Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

...Упаковав Прозревающую в трансфигурированные кандалы, нацепив на неё портальный ключ, Северус отправил тело в одну из комнат содержания научного комплекса, после чего присоединился к аликорнам, занимающимся драконом. К этому времени огнедышащий монстр, более не притягиваемый зовом чёрной книги, а потому и лишившийся мотивации прорываться сквозь улицы города, разрушая всё на своём пути - в полной мере прочувствовал на себе огневую мощь "Циклона" Анклава, что завис на некотором отдалении и повернулся правым бортом, дабы вести обстрел из наибольшего количества пушек. "Передайте просьбу прекратить огонь. Дракона лучше захватить, чтобы изучить и выработать противодействие на случай, если мы столкнёмся с чем-то подобным в будущем", - отправил сообщение в хор Единства Снейп. Отем Лиф, командующий силами пегасов мог бы проигнорировать эту просьбу, посчитав уничтожение дракона собственными силами более полезным действием, нежели предоставление союзникам подопытного материала. Однако же, вероятнее всего, он решил продолжить укреплять доброжелательные отношения с волшебниками, уже продемонстрировавшими как возможность восстанавливать заражённую землю, так и изменять пони исцеляя гулей, а возможно и леча старость. ...В любом случае, даже если покладистость Анклава была вызвана насквозь меркантильными интересами - это было намного лучше фанатичности Стальных Рейнджеров, ну и заскоков аристократов из родного мира бывшего декана Слизерина. И даже если им просто везло взаимодействовать с самыми прагматичными жителями поднебесья - это всё ещё позволяло работать на общее благо. "Всё по заветам Дамблдора", - промелькнула в голове Северуса ироничная мысль, в то время как он, зависнув на высоте четвёртого этажа многоквартирного дома, вместе с другими аликорнами готовил заклинание уменьшения, коим не так давно один дракон уже был превращён в почти безобидного малыша. Тем временем огромная чешуйчатая туша, уже не внушающая такого трепета как в самом начале, вяло подёргиваясь в куче строительного мусора пыталась подняться на лапы, медленно регенерируя изорванную в клочья шкуру, из-под которой проглядывались источающее розовый туман мясо и кости. Возможно, из-за многочисленных повреждений собственная магия дракона была ослаблена, а возможно - одновременное применение одного заклинания более чем дюжиной сильных магов всё же сумело продавить естественную сопротивляемость, но итогом стало то, что чудовище, способное внушать страх одним своим видом сперва ужалось вдвое, а затем и ещё вчетверо. "Трикси кажется, что его регенерация ускорилась", - прозвучали в хоре Единства мысли бывшей Богини. "Магический потенциал остался прежним, но объём тела, на который его требовалось растягивать уменьшился", - отозвался Снейп, в памяти у которого пронеслись обрывки сведений по колдомедицине, где упоминалась возможность ускорения лечения пациентов, предварительно подвергнутых воздействию уменьшающих заклинаний или зелий (из-за того, что лишние чары могли войти во взаимодействие с проклятьями - эта методика так и не получила широкого распространения). "Вообще-то - это она", - поправила напарников Твайлайт Спаркл, мыслеобразы которой сопровождались ощущением усталости, глубокой задумчивости, брезгливости и решимости. "Трикси не хочет спорить, но...?", - так и не закончив вопрос, бывшая фокусница оборвала собственную мысль. "Я воспитывала Спайка и видела как он растёт. И не нужно тупых шуток на эту тему", - сперва ответила на вопрос, а затем и недовольно огрызнулась министерская кобыла. ...Тем временем ещё один слаженный залп заклинания уменьшения заставил ящерицу ужаться до размеров крупной собаки, из-за чего её регенерация ещё сильнее ускорилась, а внешность стала почти детской (некоторые пожилые британские волшебники пользовались этим эффектом, чтобы немного отсрочить старость и улучшить здоровье, из-за чего на Косой Аллее временами встречались карлики). В результате этого розовое облако, всё ещё источаемое телом дракона, окутывающее его (её) словно защитный покров едва-едва распространялось на площадь в полтора-два метра, оседая тяжёлыми клубами на земле. "Ещё раз?", - предложила Гештальт. ...Глядя на недавнюю противницу, всё ещё хромающую на две из четырёх лап, растерянно крутящуюся на месте и скалящую зубы на аликорнов, бывший директор Хогвартса почувствовал нечто странное. Нет, это не было жалостью в привычном понимании: в конце концов, пусть этот мир и повлиял на его характер в лучшую сторону (вопреки своей мрачности), но волшебник не был готов сопереживать каждому встречному живому существу с непростой историей. Просто на какой-то миг ему показалось, что примерно так может выглядеть жертва империуса, что на самом деле пережила жёсткое подчинение, а не старается с помощью удобного предлога избавиться от ответственности за совершённое. "Готовим окаменяющее", - решил Северус, отправляя команду в хор Единства. Отбросив сомнения, Снейп принял мудрое решение о том, что сможет подумать обо всём позже, в более спокойное время. ...Даже если оно наступит не сегодня и не завтра, а где-нибудь через год или два. ... Твайлайт находилась в смешанных чувствах: она что-то делала, с кем-то говорила, спорила, отдавала указания... но в то же время была погружена в себя. Вероятно, если бы рядом с ней не было тех, кто могли перехватить инициативу - в таком состоянии она наломала бы немало дров (как сказала бы Эпплджек). ...Наставница всегда учила её, что пони должны быть добрыми, щедрыми, честными, верными, весёлыми и дружными. И, насколько помнила единорожка, в жеребячестве это даже работало, пусть с дружбой у неё до определённого момента и не складывалось (эту проблему решали книги, Спайк и Шайнинг Армор). Насколько знала Спаркл - эти принципы, своеобразные столпы, долгое время поддерживались во всей Эквестрии, но когда началась всеобщая индустриализация - начали замещаться философией потребления. Во времена её жеребячества в Кантерлоте перемены ощущались слабо, но уже к завершению школы, когда телевидение стало общедоступным - даже чопорные аристократы поддались веяниям моды. "Символично, что хранителями Элементов Гармонии стали столичная затворница, окружённая заботой семьи и наставницы, а также пони из провинциального городка, жители которого до последнего цеплялись за устаревающие традиции. И, вероятно, закономерно, что со временем Элементы перестали отзываться нам: ведь мы сами предали те принципы, которые должны были олицетворять", - эти мысли всё ещё отзывались горечью и чувством вины, но ученица принцессы Селестии не собиралась от них бегать, а вместо этого, как и учила наставница - встречала правду собрав в копыта всю свою решимость. ...Как же она хотела отомстить Прозревающей за то, что эта самолюбивая, наглая, тупая мразь посмела осквернить останки принцессы, использовав их как дикарские доспехи. Клокочущая в душе ярость лишь чудом не изливалась в чертоги разума, чтобы не перепугать младших сестёр и не спровоцировать остальных глав на решительные действия уже в её сторону. Лишь холодный разум помогал контролировать эмоции, ну и обещание мести остужало разгорающееся пламя. Пожалуй, если бы они встретились с отступницей сразу после того как информация дошла до Спаркл - бой был бы коротким и окончился бы весьма кроваво. Только вот... это было бы как раз в духе Пустоши, ну или же конца войны, когда исказилось даже понимание слова "милосердие". ...Погоня (а сражением произошедшее министерская кобыла назвать не могла) за Прозревающей позволила новым взглядом посмотреть на чёрную кобылу. Вместе с тем, этого времени хватило, чтобы вспомнить уроки Селестии, что вовсе не была бы горда увидеть то, в кого превращается её ученица. Да - Твайлайт идеализировала свою наставницу. Нет - Селестия на самом деле не была мудрым и непогрешимым существом. Однако же в её памяти на ряду с образом матери всегда всплывал силуэт белого аликорна, готового выслушать, дать совет, дать второй шанс... Во времена войны, пусть не открыто, но многие "эксперты" позволяли себе говорить, что именно политика Селестии привела Эквестрию к войне. Её обвиняли в отсутствии полноценной армии, в чрезмерной мягкости, уступчивости, нерешительности... при этом забывая о том, что год за годом корпорации отгрызали себе всё больше прав. При этом "говорящие головы" упускали из внимания, что почти тысячу лет их родина была процветающей страной, избегающей серьёзных потрясений. "Когда мы стали считать честность - глупостью, а доброту - наивностью? Почему милосердие стало синонимом нерешительности? Это не Элементы Гармонии отвернулись от нас; это мы забыли об основах гармонии", - раз за разом возвращаясь к одним и тем же мыслям, Спаркл желала разорвать этот круг и сделать что-то, чтобы Эквестрия вновь стала такой, какой её помнила наивная сиреневая единорожка, с трепетом и восторгом сделавшая свои первые шаги по коридорам школы для одарённых единорогов. ...Однако же для того, чтобы изменить мир вокруг, ей следовало сделать очень важный шаг, без которого все усилия не имели смысла - изменить себя. Твайлайт не могла стать той самой пони, которая впервые прибыла в Понивилль, где нашла для себя верных подруг и по-настоящему поняла важность дружбы: слишком многое произошло с тех пор и забыть это не представлялось возможным. Однако, она могла начать поступать так, как следовало поступать хорошей пони. ...Такой пони, от которой маленькая Твайлайт не убежала бы от страха в слезах, словно от ночного кошмара, воплотившегося в отражении кривого зеркала. По этой причине, сколь бы сильно Спаркл ни желала свернуть шею Прозревающей Тьму, когда она увидела её бессознательное тело, лежащее на земле без какой-либо защиты - не стала наносить добивающий удар. Ведь хорошие пони не убивают беззащитных злодеев без суда и следствия, даже если им этого очень хочется и никто из свидетелей не скажет слова против. ...Даже если сомнения и сожаления теперь будут грызть изнутри, подтачивая уверенность в собственной решительности. "Я ведь поступила верно. Верно ведь? Верно, принцесса Селестия?", - мысли, звучащие в голове сестры Единства, телом которой управляла министерская кобыла не были слышны в хоре, чтобы не отвлекать других аликорнов от работы. Всё время, которое потребовалось для того, чтобы сперва при помощи магии выдуть из помещений дворца остатки розового облака, затем - используя управляемых удалённо роботов сломать радиоприёмники, а потом и найти прячущихся в подвале крылато-рогатых кобыл, что боялись гнева Богини за предательство, бывшая хранительница Элемента Дружбы сомневалась. Даже когда пришло время в чертогах разума разъяснить старым-новым сёстрам нынешнее положение дел - она спихнула эту обязанность на Трикси, Гештальт и Мозаику, оправдавшись желанием посмотреть на гулей из убежища. "Я ведь правильно поступила? Селестия, вот бы мне получить какой-нибудь знак", - приземлившись на парковку перед торговым центром, сиреневая аликорница встала в строй других сестёр и устремила взгляд на открывшиеся двери, откуда один за другим стали выходить последние жители Кантерлота. - Даже удивительно, какими покладистыми они стали после того как прилетел "Циклон", - произнёс один из пегасов Анклава, что присоединились к делегации крылато-рогатых кобыл для большей внушительности. - Не даром говорят, что доброе слово лучше всего применять под прицелом большой пушки. Твайлайт многое могла бы высказать о том, что именно думает о переговорщиках, которые не способны добиться результата без применения угроз, но едва её взгляд в очередной раз вернулся к распахнутым дверям, откуда тонким ручейком выходили гули - любые слова застряли в горле, а все связные мысли сбежали из головы. На долгие несколько секунд она почувствовала себя колоколом, по которому ударили тяжёлым молотом, а затем из пересохшего от волнения рта вырвалось одно-единственное слово: - Мама?.. *** Цок-цок цок-цок, цок-цок цок-цок... - Хочешь выпить чаю? - спросила сидящая на диване чёрная аликорночка, медленно поворачивающая голову то вправо, то влево, неотрывно провожая взглядом снующую от стены до стены молодую подругу. - Нет, - ответила Литлпип, всё ещё облачённая в доспехи, пусть и без шлема, хмурящая брови и подёргивающая хвостом, словно рассерженная кошка. Цок-цок цок-цок, цок-цок цок-цок... - Не хочешь пройтись до яблочного сада? - спросила Вельвет примерно через минуту молчания, когда вторая кобылка завершила очередной полный круг и, резко развернувшись, начала свой путь с самого начала, угрожая протоптать в полу отчётливую тропинку. - Нет, - ответила уже не столь уж компактная и больше не единорожка, дёрнув при этом правым крылом. Цок-цок цок-цок, цок-цок цок-цок... - Может быть поцелуемся? - спросила Ремеди, когда прошла ещё одна минута бестолкового ожидания. - Не... Что? - остановившись на очередном шаге, запнувшись на ровном месте и едва не встретившись носом с полом, хранительница Элемента Дружбы возмущённо воззрилась на подругу. - Вельвет! - Ну, раз ты не хочешь... - невозмутимо продолжила певица, затем вздохнула и уже серьёзным тоном констатировала: - Литлпип, я тоже волнуюсь о том, что происходит в Кантерлоте. Однако же Снейк - умелый маг, которого поддерживает табун аликорнов и помогает Анклав. С ними ничего не случится без нашей помощи... "А даже если случится - пострадают только тела аликорнов", - мысленно закончила за подругу выходка из стойла два, от которой сбежала даже Мунбим, почувствовавшая угрозу превращения в радио, вещающее о событиях в бывшей столице Эквестрии в прямом эфире ...Под предлогом помощи Дидзи и Каламити, что решили заняться текущими проблемами Понивилля, синяя аликорночка ускользнула из дома-дерева вскоре после того как было объявлено начало операции. - Я знаю, - зеленоглазая волшебница уселась прямо на пол, удобнее сложила крылья и стала ковырять дерево подошвой правой передней ноги. - Просто... меня бесит бездействие. Я чувствую себя такой... такой... - Литлпип... - мягко начала говорить певица. - Я помню, что сказал Снейк, - перебила её младшая кобылка. - И я понимаю, что в Кантерлоте буду только обузой для Единства. Но это не помогает не чувствовать себя... беспомощной. - Литлпип... - чуть твёрже начала чёрная аликорница, подаваясь вперёд, чтобы опереться передними копытцами в край дивана. - Да-да: мы только недавно начали учиться магии; я ещё не освоилась с крыльями; мы делаем важное дело обследуя стойла... - ворчливо продолжила говорить ремонтница пип-баков. - Литлпип! - воскликнула хранительница Элемента Доброты, заставив подругу вздрогнуть и наконец-то поднять на себя взгляд. - А... Прости, Вельвет, - растерянно моргнув, бывшая компактная единорожка спросила: - Кажется... я прослушала, о чём ты говорила? - Литлпип... - вздохнула чёрная пони, соскользнула с дивана, потянулась расправив крылья, после чего подошла вплотную к молодой волшебнице и положила правое переднее копытце ей на плечо. - Мы все волнуемся: Дидзи и Каламити, чтобы время пролетело быстрее занялись работой, ну а я дежурю тут... на случай, если моя помощь понадобится. Я знаю, что Снейк сказал, что ему наша помощь не требуется, так как в бою магов мы будем обузой, но... - Но...? - настороженно и заинтересованно развернула ушки вперёд зеленоглазая пони. - Кто сказал, что мы должны ждать его дома, словно жёны своего мужа? - специально подобрав слова так, чтобы смутить подругу, Ремеди тут же продолжила серьёзным тоном: - Если мы слабы в чём-то одном, то нужно просто придумать дело, для которого наших сил достаточно. Лучшее, что мы можем сделать, чтобы доказать, что не являемся обузой - это решить проблему, которую не могут решить ни технологии, ни великие маги. В конце концов, у нас есть сила, которую никто отобрать не в состоянии - мозги. - И какую проблему мы можем решить? - спросила младшая кобылка растерянно. - Это нам тоже следует придумать, - пожала крыльями чёрная аликорночка, лучезарно улыбнувшись. ...Этой речи, разумеется, было далеко до выступлений настоящих ораторов, но своей цели певица всё же добилась: Литлпип перестала изводить себя ожиданием новостей и глубоко задумалась. Конечно, если она не сможет найти применение своей энергии - Вельвет снова придётся вмешиваться, но ведь для того и нужны друзья, чтобы приходить друг другу на помощь. - Что не могут сделать Анклав и аликорны Единства... - вслух пробормотала молодая волшебница, бровки которой сошлись на переносице, а ушки опустились с боков от головы. - М-м-м-м... Знаю! Из-за того, что Литлпип резко вскочила - Ремеди отшатнулась и начала падать на круп, но закончить это движение не успела, так как подруга схватила её за копытце и потянула к выходу. - Идём: нужно найти Мунбим! - воскликнула зеленоглазая пони. - Нам нужен дракон...