Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      - Здрасте, - едва открылась дверь новенького домика, Дидзи помахала копытцем и улыбнулась настороженному земнопони. - Утром перед деревом-библиотекой-ратушей произойдёт общее собрание Понивилля, на котором будут даны объяснения недавних событий и описаны дальнейшие планы развития. После вступительной речи и объявлений, которые не займут много времени, вы сможете задать вопросы, а потом поучаствовать в фуршете...       - Здрасте, - едва после стука в дверь очередного дома створка приоткрылась и на улицу выглянула недовольная и настороженная кобылка, Ду дружелюбно помохала копытцем. - Утром перед деревом-библиотекой-ратушей...       - Здрасте, - пегаска-гуль улыбнулась очередному переселенцу, всем видом излучая безобидную доброжелательность, что с её внешностью пусть и было непросто, но всё же осуществимо... благодаря двум векам практики.       Она обошла дом за домом, палатку за палаткой, перехватила нескольких наёмников и сообщила о срочном собрании для всех членов охраны. Несмотря на то, что на душе скребли кошки, в голове роились невесёлые мысли, а единственным желанием было лечь и накрыть голову крыльями... Дидзи продолжала демонстрировать уверенность, легкомысленность, дружелюбие. Ведь именно этого от неё хотели другие.       "Скольких ещё друзей я потеряю?", - задавалась вопросом Ду, что за своё существование видела самых разных разумных, от настоящих героев и до обезумевших маньяков.       ...Пожалуй, ей было легче чем Литлпип, несмотря на благодарность к Снейку и возлагаемые на него надежды: белый земнопони, невзирая на всю необычность его знаний, умений и поведения был не первым пони, который жертвовал собой, чтобы защитить её и других. В глубине души она знала, что переживёт его, похоронит, а затем и увидит как стареют внуки старого друга, в то время как её собственное извращённое бессмертие вынудит продолжить существовать.       "Я ведь догадывалась, что он не позволит пойти с собой... Догадывалась же? И вместо того, чтобы последовать за ним тайно, поступила... так глупо", - в душе всколыхнулась волна вины и стыда, но пегаска-гуль задавила её в самом зародыше, не позволяя негативным эмоциям начать преобладать в своей душе.       ...Она правда хотела пойти со Снейком и, возможно, закончить своё существование достойно, а не в виде безумного монстра бросающегося на живых с голодным рычанием. Однако же белый пони решил иначе, оставив летунью в безопасности и уюте, насколько эти понятия вообще возможны в нынешней Пустоши.       Теперь, когда Снейк исчез, Понивиллю требовалась новая опора. Дидзи хотела верить, что они ещё не раз встретятся с волшебником, чтобы она могла отплатить за помощь и проявленную доброту, но в то же время не собиралась уповать на чудо. Лучшее, что можно было сделать для жеребца в нынешнем их положении - это не позволить разрушиться тому, что строилось с его помощью... и вряд ли во всём мире имелось более десятка тех, кто имели бы в этом больше опыта чем Ду.       "Пожалуй, только из-за таких пони как ты, Снейк, я всё ещё не потеряла веру в Эквестрию. Ту, настоящую Эквестрию, где пони были добры друг к другу, с готовностью протягивали копыто помощи, давали шанс существам, вызывающим страх и отвращение", - эти мысли вызвали на мордочке летуньи грустную улыбку, которую она тут же поспешила спрятать от возможных наблюдателей.       ...Изначально Снейк относился к ней предвзято: опасался и был готов уничтожить при первом признаке угрозы. Это было неприятно, но знакомо, а потому Дидзи даже не расстроилась. Однако, стоило им познакомиться чуть получше, как отношение жеребца к Ду изменилось едва ли не полностью. И пусть любви между ними не вспыхнуло (и слава Селестии, а то кобылка могла бы этого и не выдержать), но уважение и некоторая забота грели душу.       "Мы справимся, Снейк: Понивилль снова будет полон жизни, а также станет убежищем для жаждущих покоя пони. Вот увидишь - всё это не было напрасно", - мысленно пообещала пегаска-гуль, готовясь вновь запрячься в тяжёлую и часто неблагодарную работу.       ...       Перекаченные магией отпирающие чары открыли Литлпип путь в подвал, куда она вошла с некоторой робостью, ощущая неприятное послевкусие не столь уж и давних событий. Впрочем, с мандражом она справилась достаточно быстро, зло стиснув зубы и включив освещение.       С момента предыдущего её визита сюда почти ничего не изменилось, лишь добавилась пара незначительных мелочей, которые в иной обстановке и вовсе ускользнули бы от внимания. Одной из таких вещей была прямоугольная деревяшка, установленная на небольшом столике, с поверхности которой в комнату смотрело застывшее изображение белого жеребца, похожее на очень качественную фотографию.       Оказавшись внизу, на всякий случай начинающая волшебница осмотрела всю лабораторию, обустроенную её наставником, а затем вернулась к так и не пошевелившемуся портрету. Ничего такого уж волшебного в этом предмете она не видела (изначально воображение рисовало нечто вроде планшета с двигающейся картинкой и маленькими динамиками), а потому в душе начали зарождаться сомнения и подозрение, что Снейк соврал...       "Глупости. Зачем бы это ему делать?", - сама себя осадила кобылка, хмурым взглядом буравя картину.       - М... Мне нужно поговорить, - чувствуя себя несколько глупо, всё же нарушила молчание молодая пони.       - Говорите, мисс Литлпип, - произнесла картина пошевелив губами, но при этом так и не сменив своего положения. - Я бы ушёл, чтобы вам не мешать, но идти мне некуда.       "Это точно Снейк", - с некоторым облегчением подумала пони, настроение которой немного приподнялось.       - Мне нужно поговорить с тобой, - пояснила очевидное Литлпип, сделав ещё один шаг ближе к картине. - Ты ведь знаешь, что произошло наверху?       - Поясню, чтобы не было недопонимания в будущем: я - не Снейк, а только его портрет, - повернув голову так, чтобы смотреть точно на компактную единорожку, тяжело роняя слова объявил рисунок. - У меня нет связи с создателем, как и многих его воспоминаний. Так что - не советую ждать от меня мудрых рекомендаций в стиле древнего и умудрённого сединами волшебника. И я слышал, что наверху произошло нечто... неприятное, но подробности мне не известны.       ...Поднявшееся было настроение вновь упало, став мрачным и решительным. В душе вспыхнула слабая, но постепенно разгорающаяся злость, направленная на аликорнов, которые решили всё испортить именно тогда, когда казалось что всё хорошо; на белого жеребца, не сумевшего придумать более удачный выход; на саму себя, что не способна защитить своего первого настоящего друга. А ведь если Единство пришло раз, чтобы потребовать выдать кого-то, ничто не помешает этим фальшивым принцессам заявиться вновь, но уже за ней самой, а то и Вельвет...       - В Понивилль прилетели аликорны, которые потребовали отдать им тебя... то есть Снейка... - коротко, но информативно описав картине всю ситуацию, в которой они оказались, начинающая волшебница замолчала и стала переводить дыхание. - Мне нужен совет.       - Учитесь, мисс Литлпип, - изрёк нарисованный жеребец с невозмутимым видом.       - Что? - не поняла кобылка, сбитая этим заявлением с толку.       - Вам нужен был совет? Я его дал, - пожал плечами собеседник, от чего пони пришлось подавлять новую вспышку злости. - Это универсальный совет для любого волшебника в любой ситуации. Уж поверьте опыту вашего учителя - он этим занимался долго.       "Но ему это не сильно помогло", - хотела огрызнуться Литлпип, раздражающаяся от одного только голоса, звучащего слишком холодно, надменно... совершенно не так, как должен был.       - Почему ты так ко мне обращаешься? - переступив передними ногами, спросила компактная единорожка. - Мы же...       - Я - не Снейк, - припечатал рисунок, от чего ушки кобылки прижались к голове. - И я не собираюсь притворяться им, создавая в вашем межушном пространстве ложное впечатление.       "У твоего портрета ещё более дурной характер чем у тебя", - мысленно пожаловалась воображаемому белому земнопони компактная единорожка.       Прикрыв глаза, вдохнув и выдохнув для успокоения, пони снова разлепила веки и посмотрела на собеседника. В ответ на неё немигающим взглядом взирало плоское изображение друга, с холодными и совершенно чужими чёрными глазами, похожими на две стекляшки.       ...Изливать душу этому рисунку абсолютно не хотелось, но вот получить помощь в том, что сейчас требовалось особенно сильно было больше негде. Обидеться же и уйти она себе позволить не могла, ощущая ответственность за доверившихся им пони, а также чувство долга перед настоящим Снейком.       - И чему я должна учиться на твой взгляд? - прозвучал вопрос кобылки тоном, в коем ощутимо поубавилось теплоты (на грани сознания даже промелькнула мысль, что было бы гораздо лучше, если бы портрет имел чью-нибудь чужую внешность).       - В первую очередь - рунам и заклинаниям, - ответил не Снейк. - План вашего обучения, мисс Литлпип, был составлен ещё моим создателем. Я же не вижу причин от него отклоняться.       - А я - вижу, - огрызнулась пони, досадливо хлестнув хвостом, но тут же постаралась успокоиться, из-за чего стала расхаживать перед картиной из стороны в сторону. - Раньше Снейк был рядом и мог меня подстраховать; раньше Понивилль получал ремонт инструментов, оружия, умножение еды от Снейка... без которого всё это придётся делать кому-то другому. Как думаешь - кому? У нас ведь так много волшебников!       - Ну, во всяком случае использовать сарказм вы научились, пусть и на начальном уровне, - съязвил собеседник, заставив Литлпип стиснуть зубы, подавляя желание лягнуть наглую деревяшку. - И чего вы хотите от меня?       - Я должна научиться нескольким заклинаниям к утру, - буркнула компактная единорожка останавливаясь. - Я должна стать достаточно сильной, чтобы сегодняшняя ситуация больше не повторилась. И... я хочу спасти Снейка.       "Если он не даст знать, что с ним всё в порядке в ближайшие сутки...", - что именно она сделает в этом случае начинающая волшебница ещё не придумала, но и сидеть на крупе ровно сложа копыта не собиралась (пусть даже в прошлый раз из-за её желания помочь всё стало только сложнее).       - Должны же быть способы обойти все эти... долгие тренировки? - спросила у рисунка кобылка, очень надеясь на положительный ответ.       - Способы получить могущество здесь и сейчас есть, - согласно кивнул портрет, прикрыл глаза и следующими своими словами растоптал едва проклюнувшуюся надежду: - Вы можете стать одержимой призраком могущественного мага, что даст доступ к силе, знаниям, опыту, но превратит вас в гниющий заживо труп, на фоне которого мисс Ду будет казаться полной жизни здоровой пони. Вы можете подселить в своё тело осколок чужой души, который будет нести в себе лишь часть знаний и личности владельца, из-за чего ваш собственный разум непоправимо пострадает, желания исказятся, а затем наступит сумасшествие. Вы можете найти могущественный артефакт, большинство из которых так или иначе прокляты своими прежними владельцами, чтобы попытавшиеся присвоить их себе воры жестоко поплатились за свою алчность. Вы можете воспользоваться помощью могущественного мага разума, который запишет прямо в вашу голову уйму заклинаний, передаст своё понимание магии, ну и, с высокой долей вероятности, оставит множество закладок на подчинение... Мне продолжать?       - Нет, - хмуро ответила Литлпип, досадливо дёрнув левым ухом. - Я уже поняла, что короткого и безопасного пути к силе нет.       - От чего же? - удивлённо вскинул брови собеседник, заставив компактную единорожку насторожиться, но вместе с тем и навострить ушки. - В вашем случае я вижу кое-какой вариант, что может сократить хотя бы часть обучения. Это, конечно, не профессионально с точки зрения учителя, так как напоминает забивание гвоздей микроскопом... и одновременно работу по складыванию мозаики при помощи строительного подъёмника...       - Не тяни, - перебила собеседника кобылка, шагнув ближе к портрету. - У меня совершенно нет ни времени, ни желания для того, чтобы слушать твои метафоры.       ...Молодая пони так и не заметила удовлетворённого взгляда, промелькнувшего на морде нарисованного жеребца, успешно добившегося восприятия себя как отдельной от Снейка личности во время первого же разговора. Впрочем, свою мимику он контролировал не хуже чем его оригинал, а потому спустя миг на подопечную смотрел всё тот же высокомерный тип.       - Трансфигурация - это не самая сильная моя сторона, но кое-какими знаниями я владею, - голос не Снейка звучал ровно и уверенно. - Там, откуда пришёл твой учитель, волшебники... довольно слабы в основной своей массе. Из-за этого они придумывают сложные чары, предназначенные для облегчения нагрузки на самих себя. Ты уже могла это оценить сравнивая телекинез и чары левитации предметов. Первый способ более универсален и гибок, второй же требует меньше затрат и контроля на поддержание.       - К чему ты ведёшь? - нахмурилась начинающая волшебница, но тут её глаза распахнулись во всю ширь. - Хочешь сказать, что есть более общие заклинания, которые заменяют группы специализированных? Но почему ими не пользуются все?       - Я не успеваю радоваться вашей сообразительности, как вы тут же доказываете свою абсолютную невнимательность, - изрёк рисунок. - Поясняю: эти заклинания затратны в плане разового выплеска магии, а также требовательны к концентрации и фантазии волшебника. Однако же, если силы много, как у вас, мисс Литлпип, а задачи простые, то легче выучить несколько формул на все случаи жизни. Превращение неживого в неживое - самые основы трансфигурации. Живое в неживое - чуть сложнее, но за счёт грубой силы можно справиться. Неживое в живое... пока что не нужно. Живое в живое вы превращать будете не раньше чем через пару лет, да и то лишь доказав, что освоили остальное. Подводя итоги я хочу сказать, что именно в трансфигурации вы сможете добиться наибольших успехов, чтобы "получить силу быстро". Но даже для этого придётся постоянно практиковаться и развивать свой разум специальными упражнениями.       - Может быть вариант с одержимостью не так плох? - попыталась пошутить пони, но под уничижительным взглядом картинки почувствовала себя глупым жеребёнком, что сперва вызвало смущение, а затем и вспышку злости. - Хорошо. Завтра же начнём усиленные тренировки. Сегодня мне нужно подготовиться к выступлению перед толпой пони, чтобы они не разбежались из-за кучки высокомерных кобыл. Хм... А мы можем сделать артефакт, который раздувал бы еду?..       ...       "Пять килограмм яблок - есть; десять литров сладкой воды с лимонным концентратом - есть; семь буханок хлеба - есть; три банки ореховой пасты - есть...", - отмечая пункты в списке на пип-баке, Лимон чувствовала себя так, будто бы спала... а сон грозил либо прерваться пинком по рёбрам от одного из бандитов Сильвера, или же превратиться в кошмар страшнее реальности (хотя последнее и казалось невозможным).       Ещё недавно она была безвольной рабыней, единственная перспектива коей состояла в том, чтобы прожить чуть-чуть подольше, при этом постаравшись избежать издевательств... даже если для этого придётся смотреть за чужими страданиями. Сейчас же к ней обращались с уважением те, кто когда-то отдали её налётчикам, явно опасаясь мести за предательство, а также многие другие переселенцы из окрестных деревень. Впрочем, мстить она не собиралась: пусть обида никуда и не делась, но внезапно обнаружившаяся гордость и понимание, что за злоупотребление своим положением можно легко всего лишиться удерживали от опрометчивых поступков.       "Я вас не знаю; вы меня не знаете", - так она заявила одному из когда-то знакомых пони, подошедшему с "серьёзным разговором".       ...Лимон хотела бы считать себя особенной, но жизнь разбила её розовые очки копытами Сильвера и других головорезов-насильников. Единственное, чем она отличалась от других спасённых рабынь - это так и не выбитые до конца амбиции, ну и стержень в душе, едва не сломавшийся в последний день плена. А потому даже сейчас, когда к её копытам могли "прилипнуть" некоторые припасы и иные ценности, земнопони старалась работать максимально честно и эффективно.       Помогать вести учёт переселенцев? Да. Распределять вещи между новыми жителями Понивилля? Разумеется. Собирать и распространять слухи, полезные для благодетелей? Нет проблем. Организовать массовое мероприятие, чтобы уменьшить волнения среди горожан? Сию минуту...       Пожалуй, если бы тот же Снейк, ну или его ученица, явно не без интереса посматривающая на кобыл попросили её лечь с ними в постель, она бы не колебалась с ответом. Впрочем, делать этого не приходилось, что и радовало бывшую невольницу, и немного огорчало пони, после лечения и качественного ухода за собой выглядящую весьма привлекательно. К счастью, думать о разных глупостях у неё не было много времени, так как наваливающаяся работа не заканчивалась ни днём, ни ночью, заставляя поражаться собственным старательности и энтузиазму.       ...Лимон была тщеславна: сама мысль, что она прикладывает копыта к созданию-возрождению целого города, который станет центром торговли, культуры, а может быть и власти на Пустоши тешила самолюбие. Ещё недавно ей казалось, что жизнь в уюте и безопасности стойла - это мечта, лучше коей не может быть ничего во всём мире, но уже сейчас, словно лягушка из колодца, которая внезапно увидела огромный мир на поверхности, кобылка стремилась к чему-то большему.       "Вкусно есть, спать в тепле и чистоте, выполнять несложную работу и общаться с другими пони изо дня в день... Как же сильно меняются мечты пони в зависимости от обстоятельств. Старая я продала бы душу за это, ну а нынешняя готова положить жизнь, чтобы не стать этой посредственностью", - покачав головой, кобылка накрыла столики белой тканью и начала отдавать команды своим (!) подчинённым, которые должны будут вынести угощения на улицу в тот момент когда Вельвет завершит песню.       ...Появление аликорнов Единства и уход Снейка, решившего пожертвовать собой ради сохранения города стали для бывшей рабыни ударом не слабее, а то и сильнее того, который почувствовали Литлпип, Ремеди, Дидзи Ду. В конце концов она понимала, что именно на спине этого жеребца план по восстановлению Понивилля вообще смог сдвинуться с места, так как даже пегаска-гуль не стала бы ничего делать без направляющего толчка... А ещё он дал надежду на обретение настоящей магии, не уступающей, а то и превосходящей единорогов, сама мысль о чём пьянила не хуже самого крепкого пойла, что гнали бандиты.       "Проклятые аликорны; проклятое Единство; проклятая срань! Какого хуфа они припёрлись? Почему, когда в моей жизни наконец-то всё наладилось, какие-то мутанты-фанатики решили всё разрушить?!", - эти мысли то и дело всплывали в голове Лимон, заставляя раз за разом загонять их подальше в самые тёмные уголки разума, одновременно с тем убеждая себя в том, что всё не так уж плохо.       У них остались Литлпип, которая спасла её из личного Тартара; стойло, способное снабжать город продуктами, инструментами, вещами первой необходимости; охрана из наёмников и добровольцев, которые отобьются в случае нападения работорговцев; пегаска-гуль, обладающая полезными знакомствами по всей Пустоши; талантливая певица, организовавшая бесплатный (!) госпиталь. Если повезёт, то уроки по магии продолжатся, а сама бывшая рабыня получит амулет, чтобы применять заклинания. Если же повезёт очень сильно, то Снейк вернётся и тогда всё станет просто чудесно.       Главное сейчас - не дать всему развалиться из-за страха и глупости, которые слишком часто идут нога в ногу. Ни в коем случае нельзя показывать подчинённым, что она тоже боится самого худшего, да и старшие подруги должны видеть, что им есть на кого опереться, чтобы не отвлекаться на бытовые вопросы.       ...Сейчас от того, как эффективно будет действовать Лимон зависело не просто её место в зарождающемся городе, на которое претендовали изнеженные кобылки из стойла и фермерские дочки, жаждущие удобно уместить свои крупы, а само будущее Понивилля. А потому жалость к себе и страх следовало придержать на более подходящее время, когда они уже не будут влиять на важные события.