Дождь в пустыне: Фес

В доме сида Али шла свадьба Латифы с Мухаммедом. Свидетели только что вошли в комнату, где собрались мужчины, и сообщили, что всё в порядке – невеста дала согласие на брак. Латифа Адиб стала женой Мухаммеда Рашида, и теперь новоиспечённые супруги отправлялись вместе с гостями в ресторан – праздновать. Брат жениха слегка нервничал, высматривая в толпе наряженных женщин свою Жади и стараясь при этом не привлекать к себе внимания. Вот все собрались в пышно украшенном зале, вот уселись за столы – однако Жади среди гостей, как ни старался, Саид рассмотреть не мог. Где же эта взбалмошная девчонка? Почему её не взяли на свадьбу сестры? Музыканты исполняли зажигательные мелодии, а танцовщицы услаждали взор. Гости принялись за еду и разговоры. Латифа в белом платье, в красивых серьгах и ожерелье, заняла центральное место в высоком кресле рядом со своим мужем. Мухаммед, никогда не блиставший красотой, сейчас выглядел почти торжественно, а лицо его светилось от радости, когда он поглядывал на свою жену. Латифа поначалу робко улыбалась Мухаммеду – но тут, заметив среди гостей своего бывшего жениха, вздрогнула и заметно погрустнела. Саид больше не стал маячить у неё перед глазами и поспешил углубиться в оживлённую толпу, разыскивая сида Али. Уж он точно должен знать, где его вторая племянница. И действительно: очень скоро Саид обнаружил главу семейства Адиб сидящим за столом рядом с дядей Абдулом и что-то с ним серьёзно обсуждающим. Подойдя чуть ближе, молодой человек уловил обрывки беседы: – ...Да-а-а, Абдул, я пригрел на груди змею. – Ты должен наказать её по всей строгости, Али! Найди ей мужа в годах, пусть она будет четвёртой женой и работает по дому без служанок, пусть познает все тяготы жизни, пусть наказание заставит её образумиться! – с жаром описывал сид Абдул. – Тяжело мне поступать так с родной племянницей, но если она не ценит сладкого... Что ж, придётся заставить её познать горькое. – Пра-а-авильно! Я даже могу заняться поисками подходящего жениха, есть у меня на примете несколько кандидатур. Один, например, живёт в небольшом селении под Фесом. У него... С ужасом Саид, наконец, понял, чью судьбу обсуждают старики, и шагнул к ним. – Простите, что вмешиваюсь в вашу беседу. Но скажите, дядя Али, сейчас вы случайно говорили не про свою вторую племянницу, Жади? – Про неё, – вздохнул сид Али. – Наступил такой момент, когда Жади нужно выдать замуж, и как можно скорее. – Тогда, может, отдадите её за меня? – предложил Саид, не веря в собственное счастье. – Вы же знаете, дядя Али, как я отношусь к вашей семье. Будет неплохо, если два брата женятся на двух сёстрах. Сид Али покачал головой. – Нет, Саид. Тебя я, безусловно, очень ценю и мечтал бы видеть своим зятем. Но Жади... Нет, она не для тебя. Ты с ней такого горя хлебнёшь, особенно в Бразилии, куда собираешься поехать после свадьбы. Нет, нет, нет. Жади должна остаться в Фесе, среди наших обычаев. Я подыщу ей мужа здесь. – А тебе, Саид, нужна религиозная жена! – вставил своё слово дядя Абдул. – Такая, с которой в твоём доме будет гореть лампада Аллаха, даже пока ты занимаешься бизнесом на Западе! Вот я знаю одну семью, очень хорошую, соблюдающую все предписания Пророка, и у них как раз есть дочь на выданье... Саид сдержанно кивал и натянуто улыбался, слушая своего дядю. Внутри же у племянника бушевало пламя гнева: «Жади! Что ты там натворила за три дня! Ну, подожди, вот встретимся...» – Дядя Али, а за что вы хотите наказать её? – спросил Саид, когда дядя Абдул закончил расписывать достоинства потенциальной невесты. – Лично мне ваша вторая племянница всегда представлялась избалованным ребёнком, не более. – Знал бы ты, до чего докатилась эта грешница! – взмахнул руками дядя Абдул. – Каким позором она запятнала свой род! Сид Али поморщился: – Абду-у-ул, не преувеличивай! Всё не настолько ужасно и непоправимо... пока. Но моя племянница вступила на опасный путь, и мой долг – спасти её. Ладно, Саид, тебе будет полезно послушать. Однажды ты тоже станешь отцом, и у тебя наверняка будет дочь. Послушай, что бывает, если не воспитывать юных девушек в наших традициях. Поражённый до глубины души, Саид слушал рассказ сида Али, и желание прибить Жади росло с каждой новой подробностью. – Позавчера, когда я вернулся от вас, меня встретил мой слуга, Ахмет. Он-то и сообщил новость, что Жади утром куда-то убежала. Надо сказать, я давно предупреждал её насчёт самовольных прогулок на медину, объяснял, что здесь не Бразилия... – Плохо объяснял, Али! – снова вклинился дядя Абдул.– Надо было сразу наказывать, и построже! Это всё твоё западное образование, этот твой Ло-он-дон... – Абду-у-у-л! Ну это-то здесь причём?.. В общем, слушай дальше, Саид. Зная привычки своей племянницы, я попросил слугу проследить за ней. И что же мне сообщил Ахмет? Оказывается, он привёл Жади с улицы, где моя племянница шла рядом с каким-то парнем-иностранцем! «Нет, я всё-таки убью её...» – мрачно подумал Саид. – Вот, до чего доводит жизнь на развращённом Западе! – не удержался от комментария сид Абдул. – Поначалу я не поверил Ахмету, но всё же мой слуга никогда не был клеветником. Кроме того, когда я велел позвать саму Жади, эта бесстыдница даже не отпиралась! Заявила, что влюблена в... в этого, как же... Я потребовал её назвать имя парня. А, вспомнил! Вроде как его зовут Лукас, и он турист из Бразилии. Я отправил людей на поиски в гостиницу, но найти человека без фамилии? Почти невозможно... – А как выглядит этот Лукас? – спросил Саид, нахмурившись. – То есть, я хочу сказать... К нам в магазин заходит много туристов, и мы с Мухаммедом могли бы... – Да, Саид, спасибо. Но вам не стоит вмешиваться. В конце концов, этот Лукас, или как его там, уедет домой. А Жади останется здесь, и мой долг – спасти мою племянницу от неё же самой. – Это верно! – закивал дядя Абдул. – Детей нужно женить рано! Чем раньше, тем лучше. Саид воспользовался первой же удобной возможностью, чтобы улизнуть с праздника. Сжав руки в кулаки, молодой человек скорым шагом шёл через опустевшую вечернюю медину к дому Адиб. «Если хоть капля правды есть в этой истории с иностранцем, я убью Жади! Придушу! Сверну ей шею, как цыплёнку!..» С этими мыслями Саид постучался в запертую калитку. Через какое-то время открылось небольшое окошко в воротах, и послышался женский голос: – Кто там... сид Саид? Что случилось? Что-то не так на свадьбе, там... – Нет, Карима! – прервал Саид её болтовню, грозившую превратиться в нескончаемый поток. – Я ушёл домой пораньше, потому что мне завтра с утра открывать лавку. Я хочу пить. Принесёшь мне воды? – О, конечно, сид Саид! – засуетилась служанка, открывая засовы и впуская молодого человека во двор. – Какой же вы молодец, сознательный! Пусть Аллах счастья вам принесёт, чтобы поскорее нашли себе невесту вместо Латифы, и чтобы... – Карима! Ты несёшь воду или нет? – Конечно, сид Саид! Карима сейчас вернётся... Жади! Зайди в дом, зайди! – служанка замахала руками на девушку, появившуюся на пороге и во все глаза глядевшую на гостя. – Если сид Али узнает, что ты выходила, он будет ругать Кариму, сильно ругать! А Карима не хочет, чтобы её ругали... – Да, Жади, – сурово добавил Саид, – иди в дом. Дядя Али уже рассказал мне про твои приключения. Скоро ты пойдёшь замуж. За старика из деревни. Девушка вздрогнула. – Саид, ты пошутил! – громко прошептала она, когда Карима убежала в дом за водой. – Пошутил, да? Тот отрицательно покачал головой. – Я всё знаю, Жади. Про тебя и про этого... Лукаса! Как ты могла! – Саид, это неправда! Дай мне объяснить тебе всё! – Я буду ждать за воротами ровно десять минут. – Вот вода, сид Саид, держите... Отвернувшись от Жади, он выпил принесённую служанкой воду, поблагодарил, попрощался и вышел за ворота. Карима закрыла за ним калитку на ключ. Саид встал в стороне и принялся ждать, поглядывая на часы. Вскоре раздался звук поворачиваемого в замке ключа и шёпот Жади: – Ты здесь? Через минуту они снова стояли во дворе дома Адиб, возле фонтана с плавающими в воде лепестками. Жади знала, что из дома их можно услышать, только если выйти на балкон. Но кто станет это делать поздним вечером? Все слуги легли спать, а Зораидэ на свадьбе вместе с дядей Али. Тайные влюблённые присели на бортик фонтана друг напротив друга. – Можешь начинать объяснять, – холодно произнёс Саид, сложив руки на груди. – Нет никакого Лукаса. Я его выдумала, ну просто назвала первое попавшееся имя, когда дядя начал кричать. – Ладно, а что за бразилец, с которым тебя видели? – Понятия не имею, он просто за мной увязался. – О, значит, увязался? Это всё объясняет. – Саид, прекрати, умоляю! Нет никакого повода подозревать меня! – Конечно, разумеется... Скажи, Жади, а в Бразилии за тобой часто кто-нибудь «увязывался»? Может, их у тебя много было, этих лукасов? – Замолчи! – она с пылающим лицом набросилась на Саида. – Замолчи, замолчи... Ты ничего не знаешь... – повторяла Жади, одной рукой вцепившись в его рубашку, а другой утирая слёзы со своего лица. – Хочешь бросить меня из-за выдумки? Потому что я всё придумала, нарочно подошла и заговорила с какими-то бразильцами, чтобы Ахмет увидел меня с ними, чтобы всё рассказал дяде Али. Я хотела, чтобы дядя разозлился и решил отдать меня замуж в наказание! Все ведь думают, что я тебя не выношу, поэтому он мог... – Нет, Жади! Послушай... – Саид сжал её лицо в своих ладонях, заглядывая в глаза. – Послушай, ты ошиблась. Твоя выходка настолько шокировала дядю Али, что он теперь хочет отдать тебя за старика, у которого придётся работать по дому и жить взаперти. Я не шучу, дядя Абдул уже занялся поисками подходящего варианта. Жади, ты хоть понимаешь, что ты наделала? Девушка разрыдалась и кинулась ему на шею. – Саид, пожалуйста, прости меня! Я больше никогда, никогда тебя не ослушаюсь, только спаси меня от этой ужасной участи, только не уходи! – Ну зачем ты всё это сделала, Жади? – произнёс тот усталым голосом. – Мы были почти у цели, я велел тебе сидеть тихо всего три дня... Зачем же ты всё испортила? – Потому что люблю тебя! – прошептала она, подняв на него заплаканное лицо и полные слёз глаза. – Я сделала это, чтобы быть с тобой, прости... – Скажи ещё раз, – проговорил он, ошеломлённый. – Прости меня, Саид! – Нет, другое. Ты... – Я люблю тебя! Люблю, люблю, люблю... – повторяла Жади, крепко обняв Саида за шею. – Ты один мне нужен на всём свете! Её слова тёплым согревающим бальзамом обволакивали его сердце и мысли. – Саид, не бросай меня! Я ни чьей женой не буду, только твоей, не отдавай меня, не отдавай... – Не отдам, Жади, никому не отдам, – повторял он, прижав к себе девушку и целуя её волосы. – Ты моя, и я не позволю тебе выйти за кого-то, кроме меня. Я люблю тебя, слышишь? Саид снова взял лицо Жади в свои ладони и пристально вгляделся в её черты. Когда он произносил свою клятву, его зелёные глаза горели тёмным огнём: – Если понадобится, я украду тебя, хоть со свадьбы, хоть с брачного ложа, даже если за это меня прикажут выпороть плетьми или перережут мне горло... – Нет, Саид! Не говори таких ужасных вещей, я боюсь за тебя!.. Не отпущу, никуда не отпущу! – и Жади порывисто вцепилась в его руки. – Я не уйду от тебя, никогда... Влюблённые слились в страстном поцелуе – таком же сумасшедшем и продолжительном, как и три дня назад. Их отношения постепенно менялись, становились всё более смелыми. Ни Саид, ни Жади больше не вспоминали о «хараме», ничего не боялись и не сомневались ни в чём. Поглощённые чувствами друг к другу, они не сразу поняли, что под самыми воротами раздаются негромкие голоса. – ... Правильно, Али, лучше нам подождать утра в твоём доме. – Смотрите-ка, ворота не заперты... Ну, Карима! А ещё через минуту стало поздно: калитка отворилась, во двор вошли четверо: двое мужчин и следом две женщины. – Что тут происходит? – ахнул сид Али и топнул ногой. – Жади!.. – С кем это твоя племянница творит харам?.. – подслеповато прищурился сид Абдул. – Саи-и-и-ид!.. – вскричала никогда не жаловавшаяся на плохое зрение лара Назира. – Спаси нас всех Аллах... – чуть слышно простонала Зораидэ.