Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

...Северус сбежал. Да - его действия можно было оправдать спешкой, необходимостью личной встречи белого земнопони с союзниками, ещё какими-нибудь причинами, но всё это были бы отговорки. В конце концов, если смотреть на ситуацию отстранённо, то никто не мешал оставить это тело в Понивилле, просто отдав контроль настоящему владельцу, а самому переместиться в другого аликорна, попутно подвергнув его чарам превращения (ведь такой же двойник, когда это было нужно, выходил из "посольских" апартаментов Тенпони). Очень давно, с того самого дня как рассорился с Лили из-за Поттера, Снейп не ощущал себя настолько потерянным. Однако же если в школьные годы эмоции кипели, выражаясь в поспешных действиях, бескомпромиссных решениях, попытках обвинить в своих бедах всех окружающих и жалости к себе, то сейчас наступила холодная растерянность. Навыки же ментальной магии, применённые на приобретённых за долгие годы тренировок рефлексах, заковали разум в панцирь из холодной отстранённости. - Раз дополнений к плану штурма дворца нет, то Трикси предлагает обсудить последний вопрос, - бывшая Богиня, фокусница, создательница Единства, проекция которой сидела за столом преподавателей в чертогах разума, жестом правой передней ноги заставила иллюзии и бумаги исчезнуть, после чего повернулась к зельевару. - Снейк, я не готова отправлять тебя в бой в таком состоянии. - Что не так с моим состоянием? - вопросительно выгнул брови белый земнопони. - Я спокоен, сосредоточен, готов к неожиданностям... - А ещё - равнодушен как бревно, - припечатала бирюзовая единорожка. - Трикси хочет сказать, что мы опасаемся... ухудшения твоего состояния, - тщательно подбирая слова, встала на сторону извечной соперницы Твайлайт. - Я не раз видела то, как пони в таком состоянии шли в бой и погибали, совершая нелепые ошибки. Либо же становились причиной гибели других. - Вам не о чём беспокоиться, мисс Спаркл, - переведя взгляд на сиреневую кобылу, твёрдо заявил бывший декан Слизерина. - Я полностью осознаю риски, контролирую свои эмоции, имею достаточный опыт... - Да не хуфа ты не контролируешь! - полыхнула раздражением Луламун, столь же стремительно успокоившаяся как и вспыхнувшая. - Пусть Трикси и не нравится, когда Твайлайт говорит от моего имени, но - она права. Ты не контролируешь эмоции, а просто подавляешь их. Рациональность в бою - это хорошо, а вот безэмоциональность - уже не очень. Я не собираюсь подвергать своих дочерей ненужному риску просто из-за того, что их "папа" может отдать приказ идти в ловушку, так как посчитает риски незначительными, а выгоду достаточной. - Я не настолько безэмоционален, - сделал новую попытку оправдаться Северус. - Да ну? - скрестив передние ноги на груди, Трикси откинулась на спинку своего стула. - Тогда, Снейк, почему я не слышу ехидных комментарий, ответных уколов в стиле "Я бы не доверил командовать дешёвой фокуснице с раздутым самомнением" и тому подобное? - Пойми, мы не пытаемся тебя задвинуть на задний план и не считаем, что ты - слабый, - перехватила инициативу министерская кобыла, передние копытца сложившая на краю столешницы, немигающим взглядом смотря на волшебника. - Ты вытащил каждую из нас из личного безумия, Снейк. Подарил надежду и показал путь... Однако же сейчас мы считаем, что помощь нужна именно тебе. - Мастер Снейк... - начала говорить Гештальт. - ...Трикси и Твайлайт правы, - закончила за сестру Мозаика. - И вообще: тратить время на спор - это нерационально, - ткнула в его сторону копытцем бывшая Богиня, тут же добавив с ехидной усмешкой на мордочке: - А вот пройти проверку и доказать, что с тобой всё в порядке - логично. - ...Хорошо, - прокрутив этот разговор в своём разуме, сравнив его с предыдущими беседами, бывший директор Хогвартса был вынужден признать, что опасения его коллег могут быть не безосновательны. - И что вы предлагаете? - Тебе следует поговорить с Каденс, - на этот раз первой заговорила бывшая ученица Селестии, тут же пояснившая своё предложение: - Она - наиболее опытна из всех нас в том, что касается решения... деликатных проблем. - А ещё она - принцесса любви, - добавила бирюзовая пони. - Так что перемещайся в тело Бирюзы, превращайся в белого жеребца и иди на сеанс. Сёстры уже предупреждены и ждут в одной из комнат тридцать четвёртого стойла. Пара часов у тебя есть: не теряй времени. ...Ещё раз взвесив приведённые доводы, Снейп решил не спорить и подчиниться. В конце концов - основная часть подготовки уже была завершена, а слушать требования, увещевания и обвинения в желании саботировать операцию он не желал. В то же время в словах кобыл имелось здравое зерно, пусть перспектива раскрыть душу перед кем-то вызывала отторжение даже в нынешнем состоянии. - Я вернусь вовремя, - заявил зельевар, тут же исчезая из чертогов разума Единства. - Трикси терзают сомнения... - потёрла подбородок копытцем Луламун. - Думаешь, что придя в норму он нам это припомнит? - предположила Твайлайт. - Нет, - бирюзовая единорожка мотнула головой, заставляя гриву рассыпаться по спине и плечам. - Трикси думает, что таким покладистым Снейк ей нравится гораздо больше. ... Комнатой, в которой сёстры Единства ждали Северуса оказалась подсобка, находящаяся недалеко от офиса смотрительницы стойла тридцать четыре. Две аликорницы, заранее проинструктированные матерью, позволили сперва превратить одну из них в белого земнопони, а затем и занять его тело, чтобы отправиться на встречу с единственной настоящей принцессой Пустоши. Снейп думал о том, насколько может раскрыться перед розовой пони и в итоге пришёл к выводу, что это будет зависеть от степени её собственной готовности доверять. В конце концов у него был богатый опыт не самого удачного взаимодействия с теми, кто требовали много, но в ответ - собственные тайны не раскрывали никому. ...В то же время сам факт беседы со смотрительницей тридцать четвёртого стойла исключит дальнейшее противодействие со стороны напарниц по управлению Единством. Таким образом потратив некоторое время сейчас, он экономил много больше в будущем. Если, конечно, Твайлайт Спаркл и Беатрикс Луламун не начнут мешать из принципа. Для того, чтобы дойти до входа в кабинет смотрительницы много времени не понадобилось, да и на пороге зельевара задерживать не стали, пригласив пройти внутрь. Розовая аликорница встретила его сидя за рабочим столом со включённым терминалом, улыбнулась и, соскочив со своего кресла, раскрыв крылья и выгнув спину с томным мычанием, предложила пройти в соседнюю комнату. - ...Я попросила не беспокоить нас без крайней нужды, так что - можешь не волноваться, что кто-нибудь ворвётся в разгар процесса, - весело подмигнув, заявила крылато-рогатая пони, гарцующей походкой устремившаяся вперёд гостя. - Здесь отличная звукоизоляция, так что даже если мы будем кричать - никто не услышит. - Понятно, - констатировал Северус, практически перед носом которого мелькали стройные задние ноги кобылы и кажущийся полупрозрачным хвост, развевающийся на неощутимом ветру. - И всё же я бы хотел наложить заглушающие чары. Просто на всякий случай. - Это... хорошо, - бросив взгляд через плечо, аликорница сменила тон с игривого на сосредоточенный, затем, когда они оказались в комнате, крылом указала на низкий чайный столик и предложила: - Располагайся. Хочешь чаю или кофе? Или чего-нибудь особенного? На последних словах в голосе принцессы вновь зазвучали провоцирующие нотки, в очередной раз проигнорированные волшебником. Подойдя к свободному месту за столом, он уселся на плоскую подушечку и произнёс: - Чёрный кофе с пятью ложками сахара. Зачем всё это? Последний вопрос осознанно был составлен так, чтобы отвечающий сам решил, что нужно говорить. Уже из этого можно было делать вывод, готов ли собеседник быть откровенным, либо же предпочтёт соскочить на нечто незначительное, из-за чего дальнейшая встреча превратится в формальность. - Трикси и Твайлайт попросили меня помочь, но для этого сперва следовало понять - насколько всё плохо, - спокойно отозвалась смотрительница стойла, начав звенеть посудой у углового столика, где на стенах висели небольшие шкафчики. - Кроме того... последние двести лет мне приходилось вести себя более чопорно. - И каков диагноз? - на этот раз Снейп и вправду заинтересовался, ощутив некоторое удовлетворение от слов крылато-рогатой кобылы. - Я оскорблена в лучших чувствах, - подхватив телекинезом две чашки с блюдцами и вазочку с печеньем, Каденс повернулась к гостю надув щёки будто обиженный жеребёнок. - Мог бы и подыграть, чтобы я не чувствовала себя так глупо. - Не вижу смысла, - отозвался бывший директор Хогвартса, с лёгким кивком приняв чашку, чтобы сделать небольшой глоток горько-сладкого напитка. - И что мы будем делать? - Ну-у-у... - усевшись напротив, собеседница изобразила на мордочке смущённую улыбку. - У меня есть парочка идей... М-да. Неужели это даже не раздражает? - Должно, наверное, - согласился волшебник. - Я подавляю большую часть эмоций. Нет, ослаблять блокировку, во всяком случае - сейчас, не буду. Мне нужна ясная голова. - Я-а-асно... В таком случае - начнём с начала, - поёрзав на месте, устраиваясь поудобнее, смотрительница подхватила свою чашку, от которой исходил ягодный аромат и, поднеся её к мордочке, внимательно глядя на Северуса, заявила: - Большинство проблем имеют свои корни в жеребячестве. Расскажи о себе. Не всё, но то, что посчитаешь нужным. ...В поверхностных мыслях собеседницы Снейп прочитал уверенность, что даже вещи, которые не будут высказаны вслух, он вспомнит и, возможно, постарается переосмыслить. Заставлять его озвучивать свои тайны, если он сам этого не захочет, на первом сеансе она точно не собиралась. ...Зельевар был вынужден сделать вывод, что это лучше, нежели он рассчитывал. А потому, можно попробовать открыться чуточку больше, нежели планировалось изначально. Но прежде чем это сделать - следовало удостовериться в том, что сказанное останется тайной. - Каденс, я хочу, чтобы мы подписали контракт о неразглашении того, что будет сказано или услышано здесь, - слова бывшего декана Слизерина звучали ровно и уверенно, а прежде чем собеседница задала вопрос - он сам пояснил: - Это магия из раздела отложенных проклятий, активирующихся только при условии срабатывания всех прописанных пунктов. Я предлагаю использовать проклятье ватного языка, чтобы при попытке озвучить узнанное в ближайшие два часа речь нарушителя становилась абсолютно невнятной. ...Нечто подобное Гермиона Грейнджер использовала, когда вместе с Поттером и Уизли создавала свой подпольный кружок самозащиты. И, несмотря на то, что девушка справилась с созданием самого контракта, наказание за его нарушение она продумала крайне плохо (ей не хватило опыта, чтобы обеспечить молчание заговорщиков способом, что не нёс бы угрозы жизни). - Что для этого нужно? - отставив чашку, смотрительница соединила передние копытца перед грудью, выглядя скорее воодушевлённой, нежели обеспокоенной. - Ты не понимаешь, что - это проклятье? - ожидая иной реакции, белый земнопони заподозрил розовую аликорницу в какой-то интриге (всё же будучи правителем на протяжении двухсот лет, она не могла остаться наивной дурой). - Ты не желаешь мне зла, а я не собираюсь никому раскрывать твои секреты, - пожала крыльями кобыла. - Так как? Что тебе нужно для создания контракта? ... "Если бы у нас двести лет назад были такие штуки - сколько пони удалось бы спасти? А может быть и вовсе получилось бы не довести дело до... Впрочем - глупо думать о незбыточном", - внимательно проследив за созданием свитка-контракта, в который Снейк внёс пункты о запрете причинения осознанного вреда и молчании, Каденс буквально обнюхала артефакт, прежде чем поставить свою подпись в нужном месте. Не то, чтобы она не доверяла жеребцу: всё же бытие полноценным аликорном даровало некоторые преимущества, да и кому, вообще, доверять, если не хранителю Элемента Верности. Кроме того, обладая мастерством в магической школе, о которой в Эквестрии если и слышали, то только в качестве сказок и сплетен, жеребец мог бы проклясть её множеством иных способов, не утруждая себя подобными сложностями. "А если бы контракт был рабским договором, заставляющим исполнять все желания хозяина? М-м-м... Пожалуй, об этом стоит написать книгу. В этом поколении у меня, вроде бы, был писательский псевдоним? Точно: напишу любовный роман!", - усилием воли прервав полёт фантазии на самом взлёте, пообещав себе вернуться к этой теме как только появится свободное время, розовая аликорница вернула свиток гостю и приготовилась ждать. ...Ягодный чай приятно щекотал вкусовые сосочки, ещё довоенные крекеры, сохранившиеся благодаря консервирующей печати в почти идеальном состоянии добавляли ощущениям пикантности, слух ласкал ровный бархатистый голос. Впрочем, будь в словах волшебника больше эмоций - история обрела бы куда более яркие краски, а не казалась историческими чёрно-белыми хрониками. "Значит, ты родился не в Эквестрии и даже не был пони? А кем...? Не важно. Куда важнее, что ваше общество было разделено на "нормальных" и "неполноценных", в чём тебя с малых лет убеждала мать. Но при этом сама же вышла замуж за последнего... по какой-то непонятной причине. В итоге - скандалы дома, презрение к "маглам", основанное на болезненной вере, что ты - лучше них и не нуждаешься в таких друзьях. Первая подруга, оказавшаяся "нормальной", хоть и рождённой "неполноценными"; мечты о совместном будущем... Ииии! Первая, невинная влюблённость - это всегда здорово. Жаль, что чаще всего она разбивается о реальность, когда в ходе взросления интересы становятся разными. Кобылки внезапно понимают, что им нравятся крутые жеребчики, а жеребчики начинают вести себя нелепо, грубо, либо просто не понимают, чего от них хотят", - изредка задавая уточняющие вопросы, принцесса любви строила у себя в голове картину жизни юного жеребёнка, который сперва обрёл надежду, а затем, когда оказался в обществе "нормальных" понял, что не вписывается в него как белая ворона в чёрную стаю. ...И всё же он не сдавался, упрямо дружил с кобылкой, что единственная оставалась лучиком света в мрачном мире благородных магов, смотрящих на полукровку со снисходительной брезгливостью. А потом произошло "предательство", которое в иных обстоятельствах могло бы разрешиться личным разговором, но новые друзья теперь уже бывшей подруги не позволили этому случиться. А потом его самого приняли в свиту влиятельного волшебника. ...Пророчество, ужас осознания, отчаянная и безуспешная попытка спасти девушку, светлый образ которой продолжал хранить в сердце. Затем была клятва и долгие годы беспросветного мрака, сопровождаемого ненавистью к себе и другим. Попытки помощи от коллег не замечались или осознанно игнорировались, а то и встречались с агрессией, пока почти все знакомые не бросили это бесперспективное дело. ...Встреча с жеребёнком той, которую продолжал любить и того, кого считал виновником всех своих неудач. Растерянность, надежда, страх, раздражение, чувство долга и презрение, которые смешались и вылились в нечто... за что Снейка хотелось стукнуть по голове (возможно - не один раз). Новый этап жизни, прошедший под знаменем защиты троицы жеребят, усиленно лезущих в самые опасные приключения, где можно умереть крайне мучительным способом... окончился собственной смертью на полу старой хижины. На этом моменте Каденс едва удержалась от того, чтобы прервать историю, но всё же смогла справиться с эмоциями, за что была вознаграждена кратким упоминанием предложения новой жизни в роли спутника для очередного героя, на которое был дан положительный ответ. ...Знакомство с Литлпип сперва не задалось: слишком сильно она напоминала жеребчика, вечно ищущего на свой круп неприятности, который в свою очередь был почти точной копией своего отца (во всяком случае - внешне). Однако, чем больше времени проходило - тем больше положительных качеств новой ученицы видел Снейк. "Ты бы видел их и в том жеребёнке, если бы присмотрелся", - с грустью подумала розовая аликорница. - ...И вот - я сбежал, - поставив точку в истории, белый жеребец отставил опустевшую чашку на блюдце и выжидающе посмотрел на принцессу любви. - Если коротко, то - это всё. - М... - отставив и свою посуду, крылато-рогатая пони прикрыла глаза и уточнила: - Скажи, Снейк, ты считаешь меня... неполноценной? Или же животным? - ...Нет, - обдумав вопрос, неторопливо ответил земнопони. - К чему это? - Я могу ошибаться... - постучав копытцами по краю стола, Каденс подняла передние ноги в останавливающем жесте и продолжила: - Ты не сказал, к какому народу относился, но из твоей истории выходит, что даже своих сородичей, не обладающих развитым магическим даром, твоё окружение считало... неполноценными существами, связь с которыми порицалась. Незаметно для себя ты перенял мнение, что вы - единственные достойные существа, тогда как даже обладающие магией представители иных видов - нет. Ты испытываешь симпатию к Литлпип, но когда она проявила к тебе большую привязанность нежели ученица к учителю - из подсознания поднялись эти установки прежней жизни. А теперь ответь для себя на вопрос: испытываешь ли ты к пони отвращение при мысли о физической близости? Подхватив телекинезом пустую посуду, Каденс поднялась из-за стола и пошла к кухонному уголку, на этот раз не пытаясь выглядеть соблазнительно, а просто давая волшебнику возможность на собственном примере прийти к какому-либо выводу. Впрочем, даже если бы оказалось, что сама принцесса вызывает у Снейка внутреннее отторжение, то оставался иной фактор, при помощи которого можно было развязать один из узлов на связи, не позволяющих расцвести его чувствам. "Такого бардака в голове я точно увидеть не ожидала. Хорошо, что мы подписали этот контракт", - быстро очистив посуду и расставив её по полочкам, розовая аликорница вернулась к столу, но не стала садиться на прежнее место. - Мне... сложно сказать, - подняв взгляд от стола, белый земнопони посмотрел на принцессу значительно более живым взглядом чем тот, который у него был с самого начала встречи. - Пожалуй... благодаря опыту, полученному благодаря смертельной шутке, я вполне могу считать пони красивыми. Нет, я не считаю тебя неполноценной или животным. - Хорошо, - чувствуя, что встаёт на очень тонкий лёд, крылато-рогатая кобылка предложила: - Подумай вот над чем... ты бы хотел, чтобы Лили была с тобой... или, чтобы она была гарантированно счастливой? И как она ответила бы на этот вопрос, если бы я задала его ей. - Я... подумаю, - после короткой паузы, вновь отстранённым голосом констатировал жеребец, тут же продолжив: - Мне и вправду есть, над чем следует поразмышлять. А сейчас, пожалуй, пора идти. Спасибо за помощь, Каденс... - Постой, - подняв правое переднее копытце, смотрительница поспешно прервала готового уйти волшебника, при этом отчётливо ощущая то, что если сейчас чего-нибудь не придумает - то провалится как помощник. - Я хочу предложить тебе испытать одно заклинание, которое заставит влюбиться в первого, на кого упадёт взгляд. Эффект временный и пройдёт через две минуты, либо же раньше, если у того, на ком чары были использованы есть сильные чувства к другому. - ...И зачем это? - склонил голову в вопросе зельевар. - Ну... - Каденс вильнула глазами в сторону, но затем вновь вернула зрительный контакт. - Это поможет тебе разобраться в том, что ты чувствуешь к... своей ученице. Можем подписать ещё один контракт, что заклинание подействует именно так, как я говорю. - ...Хорошо, - медленно кивнув, Снейк поднялся из-за стола и встал напротив розовой аликорницы. - Контракт не нужен. Можешь приступать. Я... тебе... доверяю. Последние слова прозвучали тяжело, словно падение больших камней. Однако же для принцессы любви это было почти музыкой: ведь учитывая услышанную ранее историю она знала, что жеребцу очень непросто доверять хоть кому-то. ...А ещё ей стало стыдно за то, что она умолчала об одной маленькой детали: используемое ею заклинание является двухсторонним. Иными словами, на две минуты не только Снейк, но и она сама ощутит чувство, которое является бледной копией настоящей любви. - Тогда... приступаем, - сконцентрировавшись на чарах, Каденс зажгла рог и с него сорвалось заклинание, на краткий миг вспыхнувшее в воздухе символом маленького сердечка, что вызвало ускоренное биение сердца в груди самой кобылы. Зрачки волшебника на несколько мгновений расширились, радужки блеснули розоватым отливом, ноздри беспокойно затрепетали. Принцессе пришлось прилагать над собой значительные усилия, чтобы выглядеть как и всегда, но... одну провокацию она была сделать обязана. - Снейк... хочешь меня... поцеловать? - вопрос прозвучал робко, а проступившей на мордочке румянец лишь подкрепил образ. ...Белый жеребец подался вперёд, приблизил свои губы к её... скользнул щекой по щеке выдохнувшей кобылы, чтобы прижаться шеями. Его правая передняя нога неуверенно, неуклюже, будто бы опасливо приобняла каденс, после чего волшебник произнёс: - Спасибо. Я и правда кое-что понял. А теперь - мне всё же пора идти. Разжав объятья, гость отступил на два шага, прикрыл глаза и, крутанувшись на месте, с хлопком исчез, оставив аликорницу в её покоях одну. - Ф-ф-ф-ф-ф... - протянула принцесса любви, энергично мотнула головой и заявила потолку: - После такого мне нужен собственный психолог.