Дождь в пустыне: Фес

Появление в магазине вездесущей Назиры стало для Саида полной неожиданностью. Однако он довольно быстро сориентировался в ситуации: оттеснил Жади в укромный уголок, где её было бы трудно заметить, а сам вышел навстречу сестре, быстро прикрыв за собой дверь склада. – Назира! Какими судьбами? А я-то думал, ты пошла с Мухаммедом в дом Адиб. – Что за интерес сидеть там на женской половине, распивая чай! – фыркнула Назира. – Уж лучше пройтись по медине, посмотреть новые товары. «Всё ясно, – подумал Саид, – как мы и думали, наша сестрица мечтает стать женой сида Али, но пока у неё нет возможности осуществить это желание». – ...Посмотреть товары, а заодно узнать, как там мой братец трудится. Что у тебя на складе? Мухаммед так хвалил новые ковры! – На складе ничего нет, Назира. Всё уже вывешено на продажу, вот, смотри сколько хочешь. – А что ты там делал тогда? – сестра Саида снова с подозрением покосилась на дверь склада. – Пересчитывал, что у нас осталось. – Но у тебя в руках нет никаких записей! – Назира, что за чушь! В чём ты меня подозреваешь? Или ты думаешь, я привёз из Каира девушку и прячу её на складе среди ковров? – О-о-о, от тебя вполне можно ожидать чего-то подобного! – О да, конечно! Назира, а не хочешь заняться каким-нибудь полезным делом? Например, сходить домой и взглянуть, как там служанки справляются, или навестить дядю Абдула, или семью нашего кузена Селима – говорят, его жена совсем не умеет готовить, ты могла бы её научить... – Ну конечно, конечно! Назира всегда всех выручает, помогает, придумывает для вас несуществующих кормилиц, чтобы вы могли жениться на своих одалисках... А в ответ – ни капли благодарности! За все эти годы вы четверо – ты, Мухаммед, дядя Абдул и брат Селим – до сих пор не удосужились найти мне мужа! – Назира, это неправда, – суровым тоном возразил Саид. – В прошлом году дядя Абдул предлагал тебе хорошую партию, но ты сама отказалась... – Хорошую?! – перебила Назира. – Того старого плешивого вдовца ты называешь хорошей партией! Вы просто мечтаете превратить Назиру в верблюда, чтобы сидела возле вас до самой смерти, присматривала за вашими домами, нянчила ваших детей и учила уму-разуму ваших бестолковых жён-одалисок! Саид понял, что сестра разошлась всерьёз и не остановится, пока не выскажет всё. Поэтому ещё минут пять он терпеливо стоял и слушал знакомые выражения возмущения, требования и угрозы, а потом аккуратно взял чуть утихомирившуюся Назиру за плечи и развернул по направлению к выходу. На удачу Саида, в этот момент в магазин вошли двое туристов. Назира не стала скандалить при посторонних и удалилась, бросив на брата испепеляющий прощальный взгляд. Вошедшие туристы, к счастью, всего лишь спросили дорогу до хостела и ненадолго задержались в лавке Рашидов. Едва они ушли, Саид бросился к двери склада. Жади встретила его со слезами в горящих злостью глазах. – Обманщик! Ты использовал меня, чтобы избавиться от Латифы, а самому жениться на другой! Вот почему от тебя всю неделю не было ни слуху ни духу! – Жади бросилась к Саиду и вцепилась в его одежду. Ткань джеллабы затрещала. – Подлец, обманщик! – Перестань, сумасшедшая! Саид с трудом оторвал от себя руки девушки, которая тут же сжала кулаки и принялась со всей дури колотить по его плечам и груди. – Перестань, слышишь! Кому говорю... Но Жади не унималась: – Кто она?! Та дура из Каира, на которой ты собрался жениться! Клянусь Аллахом, я выцарапаю ей глаза и выдерну все волосы! Она пожалеет, что связалась со мной! А ты... Саид не дал Жади закончить фразу, впившись поцелуем в её губы. Как он и ожидал, строптивая возлюбленная поначалу активно отбивалась, а всего через несколько секунд столь же страстно ответила. – Какая ты глупая... – прошептал Саид, отрываясь от её губ и встречаясь с Жади глазами. – Я одну тебя люблю, о тебе думаю, тобой дышу... – А я тобой... – выдохнула Жади. – Но ты не доверяешь мне! – Доверяю! – Лгунья! – Дурак!.. Новый затяжной поцелуй – их обоих словно накрыло обжигающей волной – в которой тонуло сознание и исчезало понятие времени. С неимоверным трудом Саид сумел остановиться. – Жади... тебе нужно уходить, – сказал он, обняв её за плечи и глядя в глаза. – Возвращайся домой, пока кто-нибудь не заметил твоего отсутствия. Всего через три дня свадьба Мухаммеда с Латифой. Три дня, слышишь? А потом нам уже никто не сможет помешать! – Саид, я не проживу без тебя ещё три дня, нет... – ладони Жади быстро-быстро скользили по его лицу, а глаза смотрели умоляюще. – Успокойся, – проговорил Саид убеждающим тоном. – Это же всего три дня. Ох, Жади, если бы ты только знала, как много пришлось пережить моим родителям, ты бы... Постой-ка!– Саид неожиданно выскочил со склада и через полминуты вернулся с небольшой тетрадью в руках. – Возьми, я хочу, чтобы ты тоже прочла все эти истории. – Это... тот самый дневник? – Жади удивлённо приняла тетрадь из рук Саида. Он кивнул. И предупредил: – Только смотри, чтобы никто не увидел. Береги этот дневник. Он очень дорог мне. – Обещаю, – прошептала Жади, крепко прижимая к себе тетрадь. Влюблённые обменялись ещё несколькими торопливыми поцелуями, затем Саид выглянул в магазин и убедился, что никого нет, а потом дошёл до дверей и с порога своей лавки поглядел на медину: направо, налево – никого из знакомых не видно. После этого Саид дал знак Жади, чтобы выходила. А всего десять минут спустя на пороге магазина появился... сид Абдул с приятелем, желавшем купить несколько фесских ковров в подарок родственникам из другого города. Улыбаясь дежурной улыбкой, Саид холодел изнутри при мысли о том, что могло произойти, если бы Жади задержалась в лавке или старики пришли чуть раньше. Своенравная девушка! И как ей только в голову пришло то, что она учудила сегодня! Саид понял: он совершенно не может предсказать поведение Жади и не знает, чего от неё можно ожидать. Мысль об этом озадачила и немного испугала молодого человека. «Только бы она не совершила какую-нибудь глупость и всё не испортила. Надеюсь, чтение дневника отвлечёт её хотя бы на эти три дня. О Аллах, – мысленно молился Саид, – пусть так и будет! Пусть Жади ведёт себя благоразумно! Только три дня...» *** – Жади, почему ты опять ушла из дома и никому не сказала? – спросил дядя Али, нахмурившись. Девушка надеялась, что никто не заметит её исчезновения, поскольку всё внимание будет сосредоточено на Латифе и её женихе Мухаммеде, однако расчёт оказался неверным. – Сколько раз я говорил тебе, что ты не должна одна ходить на медину! – Дядя, но я была рядом с домом... – Молчи! Что за наказание послал на мою голову Аллах! Мои племянницы заставляют меня сгорать от стыда! Меня, уважаемого человека! Одна не желает выходить замуж, другая удирает тайком из дома и разгуливает по улице! Это, по-твоему, поведение порядочной девушки, праведной мусульманки? Отвечай, Жади! – Нет, дядя... – пролепетала та, потупив взор и крепче прижав руки к груди, чтобы ненароком не выронить спрятанный под одеждой дневник матери Саида. – Если в Бразилии твоя мать разрешала тебе делать что угодно, то здесь подобного не будет! Я запрещаю тебе, Жади – слышишь, запрещаю! – выходить на улицу без моего разрешения. И если ты ещё хоть раз ослушаешься меня – тогда пеняй на себя. – Вы накажете меня, дядя? – спросила Жади теперь уже с непритворным испугом. Она вспомнила про плети, о которых её несколько раз предупреждал Саид. – Вы прикажете меня выпороть? – Было бы неплохо, – хмуро ответил дядя Али, – но я не сторонник физических наказаний. Я поступлю иначе. Если ты не изменишь своего поведения, Жади, тогда вместо университета пойдёшь замуж! И пусть твой муж разбирается с тобой, учит тебя уму-разуму, раз ты не хочешь исправляться в доме своего дяди. Жади притворилась, что подобная перспектива напугала её, но в действительности в неугомонной голове девушки начал созревать новый план. *** В доме Адиб шла полным ходом подготовка к свадьбе Латифы. Служанки под присмотром Зораидэ начищали до блеска пол, стены, лестницы и плитки двора, вытряхивали все ковры и дорожки – одним словом, наводили красоту. Сам обряд бракосочетания должен был состояться в стенах дома по всем обычаям, а затем молодожёны и гости перемещались в специально заказанные залы отеля, где планировался огромный праздник с обилием вкусной еды, музыки и выступлений лучших танцовщиц. В этом же отеле был снят номер-люкс, где молодым супругам предстояло уединиться в свою первую брачную ночь. Латифа ходила по комнате, как тень, и лицо её не выражало ни малейшей радости по поводу грядущего важного события в жизни. Жади украдкой наблюдала за сестрой, периодически отрываясь от чтения дневника Исад, который прикрывала увесистым медицинским справочником, делая вид, что читает сию научную книгу. Дневник матери Саида захватывал Жади всё больше и больше, однако и душевные муки кузины не оставляли её равнодушной. – Латифа, ну сколько можно убиваться! Ты ведь сама говорила, что люди не могут идти против воли Аллаха, – напомнила Жади. Латифа всхлипнула: – Но мой жених Саид был такой хороший. Я так хотела за него замуж. – Фи! Хороший! – скривилась Жади. – Что в нём хорошего? Лично мне этот Саид с самого начала показался подозрительным, я сразу поняла, что от него добра не жди! Вот, так и вышло! Младшая кузина снова горестно всхлипнула и смахнула слезинки тыльной стороной ладони. – Слушай, а ведь Мухаммед-то давно по тебе сохнет! – заговорщическим шёпотом сообщила Жади, и Латифа удивлённо взглянула на неё. – Да! Я это ещё полтора месяца назад поняла, когда мы все вместе к ювелиру ходили. Младший братец чуть глаза не сломал, на тебя любуясь. А старший то на золото смотрел, то на весы, то деньги пересчитывал... Сразу ясно, что его больше всего волнует! – продолжала вдохновенно сочинять Жади. – Да ты что! – поразилась Латифа. – Неправда! – Ещё как правда! Мухаммед без ума от тебя. Это судьба, точно говорю! Латифа зарделась от смущения и удовольствия. *** – Ну что ж, дорогие мои братья, я вас выручила: помолвка расторгнута, новая свадьба назначена. Назира устроила ноги на подушке, лежащей на полу перед креслом, а голову – на другой подушке, прижатой к спинке кресла. – Теперь очередь за вами, – продолжила женщина. Мухаммед и Саид переглянулись, немало озадаченные. – Да-да, – она лучезарно улыбнулась, – пришла ваша очередь устроить судьбу своей заботливой и самоотверженной сестры, которая столько для вас сделала. Теперь я хочу мою свадьбу, да не с каким-нибудь старым маразматиком! Я уже выбрала себе мужа, – Назира сделала короткую драматическую паузу, – это сид Али.