Дождь в пустыне: Фес

Вернувшись в дом дяди и поднявшись на женскую половину в свою комнату, Жади застыла на пороге. Пару секунд её глаза отказывались верить в то, что она видела. Перед столом, где лежали стопками учебники, а также были беспорядочно разбросаны какие-то мелкие безделушки, стояла – и рылась в её вещах! – лара Назира. Остолбенев и потеряв дар речи от возмущения, Жади несколько мгновений продолжала наблюдать, как наглая женщина перебирает её книги и тетради. Рядом стояла открытая шкатулка, в которой девушка хранила дешёвую бижутерию, купленную в Рио, а также старые фото, симпатичные открытки из Бразилии, принадлежности для шитья и тому подобные мелочи. А теперь всё это было перемешано и, вне всякого сомнения, тщательно рассмотрено сестрицей Саида. Но то, что лара Назира, откопав среди книг по анатомии и химии, держала в руках... Жади едва сдержалась, чтобы не завопить в голос – ведь то был дневник Исад Рашид! – Что... что нужно в моей комнате! – воскликнула Жади, поспешно переступая порог и приближаясь к Назире. Собственный голос показался слишком испуганным, почти истеричным. «Так нельзя... Нужно успокоиться...» – У меня есть вопрос поинтереснее! – сварливо отозвалась Назира, подняв вверх дневник и слегка потряся им в воздухе. – Что вот это делает в твоей комнате? Помнится, последний раз я видела эту тетрадь в собственном доме. Признавайся, лживая девчонка! Когда ты украла её? Или, может, кто-нибудь сам отдал? – прищурившись, предположила Назира. – Может, то был мой одуревший от тебя братец? – Я понятия не имею, о чём речь! – заявила Жади, сумев наконец вернуть себе самообладание. Девушка решила прибегнуть к лучшему способу защиты. А именно, ответному нападению. – Но одно я знаю точно: если вы немедленно не покинете мою комнату, я пожалуюсь дяде Али! На пару мгновений женщина растерялась. Однако быстро пришла в себя, явно не собираясь проигрывать какой-то сопливой девчонке. – Это мы ещё посмотрим, кто кому пожалуется! Я скажу сиду Али, что ты обокрала меня! И с удовольствием понаблюдаю, как ты будешь доказывать, что личный дневник лары Исад Рашид якобы принадлежит тебе. Жади в бессилии сжала кулаки. Что можно было на это ответить? – Пусть Саид потерял от тебя голову, но мой-то разум остался на месте! – изрекла Назира. – И я вижу твои трюки насквозь. Всё, что тебе нужно от моего брата, это возможность сбежать из Марокко и вернуться в распущенный мир твоей любимой Бразилии! – Да что вы знаете! – воскликнула Жади. – Много ли вам обо мне известно, чтобы делать выводы, чего я хочу и о чём мечтаю! Да вы... вы просто завидуете нам, мне и Латифе, потому у вас самой нет ни жениха, ни мужа – и никогда не будет! Назира побагровела, а у Жади ёкнуло сердце. Но причиной тому был вовсе не гнев сестрицы Саида, а то, что девушке удалось увидеть боковым зрением. Латифа! Испуганная, она замерла в дверном проёме. И как долго уже там простояла? Как много успела услышать из ожесточённого спора своих родственниц?.. Жади не знала. Но ощущение чего-то ужасного и непоправимого обожгло её изнутри. Латифа развернулась и убежала, что ещё больше подкрепило худшие опасения Жади. Она уже не смотрела на лару Назиру и почти забыла о дневнике. В голове стучало: что Латифа успела услышать? Какие выводы сделала? О чём догадалась? И как теперь относится к ней, к Жади? – Вот так-то, – послышался насмешливый голос Назиры, – всё тайное становится явным, и ты не можешь долго водить людей за нос! А скоро и Саид поймёт, какая ты на самом деле... Не слушая больше, Жади выбежала из комнаты и бегом спустилась на первый этаж. Латифы нигде не было видно. Жади прислонилась спиной к висящему на стене ковру. Внезапно всё желание и решимость поговорить с сестрой куда-то улетучились. Стало страшно. Медленно, свинцовыми шагами, Жади поднялась обратно в спальню. Назира уже испарилась, прихватив с собою найденный дневник. Что же теперь делать? Нельзя позволять ларе Назире хозяйничать в доме. «Противная старуха, да сократит Аллах её дни! Из-за неё Латифа всё узнала...» Жади не представляла, как можно исправить ситуацию и у кого просить совет. Больше всего на свете ей сейчас хотелось увидеть Саида... Вот только что она ему скажет? Что проворонила доверенный ей дневник, позволив ему попасть не в те руки? Что успешно начала выполнять своё обещание – «уважительно относиться» к его сестре? Что устроила с Назирой перепалку, которую было трудно не услышать, и что теперь Латифа обо всём узнала? Да уж, прекрасно вышло. Как раз то, чего Саид от неё ждёт. А ведь он ещё даже не улетел в Бразилию. Они расстались всего пару часов назад, и за это время Жади уже успела натворить дел и всё испортить. Что же теперь делать? Отчаяние охватило девушку. Остаток дня прошёл как в тумане. За ужином Жади намеренно игнорировала лару Назиру, а на Латифу даже боялась поднять глаза. В полном молчании сёстры легли спать. Ночью Жади не могла уснуть, а утро не принесло ей облегчения. Она одновременно хотела и боялась заговорить с Латифой, чтобы внести хоть какое-то прояснение в ситуацию. Иногда мелькала спасительная мысль – а вдруг кузина ничего и не поняла? Вдруг в молчании Латифы ничего не кроется? Но сама Жади понимала, что это не так. Чуть позже стало известно, что Латифа позвонила Мухаммеду и попросила забрать её домой. Тот вскоре пришёл за женой – и за сестрой тоже. Возмущение и досада читались на лице Назиры, однако она не могла явно показать свои эмоции, дабы не испортить то благостное впечатление, которое ею создавалось в глазах сида Али и стоило многих трудов. Жади хоть и была подавлена, но всё же, видя бессилие склочной женщины, не могла сдержать торжествующей улыбки. Поделом этой противной ларе Назире, будет знать, как рыться в чужих вещах. Да и Зораидэ вздохнёт, наконец, спокойно – незваная гостья отправилась восвояси. Временно, конечно, но всё-таки. Только что же, что же теперь делать? Латифа вернулась в дом мужа, и пока что окружающие не могли заметить разлад двух кузин, но сама Жади не могла закрыть глаза на то, что произошло. «Неужели мы с Латифой больше никогда не будем лучшими подругами? Никогда не будем сидеть рядом и болтать обо всём, как прежде? Неужели мы больше не будем двумя девчонками, которые знали друг друга всю жизнь?» Чем больше Жади об этом думала, тем страшнее ей становилось. Другой день не принёс ни облегчения, ни мыслей о том, как разрешить эту ситуацию. Жади очень хотелось увидеть Саида. Только он может ей помочь. Но как это сделать? Снова испытывать судьбу, придя в ковровую лавку? Но завтра – день вылета в Бразилию, Саид может весь день быть дома и собираться... По крайней мере, так себе это представляла Жади, которой точно понадобилось бы не меньше суток, чтобы сложить чемодан. Не идти же в дом дяди Абдула со словами: «Салам алейкум! Пропустите, я к жениху!» Да и страшно теперь смотреть в глаза Саиду, после того что произошло... И всё из-за этой лары Назиры! Ощущая злость, досаду и беспомощность, Жади воспользовалась шансом улизнуть из дома, и вскоре поняла, что ноги ведут её в самое романтичное и безмятежное место Феса – в развалины касьбы. *** Тем временем Назира пришла в дом сида Абдула и устроила Саиду оглушительный разнос. Самого старика в тот момент не было – так что Назира разошлась на полную катушку, с лихвой восполняя всё, что держала в себе вот уже несколько недель, с того вечера как раскрылись тайные отношения Саида и Жади. Быстрыми шагами пересекая комнату туда-сюда, женщина трясла в воздухе указательным пальцем и громогласно разорялась: – Ты не женишься на этой одалиске! Ни за что! И не мечтай! Я всё сделаю, чтобы помешать этому браку! Потому что ты ослеп, Саид! Ослеп и оглох! Она водит тебя за нос, дурачит, использует в своих целях – а ты развесил уши и радуешься! Ты верблюд, Саид! Верблюд, которого эта одалиска охомутала и теперь ведёт куда... – Назира! – прикрикнул на неё брат. – Прекрати истерику. Это моё дело, и я уже просил всех вас не вмешиваться. Я всё равно женюсь на Жади, что бы вы с дядей Абдулом ни говорили. – Она даже не марокканка! – перебила Назира, словно не слыша его слов. – Ну и пусть её родители были родом отсюда, всё равно она – бразильянка! Наглая, невоспитанная, не уважающая наших традиций и распущенная! А эта история, которую она наплела сиду Али, про какого-то бразильского туриста? Все сразу поверили, что это была выдумка – а я вот сомневаюсь! – На-зи-ра... – скрипнул зубами Саид. Видно было, что он уже с трудом сдерживается. Назира тем временем решила добить его следующим вопросом: – Братец дорогой, а ты вообще уверен, что твоя распрекрасная невеста – девственница? – Замолчи! – выдохнул покрасневший Саид. – А что? – усмехнулась старшая сестра, остановившись и подперев бок рукой. – Я бы не удивилась. Кто знает, что она там делала в Бразилии? Да никто не знает. Так что я бы на твоём месте потребовала справку от врача, и побыстрее. А после возвращения из Рио – ещё одну, потому что неизвестно, где сейчас этот «выдуманный турист» и чем твоя невеста будет заниматься во время твоего отсутствия... – Назира, хватит! Закрой свой рот! Я не намерен больше выслушивать. С этими словами Саид поднялся с места и быстро вышел из комнаты, а через минуту и вовсе покинул дом дяди Абдула, оставив Назиру одну. *** Он долго бродил по улицам и всё не мог успокоиться, пока не понял, что идёт прямиком в район касьбы. Это место хранило в себе самые драгоценные из его воспоминаний, и все были связаны с Жади: начиная от первой случайной встречи наедине и заканчивая последующими свиданиями, которые были полны то горечи, то счастья. Чувства к этой девушке глубоко пустили корни в его сердце, но бывали такие моменты, когда прекрасные цветы отравлялись ядом сомнения. Та чушь, которую несла Назира... А вдруг в её словах есть крупица правды? Саид ведь действительно мало что знал о жизни Жади в Бразилии. Опять же та подозрительная история с парнем-бразильцем... Как его звали – Лукас? Надо бы запомнить это имя на всякий случай. В такие моменты Саид ощущал внутри себя некую раздвоенность: одна его половина подозревала всех и вся, а другая возмущалась – как можно сомневаться в словах любимой девушки! Если она сказала, что не было никакого Лукаса, или как там его, значит, не было – и точка. Но только Саид продолжал в душе сомневаться... С этими тягостными мыслями он вошёл в развалины, где увидел Жади. Она сидела – прислонившись спиной к стене, уронив голову на колени, закрывшись руками – и рыдала. Вскинув голову на звук его голоса, девушка вскочила, бросилась к жениху и продолжила рыдать уже у него на груди. Саид оторопел от такого неожиданного поворота, но очень скоро ему пришлось удивиться ещё больше, когда Жади слегка успокоилась и поведала о бурных вчерашних событиях. Тут молодому человеку оставалось только схватиться за голову: – Алла-а-ах! Как мне оставить тебя на два месяца, если ты даже один день не можешь прожить без неприятностей! Скажи, как, Жади! Что мне с тобой сделать? – Саид, я не виновата! Твоя сестра сама пришла ко мне в комнату и стала рыться в моих вещах! – А почему ты дверь на ключ не заперла? – Откуда я знала, что возникнет такая необходимость? Раньше в мои вещи никто не лез, эта сумасшедшая была первая... – Поосторожнее в выражениях, Жади! Ты говоришь о моей сестре. – У меня тоже есть сестра! Которую я теперь потеряла, потому что она узнала про нас! – Ну извини, Жади, я не могу повернуть время вспять и жениться на Латифе, чтобы успокоить тебя! – Замолчи! – Сама замолчи! Заткнув Жади рот поцелуем, Саид завершил эту ссору. Успокоившись, они обсудили дальнейший план действий. Было решено, что Жади будет вести себя с Латифой как обычно и постарается сохранять спокойствие, а с Назирой будет избегать случайных встреч. Девушка сомневалась, что всё это так легко получится, однако ей было радостно оттого, что теперь Саид всё знает и простил её. Они ещё немного поговорили. Жади наконец-то поделилась впечатлениями от прочитанного дневника и рассказала Саиду об ошеломившем её открытии – что их матери, Исад и Саула, в молодости знали друг друга и даже дружили! Это особенно удивляло, если учесть, что знатная семья матери Саида жила в Касабланке, а устроившаяся в их дом служанка Саула была родом из Феса. Впрочем, вскоре Исад с женихом Хасаном сбежали в этот город, а с ними верная Саула. – Теперь я точно знаю, что наша встреча была предначертана... – проговорила Жади, и глаза её увлажнились. – Так написано. Мактуб. – Какая ты у меня впечатлительная... – Саид улыбнулся, погладил Жади по волосам и поцеловал. – Ну разве ты не видишь, что нас свела Судьба? – с чувством проговорила девушка, вопросительно посмотрев на жениха. – Вижу, – сказал он серьёзно. И добавил не изменившимся тоном: – А теперь иди домой. Платок не забудь надеть... Вечно ты его снимаешь! – Мне без платка удобнее, – заявила Жади. – Поскорей бы вернуться в Бразилию, там я точно не буду его носить! – Будешь, как миленькая, – сурово ответил Саид. – Что я скажу, то и будешь делать, когда мы поженимся. А до того времени – только попробуй ещё что-нибудь натворить. Увидишь, что я сделаю... я сверну тебе шею! Жади ответила на это кокетливой улыбкой, а потом убежала. Не похоже было, что она приняла всерьёз хоть что-то из угроз Саида. *** На другой день Назира пришла проводить брата в дорогу и, как бы между прочим, спросила елейным голоском: – Саид... Я хочу перечитать дневник нашей матери. Тетрадь ведь у тебя? Ты брал её пару недель тому назад. Отдай мне дневник сейчас, пока ты не улетел в Бразилию. Саид сразу догадался, откуда ветер дует: Назира сначала забрала дневник у Жади, а теперь решила внести раскол в отношения пары и подорвать их доверие друг к другу. Только старшей сестре неизвестно, что Саид уже в курсе происходящего. – Не приставай с глупостями, Назира. Мне сейчас не до этого. Поищи сама дневник, он лежит где-то в доме Мухаммеда. Может, даже в твоей комнате. Наверняка так оно и было – потому что Назира осеклась и больше не пыталась устроить провокацию. Что касалось улетавшего в Бразилию Саида, он понял, что его спокойная, до мелочей продуманная жизнь завершилась окончательно и бесповоротно – причём ещё в тот день, когда он встретил на медине девушку, которая по неосторожности опрокинула лоток с глиняной посудой, превратив всё содержимое в черепки.