Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

Рубин не была настоящим солдатом, в чём честно себе признавалась. Впрочем, до недавнего времени она успешно убеждала себя в том, что работа погодников тоже очень важна для Анклава, а потому с полной самоотдачей бралась за каждое задание. И когда прошло объявление о мобилизации сил для операции на поверхности - кобылка буквально сияла от энтузиазма. ...Начиналось всё просто отлично: пони под командованием молодой пегаски стаскивали облака, чтобы устроить сильнейший ливень за последние двести лет (а может и больше), тем самым сперва замедлив, а затем и вовсе остановив продвижение военных сил наземников. Только вот когда появились грифоны и по каналу внутренней связи прошёл приказ на отступление, что-то в груди летуньи сжалось, а под ложечкой отчётливо засосало, предрекая какую-то беду. К сожалению, на интуицию даже не настоящей военной командованию оказалось чихать, а потому - оставалось безмолвно смотреть за закрутившимися в смертоносной карусели бойцами Вайс и крылатыми хищниками. Каждый раз как на тактической карте гасла очередная зелёная отметка - рубин мелко вздрагивала и прикусывала губы, сама не заметив как во рту появился противный вкус крови. Её подчинённые глухо ворчали, но, прекрасно понимая свою роль в миссии (всё же подчинение приказам вбивалось в пегасов с самых малых лет), продолжали стоять на облаках под прикрытием других летунов. ...А потом облачный покров взорвался двумя столбами огня, унёсшимися куда-то в сторону. По каналу связи прозвучали какие-то возгласы, забитые шипящими помехами и, не успела крылатая пони испугаться, как "Синее небо" вспыхнул огнём взрывов. "Прямо как Клаудсдейл в исторических фильмах", - промелькнули в голове какие-то удивительно спокойные мысли, тогда как перед глазами возникала совершенно нереальная, попросту невозможная картина пожара на облаках. ...Но ведь облака не могли гореть! ...Не могли же? "Кто-то кричит. Кто это? Почему так громко? Неужели... Неужели - это я?", - осознав, что стоит на облачном покрове и, глядя на медленно падающий вниз "хищник", надрывая голосовые связки вопит от ужаса, капитан погодных пегасов заставила себя сжать челюсти, чтобы почувствовать вспышку боли на кончике языка. Перед глазами на секунду помутилось, но, стоило с силой зажмуриться и вновь распахнуть веки, как мир обрёл прежнюю пугающую чёткость. По щекам скатились горячие, тяжёлые капли, во рту скопилась густая, мерзкая на вкус слюна, сердце билось о рёбра словно птица, пытающаяся вырваться из клетки. Преодолевая пелену отстранённости, из глубины души поднялся дикий, обезоруживающий страх, побуждающий поддаться первобытным инстинктам и бежать со всех ног; улетать со всех крыльев, чтобы спрятаться в уютном и безопасном доме. Рубин не была настоящим солдатом, в чём честно себе признавалась. Впрочем, только сейчас она осознала в полной мере, что совершенно не готова к службе где-либо кроме погодного отряда где-нибудь в безопасных областях Анклава. - Капитан, что нам делать? - вопрос, заданный лейтенантом Грейс заставил мысли на долгую секунду забуксовать, словно бы шестерёнки в её голове являлись колёсами машины наземников из старой, довоенной комедии. "Разве я могу что-то решать? Почему я... Я... Я - капитан. Верно. Связь... не работает. Значит - должна решать я. Но... разве я могу?", - горький ком подкатил к горлу пегаски, заставляя её конвульсивно сглотнуть. Рубин не была настоящим солдатом... но она всё ещё являлась пони. - Приготовьтесь тушить огонь и вытаскивать выживших, - слова срывались с языка с удивительной лёгкостью невзирая даже на то, что совсем недавно крылатая кобыла совсем неаккуратно его прикусила. - Разделиться на первый, второй и третий подразделения. Наша задача - спасти всех пони, переживших взрыв. Вперёд! ... С раннего жеребячества Вайс обвиняли в том, что она - слишком холодная, требовательная, строгая пони. Другие жеребята не хотели с ней играть, а в школе сперва пытались изобразить дружелюбие, но после того как она отказывалась давать списывать свои работы - обзывались, после чего начинали издеваться (любимый рюкзачок, купленный мамой на первый день в первом классе пришлось дважды перекрашивать, чтобы скрыть пятна от краски). Вайс никогда не позволяла себе плакать, сохраняла спокойное выражение мордочки, за что получила прозвище "Снежная Королева", произносимое вовсе не с уважением. Она училась больше других, тренировалась дольше каждого из одноклассников, проявляла твёрдость убеждений и демонстрировала способности к организаторскому труду. Однако же это совершенно не означало, что ей не было больно слышать оскорбления и насмешки... С почти идеальной характеристикой в личном деле, которую портило только упоминание о том, что она не умеет сходиться с ровесниками, пегаска подалась в вооружённые силы Анклава. Здесь, в царстве строгой иерархии, неукоснительного исполнения устава и буквально поминутного графика жизни её таланты заметили, начав продвигать по службе. Только вот обзавестись друзьями это так и не помогло, вынуждая все свои силы концентрировать на одной-единственной цели... Когда капитан Вайс получила назначение на новое место службы - впервые за очень долгое время в ней возникло чувство, которое можно было назвать страхом. Однако, умение подавлять внешние проявления чувств и концентрация на исполнении приказов сделали своё дело, благодаря чему полковник и поставил её отряд на одну из самых ответственных позиций. Впрочем, могло ли быть иначе тогда, когда у других офицеров послужной список был значительно хуже? ...Начало боя показало, что тренировки и настоящее сражение - это не одно и то же. Невзирая на лучшую экипировку, профессиональную выучку, численность вверенных в её копыта сил - подавить грифонов в первые же минуты не удалось, а затем началась свалка и о сложных построениях пришлось забыть. Когти являлись более крупными физически, но из-за брони, изрядно добавляющей веса летунам, солдаты Анклава не могли полностью раскрыть своё превосходство в манёвренности. Лишь асы, коих Вайс гоняла лично (за что её за спиной называли недолюбленной кобылой), совершая вбитые в рефлексы манёвры раз за разом выходили победителями в стычках, успевая прикрывать менее расторопных напарников. ...Вот она провалилась вниз, пропуская над собой очередь вскинувшего пулемёт грифона, извернулась всем телом и, повернувшись животом вверх, выстрелила из двух подкрыльных пушек. Не дожидаясь эффекта от своего манёвра (только дурак в динамичном противостоянии будет тратить время, стараясь проследить за слишком быстрым даже для пегаса полётом пучков плазмы), капитан продолжила вращение и вернулась в более привычное положение, сразу уходя влево. В это время её ведомый отгонял от хвоста своего командира очередную летающую курицу, пытавшуюся свалиться на крылатую кобылу сверху. Казалось, что они побеждают, но... с рёвом, который Вайс услышала даже в шлеме, облака разорвали два стремительных объекта, оставляющие за собой огненные хвосты. А затем "Синее Небо" вспыхнул взрывами, чтобы тут же погаснуть на тактической карте как дружественный объект. "Как? Что...? Почему?!", - сотни мыслей и десятки эмоций раздирали голову летуньи, внешне остающейся совершенно спокойной и сосредоточенной, что, как подсказывал опыт, понравится командованию, но вызовет негодование у подчинённых (очередные слухи про Снежную Королеву должны были пополнить архив). - Они бегут! - донёсся по каналу внутриотрядной связи голос сержанта. - Достанем их! - Отставить, - свой, но в то же время какой-то чужой голос зазвучал будто хруст снега под копытами. - У нас другая задача. - Да пошла ты, с*ка бессердечная! - истерично прокричал молодой жеребец. - Я лично вырву хребет той твари, которая виновна в смерти Лета! Кто со мной? - Они отходят к позициям Стальных Рейнджеров, - попыталась достучаться до своих подчинённых Вайс. - Это ловушка. ...Отряд разделился на две неравные части: в первой находились сама капитан и её ближайшие помощники, лично тренируемые уже не первый год, ну а во второй - горячая молодёжь, переданная ей в подчинение совсем недавно. И в этот момент крылатая пони совершила ошибку, позволив сомнениям заставить себя промедлить, а не обезвредить солдат при помощи ЭМИ зарядов. - Вперёд! - скомандовал тот же сержант, скрываясь под облаками вместе с группой её подопечных. - За ними, - решила Вайс, ныряя вниз и, миновав облачный покров, перешла на бреющий полёт. - Вниз! ...То ли ЛУМ, встроенный в броню каждого бойца Анклава сработал на какие-то доли секунды раньше, то ли интуиция предупредила хозяйку об опасности, но Вайс успела взмахнуть крыльями и буквально камнем упасть на вязкую из-за непрекращающегося дождя землю. Не всем её подчинённым посчастливилось успеть последовать примеру командира, ну а те, кто остались в воздухе на полторы-две секунды дольше, полностью прочувствовали на себе эффект от попадания скорострельных орудий мобильных точек ПВО. Выбравшись из грязевой лужи, смягчившей приземление, Вайс сжала зубы от пронзившей душу боли, когда несколько десятков дружественных отметок почти моментально погасли, разом ополовинив и без того потрёпанный отряд. Однако... она не могла себе позволить скорбеть, как и заниматься самоедством за допущенную ошибку, а потому в канал внутренней связи был отдан приказ: - Всем повернуть на сто восемьдесят градусов от позиций стальномордых и бегом по земле. Никому не взлетать, пока мы не окажемся за пределами действия вражеских орудий. ...Позже, когда Анклав победит, капитан собиралась написать доклад на имя полковника с просьбой снять её с должности командира отряда. В конце концов, как показал опыт, она оказалась неготова к реальному сражению, за что пришлось заплатить своими жизнями другим пони. *** Провалившись сквозь облака, Гаудина кое-как распахнула крылья и, достав из подсумка шприц с лечебным зельем, решительно вогнала его себе в бедро. Грудь отдавалась тупой болью от попадания пули, но броня защитила жизнь своей хозяйки, пусть и не спасла её от ушиба, а возможно и трещин в рёбрах. "С этим можно жить", - констатировала про себя капитан Когтей Гауды, отмечая как за ней следует поредевший, но всё ещё более чем боеспособный отряд. ...Оценив взрыв "хищника" фактически "из первых рядов", наёмники воспользовались растерянностью пегасов, чтобы сбежать. Нет, они, разумеется, могли остаться и положить ещё пару-тройку десятков крылатых пони, но в глобальном масштабе это не принесло бы особой пользы, зато позволило бы противнику оклематься и нанести встречный удар. Погибать же из-за чрезмерной кровожадности не хотели ни сама Гаудина, ни её подчинённые, и без того понёсшие слишком большие потери в этой вылазке. "Нужно перевести дух и зализать раны, а потом... если пони не начнут наступление первыми, игнорируя орудия ПВО - вылазку можно повторить в другом месте", - промелькнуло в голове крылатой хищницы, чувствующей удовлетворение от мести за Гринча и других бойцов, сложивших головы в операции. Однако же не успели Когти пролететь и половины пути до границы периметра полевого лагеря Стальных Рейнджеров, как перед ними в воздухе появились аликорны Единства. Зелёные, сиреневые, синие крылато-рогатые пони, облачённые в некую разновидность брони пегасов Анклава явно не собирались пропускать наёмников в безопасную зону. "Тц... Как же невовремя вы вылезли", - вскинутая винтовка дважды дёрнулась в передних лапах, тогда как сама Грознопёрая сложила левое крыло и заложила крутой вираж, начав манёвр уклонения и одновременного снижения. Другие грифоны тоже стреляли, но, как и ожидала крылатая хищница, успеха это не возымело: магический барьер принял на себя все пули, даже не пойдя рябью от напряжения. С другой стороны - вынужденные защищаться аликорны не могли атаковать, что позволило рассредоточиться, чтобы избежать угрозы попадания под массовые заклинания. ...Внезапно часть крылато-рогатых пони исчезла со своего места, чтобы появиться с противоположной от Когтей Гауды стороны. Наёмники оказались в тисках и, прежде чем они успели ещё что-то предпринять - с рогов пони сорвались ветвистые дуги молний, разом поражающих по несколько целей. ...В другой ситуации Гаудина смогла бы ускользнуть, как и многие из её подчинённых, но минувшее сражение отняло слишком много сил, да и полученные травмы вовсе не способствовали фигурам высшего лётного мастерства. В результате этого одна из дуг магических разрядов всё же коснулась крыла грифины, тут же вызывая спазм мышц во всём теле, что превратило не самый ровный полёт в прямое падение вниз. "Как... проблемно", - в очередной раз за этот день капитану Когтей Гауды улыбнулась удача, теперь выразившаяся в мягкой грязи, принявшей на себя удар временно беспомощного тела. ...Ей нужно было совсем немного времени, чтобы оклематься, дотянуться до оружия (винтовка всё же выпала из лап), а затем - соединиться с другими грифонами. В конце концов аликорны, какими бы могучими магами ни являлись, нуждались в передышке после столь мощного, а также масштабного применения чар. На крайний случай - оставался взрыватель, который можно было попытаться отправить под ноги крылато-рогатых стерв. Земля рядом с Гаудиной взорвалась чередой выбитых из земли фонтанчиков, после чего она сама вздрогнула от попадания тяжёлых кусочков свинца, на этот раз пробивших броню наёмницы. Не без труда повернув голову, чтобы через стёкла шлема посмотреть на чернеющее из-за густых туч небо, благодаря тепловизору она увидела пегасов, заходящих на новый круг, чтобы начать расстреливать лежащих на земле грифонов. Без жалости и сомнений... "Как в тире", - с непонятным даже для себя весельем, мысленно констатировала Грознопёрая. ...Бойцы Анклава, пользуясь подаренным аликорнами преимуществом расстреливали Когтей Гауды, мстя за своих погибших соратников. - Ничего личного, просто... - договорить грифина не успела, так как её настигла вспышка залпа энергомагического оружия, поставившего бесславную точку в истории известной наёмницы. *** На капитанском мостике "Солнечного Скитальца" воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками работы терминалов управления. Только через долгие пять секунд Отем Лиф смог пересилить странный ступор, чтобы потребовать: - Повтори, лейтенант, - голос жеребца прозвучал ровно и холодно, никак не выдав сумбурных мыслей, начавших метаться в голове полковника. - Есть, сэр, - отозвался офицер связи. - "Синее Небо" сбит ракетным вооружением противника. Капитан Рубин приступила к выполнению спасательной операции; капитан Вайс не выходит на связь; капитан Блек вместе с аликорнами Единства нанесла удар по отступающему отряду грифонов. Противник уничтожен на восемьдесят семь процентов. "Замечательно... Мы потеряли "хищник", а враг заплатил за это какой-то кучкой наёмников, едва не сбежавших от возмездия. Что же ты молчишь, Каламити? Ну же... скажи, что ты нас предупреждал", - полковник чувствовал гнев, липкими щупальцами оплетающий всю его душу, но волевым усилием заставил себя дышать ровно, с каменным выражением морды выслушивая новые и новые отчёты. - Сэр, доклад от "Затмения", - вновь вклинился в только-только успокоившийся поток мыслей голос связиста. - Они на позиции и готовы действовать. "Наконец-то", - в душе подняло голову нечто злое и тёмное, а уголки губ чуть приподнялись в удовлетворённой улыбке. - Отзовите все отряды из зоны поражения, - голос Отема разнёсся по капитанскому мостику, заставив пони поспешно выполнять приказ. - Готовность - пять минут. Каламити, аликорны смогут прикрыть наше судно от повторной атаки? Ржавый пегас уже открыл было рот, чтобы ответить, тогда как его низкорослая подружка со штопором во лбу продолжала неотрывно смотреть через панорамное окно туда, где произошёл большой взрыв, но его опередила тёмно-синяя крылато-рогатая кобыла: - Теперь мы готовы реагировать на новую угрозу. Если атака будет сравнимой мощности - мы сможем перехватить снаряды. "Хотелось бы в это верить", - мысленно констатировал Лиф. Последние минуты подготовки секретного оружия тянулись особенно медленно, но всё имеет свойство заканчиваться. Связисты доложили, что отозвавшиеся на вызов отряды отошли на безопасное расстояние, после чего "Затмение" совершило свой решающий выстрел, на ближайшие сутки превратившись в кучу технологичного летающего металла. - Запросите отчёт у капитана Блек, - вновь огласил мостик "Солнечного Скитальца" своим голосом Отем. - ...Зафиксировано отключение техники противника, - буквально через полминуты констатировал лейтенант. - Сэр, у нас... получилось. "Разумеется у нас получилось! Ведь мы так и планировали", - вспышка раздражения сколь стремительно возникла, столь же быстро была подавлена, позволяя Лифу вернуться к командованию миссией. - Передайте приказ капитану Пиро: пока противник не восстановил питание - уничтожить орудия ПВО, - на этот раз предвкушающие нотки в голосе скрыть не удалось, но, как считал полковник, каждый пегас Анклава, задействованный в сражении с наземниками, разделял его чувства. - Приготовить к запуску ракетные установки; вывести маршевые двигатели на рабочую мощность; объявить готовность для штурмовых отрядов "хищников". Пришло время показать, что такое настоящая армия. Сегодня мы сокрушим Альянс, а завтра - империю Красного Глаза. Последние слова ещё не затихли, а взгляд полковника прикипел к силуэтам гостей (в частности - аликорнов), реакцию которых на своё заявление он хотел узнать. К сожалению, а может и счастью, но крылато-рогатые кобылы остались невозмутимыми, будто бы их вовсе не беспокоила угроза в сторону нынешнего союзника. "Ничего. Скоро вам придётся сделать выбор. И вам же будет лучше, если вы не ошибётесь...". ... В это время группа пегасов, чьи доспехи были украшены узором в виде пламени, получив приказ с борта штабного "хищника" начала действовать. В последний раз проверив снаряжение, жеребцы и кобылы, под крыльями у коих были закреплены цилиндрические предметы, выстроившись клином устремились к позициям Стальных Рейнджеров, чтобы нанести им сокрушительный удар, должный полностью открыть небо для Анклава. Пегасы двигались слаженно, почти синхронно (как когда-то делали Вандерболты на своих выступлениях), ни один боец не нарушал режим тишины на канале внутренней связи. Возглавляющая их капитан Пиро, далёкая правнучка героини войны с зебрами - Спитфайр, стремилась оправдать оказанное доверие и продолжить славную историю подвигов своей семьи...