Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      Применив заклинания агуаменти, исполненного невербально при помощи рога, Северус наполнил до краёв принесённую Вельвет кастрюлю, в которой можно было приготовить обед на десяток взрослых пони. После этого, старательно не обращая внимания на следящих за его манипуляциями жеребца и кобыл, он трансфигурировал толстую серебристую иглу, чтобы быстро уколоть левую переднюю ногу Литлпип. Едва же капля красной крови была добыта, на свежую ранку легли заживляющие чары локального воздействия... пусть особого смысла в этом рациональная часть разума и не видела.       К счастью Снейпа, вошедшего в состояние рабочей сосредоточенности, никто не проронил ни слова на его манипуляции, благодаря чему не пришлось высказывать вслух мысли о бездельниках, мешающих выполнять свою задачу специалисту. Впрочем, он бы предпочёл, чтобы чужие взгляды столь назойливо не сопровождали каждое действие, так как хоть опыт преподавания в школе чародейства и волшебства закалил нервы, но большинство учеников не были и в половину столь же заинтересованы в его предмете.       Принюхавшись к капле крови, даже попробовав воздух кончиком языка в процессе, зельевар уловил тонкий привкус яда, сопровождающий естественный аромат алой жидкости (в голове промелькнула мысль, что невзирая на тело кобылы-аликорна, сейчас он ведёт себя точно как вампир, о чём непременно раструбили бы гриффиндорцы... коих, к счастью, рядом не было). Стоило же запомнить лишний для организма пациентки компонент, он тут же опустил иглу в воду и позволил капле раствориться в кристально-чистой жидкости, после чего отбросил уже не нужный трансфигурированный инструмент.       Следующим действием было наложение проклятья на воду, при помощи крови связавшего два сосуда в единое целое... на энергетическом уровне, разумеется. Чиновники министерства магии Великобритании, узнай они о применении чего-то подобного, с пеной у рта стали бы кричать о чёрном колдовстве, а самого бывшего директора Хогвартса заклеймили бы тёмным волшебником. И, в общем-то, в этот раз, в качестве подтверждающего правила исключения, были бы абсолютно правы.       ...Сколько сил и времени Северус в своё время потратил на то, чтобы объяснить самоуверенным малолеткам простое правило: никогда и нигде не оставляйте частей собственного тела, следите за личными вещами и регулярно проводите вечерний ритуал отсечения энергетических связей, чтобы жить долго и спокойно. К счастью, на Слизерине с этим всегда было проще, так как потомственные волшебники вбивали технику безопасности в своих отпрысков с малолетства, не гнушаясь использовать для этого розги... ну или безобидные проклятья вроде чесотки. К сожалению даже этого не всегда оказывалось достаточно, что в своё время доказали Поттер и Уизли, когда напали на приятелей Драко.       "Но им хотя бы хватало ума не ходить с растрёпанной гривой на уроки зельеварения", - промелькнула досадливая мысль на грани сознания, стоило из памяти всплыть образу маглорождённой ведьмы из "золотого трио".       Прикрыв глаза, медленно вдохнув и выдохнув, совершив над собой волевое усилие, чтобы выбросить из головы все несвоевременные мысли и переживания, Снейп взялся копытом за длинную ложку. Сколь бы удивительным это ни казалось, но в данном случае отсутствие пальцев, из-за которого инструмент приходилось обволакивать собственной магией, шло делу только на пользу: не было нужды концентрироваться на равномерном направлении энергии через конечность.       Вот ложка опустилась в воду и прочертила первый круг против часовой стрелки. Следом был сделан второй круг, а за ним третий, четвёртый, пятый... Начинающие колдуны, когда им приходилось работать с проклятьями вслух читали стихи для концентрации (лучше всего помогали подходящие по смыслу строки), но бывший декан Слизерина являлся достаточно опытным тёмным волшебником, чтобы не нуждаться в этом. Да и интуиция подсказывала, что как минимум одна наблюдательница будет не в восторге от лицезрения ритуала, крайне похожего на чародейство зебр.       Оборот за оборотом яд, находящийся в теле Литлпип оказывался в воде в кастрюле, содержимое которой темнело и начинало ощутимо пахнуть. Ирония же происходящего заключалась в том, что именно этому тёмному ритуалу тогда ещё начинающего преподавателя Хогвартса обучила никто иная как колдоведьма, добрая и безобидная Поппи Помфри... потребовавшая принести обет, что сие знание не будет использовано во вред. Ведь в случае желания со стороны колдующего, тем же способом можно было устроить жертве малокровие, а то и что-нибудь похуже.       "Достаточно", - сам себя остановил Северус, после чего вытащил частично потемневший инструмент из резервуара, заполненного уже не чистой водой, а мутно-тёмными отходами.       На миг в душе возникло желание изучить отраву, чтобы позже либо использовать её, либо сделать противоядие. Однако же усилием воли загнав исследовательский порыв в тёмные уголки мозга, Снейп применил очищающие чары, уничтожив опасное вещество полностью. Оставалось убрать возможные осадки на дне (чем в школе занимались провинившиеся ученики), но этим можно было заняться и позже.       - Не трогать, если не хотите получить отравление, - бросив взгляд на наблюдателей, стараясь изобразить самый строгий свой вид, зельевар случайно задержался на мыслях Каламити... и ощутил желание чем-нибудь наградить этого пегаса.       Образ синей аликорницы, прототип которой считалась эталоном красоты в Эквестрии до падения мегазаклинаний, "украшенный" ошейником со взрывным устройством отражался в его воображении в весьма компрометирующем виде. Лишь осознание, что перед ним находится не настоящая кобыла, а превращённый жеребец, заметно притормаживало летуна.       - Ясно, - отозвалась Вельвет, бросив опасливый и любопытный взгляд на кастрюлю.       - А что ты делал? - проявила любопытство Дидзи.       - Как скажш, Снейк, - откликнулся крылатый пони.       - Убрал яд из организма... - ответил волшебник кобылке-гулю, тут же возвращаясь к наиболее беспокоящей его теме. - Сейчас я дам Литлпип лекарство, которое поможет избавиться от последствий отравления. Если из-за вас прольётся хоть капля... Вы не хотите знать, что я сделаю с виновником.       - А шо сразу я то? - возмутился ржавый пегас, оказавшийся на пути взора бывшего декана Слизерина.       - Снейк к тебе неравнодушен, - "подсказала" летуну пони-гуль, невинно улыбаясь обоим собеседникам.       - Не-не... Я не такой, - усевшись на круп, крылатый жеребец выставил передние ноги в защитном жесте. - Мне нравятся... Э-э-э. Можт останемся друзьями?       "Шутники Мордредовы. И ты, Дидзи? Последняя надежда на росток благоразумия в этом царстве безумия растоптана", - прикрыв глаза, Северус постарался подавить вспышку раздражения, после чего молча отвернулся.       - Прости, Снейк, - на этот раз голос летуньи звучал виновато, будто бы она только что поняла, что совершила большую глупость. - Я не хотела тебя обидеть.       "Обидеть? Не то слово. Меня попросту злит то, что в такой момент вы ведёте себя как клоуны", - Снейпу пришлось приложить над собой определённое усилие, чтобы не высказать это вслух (хотя раньше, работая в Хогвартсе, он бы не упустил возможности выговориться и пройтись по чужой самооценке).       - Мы все нервничаем, Снейк, - вмешалась в разговор Вельвет. - Просто у каждого это проявляется разными способами. Ребята правда не хотели ничего плохого.       "О! Наверное из-за того, что они хотят только хорошего, у меня на шее взрывчатка?", - и снова реплика была проглочена, чтобы не провоцировать глупых ссор на ровном месте.       В конце концов... он был взрослым волшебником. Ведь так? А это значит, что ему следовало оставаться выше различных глупостей. Тем более, что собеседники демонстрируют зачатки понимания серьёзности, побудившие принести извинения.       "Хотя, что-то мне подсказывает, что они просят прощение не за то, за что стоило бы", - отметил чародей мысленно, после чего встряхнулся и сконцентрировался на деле, более не позволяя себе соскакивать на другие темы.       - Извинения приняты. А теперь - не мешайте, - произнеся это максимально равнодушным тоном, бывший директор хогвартса вызвал окно магазина, перечитал описания лота "Слёзы феникса", а затем, не давая себе возможности передумать - мысленно подтвердил покупку.       Без каких-либо магических эффектов вроде вспышек, искажения воздуха или ещё какой-нибудь глупости, на полу появился маленький хрустальный флакон, закупоренный инертным к магии алхимическим воском.       ...Три капли чудодейственного средства, способного поставить на ноги почти кого угодно, за исключением жертв особенно пакостных проклятий, лишающих частей тела. Цена счастливой новой жизни в безопасном мире, с любящей семьёй и без избранных в зоне досягаемости.       "С каких пор я стал такой размазнёй?", - вспышка злости на самого себя помогла собраться, откидывая не просто лишние, но и откровенно вредные мысли.       Осторожно подхватив флакон передним копытом, Северус задумался на несколько мгновений, а затем осторожно взялся за пробку зубами. Лёгкое движение головой и воск выскальзывает из горлышка, после чего отправляется в кастрюлю метким плевком, достойным звания почётного верблюда. Тут же телекинетическое поле приоткрыло рот маленькой единорожки, а затем содержимое сосуда было опрокинуто в горло подопечной.       "Вот и всё, Лили. И почему я раньше не понял, кого она мне напоминает на самом деле?", - отставив флакон обратно на пол, Снейп стал ждать результата, испытывая при этом одновременно и странное опустошение, и необычный душевный подъём, от которого хотелось выпрямиться и расправить плечи (и крылья).       Казалось, что все присутствующие затаили дыхание в ожидании, из-за чего если напрячь слух посильнее, то можно уловить эхо стука сердец. И вот спустя бесконечно долгие тридцать секунд веки Литлпип дрогнули, она вдохнула полной грудью и открыла глаза, расфокусированным взглядом глядя перед собой.       Маленькая и растрёпанная, ещё не осознающая происходящего вокруг себя, она вызывала странные ощущения у Зельевара. Литлпип оставалась представительницей совсем другого вида, внешнюю привлекательность которого он оценил только во время нахождения под действием Смертельной Шутки, из-за чего теперь чувствовал неприятный зуд в голове, но в то же время что-то заставляло испытывать к ней теплоту.       "Стал бы я её защищать, если бы не задание Судьбы? В самом начале... вряд ли прошёл бы мимо той сцены на мосту. Но учить? Помогать в поисках?.. Но теперь...", - размеренные мысли волшебника оказались прерваны самым грубым образом, что застало его врасплох.       - А-а-а-а-а-а-а-а-а! - закричала маленькая единорожка, телекинетическим полем подхватившая кастрюлю, чтобы надеть её на рог синего аликорна, одновременно с тем суча ногами по кровати, чтобы отползти к стене комнаты.       - Литлпип?! - вскрикнула Вельвет, первой бросаясь к подруге.       - Лилпип, шо с тобой?! - последовал примеру чёрной единорожки Каламити, ловко обогнувший отшатнувшегося аликорна.       Гул в голове от удара по рогу был неприятным, но куда больший дискомфорт создавало внезапно возникшее чувство в груди. Понимание, что подопечная его испугалась подействовало словно ведро холодной воды, вымывая из головы всякие сопливые глупости.       - У меня есть дела, - сбросив с себя импровизированный снаряд, круто развернувшись, от чего грива и хвост хлестнули по воздуху, бывший декан Слизерина широким шагом вышел в коридор, едва не споткнувшись об бросившуюся наперерез пегаску-гуля. - Мисс Ду?       - Постой, Снейк, - крылатая кобылка встала на задние ноги, выставив передние копытца так, словно собиралась удерживать более крупную пони силой. - Литлпип просто растерялась. Сейчас мы ей всё объясним и...       - Объясняйте. Если в процессе этого меня не будет рядом - она успокоится быстрее, - отрезал Северус. - У меня же есть другие дела, которые не терпят отлагательств.       - Снейк... - в очередной раз попыталась что-то объяснить летунья, но её монолог оборвался на первом слове, когда хлопок аппарации унёс волшебника в подвал дерева-библиотеки.       ...Это могло быть похоже на бегство.       Это БЫЛО бегством, пусть и не по той причине, о которой могли подумать оставшиеся наверху пони.       "Мне нужно побыть одному и подумать. Следует разобраться со своими мыслями и эмоциями, пока это не привело меня к серьёзным проблемам", - магией сорвав с себя ошейник, тут же обращённый в пыль, которую удалило чистящее заклинание, Снейп телекинезом потянулся к статуэткам, в которые были превращены рейдеры Сильвера.       Подхватив пленников крылом, чародей сосредоточился и применил более сложную версию красящего заклинания, требующего представлять себе всю картину целиком, после чего вновь аппарировал. В последний миг он успел заметить, что ведущая в подвал дверь распахивается от удара, а внутрь врывается знакомая пегаска.       "Быстро она меня нашла", - промелькнула мысль на грани сознания, прежде чем мир сжался до одной точки, растянутой по длинной трубе.       ...       - Литлпип, смотри на меня, - схватив младшую подругу за плечи, Ремеди приблизилась к ней так, чтобы их глаза были на одном уровне и на очень близком расстоянии. - Успокойся. Всё хорошо. Здесь все свои.       - А... Вельвет? Каламити? Вы в порядке? Где мы? Что произошло? - молодая волшебница всё ещё тяжело дышала, но выражение её мордочки стало гораздо более осознанным, да и пытаться куда-то бежать она перестала.       - Мы в порядке и находимся в "Золотом Дубе", - ровным, успокаивающим тоном стала отвечать чёрная единорожка. - Ты отравилась испарениями от яда, которым плевался монстр из стойла. Сейчас уже всё в порядке: Снейк смог убрать яд из крови, а потом дал тебе какое-то лекарство. Как ты себя чувствуешь?       - Нормально... Снейк?! - в первый момент Литлпип прислушалась к себе, но едва до неё дошло то, кто занимался лечением, то все остальные мысли вылетели из головы. - Снейк! Где он?..       Певица улыбнулась от ощущения облегчения, разливающегося по телу, а затем её воображение нарисовало картинку шокированного выражения на мордочке подруги, когда она поймёт кого приложила кастрюлей. По этой причине следующие слова она говорила с плохо скрытым весельем:       - Постарайся ничему не удивляться... хотя я и сама к этому ещё не привыкла. Снейк, подойди, пожалуйста. Снейк?       - Вельвет, я не хочу тя расстраивать, но он ушёл, - вместо синей аликорницы отозвался ржавый пегас, смущённо потирающий голову левой передней ногой.       - Как ушёл? Куда? Почему? - извернувшись и вскочив на ноги, маленькая единорожка несколько неловко вышла на середину комнаты, озираясь по сторонам широко распахнутыми глазами.       - Ну, можт он обиделся, шо ты его по голове стукнула, - предположил летун, за что удостоился недовольного зырка со стороны Ремеди, только сейчас осознавшей, что в импровизированном госпитале нет ещё и Дидзи.       - Глупости, - демонстративно фыркнула чёрная единорожка, с уверенным видом вставая рядом с младшей кобылкой на случай, если ей станет плохо и её нужно будет поддержать. - Снейк - взрослый пони. Он бы не стал обращать на такое внимания.       - Я? Снейка? По голове? - недоверчиво переспросила Литлпип, затем её глаза прищурились, а бровки сосредоточенно нахмурились. - Стойте. Когда я проснулась, то увидела аликорна, а потом бросила в него...       - В это трудно поверить, но это и есть он, - подтвердила певица, чувствуя как в ней разгораются стыд за то, что она не обратила внимания на волшебника, а также злость на него же, но уже за столь несвоевременный побег.       На мордочке маленькой единорожки отразились недоумение, неверие, осознание, смущение, а затем и страх. Сорвавшись с места, едва не споткнувшись на первом же шаге, она бросилась к двери с криком:       - Снейк, подожди!       В этот самый момент в дверном проёме показалась Ду, в которую на всём ходу и врезался живой снаряд, заставивший гуля упасть на круп, передними ногами и крыльями обхватив молодую кобылку. Выходка из стойла же, встряхнув головой и поняв с кем столкнулась торопливо произнесла:       - Извини, Дидзи. Мне срочно нужно догнать Снейка.       - Постой, - придержала начинающую волшебницу пегаска-гуль. - Он улетел, но обещал вернуться... Сразу как закончит какое-то важное дело.       - Улетел? Но... - ещё секунду Литлпип была напряжена как струна, но затем обмякла и опустила голову повесив ушки. - Это не честно.       - Я уверена, что он скоро с нами свяжется, - заверила подругу Вельвет, подходя к сидящей летунье, до сих пор не отпустившей единорожку. - Нам нужно немного подождать, а тебе следует позаботиться о себе. Давай я проведу обследование?       Ремеди старалась отвлечь младшую кобылку от неприятных мыслей, а потому собиралась забросать её новостями, а также медицинскими терминами, но к ответу волшебницы оказалась не готова.       - Ты права, - выбравшись из хватки Ду, обладательница зелёных глаз решительно вернулась в комнату, проследовала к постели и, усевшись на матрац, требовательным тоном спросила: - Что я пропустила?       - Лилпип, ты как? - обеспокоился ржавый пегас, которого столь резкая перемена настроения от уныния и до воодушевления несколько напрягла. - Шо-нидь болит?       - Вроде нет, - наклонив голову на бок, словно прислушиваясь, кобылка ответила вполне уверенно, затем нахмурилась и одарила друзей сердитым взглядом. - Я в порядке. Честно. И чего вы на меня так смотрите?!       - Понимаешь... - певица почувствовала себя неуверенно, но всё же ответила: - Ты очень хорошо восприняла, что не успела догнать Снейка.       - Не поняла, - после секундной паузы, всё же выдала ученица волшебника. - Я что, должна была слёзы лить и копыта грызть?       - Ну... тип того, - согласно отозвался крылатый жеребец, на что их собеседница-пациентка только фыркнула.       - Ох... За кого вы меня принимаете? - закатила глаза к потолку маленькая единорожка, одним этим действием умудрившись заставить своих друзей смущённо отвести взгляды. - Если бы я постоянно размазывала сопли, то так и не выбралась бы из стойла, и не нашла Вельвет, и... много чего не сделала. А сейчас же нужно просто немного подождать. Если Снейк сказал, что вернётся, то он это сделает. А нам нужно к этому подготовиться, чтобы не выглядеть глупо. И для начала я хочу узнать, что случилось после того как мы расправились с теми мутантами?       Ремеди и Каламити переглянулись, но прежде чем один из них решился начать, в комнате раздался голос пегаски-гуля:       - Когда ты потеряла сознание, мы все жутко перепугались и стали пытаться что-нибудь предпринять: Вельвет тут же достала аптечку... - голос крылатой кобылки, наслаждающейся каждой возможностью вволю поговорить звучал так, будто она рассказывает о каких-то весёлых приключениях, а не опасной для жизни ситуации.       Довоенная пони всё говорила и говорила, постепенно расходясь и начав подкреплять слова жестикуляцией. Благодаря её стараниям тягостное чувство, омрачающее радость от выздоровления подруги отступило, а затем пони на какое-то время и вовсе забыли, в каких условиях находятся на самом деле.