Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      Группа аликорнов летела к мрачному городу, над которым поднимались столбы чёрного дыма: для Пустоши этот вид был довольно удивительным, так как от промышленности Эквестрии, которая двести лет назад поглощала всевозможные ресурсы словно ненасытная бездна остались только жалкие крошки, в большинстве своём контролируемые Стальными Рейнджерами. Тем печальнее было осознавать, что одно из немногих мест где происходит хоть какое-то движение в сторону восстановления технологий, с самого начала и по сей день стоит на труде и страданиях невольников...       Ощущение полёта, обеспечиваемого почти собственными крыльями и магией пьянили разум: пусть в прошлой жизни ему и доводилось летать на метле, а также при помощи специальных чар, это не шло ни в какое сравнение с тем, как ветер буквально ласкался к оперению, мягко обтекая понячье тело. Вероятно, что эффект усиливался ещё и природой магического существа, но всё же следовало признать, что получаемое удовольствие компенсировало многие недостатки. На грани сознания даже возникло сожаление, что скорое прибытие на базу лидера одной из самых значительных сил в Пустоши вынудит прервать процесс свободного скольжения в сотнях метров над землёй.       ...На самом деле Северус не считал Красного Глаза злом во плоти, а в некоторой степени даже признавал его заслуги, пусть и не одобрял методы. С другой стороны не человеку, добровольно принявшему рабское клеймо от волшебника, всерьёз рассуждающего о чистоте магической крови, месте маглов в новом мировом порядке и тому подобных вещах судить кого-либо... не зная его мотивов достоверно. И пусть тогда Снейп был обиженным всеми юнцом, амбиции и тщеславие которого подогревались компанией высокомерных аристократов, у этого пони тоже могла быть своя тяжёлая история, толкнувшая его на нынешний путь.       "Кем бы я сам был, если бы не Лили? Ведь именно из-за моих чувств к ней идеи Волдеморта до конца так и не въелись мне в душу. А ведь все предпосылки для этого были: и отец из маглов, издевающийся над матерью, и покровители, твердящие о величии волшебников, которому не позволяют раскрыться только трусливые и глупые министерские чиновники... А после смерти Лили и временного исчезновения Волдеморта, от места рядом с участниками внутреннего круга Пожирателей Смерти меня спас Дамблдор", - чтобы не выдать свои мысли и эмоции другим членам Единства, с постоянным присутствием которых где-то рядом теперь приходилось мириться, зельевар отгораживался сильнейшими своими ментальными барьерами, пусть это и разжигало интерес у некоторых новых знакомых (Гештальт и Мозаика, то ли для изучения, то ли из спортивного интереса пытались обойти защиту разума, при этом даже не скрывая своих намерений).       Возвращаясь к Красному Глазу, построившему свою маленькую империю в мире забытой гармонии можно было предположить, что лет через сто-двести он мог бы превратиться в уважаемую историческую личность вроде какого-нибудь древнего царя из магловской истории. С другой же стороны если не будет произведена серьёзная реформа внутреннего устройства молодого государства, то в какой-то момент оно рухнет как глиняный колосс из-за того, что либо рабов станет слишком много и они устроят восстание, чтобы сокрушить угнетателей любой ценой, либо рейдеры потерпят крупное поражение в противостоянии с другой фракцией, что послужит сигналом для мятежа, либо погибнет сам предводитель, что породит борьбу за освободившийся трон. Память Единства, доступная советнику новоявленных диархов утверждала, что подвижек к переходу от армии бандитов и работорговцев к тому, что можно назвать государством почти не было.       "С другой стороны, вырастив одно-два поколения с новой идеологией, избавившись от нынешних своих подчинённых в конфликтах с другими фракциями, Красный Глаз может получить нечто жизнеспособное. Главное - не дать новым поколениям пропитаться всеми теми прелестями, в которых сейчас утопает его город", - подвёл своеобразную черту под этим этапом своих размышлений Снейп.       ...И всё же нельзя было отрицать, что на фоне других крупных образований Пустоши, к которым до недавних пор можно было отнести и Единство, город Красного Глаза развивался, когда другие в лучшем случае топтались на месте. Аликорны, пусть им далеко не везде были рады, прекрасно знали о том, что Стальные Рейнджеры год от года деградируют: производства, которые когда-то были захвачены их командирами, что назначили себя своеобразными лордами с личными армиями, несмотря на попытки ремонта выходят из строя. Проблема усугубляется тем, что должности стали наследуемыми, а сокрытие от широких масс знаний с технологиями не способствует развитию науки.       Вероятно, что какое-то время "стальномордые" ещё продержатся за счёт разграбления старых запасов, а потом у них появятся полноценные учёные и изобретатели, вынужденные учиться по книжкам и вновь открывать забытые секреты, но сама структура этой организации не даёт ей стать чем-то большим. И если когда-то Стальные Рейнджеры всерьёз считались главной силой на Пустоши, что подтверждалось дисциплиной, оружием и численностью, то теперь они были только одними из...       "Жадность, глупость и страх способны разрушить что угодно", - констатировал про себя бывший директор Хогвартса.       Ещё существовала фракция, вызывающая в душе Северуса раздражение и узнавание: в городе под названием Мэйнхеттен находился небоскрёб, ранее являвшийся дорогим отелем и штаб-квартирой министерства, возглавляемого Твайлайт Спаркл. Обитающие там пони - потомки эквестрийцев, переживших падение бомб под магическими щитами, ведут себя словно просвещённая элита, пользующаяся благами цивилизации, что достались им по наследству. Едва ли не идеальный пример стагнации и самообмана, так сильно напоминающий магический мир Великобритании, что если бы можно было заменить разноцветных четвероногих на людей в мантиях, то ничего бы не поменялось.       - О чём задумался, Снейк? - спросила вслух фиолетовая аликорница, летящая рядом с синей крылато-рогатой кобылой, тело которой волшебник в данный момент делил с его хозяйкой, ушедшей на задний план, дабы исполнять роль наблюдателя.       - О прошлом, будущем, схожести и отличиях миров, - честно ответил кобыльим голосом чародей, усилием воли загоняя в дальние уголки сознания волнения о том, что у него вообще нет собственного живого вместилища, а взаимодействовать с реальным миром приходится через крылато-рогатых самок. - Случилось что-то срочное?       Город Красного Глаза находился уже совсем рядом, а это означало, что вот-вот в дело вступит разработанный совместными усилиями план, который должен был значительно укрепить позиции Единства. Лишь после его завершения аликорны собирались выйти на переговоры с другими крупными поселениями Пустоши, чтобы хотя бы попытаться организовать взаимовыгодные союзы, в будущем способные привести к объединению в единое государство.       - Я хотела сказать... спасибо, - произнесла крылато-рогатая пони, медленно взмахивая крыльями.       - Что-то мне подсказывает, мисс Спаркл, что вы хотели сказать не это, - негромко отозвался зельевар, в ответ на что получил молчание, а затем министерская кобыла, управляющая телом сиреневого аликорна вовсе отлетела в сторону, будто что-то вспомнив. - Очень информативно.       "Чувствую, мне ещё представится "удовольствие" услышать, что она хотела сказать на самом деле", - мысленно констатировал волшебник, с тенью сожаления возвращая контроль хозяйке тела, которая гораздо лучше него как летала, так и приземлялась.       ...       В первый раз сумев вселиться в одну из сестёр Единства, ради чего пришлось потратить четверть часа на тренировки переданных ментально знаний, Северус ощутил сильнейшее разочарование, причиной которому был его собственный выбор. Оказалось, что наличие специализированного органа во лбу даёт не просто возможность колдовать без палочки, чего благодаря тренировкам мог добиться каждый одарённый, но позволяет буквально чувствовать магию как температуру, запах, вкус... (во всяком случае именно так эти ощущения интерпретировало его сознание). И пусть дар зельевара был ближе ему духовно, но в условиях Пустоши его полезность раскрыть можно было только имея свободное время и материальную базу.       Снейпу хотелось бы высказать претензии своему нанимателю за то, что он не раскрыл столь важную информацию, но всё же он понимал, что сам виноват в своих трудностях. В конце концов ему ведь даже выдали волшебную палочку, в повреждении которой винить следовало исключительно себя... и Литлпип.       Следующим откровением стали крылья, которые даже стоя на четырёх ногах на земле позволяли почувствовать воздух, что как вода между пальцами струился сквозь перья, одновременно даруя успокоение и возбуждение. Зельевар потратил десяток минут просто на то, чтобы размахивать новыми конечностями будто ребёнок, коего впервые привели на пляж и дали поплескаться в воде. К счастью... и некоторому удивлению... другие члены Единства оказались достаточно тактичными, чтобы сделать вид будто не заметили глупой улыбки, всё же появившейся на губах контролируемого аликорна.       На фоне двух предыдущих пунктов физическая сила, чувствующаяся в каждой клеточке высокого, жилистого тела, под шкурой которого перекатываются крепкие жгуты упругих мышц уже не так впечатляла. Впрочем, бывший декан Слизерина хоть и не являлся немощным слабаком, но никогда не мог похвастаться внушительным рельефом мускулатуры, а потому и тут нашёл для себя кое-что новое. Учитывая же опыт жизни в качестве замаскированной зебры, ему было с чем сравнивать возможности аликорна.       К собственному удивлению волшебник нашёл преимущество даже в своей новой форме существования: благодаря чертогам разума ничто не мешало ему большую часть свободного времени пребывать в виде белого жеребца-земнопони, сидящего в директорском кресле или прогуливающегося по библиотеке, тогда как для выполнения работы можно было попросить одну из аликорниц "подвинуться". Это же избавляло от возможных проблем с полом тела, так как все физиологические потребности удовлетворяла его настоящая хозяйка. До того же, что находится у него под хвостом во время одержимости волшебнику не было особого дела (в сравнении со сменой вида, это было незначительной мелочью).       После того как Снейп наигрался с новыми чувствами пришёл черёд обучения: благодаря просмотру поверхностных мыслей Литлпип он быстро освоился с тем, как творить привычную магию при помощи рога, а затем стал медленно создавать заклинания, начиная от люмоса. Пришлось изрядно напрягать мозги, чтобы абстрагироваться от Единства, а затем брать под контроль ту мощь, что текла по жилам и буквально вырывалась во вне через отросток на лбу, но результат стоил усилий: хозяйка тела, на личном опыте прочувствовавшая как надо делать, пусть не с первого раза но смогла воспроизвести все чары, из-за чего потом фонтанировала детским восторгом.       ...Если бы не выдавшие его эмоции, то чародей никогда и никому бы не признался, что ему и самому принесли удовольствие как процесс, так и результат обучения. Только вот от идеи стать инструктором для сотен крылато-рогатых кобыл он успешно отбился, переложив эту задачу на Гештальт и Мозаику, продемонстрировавших по-настоящему чудовищную обучаемость (для разнообразия - в хорошем смысле этого слова).       Как ни странно, но первыми на очереди к изучению оказались не боевые заклинания и проклятья, и даже не высшая магия, заставляющая мысленно облизываться одну министерскую кобылу, а бытовые, строительные и косметические чары. Благодаря этому теперь не меньше сотни аликорнов заняты реставрацией научного комплекса, что в первые же часы работы привело к началу перестрелки красящими лучами...       Зельевар думал о том, чтобы связаться со своей подопечной и её командой, но после некоторых колебаний решил немного подождать. В конце концов единорожке было полезно почувствовать свою самостоятельность хотя бы ненадолго, чтобы окончательно не стать ведомой и разучиться принимать свои решения. В крайнем же случае за ней должны были присмотреть Дидзи и другие пони (хотя, настоящая надежда возлагалась только на пегаску-гуля). Впрочем, затягивать с личной встречей слишком долго тоже не стоило, в особенности памятуя о любви избранных влипать в разнообразные неприятности.       Вместе с Твайлайт Спаркл и порядком поднаторевшей в научной деятельности Биатрикс Луламун, Северус планировал доработать ЗВТ, чтобы превращение в аликорна не меняло пол и не стирало память принявшего. Параллельно они хотели всё же создать постоянное оборотное зелье, ради чего в Вечнодикий Лес, на полянку с цветами Смертельной Шутки была отправлена экспедиция. Разумеется, как только пятёрка аликорниц доберётся до цели, контроль над телом одной из них возьмёт волшебник, чтобы не допустить какого-либо несчастного случая, ну или порчи ценных образцов.       ...Бывший декан Слизерина не забыл о своей идее превратить гуля в живого пони, а так как у него внезапно появились и надёжная база, и ассистенты-ученики, откладывать данный проект более не имело смысла. Оставалось лишь найти добровольцев, в роли коих на первых этапах сгодятся и одичавшие жертвы былой войны. Учитывая же то, что душа у них по прежнему привязана к материальной оболочке, имелась небольшая вероятность того, что восстановление нервной системы приведёт к пробуждению разума (а если же нет, то окончить их существование будет проще).       Была ли она такой в прошлом или так на неё подействовало становление частью Единства, но министерская кобыла оказалась крайне деятельной натурой. Кроме восстановления научного комплекса и экспериментов с ЗВТ, зельями и магией иного мира, она распланировала множество масштабных мероприятий: взятие под контроль Старой Эпплузы, нескольких других поселений работорговцев и рейдеров, зарождающейся империи Красного Глаза, места под названием Разбитое Копыто. Наибольшие проблемы должны были возникнуть с последним пунктом, так как в старых шахтах по добыче кристаллов обитал дракон, на которого работали как рейдеры, так и грифоны... коих ученица принцессы планировала перевербовать.       Не так давно, но в субъективном восприятии Снейпа - едва ли не в прошлой жизни, он размышлял о возможности союза с крылатыми хищниками. Тогда это казалось глупой идеей, напоминающей попытку заставить волков пасти овец, но сейчас, когда за дело бралась организация из сотен аликорнов, что даже в одиночку считались опасными противниками, а в группе вовсе превращались в почти непреодолимую силу, подобный шаг мог оказаться оправданным. Впрочем, тут всё зависело от разумности предводителей наёмников, которые за свои услуги могли затребовать слишком много... на что намекала Трикси, совершенно не испытывающая энтузиазма от сотрудничества с не пони.       Спаркл, после успешного завершения захвата власти в центрах работорговли, что представляли значительную силу и сами по себе, собиралась начать переговоры с поселениями вроде Новой Эпплузы, Мэйнхеттена и маленьких ферм. По какой-то причине она избегала часто упоминать Понивилль, а также обходила тему стойл, хотя те и могли стать поставщиками ценного оборудования. Кроме прочего Зельевар почти физически чувствовал, что пони скрывает нечто важное, но при этом интуиция молчала об угрозе, что позволяло дать время на принятие решения (в конце концов - он тоже имел свои тайны, а для доверия они были слишком мало знакомы).       Третьим этапом развития возрождаемой Эквестрии министерская кобыла поставила посещение таких мест как Кантерлот, а также центра управления Проекта Одного Пегаса. И если примерные прикидки того, как избавить город на горе от розового облака хотя бы на время, что позволит вернуть Единству контроль над аликорнами-дезертирами у Снейпа имелись, то последний пункт затруднялся по причине военного присутствия Анклава Пегасов: летуны не могли пробраться внутрь через защитное поле, но и никого другого не подпускали.       ...В случае если хотя бы половина планов Твайлайт Спаркл окажется исполнена успешно, а проекты самого зельевара будут завершены в сколь-нибудь приемлемые сроки, то можно будет с уверенностью говорить о начале восстановления королевства. Магическая сила аликорнов же достаточно велика, чтобы совместные ритуалы даже не десятков, а сотен сестёр позволили очистить землю от вредоносных излучений, тем самым приводя природу к довоенному состоянию. А это уже порождало вопрос: ту ли пони волшебник посчитал местной избранной?       ...       Через город они шли пешком: одна сиреневая, две синие и две зелёные аликорницы, не утруждающие себя ношением ни брони, ни оружия. Впрочем, Северус считал подобную принципиальность глупой, так как несмотря на возможность создать прочнейший магический щит, от выстрела снайпера он не спасёт, так как постоянно держать его активным не могут даже сёстры Единства. Однако же сейчас им требовалось вести себя максимально естественно для Богини, что не позволяло резко изменить имидж не насторожив наблюдателей.       "Иронично, но если откинуть моральную сторону вопроса, то стойло Красного Глаза одно из немногих, которые исполнили своё предназначение...", - начала транслировать свой мысленный монолог Гештальт, взглядом скользя по серым коробкам домов, окна коих красовались либо стёклами, либо закрытыми металлическими ставнями.       "...Помогло выжить во время падения бомб, а затем послужило основой для восстановления города", - завершила мысль сестры Мозаика.       "Свити Белль, Эпплблум и Скуталу совсем не так себе представляли то, как будут жить потомки спасшихся в убежищах пони", - ответила им Твайлайт, одними глазами провожая повозку, запряжённую двумя клеймёнными земнопони, которых лениво помахивая кнутом подгонял ещё один жеребец, но облачённый в кожаную броню.       "Замечу, что как и говорила Трикси, сила, находящаяся в копытах одного жеребца позволяет ему устанавливать правила, которым следуют остальные. Не было бы у Красного Глаза своей армии и поддержки Богини, он бы не добился всего этого", - синяя аликорница демонстративно покрутила головой, обозревая вполне себе чистые и ровные дорожки, пролегающие между ровными рядами мрачных, но добротных строений.       Вопреки тому, что можно было ожидать услышав сочетание слов "Город рейдеров и работорговцев", это место не утопало в грязи и не было заполнено пьяными, находящимися под действием наркотиков бандитами, насилующими своих жертв прямо на улице, блюющих под ноги прохожим и дерущихся из-за какой-нибудь глупости. Впрочем, улыбчивых горожан с добродушными мордами здесь тоже увидеть было трудно: каждый первый встречный носил с собой оружие (даже стайки жеребят, если они были свободными), какую-либо броню, часто имел украшения в виде шрамов, колец в ушах-носу-губах. Из-за того, что на дворе стоял пасмурный день, большинство горожан либо работало, либо отсыпалось, либо охраняло работающих невольников.       ...Обстановка чем-то напоминала Старую Эпплузу, но в гораздо больших масштабах. Однако же из-за того, что сейчас Снейп пребывал в образе аликорна, бросаемые на него взгляды таили в себе не расчётливую угрозу, а откровенную похоть и опаску, из-за чего даже аналог стражников предпочитал нырнуть в переулок, чтобы не попасться на пути пятёрке крылато-рогатых кобыл.       "Мне кажется, что местный лидер всё ещё на вершине, так как попросту устраивает всех остальных. Стоит же ему попытаться что-нибудь изменить, то его тут же постараются убрать, а город - подмять под себя", - вставил свои пять... битс (ну или крышечек, что даже в мыслях звучит нелепо) бывший декан Слизерина.       Мысль, что Красный Глаз оказался заложником собственной идеи использовать бандитов, чтобы те контролировали отстраивающих город рабов показалась чародею интересной. Однако же до личной встречи ни подтвердить, ни опровергнуть это предположение он не мог, а строить догадки находясь в нескольких шагах от цели было откровенно лень.       "Все помнят план?", - на всякий случай спросила Спаркл, мандражирующая едва ли не больше чем все остальные.       "Приходим, всех обезвреживаем, ставим барьер, копаемся в голове, приводим к покорности... Трикси ничего не забыла? Даже интересно, чем это отличается от прежнего плана Богини", - с явным ехидством закончила свой монолог создательница Единства.