часть жизни, это редко сопровождалось чем-то хорошим).       "Почему меня так сильно задело то, что я был подвешен магией вниз головой в коридоре Хогвартса?", - наткнувшись на очередную странность в своей памяти, волшебник усилием воли отогнал несвоевременную мысль.       - Хорошо, - синяя пони выступила вперёд, развернулась к чародею боком и легла на землю, коротко приказав: - Залезай.       - Прямо тут? У всех на глазах? - притворно ужаснулся бывший декан Слизерина, сделав ещё одну попытку разозлить собеседницу достаточно, чтобы она напала первой, пусть и понимал то, что звучит это откровенно слабо.       - Предпочтёшь, чтобы тебя оглушили? - уточнила собеседница тоном, будто всерьёз рассматривала эту возможность, во что бывший директор Хогвартса охотно верил.       Несколько мгновений Снейк колебался, оценивая свой шанс успеть ускользнуть из-под атаки аликорнов, а затем увести их из города. Однако же в итоге принял иное решение, молча подошёл к крылато-рогатой кобыле и устроился у неё на спине, передними ногами обхватив шею, а задними сжав бока. Аликорница же на это только хмыкнула, затем легко поднялась на копыта, будто бы вовсе не ощущала дополнительного веса, а после подпрыгнула и взмахнула крыльями, почти мгновенно возносясь на десяток метров.       Жеребец почувствовал напряжение мышц под довольно мягкой пушистой шёрсткой, ощутил как из-за взлёта желудок попытался ухнуть куда-то вниз, но привычным усилием был остановлен и возвращён на привычное место. Память подкинула воспоминания о полётах на метле и какие-то размытые образы полёта на фестрале... перепончатокрылом пони.       "Я летал на бэтпони? Зачем? Почему он согласился? Как смог меня унести?", - новые вопросы заскреблись в черепную коробку изнутри, заставляя морщиться и хмуриться, что было воспринято сопровождающими кобылами как боязнь высоты, о чём они не замедлили сообщить своему пленнику.       Спорить с выводами конвоиров Снейк не стал, предпочтя создать у них неправильное впечатление, вместо этого принялся подавлять появляющиеся в голове ассоциации, слишком сильно путающие сознание. Сейчас ему нужна была вся возможная концентрация, чтобы исполнить свой замысел, при этом не превратившись в лепёшку, не поджарившись на молниях, не лишившись собственного я (последнее могло произойти при встрече с некой Матерью, на что намекали поверхностные мысли собеседниц во время переговоров).       Позади было тихо, интуиция тоже молчала, так что с высокой вероятностью можно было говорить, что Понивилль не превратился в место сражения... или бойни. К сожалению из-за темноты и высоты понять направление, в котором полетели аликорны не получалось, а потому план бегства превращался в одну сплошную авантюру, требующую не только сохранить жизнь, но и не дать противникам слишком быстро потерять себя из виду.       "А когда было легко?", - сам у себя спросил зельевар, из-за чего в его груди вспыхнул странный огонёк азарта и предвкушения.