Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

Гудя двигателями вертибак опустился на выровненную облачную площадку, дополнительно укреплённую для удержания особенно тяжёлых грузов, после чего медленно опустил аппарель, впуская в грузовой отсек свежий и прохладный воздух, а также солнечный свет. Временно назначенная командиром отряда охраны дипломатов пегаска, облачённая в лётную броню с рисунком шестилучевой снежинки на груди, подняв забрало шлема выступила вперёд, чтобы поприветствовать специалиста по переговорам с наземниками (разведчика, о которых в Анклаве ходили настоящие легенды... и сочиняли анекдоты). "В то время когда все остальные патрулировали заоблачные просторы или работали на плантациях - они каждый день рисковали собой, чтобы добывать жизненно важную информацию", - пронеслось в голове пони, лишь недавно по-настоящему осознавшей, что значит - быть на лезвии клинка. ...Выпрямившись в полный рост, сложив крылья на боках и высоко подняв голову, летунья собиралась произвести на пассажира наилучшее впечатление, а если получиться - задать несколько вопросов о жизни на поверхности. Всё же несмотря на недавние события, сама она о бескрылых сородичах знала не так уж и много. Вот пони в лётной броне, отлично подогнанной и отполированной до блеска поднялась по аппарели, остановилась в прямоугольнике света, падающего на пол и, подняв правое переднее копыто, сдвинула забрало шлема на затылок. В следующую секунду в грузовом отсеке прозвучали её первые слова: - Капитан Вайс, лейтенант Уайт Шейд прибыла для исполнения... офицерского долга. От тона, которым говорила эта пони, а также игривого подмигивания, явно намекающего на что-то совсем не уставное, Снежная Королева почувствовала как у неё дёрнулись левое веко и ухо. От опытной разведчицы, которую ей приказал забрать с места несения службы сам генерал Штормфаер, она никак не ожидала попыток заигрывания, да ещё с первых секунд знакомства. "Стоп. Она меня провоцирует. Проверяет мою реакцию? Устойчивость на стрессовые ситуации. И я чуть было не провалила проверку... Ну ничего. Подобным мелочам меня не пронять: я покажу, что генерал не зря решил дать мне шанс", - вернув себе самообладание, летунья вновь встретилась взглядом с кобылой, являющейся официальным связным с Единством и главами Понивилля в этой области Эквестрии (её и выбрали для миссии за то, что она лучше других представляет, что можно ожидать от союзников). - Добро пожаловать на борт, лейтенант, - отсалютовав младшей по званию, но гораздо более опытной пони, Вайс тут же продолжила: - Мы можем отправляться как только вы будете готовы. Члены команды предоставят вам любую помощь в рамках нашей компетенции. - Члены команды... - задумчиво протянула собеседница, скользнув взглядом по пегасам из отряда Вайс, которых она тренировала лично и смогла сберечь во время пока что единственного масштабного сражения войны с наземниками. - Лейтенант Уайт Шэйд, мэм? - неожиданно ощутив себя очень неловко, словно бы её выковыряли из брони, осмотрели со всех сторон и оценили, командир отряда охраны поёжилась. - А... Не бери-те в голову, капитан Вайс, - начав говорить расслабленно, к концу своей фразы разведчица постаралась изобразить уставное поведение, что выглядело крайне неубедительно (подчинённые Снежной Королевы за такое могли бы получить взыскание и внеочередные тренировки). - Всё необходимое у меня с собой. Да и еду в полёт брать нельзя... Гхм. Можем отправляться. "Как играет. Вот значит, что такое - профессионал своего дела? Мне ещё долго предстоит работать, чтобы подняться до её уровня", - пронеслось в голове летуньи, тут же постаравшейся взять себя в копыта, чтобы не ударить мордочкой в грязь. - Так точно, мэм, - вновь отсалютовав, Вайс повернулась к своим подчинённым и продолжила командным тоном: - Все по местам! Задраить люки; провести проверку систем вертибака; отправить сообщение на корабль генерала Штормфаера. Бойцы, с которыми она прошла сложнейшее испытание в своей жизни молча принялись исполнять приказы, вскоре оставив двух старших офицеров наедине. Они были лучшими из её команды, причём далеко не только потому, что перевыполняли стандартные нормативы вместе со своим лидером, но и потому, что умели выражать свою поддержку наименее навязчивым образом. ...Когда Вайс после сражения подала своё заявление полковнику Отему Лифу, узнавшие об этом подчинённые составили групповое обращение, где предупредили о своей готовности отправиться под арест, если их командира осудят за поведение нарушивших прямой приказ идиотов. Сама она об этом узнала через сутки сидения в следственном изоляторе, когда её вызвали на аудиенцию, но не к полковнику, а к генералу Штормфаеру, который бесконечно долгие пять минут рассматривал неподвижно застывшую кобылу, а затем просто кивнул и заявил, что её прошение отклонено. "У Анклава слишком мало боевых офицеров, искренне радеющих за общее дело и благо своих подчинённых. Ещё меньше тех, кто имеют реальный боевой опыт... и кого искренне уважают его солдаты", - вспомнились летунье слова немолодого, но полного сил, буквально излучающего харизму жеребца. Именно благодаря генералу она смогла справиться с гнетущим чувством вины, осознать, что едва не бросила труд всей своей жизни, а также набраться решимости стать лучше прошлой себя, дабы больше не допустить прежних ошибок. Немалую роль во всём этом сыграло ещё и то, что под обращением "снежинок", где расписались её подчинённые, свою подпись оставила и капитан Рубин (насквозь гражданская пони, в момент нужды продемонстрировавшая решимость и смелость, коим можно позавидовать). - Лейтенант Шэйд, разрешите обратиться? - Вайс мысленно встряхнулась и вернула своё внимание к разведчице. - Просто Уайт, подруга, - собеседница улыбнулась и весело прищурилась. - Если ты, конечно, не настаиваешь на том, чтобы я обращалась к тебе - мой капитан. ...Как-то неожиданно пассажирка оказалась настолько близко, что Вайс почувствовала на своей мордочке её дыхание, носом уловив какой-то сладковатый, свежий аромат. От неожиданности, а может быть и тона, коим были произнесены последние слова, по её спине пробежал табунок мурашек, а крылья напряглись, но остались надёжно прижатыми к телу. "Соберись, тряпка! Тебя снова провоцируют, а ты ведёшь себя как кобылка на школьном выпускном, к которой подошёл красивый жеребчик. И вообще... лейтенант Уайт - тоже кобыла. И в отличие от тебя она - профессионал с богатым личным опытом", - отмахнувшись от глупой мысли, что Шэйд с ней заигрывает, Снежная Королева вернулась к привычному образу холодной сосредоточенности. - Так точно... Уайт, - капитан выдохнула, старательно обдумывая, стоит ли ей попробовать перейти на дружеский тон общения, к которому её склоняет разведчица. - Не могла бы ты рассказать, хотя бы в нескольких фразах, что мне следует ожидать на этом задании? У меня... не слишком богатый опыт общения с жителями Пустоши. - С тебя кружечка чего-нибудь горячего и мой язык в полном твоём распоряжении, - заявила собеседница, вновь заставив воображение командира охраны будущей делегации дипломатов свернуть совсем не туда. - А если к этой кружечке найдётся что-нибудь сладкое, то - не только язык. "Я выдержу это испытание. Я не поддамся на провокации и покажу, что достойна занимать своё место. Но... как играет. Наверняка она хочет убедиться, что на меня можно будет положиться во время переговоров. Всё же в Тенпони нас, определённо, будут провоцировать", - Вайс решительно кивнула, чувствуя восхищение и благодарность в отношении лейтенанта разведки, которая не забывала о своём долге перед Анклавом ни на минуту и, даже когда могла просто отдохнуть во время перелёта, предпочла преподать урок старшей по званию напарнице. *** - Эй, все пони! - ворвавшись в дерево-штаб-библиотеку, Дидзи крикнула во весь голос и начала гарцевать перед входом. - Карета подана! Ну, где вы там? - Уже идём, - отозвалась серая и зеленоглазая аликорночка, одетая в комбинезон стойла два, крайне осторожно спускаясь со второго этажа. - Даже не думала, что с новым ростом возникнет столько проблем. - Ничо, Лилпип, скоро привыкнешь, - помахал кобылке копытом Каламити, удобно развалившийся на диване перед столиком. - Эт ты ещё не начала учиться летать. Как, кстать, крылья? - М... чувствуются нормально, - опустив голову, чтобы не было видно как краснеет мордочка, отозвалась уже не компактная, да и больше не единорожка. ...В памяти начинающей волшебницы всплыли подробности процедуры, при помощи которой Снейк помог ей и Вельвет сперва почувствовать, а затем и научиться шевелить крыльями осознанно. И если сперва всё было нормально (магические разряды просто были неприятными, заставляя сокращаться в судорогах мышцы, которых раньше не существовало), то чем интенсивнее становилось воздействие - тем более яркими становились впечатления. Сидя спиной к учителю, бок о бок с Ремеди и мордочкой к окну, Литлпип какое-то время даже не понимала, что происходит. Покалывания в крыльях же постепенно становились не просто чуть-чуть болезненными, но начали вызывать мурашки вдоль позвоночника, взрывающиеся искорками где-то в затылке, а затем и тепло внизу живота, учащённое дыхание и сердцебиение. ...В момент когда с её губ сорвался совсем не болезненный стон зеленоглазая кобылка вспыхнула от стыда и страха, рефлекторно зажав рот копытцем и округлив глаза. Запаниковав она успела подумать, что это с ней что-то не так (в конце концов ей попадались видеозаписи с пони, которые любят жёсткие ласки, почти переходящие в насилие), но брошенный в сторону певицы взгляд развеял часть опасений. "Хотя... на миг у меня возникли сомнения и в Вельвет. И не только сомнения", - из-за того, что воображение вновь попыталось нарисовать образ чёрной аликорночки в кожаной сбруе, начинающая волшебница едва удержалась от желания зажмуриться и помотать головой (делать этого на лестнице совсем не стоило, чтобы не полететь кубарем вниз). Ремеди, мордочка коей тоже пылала, а в глазах плескались эмоции, вызвавшие табунки мурашек по всему телу выходки из второго стойла, сидела прикусив белоснежными зубами нижнюю губу и прижав ушки, трепеща ноздрями при каждом глубоком вдохе и выдохе. Её пушистая грудь вздымалась, живот напрягался вместе с мышцами ног и спины, но она сдерживала себя как могла, стараясь не выдать белому жеребцу своего состояния. "Не могу поверить, что Снейк так ничего и не понял. Он же постоянно общается с аликорнами Единства: неужели они не сказали ему о том, насколько чувствительными являются крылья и к чему может привести их... стимуляция?", - задумываясь об этом Литлпип колебалась между двумя вариантами, в одном из которых наставник всё знал и целенаправленно... проявлял внимание к своим ученицам, а в другом - Твайлайт Спаркл, Беатрикс Луламун, Гештальт и Мозаика развлекались за счёт волшебника, умалчивая "незначительные" детали. Она могла поверить, что Лимон просто не решилась сообщить Снейку о своих ощущениях, считая будто так и должно быть: в конце концов несмотря на прошедшее время, некоторые последствия рабства в копытах рейдеров в её поведении прослеживались. Дидзи и Каламити должны были бы ему обо всём рассказать, но и с этой пары могло статься, что они договорились "помочь сблизиться" своим друзьям, предоставив им самим разбираться в своих отношениях. "У-у-у... друзья, хуф вас побери", - мысленно простонала начинающая волшебница, с облегчением спустившаяся с последней ступеньки, чтобы ощутить под ногами ровный твёрдый пол. - Когда вернёмся из Тенпони - я займусь вашим обучением, - пообещала Ду, вскочила на задние ноги и провела по воздуху пару ударов передними копытцами, широко улыбнулась и заявила: - У меня в этом огромный опыт. Вы у меня радужный удар сделать сможете! - Может не надо? - опасливо спросила жёлтая аликорночка. - Я... не хочу вас утруждать. И... я могу обратиться к мисс Флаттершай. - Не волнуйся, - вернувшись на четыре копыта, бывшая гуль подскакала к крылато-рогатой кобылке и хлопнула её крылом по спине. - Будет здорово. Флаттершай, наверное, тоже присоединится. Вельвет, ты где?! - Уже иду, Дидзи, - отозвалась чёрная аликорночка, стремительно и грациозно сбегая по лестнице, красуясь серебристо-белым платьем с короткими рукавами и подолом, через разрезы на бёдрах позволяющем увидеть кьютимарки. - Идёмте, девочки. Каламити, постарайся не устроить из дома свалку, пока мы не вернёмся. Певица шутливо пригрозила крылатому жеребцу, что оставался в Понивилле за главного (исключительно формально, так как все обязанности на себя брали сёстры Единства). Ржавый пегас фыркнул, ухмыльнулся и пообещал: - Как скажш, красотка: обожду вашего возвращения. - Эй! Я тоже хочу комплимент, - насупилась Дидзи, бросив на летуна шутливый сердитый взгляд. - Смотри у меня: всё Снейку расскажу. - Идёмте, - решила поторопить подруг зеленоглазая кобылка. - Снейк нас, наверное, уже заждался. - Точно-точно, - Ду весело прищурилась, бросив на начинающую волшебницу ехидный взгляд, от которого она ощутила как начинает краснеть мордочкой. - Не будем заставлять его ждать. "Я тебе ещё отомщу... Не знаю - как, но отомщу", - мысленно пообещала выходка из второго стойла, первой направляясь к выходу из дома-дерева-библиотеки. ...В памяти вновь всплыли события той процедуры, когда они с Вельвет оказались в очень затруднительной ситуации. К счастью (ну и небольшому разочарованию), Ремеди подгадала момент между заклинаниями и, выдерживая ровный тон, попросила прерваться. Волшебник не стал настаивать на продолжении и, после того как обе кобылки неловко помахали крыльями, отправился вниз, а затем и вовсе переключил своё внимание на башню Тенпони. После того как в комнате они остались одни, новоявленные аликорницы некоторое время провели в молчании, а затем певица произнесла, что "Теперь Снейк обязан на нас жениться". Литлпип же, начав нервно хихикать добавила: "Осталось решить, кто ему всё объяснит". ... План волшебника по присоединению Тенпони, мотивированный рассказом о шахте мегазаклинания, которую нужно либо взять под контроль, либо вывести из строя, чтобы ею никто не воспользовался против них вызвал разные эмоции. На фоне превращения в аликорна Литлпип отнеслась к этому совершенно несерьёзно, тогда как Каламити и Дидзи изначально отдали право принимать стратегические решения другим. Смотрительницы второго и тридцать четвёртого стойла высказали готовность вступить в переговоры: идея, что новое правительство Эквестрии будет называться Обществом Сумерек не вызвала у них отторжения, в особенности после предложения выдвинуть собственных кандидатов, что войдут в верховный совет. Вообще, по замыслу учителя, Тенпони должно было остаться в меньшинстве получив в организации от двух до пяти голосов, как и все остальные союзники. Анклав, как наиболее многочисленное, технологичное и организованное государство мог претендовать на большинство в совете Общества Сумерек, но в случае подобного требования Снейк планировал ввести представителей от обеих Эпплуз, Разбитого Копыта, а затем, после переговоров с Красным Глазом, и остальные города работорговцев. Кроме того, официальное объявление о Союзе, возникшем в знаковом месте Пустоши - Тенпони, должно было спровоцировать остальные нейтральные поселения либо начать объединяться между собой, либо отправить своих представителей в Мэйнхеттен, в руинах которого тоже обитало немало пони, что вряд ли откажутся улучшить собственные условия жизни. В виду того, что стойлу два пока что некого было отправить на переговоры для отстаивания своих интересов, роль их представителей выпала Литлпип и Вельвет. От Понивилля в Тенпони отправились Дидзи и Лимон, ну и, разумеется, уже находящийся в башне Снейк. Принцесса Каденс отказалась от личного визита, решив временно не афишировать свой статус аликорна, появившегося естественным путём, а потому от её имени предстояло выступать Сапфир Шорс, сопровождавшей смотрительницу при первом путешествии на поверхность, и Фулбрингу - заместителю главы охраны. Литлпип не знала, как к столь внезапному предложению отнеслись в Анклаве, который совсем недавно планировал военный захват Мэйнхеттена. Однако же пегасы, после того как сообщение было отправлено их командованию, известили о своей готовности вступить в дипломатические переговоры. "Наверняка они считают, что мы задумали что-то против них. И тоже задумали что-нибудь уже против нас". *** В зале с круглым столом звучали музыка, стук столовых приборов, оживлённые разговоры. Яркий свет электрических ламп падал на столешницу укрытую кружевной скатертью, где были расставлены золотая посуда, хрустальные кувшины и вазы с консервированными, и даже свежими фруктами, овощами, зеленью. "Уже празднуют свою победу. Наивные, высокомерные, не видящие дальше своего носа глупцы", - Старфорс сидел в одном из кресел, меланхолично глядя на пони, которые считали себя элитой этого мира и улыбался уголками рта. Услужливые слуги своевременно меняли посуду, подкладывали новые блюда, подливали напитки, а затем столь же бесшумно как появлялись - исчезали из помещения. Так как Общество Сумерек до сих пор правило Тенпони "из тени", что должно было измениться со дня на день, роль разносчиков и разносчиц выполняли младшие члены ордена, уже получившие заманчивые предложения от своих покровителей. "Раз уж нам суждено стать частью механизма официальной власти в Пустоши, то и наши последователи должны получить достаточно высокие должности. Ведь какой смысл быть главой... министерства образования, например, если ни один из твоих указов не исполняется? А вот когда на всех контролирующих должностях находятся верные пони - проигнорировать спущенный сверху указ гораздо сложнее", - поднеся к губам бокал с ярко-красным напитком, немолодой жеребец сделал глоток, чувствуя как кислая терпкая жидкость проваливается в пищевод. ...Из всех требований, выставленных Советом Сумерек во время разговора со Снейком, Старфорс собирался держаться исключительно за право контролировать образование на территории Союза. В конце концов это давало возможность отслеживать наиболее перспективных последователей, чтобы вербовать их в будущем, делясь чуточку большим количеством знаний и ресурсов на пути взросления. "Постепенно благодарные нам жеребцы и кобылы займут достойные места и в других структурах, после чего Общество Сумерек обретёт влияние, которое и не снилось нашим предшественникам. Даже жаль, что вы этого не сможете оценить...", - откинувшись на спинку кресла, немолодой пони прикрыл глаза и снова удовлетворённо улыбнулся. Тем временем разговоры за столом смолкали, в нескольких случаях сменившись совсем немелодичным храпом. Выпавшие из хватки телекинеза или копытокинеза столовые приборы упали на стол или пол... хрустальный бокал тоже покатился по дорогому ковру, залив его рубиновой жидкостью. - Ну что же... это было поучительно, - произнёс Бладмун, снимая с шеи салфетку, чтобы промакнуть губы, смять её и бросить на стол. - Полагаю, наши договорённости остаются в силе? - уточнил Шэдоунайт, повторяя действия своего коллеги, скучающим взглядом окидывая восьмерых советников, уснувших прямо во время праздничного ужина. - Несомненно, - кивнул красногривый единорог, остановив свой взгляд на Старфорсе, который так и не понял, что попался в ловушку, организованную им для своих коллег. - Приступаем к следующему этапу...