Большая рыба

      (Марс. Первый год капитализации Плутарком).       Поставив правую ногу на педаль, под которой была закреплена пружина, белый мышь надавил на неё всем весом, заставляя механизм насоса скрипнуть. Ещё пару нажатий спустя из трубы выплеснулась первая порция не самой чистой воды, но после полуминуты работы жидкость стала достаточно прозрачной, дабы её можно было без отвращения набирать в вёдра.       Одетый в облегающую чёрную майку, ещё больше подчёркивающую его мускулатуру, мешковатые чёрные штаны с заплатками на коленях, порядком поношенные ботинки с толстыми подошвами, девятилетний мышь старательно поддерживал образ крутого парня, умудряясь его совмещать с ролью старшего брата для почти двух десятков мышат. Впрочем, если бы к нему обратился кто-либо посторонний, по какой-то причине оказавшийся в пригороде небольшого маузтауна Заря, то Винсент только пожал бы плечами и заявил, что ему это ничего не стоит и даже нравится.       "Как хвостом щёлкнуть", - мысленно усмехнулся воспитанник приюта, носящего название "Дом тёти Розы".       Заполнив до краёв два ведра, объёмом похожие скорее на маленькие металлические бочки, парень просунул под железные ручки коромысло, после чего присел на корточки и расположил изгиб нехитрого приспособления у себя на плечах. Стараясь правильно распределять вес, он распрямился и замер, ощущая давление на всё тело, а затем весело прищурился и зашагал к двухэтажному длинному дому, окружённому ровным газоном с яркой красной травой. Солнце лишь недавно поднялось на небосвод, заглядывая в начисто отмытые окна, а из распахнутой двери уже доносились запахи готовящейся еды и крики малышни, занятой уборкой.       На пороге жилища белый мышь обстучал обувь об ступеньку, после чего вошёл в прихожую, откуда по достаточно крутой лестнице поднялся сперва на второй этаж, а затем и на крышу, где был установлен большой бак. Вода из вёдер перекочевала в резервуар, заполнив его едва ли на десятую часть, что означало необходимость несколько раз повторить весь процесс с самого начала (всё было бы проще, если бы электрический насос удалось починить, но пусть Винсент и разбирался в технике на сносном уровне, только без запчастей это мало чем помогало).       "Технологические приблуды для слабаков и белоручек", - мысленно заявил подросток, быстро сбегая по лестнице на первый этаж, чтобы тут же оказаться на улице и снова устремиться к старенькой колонке.       При помощи педали качая воду, парень посмотрел на своё жилище, заметно выделяющееся на фоне небольших загородных домиков, прячущихся за высокими заборами. Из-за того, что мышата были довольно шумными и непоседливыми, среди местных приют имел не самую хорошую славу, чему совершенно не способствовали слухи о мелком воровстве, регулярные хулиганства и обвинения в травле домашних животных. Впрочем, обитатели двухэтажного "почти сарая" не сделали и половины того, что им приписывали разные сплетницы, от скуки не знающие чем ещё заняться, кроме как чесать языками.       "Мы - плохие, а их дорогие кровиночки - хомячки невинные", - фыркнул белый мышь, в очередной раз совершая подъём груза на спине.       Ветер шуршал в листве, словно бы на что-то намекая и о чём-то шепча, но обладатель белоснежной шёрстки к нему не прислушивался. Вообще, как и каждый парень его возраста, Винсент частенько забывал о последствиях своих действий, что только усугублялось периодом активного роста и бунтом гормонов.       "Нужно будет перестелить крышу, подправить краску хотя бы на фасаде, купить наконец этот мотор для насоса. А то бегать по утрам - это, конечно, круто и полезно для фигуры, но уж больно много времени отнимает", - поводив носом в воздухе, белый мышь только вздохнул, прекрасно осознавая то, с каким голодом малышня набрасывается на всякие вкусности.       - Ничего: наверняка кто-нибудь из подручных припрячет кусочек пирога, - широко улыбнувшись, Винсент снова обстучал обувь и направился наверх....       ...       В это самое время процессия из семи машин, одной из коих был длинный белый лимузин, неторопливо съехала с магистрального шоссе на боковую дорогу. Впереди двигались автомобили службы правопорядка, перемигивающиеся жёлтыми и синими огоньками на крышах, за ними следовал фургон новостной телекомпании, замыкали же колонну пара грузовичков и настоящий военный джип, в коем находилась пятёрка готовых к самым непредсказуемым ситуациям "Росомах" (бойцов спецслужбы, подчинённой лично Совету Государственного Управления).       Пока процессия двигалась по улочкам пригорода, собирая на себе взгляды местных жителей, на диване внутри лимузина с безразличным ко всему видом сидела "золотая рыбка", одетая в белый военный мундир, через подкрашенные синим нижние веки глядя за окно на проплывающие мимо виды аккуратных домиков с садами и высокими заборами. Вместе с ней здесь находился невысокий грузный мышь с рыжеватой шерстью, одетый в новенький серый костюм, а также четвёрка синих аквинов, облачённых в красно-белую униформу, являющихся её телохранителями.       Вот колонна остановилась перед участком, огороженным невысокой решёткой, через которую было видно как красный газон, так и небольшую детскую площадку, пусть и выглядящую старой, но поддерживаемую в неплохом состоянии. Двухэтажный дом, напоминающий какой-то барак, тоже внушал надёжность, обещая простоять ещё минимум пару десятков лет.       - Мисс Шила, мы приехали, - заметил консультант, выделенный золотой аквинке местными чиновниками. - Позвольте я первым переговорю с хозяйкой? Я понимаю, что вам нужна натуральность реакций, но всё же...       - Делайте то, что нужно, - посмотрев на сопровождающего немигающим взглядом, Шила наклонила голову и растянула губы в смущённой улыбке. - Для меня эта работа непривычна...       - Уверяю вас, вы отлично справляетесь, - расплылся в ответной улыбке чиновник, подхватывая с сидения свой чемоданчик. - Дайте мне пять минут и выходите следом. Этого времени как раз хватит репортёрам, чтобы подготовить оборудование.       Едва невысокий туземец выскользнул на улицу, захлопнув за собой дверцу машины, улыбка с мордочки аквинки исчезла, а смущённый взгляд стал скучающим и безразличным. Оглядев своих охранников, проверяющих оружие скрытого ношения, она откинулась на спинку дивана и сложила лодочкой кисти рук...       "Нам нужна хорошая репутация среди мышей, чтобы все возможные обвинения воспринимались как зависть и провокации. А что может быть лучше для создания образа, нежели благотворительность, которую показывают по телевидению? А использовать для этого лучше обладательницу самой невинной и дружелюбной внешности", - мысленно повторила слова Щуки "золотая рыбка", вынужденная мотаться по малоимущим приютам.       Не то, чтобы Шиле действительно не нравилась её работа: в конце концов не было ничего сложного в том, чтобы улыбаться, предлагать финансовую помощь из средств, выделенных правительством Марса за "утилизацию" мусора со свалок, ну и разъезжать в комфортабельном автомобиле. Её готовили к куда более сложной работе, учили всегда держать эмоции под контролем, подмечать мельчайшие детали, без возражений исполнять любые приказы. И если генералу-капиталисту захотелось, чтобы она бездельничала целыми днями, строя из себя скучающую богачку с "золотым" сердцем...       "Я уж точно не буду на это жаловаться", - промелькнула мысль в голове золотой аквинки, неосознанно отсчитывающей последние секунды до своего выхода на импровизированную сцену.       Четвёрка охранников вовсе не задавалась вопросами о том, чем они занимаются: приказ генерала для них был законом, который следовало выполнять без лишних слов. Даже то, что им приходилось защищать "золотую рыбку" не вызывало возражений, пусть воспоминания о годах, когда её сородичи правили на Аквусе всё ещё оставались живы в памяти воинов.       Раздался стук в дверь и Шила поспешила вернуть на мордочку улыбку, полуприкрыв верхние веки и наклонив голову так, что создавалась иллюзия неуверенности. Как выяснили аналитики, у большинства двуполых разумных рас галактики имелась странная особенность: мужские особи считали наиболее привлекательными партнёрш, нуждающихся в их защите и поддержке... даже если понимали, что это просто образ. И пусть аквины в первую очередь ценили способность защитить потомство, не пользоваться данным фактором было бы глупо.       Первыми на улицу из машины выскользнули охранники, занявшие позиции справа и слева от двери, после чего уже и "золотая рыбка" показалась под свет солнца, сияющего с красных небес. Двигалась она плавно и неспешно, но на последней ступеньке оступилась и тут же была вынуждена опереться на подставленную руку телохранителя, которому благодарно улыбнулась и кивнула.       Группа мышей со съёмочным оборудованием запечатлела кадры этого маленького представления, после чего Шила, двигаясь совершенно свободно, слегка покачивая бёдрами при походке, по растрескавшейся дорожке направилась ко входу в приют. Навстречу же их делегации уже вышла тучная серая мышь, одетая в строгое тёмно-синее платье с кружевным передником и косынкой на голове. Хозяйка данного учреждения нервничала, что легко читалось как по выражению мордочки, бегающим от аквина к аквину глазам, сжимаемым в замок перед грудью рукам...       - Здравствуйте, мисс Роза, - остановившись в двух шагах от немолодой женщины, "золотая рыбка" изобразила намёк на поклон. - Меня зовут Шила... и я официальный представитель генерала-капиталиста Щуки на Марсе.       - Очень приятно познакомиться, - не слишком убедительно соврала хозяйка приюта. - Чем я могу вам помочь?       - Думаю, это мы можем помочь вам, - прикрыв верхние веки, наиболее дружелюбно улыбнулась золотая аквинка, после чего приняла более серьёзный вид и спросила: - Мы можем пройти в ваш кабинет?       ...       Выставив на стол перед гостьей поднос с пузатым чайничком, вазочкой с хрустящим печеньем и сахарницей, Роза неуверенно огляделась. Её кабинет, обставленный по-домашнему уютно, сейчас казался слишком маленьким и недостаточно официальным, из-за чего волнение становилось только сильнее (ещё повезло, что инопланетянка приказала охране остаться за дверью, а то у пожилой мыши при виде синекожих великанов руки начинали дрожать).       Кружевные салфетки, разложенные на всех горизонтальных плоскостях, вазочки с цветами, рисунки мышат, закреплённые на дверцах шкафчиков, обычно вселяющие в сердце чувство тепла и понимание, что все старания не проходят даром, сейчас казались неуместными, но убрать их перед приходом высоких гостей попросту не было времени. Сами же чиновник совета и аквинка делали вид, будто ничего особенного не замечают, но немигающие синие глаза, в которых совершенно не было видно разделения на белки, зрачки и радужку, то и дело останавливались на какой-нибудь непримечательной детали.       - Очень вкусно, - наконец произнесла Шила, стоило только пожилой мыши устроиться на стуле напротив неё. - Как называется это печенье?       - Это моя работа, - смутившись похвалы, отозвалась хозяйка приюта. - Средств, чтобы закупаться на всех в магазинах у нас... немного, а готовить я всегда любила.       - Думаю, с этим мы можем помочь. Позволите? - кивком головы гостья указала на письменные принадлежности, а получив разрешение - взяла лист бумаги и ручку, после чего вывела цифру и пододвинула его к хозяйке приюта. - Эту сумму мы можем выделить вам уже сегодня, но с условием того, что все чеки за покупки будут отправлены в посольство Плутаркианской Республики.       Немолодая мышь посмотрела на цифру и сглотнула, почувствовав как по спине пробежался холодок. Деньги ей и её подопечным были нужны, но когда в руки шли суммы, сравнимые с годовым бюджетом заведения, становилось несколько жутко. И доброжелательная улыбка инопланетянки в этом случае совершенно не действовала, так как в любой момент могла превратиться в оскал.       - Я... очень вам благодарна, но не могу принять вашего предложения, - Роза отодвинула от себя листок, будто бы тот был ядовитым насекомым, а то и настоящей змеёй.       - Вы не понимаете, - заговорил чиновник. - Госпожа Роза, ваш приют попал в список учреждений, которым выделяется безвозмездная помощь.       - Я точно знаю, что в нашем мире безвозмездным даже воздух не является, - собравшись с духом, твёрдо ответила пожилая дама. - За каждый вдох приходится платить выдохом. Для нас эта сумма слишком большая, и пока я не пойму, чем за неё придётся расплачиваться - влезать в это не стану.       - Может быть для вас эта сумма и большая, но на самом деле, на фоне тех средств, которые уже запущены в оборот... - начал говорить рыжий мышь, но его перебила Шила.       - А если я предложу вам и вашим подопечным работу? - наклонив голову к правому плечу, с интересом спросила "золотая рыбка". - Скажем... рекламу? Мы расставим на территории вашего приюта плакаты, покрасим стены в цвета Плутарка, починим крышу и разместим на ней ретранслятор для спутникового сигнала, а в комнатах, которые вы укажете, повесим сенсорные мониторы с подключением ко всем ныне существующим каналам марсианского телевидения. Кроме того, мы готовы поставлять одежду, игрушки, иное оборудование, в цветах клана Лимбургер и с символикой Плутаркианской Республики. От ваших же подопечных и от вас лично будет требоваться, чтобы как можно больше мышей видели нашу помощь и те возможности, которые предлагает Плутарк. Кроме того, мы готовы оплачивать обучение для тех, кто согласятся подписать договор о найме на работу в предприятиях, открытие коих планируется на Марсе в ближайшие пять лет.       Удивительно, но спокойный размеренный тон аквинки оказался тем, что успокоило Розу. Сейчас, видя цену за "безвозмездную" помощь, она уже не пыталась придумать себе разные ужасы вроде похищения мышат пришельцами, чтобы подать их на стол своим неведомым покровителям (вот когда всплыли последствия ещё чёрно-белых фильмов вроде "Земля атакует").       - Мы можем подписать предварительный договор прямо сейчас, - продолжила говорить Шила. - Тем более, что часть из обещанного уже привезена и может стать первым авансом.       ...       Под вспышками фотоаппаратов покидая приют, "золотая рыбка" заметила стайку мышат, играющих на детской площадке во дворе. Среди детёнышей, что и ей самой едва доставали до пояса, словно башня выделялся белый подросток, раскачивающий качели из двух канатов, старой покрышки, трубы и двух вкопанных в землю брёвен: на его плечах сидел чёрный малыш, о чём-то непрерывно щебечущий, а на импровизированной карусели каталась девочка с пшеничными волосами...       Словно бы почувствовав чужое внимание, альбинос повернулся к "золотой рыбке", встретился с её изучающим взглядом и... смутился, правой рукой потянувшись к затылку. Шила на это подмигнула ему, после чего помахала левой кистью и зашагала дальше, продолжая путь к машинам.       На краткий миг аквинке стало стыдно за то, к чему они готовят Марс: в конце концов, лишь на первом этапе все действия Щуки и его подчинённых должны были выглядеть как благо для коренных обитателей планеты. Однако же слабость прошла, а под давлением холодного разума сомнения отступили на задний план.       "Во имя прибыли... во славу Аквуса", - мысленно повторила Шила, забираясь в лимузин, дверцу коего перед ней услужливо открыл телохранитель.       ...Только образ белого мыша, играющего с беззаботно смеющимися малышами, отпечатавшийся где-то в глубине сознания, так и не пожелал стираться из памяти.