Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

"Приветствую вас, дети мои, на радио Пустоши номер один! И сегодня у меня для для вас по-настоящему горячая новость, от которой пригорит немало крупов как под, так и над облаками. Так что подготовьте уши и наберитесь терпения: мы начинаем исторический выпуск новостей". "Однако же сперва отвлечёмся и обратимся к прогнозу погоды, главными спонсорами которого являются пегасы Анклава. Анклав - стабильный поставщик осадков на протяжении двухсот лет!". "Над Кантерлотом плотная розовооблачность, а также сгущаются тучи, обещающие скорый ливень, а вот над Понивиллем светит солнце. Необычная солнечная погода замечена и над Новой Эпплузой, официально ещё не сообщившей о желании вступить в полноправный союз с аликорнами Единства и Анклавом, а также световые колодцы видны и над Мэйнхеттеном. Скажу даже больше: из моего окна открывается вид на круглую прореху в облачном покрове, откуда падает столб света прямо на разрушенные здания... Не то, чтобы они от этого стали выглядеть сильно лучше, но если сравнивать, то - это как день и ночь! Гхм...". "Кроме всего прочего - над Мэйнхеттеном наблюдается повышенная пегасовость: бойцы Анклава мельтешат на фоне прорех в облаках, временами спускаются к крышам высотных зданий, но в сам город не лезут. Учитывая, что на окраинах видны их Хищники - это явление вряд ли является временным. Так что, дорогие мэйнхеттенцы, рекомендую вам обзавестись бронезонтиками и, по возможности, в ближайшее время не покидать своих убежищ". "А теперь - возвращаемся к главному событию сегодняшнего дня. Вся Пустошь затаилась в ожидании и даже Стальные Рейнджеры с рейдерами Красного Глаза не кажут носа из своих крепостей, будто бы чувствуя повисшее в воздухе напряжение. А всё дело в том... что сегодня в башне Тенпони должны пройти переговоры, которые разделят наши жизни на "до" и "после". Главы маяка цивилизации в этом разрушенном мире выступили одними из инициаторов встречи между Союзом Стойл и Свободных Поселений с одной стороны, Анклавом - со второй, ну и самой башней Тенпони - с третьей. Мне предоставлена честь сообщить, что это не просто очередное мирное соглашение, которое может рассыпаться из-за первой же неудачи, как это произошло с Альянсом, а попытка полноценного объединения с образованием единого правительства. Целями данного мероприятия являются, во-первых, обеспечение безопасности мирных жителей, во-вторых, распространение общего образования, в-третьих, организация мест оказания медицинской помощи, в-четвёртых, выработка понятного свода единых законов...". "Пон, дружище, это звучит как-то слишком уж хорошо. Тебе это не кажется подозрительным?". "Я не призываю вас сразу верить всему, как и забывать всё, что происходило раньше. В конце концов здоровая подозрительность - это залог здоровья параноика. Кроме того, дети мои, я хочу, чтобы вы со скепсисом относились ко всему и подвергали сомнению услышанное и увиденное... Однако же не забывайте, что "Подвергать сомнению" и "Слепо отрицать" - это совершенно разные вещи. Лично же я буду надеяться на то, что это мирное начинание на самом деле окажется тем, что нам обещают, а не какой-то хитрой ловушкой. А потому - держите ушки на макушке и слушайте Радио Пустоши Номер Один, где я буду регулярно делиться собственными наблюдениями. Пока же послушаем песню Свити Белль, призывающей нас открыть сердца новому дню". *** "Не к этому я стремился", - мысленно констатировал Отем Лиф, стоя в грузовом отсеке вертибака, медленно спускающегося на площадку перед небоскрёбом Тенпони. Полковник был облачён в военный мундир бело-голубой расцветки, со знаками отличия и позвякивающими медалями на левой стороне груди. Впрочем, если бы была его воля, он бы предпочёл забраться в свою привычную и надёжную "скорлупу", а не красоваться хмурым выражением морды и короткой гривой на глазах у сотен пони. ...Нет, ему нечего было стесняться: физическая форма боевого офицера могла бы заставить завидовать многих, ну а наличие незначительных шрамов только подчёркивали достоинство пегаса. В тренировочных залах, да и общем душе на борту Хищника он ни раз представал перед подчинёнными и старшими командирами лишь в собственной шерсти, но вот незнакомое пространство и множество наземных пони вызывали в душе тревогу. "И почему в этом цирке должен участвовать именно я?", - недовольно спросил внутренний голос, звучащий как далёкий рокот грома. ...Отем с удовольствием занялся бы тем, в чём был по-настоящему хорош: спланировал новую боевую операцию, взял бы на себя командование внешним охранением, ну или же подготовил штурм башни на случай, если наземники выкинут какую-нибудь глупость. Только вот приказ генерала был однозначен и отказа не предполагал. "Я - командующий сил Анклава, разгромивших Альянс. Сам факт моего присутствия на переговорах - это уже способ давления на новых союзников... и тех, кто могут ими стать. А ещё - Штормфаер делает на меня ставку, собираясь продвинуть по службе", - вся эта возня с интригами в высших кругах полковнику не нравилась и вызывала только раздражение, да и деятельная натура требовала находиться на острие атаки, среди верных и столь же решительных подчинённых. - Ну что же... взглянем на осколок культуры старой Эквестрии, - привлекая к себе внимание произнёс старший офицер, красующийся бело-золотым мундиром, с фуражкой и парадным наградным кортиком, в современной войне играющем декоративную роль (хотя, при желании сам Лиф мог бы с его помощью вскрыть силовую броню земнопони, всё же имеющую уязвимости в местах стыков металлических пластин). Со стуком опор о площадку спуск прекратился и двигатели вертибака сбавили обороты, пусть и не затихли окончательно. Аппарель опустилась, впуская в трюм запах камня, смешавшийся с ароматами металла и машинного масла, которыми насквозь пропахли и сами пегасы, и их парадная форма, предназначенная скорее для стояния на трибунах на облаках, нежели для чего-то ещё. Первыми на улицу вышли бойцы из отряда капитана Вайс, которая как и лейтенант Шэйд, и сам Лиф была приглашена сопровождать генерала на переговоры. Впрочем, в отличие от остальной троицы дипломатов, пони с рисунком снежинки оставалась в броне, хоть и избавленной от всего навесного оружия... кроме скорпионьего хвоста (его тоже обезвредили убрав жало, но для опытного бойца это не было проблемой). "Пегас в силовой броне в узком коридоре... Жители Тенпони, очевидно, недооценивают Анклав", - после того как было получено подтверждение о безопасности, Штормфаер первым направился к спуску, заставляя Отема себя нагонять. ... В это время на одном из верхних этажей Тенпони, у панорамного окна стояли двое жеребцов в сине-золотых камзолах с фиолетовыми подкладками. Хмурыми взглядами они следили за прибытием гостей, которых сопровождала весьма внушительная охрана, заставляющая по-настоящему беспокоиться о собственной безопасности. - Анклав слишком много из себя строит, - недовольно скривив морду, Бладмун отвёл глаза от летательного аппарата, который даже без снятого вооружения выглядел словно готовый к бою хищник. - Играют мышцами перед нами... и друг перед другом, - пожал плечами Шэдоунайт, тоже вынужденный новым взглядом посмотреть на предполагаемый союз (всё же одно дело - знать о возможностях другой стороны, и совсем другое - видеть их воочию). - Наблюдатели докладывают, что в соседних зданиях в каждом окне сидит по пегасу или аликорну, которые готовы отреагировать на любую провокацию. - Нам тоже следовало отправить своих охранников для контроля периметра, - проворчал красногривый единорог. - Мы бы лишь смех этим вызвали, - отозвался его собеседник. - Наблюдателей, чтобы оставаться в курсе происходящего снаружи достаточно. Гораздо лучше сконцентрироваться на обеспечении безопасности внутри башни. Тем более, что здесь у нас есть полное преимущество как в численности, так и знаниях особенностей архитектуры. Те же роботы и автоматические турели прикрывающие посты дежурных, произведут лучшее впечатление. - Ты прав... - Бладмун прикрыл глаза, дёрнул ушами, после чего констатировал: - Просто - мне это не нравится. - Мне тоже, но мы сами в это ввязались, - Шэдоунайт хмыкнул, а затем перевёл тему: - Для встречи всё готово? - Стол переговоров установлен в актовом зале, стены украшены флагами... фуршет можно будет организовать минут за десять, а гостевые покои уже ждут постояльцев, - красногривый жеребец немного подумал, а затем добавил: - Гостей обслужат по высшему разряду. Если они, конечно, пожелают остаться на ночь. - Подобные соглашения не заключаются за один день, - заметил его собеседник. - Сегодня, в лучшем случае, мы примерно очертим круги интересов, Уже завтра начнутся торги по каждому из пунктов. - Так говоришь, словно бы уже ни раз в чём-то таком участвовал, - усмехнувшись, Бладмун скосил на напарника взгляд. - Я пересмотрел архивные записи, - Шэдоунайт пожал плечами. - Есть, конечно, вероятность, что всего этого удастся избежать. Только вот я в это не верю. - Все мы слишком разные... - тряхнув красной гривой, один из двух оставшихся глав Общества Сумерек посмотрел на облачный покров, в ряде мест продырявленный самими пегасами, чтобы им было проще обмениваться сообщениями со своим командованием, а также контролировать территорию Мэйнхеттена (жители, получившие предупреждение от диджея, благоразумно предпочли не мелькать перед глазами у вооружённых до зубов летунов). - Как думаешь, принцессы тоже боялись, когда объединяли Эквестрию? - Наверняка, - констатировал напарник. - Хотя, королеве Платине с соратниками было сложнее. В конце концов... в их времена племена вовсе не имели опыта столь тесного взаимодействия. - Из твоей логики выходит, что нам должно быть ещё проще, - невесело хохотнул Бладмун, тут же вернув себе хмурый вид. - Только я что-то не чувствую этой лёгкости. - Смотри на это с другой стороны, - посоветовал Шэдоунайт, движением ушей выдавая свою нервозность. - Сегодня и пегасы, и аликорны Единства, и другие пони прибыли сами. Они хотят этого мира, а потому готовы идти на уступки. Нам тоже есть от чего отказаться, чтобы в итоге получить желаемое. Если бы аликорнов с их магией не было - Общество Сумерек обладало бы большим весом и значимостью, но даже сейчас мы - наиболее развитой в магической науке осколок старой Эквестрии. И никакой земнопони, какими бы возможностями и знаниями он ни обладал - этого не изменит. - Твои бы слова да принцессам в уши, - красногривый пони качнул головой, после чего констатировал: - Пора встречать гостей. Не стоит заставлять их томиться в холле... Тенпони их обиды может не пережить. ... Поправив зелёный пиджак и красный галстук-бабочку, крепящуюся под чёрным ошейником, инкрустированным несколькими крупными кристаллами, она пригладила гриву и вышла из небесной колесницы, в которую были запряжены три аликорна (это до сих пор вызывало диссонанс, вызывающий зуд в голове). Тут же прохладный и пыльный воздух попытался растрепать пряди, но потерпел в этом деле сокрушительное поражение благодаря заколкам. У дверей башни её встретили улыбчивые, но напряжённые единороги в форме сотрудников безопасности Тенпони, сверившиеся со списком гостей прежде чем распахнуть створки. В холле, где горел яркий, практически слепящий после улицы свет и играла приятная, почти забытая ненавязчивая музыка, их с сопровождающим встретила ещё одна волшебница, лучащаяся показным дружелюбием. - Прошу следовать за мной: почти все гости уже прибыли, - зеленошёрстая кобылка ещё раз скользнула взглядом по её мордочке, но во взгляде так и не появилось узнавания, что, наверное, было даже к лучшему. - Скажите... можно задать вопрос? - Разумеется, - отозвалась гостья, уверенно проходя в кабинку лифта, чтобы встать мордочка к мордочке с единорожкой. - В худшем случае - я не смогу ответить. - Понимаю, - собеседница бросила быстрый взгляд на молчаливого охранника, а затем торопливо спросила: - В Разбитом Копыте правда жил дракон-пониед? - Да, - уголки губ слегка дрогнули, стоило только вспомнить отчёты о том, сколько жертв было на совести этого существа, считающего простых жеребцов и кобыл своей законной добычей. - Но мистер Топаз больше никому не причинит вреда. "Если не считать за таковой поставки драконьего навоза", - промелькнула в голове неожиданная мысль, заставившая вспомнить и о пленённых Стальных Рейнджерах, которым приходится закапывать это "богатство" в землю, чтобы затем сажать новые деревья. - Это хорошо, - собеседница улыбнулась более искренне, но тут же на её мордочку вновь вернулись напряжённость и подозрение. - Можно ещё вопрос? - Можешь спрашивать пока у нас есть время, - был дан ей ответ, одновременно с указанием взглядом на цифры этажа, который они проезжали (лифт двигался как-то уж слишком неспешно). - Почему в Разбитом Копыте всё ещё держат рабов? - выпалила единорожка на одном дыхании, а потом, словно боясь передумать, спросила о другом: - Почему аликорны не освободят рабов Красного Глаза? "Хороший вопрос. И это явно не праздный интерес", - сомнений в том, что за ними следят на всём маршруте пути не было, но теперь пришла уверенность, что сопровождающая не просто так подняла столь неудобные темы. - Для начала: в Разбитом Копыте находится центр перевоспитания рейдеров... Это что-то вроде тюрьмы времён старой Эквестрии, где заключённые учились зарабатывать честным трудом, - ответ слетел с губ легко и привычно, как и множество раз до этого, пусть для такого результата когда-то пришлось перебарывать собственную стеснительность. - Что же до империи Красного Глаза, то тут всё сложнее. Мы бы, разумеется, могли освободить всех рабов, но это вызвало бы, во-первых, полную остановку промышленности, во-вторых, новые рейды рейдеров в поселения Пустоши, в-третьих, вынудило бы обеспечивать их жильём, едой, лечением... а также организовывать дополнительное наблюдение в целях защиты. Сейчас все невольники, которые раньше работали на Красного Глаза официально принадлежат Единству. Само то, что работорговцы считают их собственностью аликорнов обеспечивает этим пони защиту. Сами же они продолжают работать как и прежде, но уже в рамках правил, отображающих трудовой кодекс старой Эквестрии... почти во всём. Пока что этот компромисс помогает Единству сдерживать работорговцев от новых походов за пони, одновременно с тем обеспечивая приемлемый уровень жизни для рабочих, восстанавливающих промышленность и трудящихся на стройках. Это не лучший выход... но как временное решение мы не можем предложить чего-то ещё. Если... когда договор между Союзом, Анклавом и Тенпони будет подписан - мы сможем сделать больше, при этом не принеся разруху и множество смертей. - Спасибо за ответы, - единорожка смущённо отвела взгляд, а спустя короткий промежуток времени заявила: - Я вам верю. ...Прерывая разговор звякнул колокольчик и двери кабинки разъехались в стороны, выпуская пассажиров лифта в коридор, где стояли пони в форме охраны, кобылки в нарядах горничных, просто какие-то снобы, словно бы сошедшие со старых картин. На миг в душе даже всколыхнулось сомнение, а не те ли это самые дворяне, которые сперва подталкивали Эквестрию навстречу войне, затем - прятались за спинами простых жеребцов и кобыл, а в конце - скрылись в убежищах. "Нет. Пони столько не живут. Ну... обычно не живут", - мысленно одёрнула себя гостья Тенпони, представляющая на этих переговорах Разбитое Копыто. Встревоженные, возбуждённые, любопытные взгляды скользили по ней, казалось бы не упуская совершенно ничего. Впрочем, ни один из встречающих жителей "осколка старой Эквестрии" её так и не узнал, что одновременно приносило облегчение и чуть-чуть досады. ...Она оказалась включена в состав делегаций в самую последнюю минуту, ради чего пришлось серьёзно постараться. Её не хотели пускать, но доводы о том, что ей нельзя упустить возможность помочь возродиться Эквестрии путём дипломатии подействовали. Хотя, от необходимости надеть на себя кучу амулетов, выглядящих на её вкус слишком вульгарно, ораторские навыки не спасли. "С другой стороны... меня могли закутать в защитный скафандр, а то и в доспехи заставить влезть. Так что - жаловаться не на что", - констатировав этот факт в своей голове, кобылка наконец-то прошла через распахнутые широкие двери, оказавшись в просторном актовом зале, где за сдвинутыми столами, образующими большой квадрат сидели другие гости. С одной стороны сидели Снейк в образе белого земнопони в чёрной мантии, Литлпип и Вельвет, превращённые в аликорнов, а также Дидзи и Лимон, тоже преобрёдшая крылья и рог. С противоположной от них стороны, будто бы противостоя основателям Союза, на мягких подушечках устроились генерал Штормфаер, полковник Отем Лиф, лейтенант Уайт Шэйд (ещё трое пегасов стояли по ту сторону от дверей). С третьей стороны находились сиреневая, синяя и зелёная аликорницы, а рядом с ними - единорожка из стойла тридцать четыре. Напротив же них сидели двое жеребцов, всем видом старающихся показать, что у них всё находится под контролем. - Представитель Разбитого Копыта, губернатор Флаттершай Бриз, - объявила зелёная единорожка, тут же отступая в сторону, чтобы затем незаметно выскользнуть наружу. Генерал Анклава посмотрел на жёлтую крылатую кобылку, уверенно направляющуюся к свободному месту рядом с Твайлайт (именно она должна была выступать на переговорах со стороны Единства) и его глаза сперва прищурились, а затем и расширились в неверии. К некоторой досаде - он быстро взял себя в копыта, да и, судя по всему, вообще начал сомневаться в своих выводах. "Я бы и сама не поверила, если бы это произошло не со мной. И если бы после этого на моих глазах не творились другие чудеса", - поддавшись Пинки-чувству (как она сама про себя называла ту свою сторону, которая любила розыгрыши), Флаттершай заговорщически подмигнула жеребцу, от чего он снова впал в глубокую задумчивость. - Гхм-гхм, - красногривый единорог прочистил горло, привлекая к себе общее внимание, после чего заговорил: - Приветствую всех вас в Тенпони... - Прошу прощения за опоздание, - перебил его стариковский голос, раздавшийся одновременно со стуком дверей, находящихся напротив входа, коим воспользовалась жёлтая пегаска. - Годы, увы, берут своё и организму не объяснить, что вот сейчас он должен мобилизовать все свои резервы... Гхм-гхм. Благодарю, коллеги, что встретили наших достопочтимых гостей. Теперь, полагаю, мы можем представиться и приступить к обсуждению вопросов, ради которых и собрались. Меня зовут - Старфорс. К вашим услугам, леди и джентлькольты. Пока пожилой волшебник всё это говорил - его более молодые соратники старались справиться с эмоциями, которые хоть и не слишком ярко, но отчётливо читались на мордах. Благодаря этому бывшая хранительница Элемента Доброты смогла понять две вещи: во-первых, появления Старфорса здесь и сейчас они не ожидали; во-вторых, он имеет право здесь находиться, а потому - минимум не уступает коллегам положением. "Какие-то внутренние разборки? Сейчас? И вправду - осколок старой Эквестрии. Мы даже перед смертельной угрозой продолжали интриговать, мешая друг другу добиться успеха", - после этой демонстрации "единства" и "взаимопомощи", Общество Сумерек потеряло в глазах жёлтой пегаски изрядное количество пунктов...