Дождь в пустыне: Фес

Зораидэ была во дворе – спустилась, чтобы посмотреть, как служанки чистят фонтанчик и меняют розовые лепестки в воде. Потом женщина собиралась вернуться на кухню и продолжить приготовление обеда. Свадьба была назначена на конец будущей недели, но статус невесты хозяина не повлиял на её ответственное отношение к работе по дому. Хотя сид Али постоянно настаивал, чтобы она чаще отдыхала и больше времени посвящала себе. Итак, Зораидэ находилась во дворе и первой услышала стук в деревянные ворота. Затем из-за ворот кто-то позвал сида Али. Не нужно было даже смотреть в маленькое окошко на калитке – Зораидэ узнала голос и открыла дверь, впуская молодого человека, который, чуть пригнувшись, вошёл и улыбнулся женщине. После приветствий и поздравлений со скорой свадьбой, Саид спросил, можно ли увидеть хозяина дома. – Сид Али сейчас в мечети, – объяснила Зораидэ. Она по-прежнему называла его сидом и отказывалась изменить многолетней привычке, несмотря на их уже очень скорую свадьбу. – Он хотел сначала пойти туда вместе со всеми тремя жёнами, со старшими детьми и с Жади, чтобы женщины молились вместе в отдельной комнате. Даже меня уговорил пойти. Но... лара Дуния... как всегда... Зораидэ покачала головой, а Саид понимающе кивнул. – В общем, испортила она сиду Али настроение, и он отменил семейный поход в мечеть, отправился туда один. – Мой дядя тоже там, и Мухаммед. Я уже заходил к ним обоим домой. – Саид, а что же ты приехал без предупреждения? Позвонил бы – мы могли тебя встретить в аэропорту... Ну ничего, заходи вечером, сид Али будет очень рад тебя видеть! – Спасибо, Зораидэ, – ответил молодой человек, улыбнувшись и слегка склонив голову в знак признательности. Краем глаза он уловил какое-то движение на балконе, за спиной у женщины. – А теперь я пойду. Раз Мухаммеда нет, схожу пока в наш магазин, посмотрю, как там дела. Управляющий, наверное, тоже сегодня не работает... – произнёс Саид, будто в задумчивости. Попрощавшись с гостем, Зораидэ направилась в дом. По пути ей в голову пришла мысль: «Надо рассказать Жади, что вернулся Саид!» – и женщина поднялась наверх, прежде чем отправиться на кухню. – Жади, послушай... – радостно произнесла Зораидэ, входя в спальню девушки. Ответом была тишина. Зораидэ оглядела комнату: Жади здесь нет, но все вещи на своих местах. И только... дверь платяного шкафа распахнута. Намётанный глаз бывшей старшей служанки мгновенно распознал: исчезла чёрная паранджа. – Аллах всемогущий! – простонала Зораидэ, закрыв лицо ладонями. – Ну что ей не сидится на месте, ведь скоро же их свадьба! Не может потерпеть каких-нибудь две или три недели... Ох, Жади! Не приведи Всевышний, кто-нибудь увидит вас вдвоём на медине! Да защитит тебя Аллах, да вложит Всевышний хоть чуточку благоразумия в твою голову!.. *** Тем временем Жади, закутавшись в чёрную ткань по самые глаза, быстрым шагом продвигалась по узеньким переулкам между древними домами. Сердце девушки колотилось от радости и предвкушения долгожданной встречи, а лицо освещала улыбка, скрытая под никабом. Она догнала неспешно идущего Саида уже почти возле ковровой лавки. Здесь, на углу, развевались от лёгкого ветра тонкие платки, вывешенные на продажу. Хозяин платков куда-то отошёл, и это было хорошо: иначе он мог стать первым свидетелем «харама». Саид замер, как вкопанный, когда впереди, отделённая от него всего шагом и полупрозрачным водопадом платков, возникла Жади – он мгновенно и безошибочно узнал её в чёрном одеянии с узкой прорезью для глаз. Возможно, именно по глазам Саид и понял, кто перед ним. Глаза Жади... он часто видел их во сне, ещё со дня самой первой встречи на медине. – Саид... – прошептала она, и в голосе слышался едва сдерживаемый детский восторг. – Жади... – так же шёпотом отозвался её жених. – Давай... уйдём отсюда, чтобы не попасться знакомым... В магазине сейчас никого... – Нет... – прекрасные и таинственные глаза сверкнули в прорези глухой чёрной ткани. – Я хочу пойти в наши развалины... Пожалуйста, Саид!.. – Ладно... – уступил тот. – Иди первая, а я за тобой. Отстану на несколько шагов и буду поглядывать по сторонам, на всякий случай... Жади было приятно идти вперёд, чувствуя за спиной взгляд любимого и зная, что вот-вот они окажутся там, где их никто не потревожит. Впереди показались жёлто-красные стены старинной касьбы. Жади с шага перешла на бег, чтобы побыстрее оказаться внутри. Забежав на первый этаж, она первым делом скинула с себя душную чёрную паранджу, бросила её на песок и осталась в длинном домашнем платье кремового цвета. Потом нырнула в низкий проём ближайшего зала, где с замирающим сердцем стала ждать прихода Саида. Наконец, послышался его голос: – Жади, где ты? Она, прислонившись спиной к стене, улыбалась и молчала. – Хватит прятаться, несносная девчонка! – голос Саида звучал ближе. – Вот сейчас найду тебя и выпорю! Жади захихикала и выскочила из своего убежища. – У тебя нет плётки... И вообще, сначала догони! – с этими словами Жади бросилась прочь по извилистым коридорам касьбы. Саид последовал за ней. Он быстро догнал хохочущую девушку – схватил за талию и закружил над полом. А через несколько секунд, остановившись, порывисто и крепко прижал её к себе. – Я так по тебе соскучился... – прошептал Саид на ухо Жади. Потом не удержался и поцеловал её в шею. Он почувствовал нежность её кожи, которая истончала какой-то тонкий цветочный аромат, от которого кружилась голова. Жади тоже слегка обмякла в руках Саида. Он развернул её лицом к себе и поцеловал, а она обняла Саида за шею и запустила пальцы в его волосы. Влюблённые целовались и целовались, чувствуя, как земля уходит из-под ног... Краем сознания Саид понял, что опять начинает терять над собой контроль. Пора было остановиться, пока дело не дошло до гораздо большего харама. Саид прервал головокружительный поцелуй и переложил руки с талии Жади на её плечи. Но та продолжала смотреть на него чуть помутневшим взглядом. – Саид, давай уйдём отсюда... – негромко проговорила Жади. – Есть одно место... я нашла его недавно. На той стороне от касьбы... Это палатка бедуинов, и она уже давно пустует... Саид нахмурился. – Что у тебя на уме? Жади дотронулась до его лица и робко улыбнулась. – Не сердись... любимый мой, хороший... послушай... Мы ведь всё равно скоро поженимся... – Жади, да ты совсем с ума сошла! – воскликнул Саид и отступил на полшага. Наконец до него дошёл весь смысл её предложения. Вместе с осознанием пришёл гнев. – Что у тебя в голове творится?! Какая бедуинская палатка! Брови Саида были сурово насуплены, взгляд стал тяжёлым, и даже аккуратно причёсанная шевелюра как будто слегка приподнялась и сделалась всклокоченной, как перья драчливого воробья. Саид размахивал руками и кричал. Со стороны это могло показаться комичным, однако Жади было вовсе не до смеха, ведь кричал Саид на неё. – Предлагаешь такое! Это же страшный харам! И ты думала, я соглашусь? Нашей свадьбы ещё не было, а ты... – Я не хочу! – громко перебила Жади. От неожиданности Саид умолк и воззрился на свою невесту округлившимися от ужаса глазами. – Не хочешь... замуж? Жади испугалась того, как неправильно он понял её слова. Чуть не плача, она бросилась Саиду на шею и быстро-быстро заговорила: – Нет, нет, не думай так! Я только за тебя выйду замуж, а если нет, то умру! Но я... – Жади подняла голову и посмотрела Саиду в глаза. – Я не хочу, чтоб это было... так. Чтобы под нашими дверями стояла толпа народа, и чтобы все ждали, когда мы им вынесем... «доказательство»! Жади с отвращением поморщилась. Саид уже полностью остыл от гнева. И не сдержал ухмылку: – А ты представь, что будет, если «доказательства» не окажется? Тут не до шуток станет. Жади стукнула Саида ладонью в грудь: – Ты злой! – отвернувшись, она отошла на несколько шагов в сторону и села на пол касьбы. «Что ж меня сегодня все бьют?..» – подумал Саид, вспомнив Назиру. При мысли о сестре в памяти всплыли и другие её слова: о том, что Жади могла быть ему неверна, или что в Бразилии состояла в харамной добрачной связи с другим мужчиной. Может ли это быть правдой? Если да, то сейчас Жади могла смутиться, начать хитрить. Но вместо этого она обиделась, почувствовала себя оскорблённой. Значит, она всё-таки чиста? Саид с негодованием отбросил эти мысли. Ему совсем не хотелось сомневаться в Жади. «Эти глаза не могут лгать...» Жади тем временем продолжала сидеть и рисовать пальцем узоры на песчаном полу, отвернувшись от своего жениха и пребывая в обиженном молчании. Саид приблизился и сел рядом, на расстоянии протянутой руки. Мягко тронул девушку за плечо: – Ну, перестань... Жади... Я же просто пошутил. Она повернула к нему лицо с печальными глазами и опущенными уголками губ. – Саид, ты не доверяешь мне? Скажи! Он придвинулся ближе, погладил девушку по щеке. – Конечно, доверяю. Прости меня. Но... таков обычай. Мухаммед и Латифа недавно прошли через то же, и ничего, живы. – Вот именно, Саид, это обычай! Всего лишь традиция, а не предписание Аллаха! И в Священной книге ничего не сказано о том, что молодые супруги непременно должны отчитываться перед всей роднёй о том, как прошла первая брачная ночь! Всё это она выпалила на одном дыхании и под конец слегка зарделась от смущения. Саид залюбовался ею. – Я обещаю, – сказал он, – что найду выход из этой ситуации. Чтобы ты не чувствовала, будто за тобой следят и подозревают. Для меня самое главное, чтобы ты ничего не боялась и чтобы была счастлива со мной. Выражение на лице Жади смягчилось. Саид обнял её одной рукой, и девушка положила голову ему на плечо. Потом дотронулась до своей шеи и нащупала висящий на золотой цепочке кулон с жадеитом. Поднесла зелёный камень к своему лицу и улыбнулась. Саид, увидев, что невеста любуется его подарком, нежно поцеловал её в лоб. Некоторое время они сидели молча. Потом Жади подняла голову, посмотрела на Саида и произнесла с игривой улыбкой: – Ты стал такой красивый... с новой причёской, – Жади пригладила взлохматившиеся пряди на голове Саида. – Тебе очень идёт! «Не то, что раньше! – с облегчением подумала девушка. – И, спасибо Аллаху, больше нет той ужасной коричневой джеллабы! Светлая рубашка европейского покроя гораздо больше ему к лицу. Сюда бы ещё галстук под цвет глаз... и пиджак... Ну ладно, об этом я позабочусь позже!» Тем временем Саид, ничего не подозревающий о «коварных» планах своей будущей жены, взял её руку, поднёс к губам и нежно поцеловал. Потом сказал с улыбкой: – Ну, рассказывай... как ты жила тут без меня. Хотя, для начала я бы послушал твою версию истории про жениха Назиры. Что-то мне сердце подсказывает – без тебя в этом деле не обошлось. Девушка хихикнула. – Ты же сам просил, чтобы я убедила твою сестру, что она скоро выйдет замуж. Вот и пришлось написать ей письмецо с предложением руки и сердца! А что... всё получилось, она поверила? – радостно спросила Жади. – Так вот, почему мне показался знакомым почерк этого «адвоката»! – воскликнул Саид. Жади мысленно ликовала: «Как легко Назира поверила, ну кто бы мог подумать!» На лице девушки тем временем было написано столько надежды и энтузиазма, что Саид не выдержал и расхохотался. – Интриганка ты моя... – пробормотал он, утирая выступившие от смеха слёзы. – И откуда тебе всё это в голову приходит... Жади в ответ лишь хитро улыбалась. Справившись со смехом, молодой человек вкратце поведал, как прошёл его разговор с Назирой: как сестра нахваливала Латифу, как старалась всячески задобрить самого Саида и как вела себя после услышанного отказа. – Замечательно! Я на это и рассчитывала! – обрадовалась Жади. – Признание «тайного воздыхателя» меняет еë поведение в лучшую сторону. Но зря ты вот так сразу ответил «нет»... лучше бы она думала, что ты её поддерживаешь! Саид протянул руку и потрогал лоб девушки, проверяя наличие жара. – Твои безумные идеи неизменно заканчиваются чем-то малоприятным. Вспомни, как ты хотела добиться от дяди Али, чтобы отдал тебя замуж... И честно говоря, – заметил Саид, – мне как-то не по себе от мысли, что ты могла бы придумать, если бы захотела... ну, к примеру, сбежать и не выходить за меня! – Подозрительный ты мой! – фыркнула Жади. Она взяла жениха под руку и потёрлась щекой о его плечо. Потом промурлыкала довольным голосом: – Никуда я от тебя не сбегу. Если бы ты знал, как я ждала твоего приезда... Любимый... Саид закрыл глаза. Он был счастлив. Ради этого счастья стоило жить, трудиться, двигаться вперёд. Это было то, чего он всегда хотел. И неважно, что скажет дядя Абдул, Назира и вся семья. Скорей бы оказаться в Рио, в новом доме, уже став мужем и женой... Но пока оставались задачи, которые нужно решить здесь. – Жади, а теперь серьёзно. Как прикажешь расхлёбывать заваренную тобой кашу? Уж поверь, Назира нескоро забудет про этого... Лобату Мартиньеша. Кстати, откуда имя? – Просто придумала, – соврала Жади не моргнув глазом. Она ждала этого вопроса и давно уже решила, что не станет рассказывать Саиду про своё знакомство с незадачливым сеньором Лобату. Меньше знаешь – крепче спишь, к тому же, Саид со своей мнительностью может напридумывать невесть что. Как же он тогда разозлился из-за бразильского туриста, вспомнить страшно... – Саид, ну правда: зачем разубеждать Назиру? Пусть и дальше думает, что в Бразилии по ней сохнет романтичный поклонник... Это намного интереснее, чем выйти замуж за какого-нибудь старикашку! Она будет всё время такой радостной и доброй, перестанет портить жизнь Латифе... А когда мы с тобой переедем в Рио, я буду время от времени присылать твоей сестре новые письма от имени влюблённого сеньора! – поделилась Жади, азартно сверкнув глазами. – Ты сумасшедшая, – констатировал Саид. – Но, поскольку меня угораздило с тобой связаться, выбора уже нет. Сегодня скажу Назире, что не возражаю против её брака, – молодой человек усмехнулся. – Да простит меня Аллах... и с трудом представляю, как отреагируют на мои слова дядя Абдул и Мухаммед! – Они решат, что ты сошёл с ума! – рассмеялась Жади. – И будем мы с тобой оба чокнутые!.. Влюблённые ещё посмеялись, пообнимались, ещё немного поговорили о Назире, о Латифе с Мухаммедом, о грядущей свадьбе дяди Али и Зораидэ. Потом вспомнили разлуку и свою переписку, затем поделились друг с другом самыми свежими новостями. Когда Саид рассказал, что в Рио купил для них дом, восторгу Жади не было предела – она бросилась жениху на шею и расцеловала его. – Как твои учения? – затем спросил Саид, подразумевая занятия Жади с университетской преподавательницей. Девушка писала ему об этом в письмах. – Всё отлично! Ты будешь гордиться своей умной женой! – Ну, пока я вижу, что твоя энергия уходит в основном на сводничество, – заметил Саид, приподняв бровь. – Да, скоро перегоню самого дядю Абдула! – веселилась Жади. Ей было так легко, тепло, весело и смешливо... Ведь Саид наконец-то приехал, он был рядом, держал её за руку, обнимал, целовал, смеялся над ней и вместе с ней... Самый близкий человек на свете. Самый главный в жизни. – Жади, я ведь не шучу. Занимайся усердней, иначе не поступишь с первого раза, и придётся ждать ещё год. Я слышал, в Бразилии очень большой конкурс в медицинские университеты. – Саид, не волнуйся... я успеваю всё! Мне очень нужно это образование. Пусть я ещё молода, но понимаю, насколько серьёзно... О, вот ещё что! Я не успела написать тебе об этом в письме. У меня две недели назад был день рождения, и теперь мне восемнадцать! – Жади гордо улыбнулась. – Теперь ты не намного старше меня, так что не поучай! Саид насмешливо прищурился, но промолчал. Его сейчас переполняло глубокое чувство нежности к этой дурочке. – Я была поражена, – продолжала Жади, – когда дядя Али сказал мне, что день рождения человека не является праздником! – Ну, это правда, – кивнул Саид. – К примеру, дядя Абдул любит говорить, что очередной год земной жизни – это просто ещё один шаг навстречу жизни загробной. Так что праздновать особо нечего. – Я не верю, что ты согласен с дядей Абдулом! – возмутилась Жади. Саид пожал плечами. – Так принято, и это записано в Коране. В нашей семье мы никогда не отмечали дни рождения, и я не чувствую, будто что-то теряю. Этот день не имеет никакого отношения к нашей вере и обычаям. Просто западная традиция... – Саид выразительно посмотрел на Жади. – А я люблю этот праздник, – сказала она и улыбнулась, вспоминая. – Мы с мамой готовили сладости, которыми я угощала других детей в школе. И мама всегда дарила мне какой-нибудь небольшой подарок – игрушку, красивую заколку для волос, книжку... И потом, когда я выросла, тоже. А ещё вечером, за чаем, мы вели разговоры о том, как я родилась, как мама с отцом жили в молодости... Мама в этот день всегда ходила в мечеть и возносила молитву Аллаху в благодарность за то, что у неё есть я... Саид увидел, что губы Жади задрожали, а глаза наполнились слезами. – Жаль, что она не увидела меня такой счастливой, как сейчас... Не узнала, что я встретила тебя... Жаль, что мамы не будет на моей свадьбе... Я... я так скучаю по ней!.. Невеста Саида горько заплакала, и тот обнял её, утешая. Жади с отчаянием вцепилась в его рубашку и прижалась головой к его груди, орошая ткань слезами. Саид не знал, что говорить: слова не шли на ум, а чувства переполняли душу. Ему хотелось стать для Жади всем, стать целым миром. Осушить её слёзы, исцелить душевные раны, подарить покой и счастье. Чтобы на её лице каждый день светилась радостная улыбка. И чтобы Жади принадлежала только ему, а он, Саид – принадлежал лишь ей. – Что бы сказала мама... – прошептала Жади, – если бы узнала, что я поссорилась с Латифой, и что она больше видеть меня не хочет... Саид, мне так тяжело... – Всё изменится, родная. Ты будешь счастлива, я всё для этого сделаю. Всё, – он поцеловал её волосы. «Но ты не можешь изменить сердце Латифы», – подумала Жади. – А знаешь, какие красивые подарки я тебе привёз из Бразилии? – жизнерадостно спросил Саид, меняя болезненную тему. – Подарки? – несмотря на печаль, Жади удивилась. – Мне? – Конечно, а кто моя невеста? И у кого недавно был день рождения? Сегодня вечером приду к вам в гости, и будешь принимать дары! – Ой, Саид... Я не ожидала... – смутилась девушка. – Спасибо тебе! – Не за что благодарить: там в основном всякие бразильские безделушки и сладости. – Всё равно спасибо! – Жади обняла его за шею и звонко чмокнула в щёку. – Я договорюсь с твоим дядей: завтра или послезавтра мы пойдём покупать тебе золото к свадьбе. Выберешь всё, что понравится... – Серьёзно? – в карих глазах Жади зажглись огоньки лукавства. – А если я тебя разорю? – Не беспокойся! – в тон ей ответил Саид. – У меня всё продумано, и на твои свадебные подарки отложена внушительная сумма. Я ведь обещал, что ты будешь самой нарядной невестой в Марокко! – Нет, я буду самой счастливой невестой! – на ресницах Жади снова задрожали слёзы, но теперь уже не от горя. Девушка улыбалась. – Потому что выхожу замуж за того, кто живёт в моём сердце. И я всегда знала, что моя свадьба будет только по огромной, взаимной любви! Саид, мы сделали это. Мы преодолели все препятствия, чтобы стать счастливыми... – Верно, Жади, – он вновь взял за руку свою невесту и нежно поцеловал её пальцы. – Мы сделали это вместе. Скоро наша свадьба. Я стану навсегда твоим, а ты станешь только моей. – Да... Саид улыбался. Он был рад, что Жади отвлеклась от грустных воспоминаний. Но стрелки на циферблате наручных часов напоминали, что пора заканчивать это сладостное свидание, как бы ни хотелось его продлить. Саид с сожалением поднялся на ноги и протянул руку Жади, помогая ей тоже встать. Отряхнув одежду от песка, влюблённые направились к выходу из касьбы. Тут Жади растерянно огляделась по сторонам: – Где же паранджа... я точно сбросила её здесь... – Что-то потеряла? – невинным тоном поинтересовался Саид. Однако смеющиеся глаза выдали его. – Саид! – возмутилась Жади. – Что за детские шалости! – У тебя учусь! – улыбнулся тот. – Верни сейчас же! – А нечего разбрасывать одежду! Ищи-ищи, я недалеко спрятал... – Ну, знаешь!.. А, впрочем... – Жади улыбнулась шкодливой улыбкой, – так даже лучше... Пойду-ка я по медине, вот как сейчас... с непокрытой головой! Пусть ветер развевает мне волосы, и пусть все встречные мужчины видят мою красоту... Саид на глазах помрачнел – видимо, живо представил эту картину, и она ему не понравилась. С нахмуренными бровями он отошёл в сторону и достал из-под большого камня аккуратно сложенную чёрную ткань. – Держи, – сурово сказал Саид. – Я ни за что не позволю моей невесте выставлять себя напоказ. Жади рассмеялась, обнимая любимого жениха. Саид по-прежнему был мрачен. И ему опять вспомнились слова Назиры. Старшая сестра в последние полтора месяца частенько звонила из Феса и безуспешно пыталась отговорить брата от женитьбы на Жади. «Посмотри на себя, Саид! Стоит этой одалиске появиться в комнате – и ты таешь, как мороженое! На что будет похожа ваша жизнь после свадьбы? Не знаешь? А я знаю! Жади накинет на тебя уздечку и будет водить за собой, как ручного верблюда! А потом – оглянуться не успеешь! – она сядет на тебя верхом и начнёт погонять!..» Но голос сестры и все её грозные предупреждения тут же улетучились из головы Саида, когда Жади приблизила к нему своё лицо и прошептала: – Поцелуй меня... Саид растаял. В очередной, и далеко не последний, раз. *** Влюблённые прощались у выхода из крепости. Как много ещё не высказанных мыслей роилось в головах, каким недолгим казалось это долгожданное свидание и сколько нежности излучали обращённые друг на друга взгляды. И сколько надежды на будущее... – Я так рада, что ты вернулся: теперь всё будет иначе. Сегодня ты ведь придёшь к нам? – Да. И завтра, мы пойдём выбирать золото к нашей свадьбе, ты помнишь? А ещё, скоро свадьба твоего дяди, и мы увидимся на празднике. – Да, там будет много гостей, суета – так что к вечеру все про нас забудут, и даже дядя Абдул не будет за нами следить... – Жади! Что ты там опять замышляешь? – Ничего! Мы можем опять убежать сюда, в касьбу, и вместе встретить закат, а потом смотреть на звёзды. – А знаешь, как здесь холодно после захода солнца? – Ну и что. Возьмём с собой тёплую одежду или одеяла и завернёмся в них. Даже можем спрятать всё здесь заранее. – Ты – маленькая неугомонная интриганка. – Которая просто хочет быть с тобой. – Я люблю тебя, Жади. – И я очень тебя люблю, Саид. Ты ведь не передумаешь на мне жениться? – Никогда. – И я правда увижу тебя сегодня ещё раз? – Да, пусть и под присмотром дяди Али. И завтра тоже. – И послезавтра. И ещё через два дня. – Увидишь. И когда я уеду, ты будешь со мной. Мы теперь всю жизнь проведём вместе. Заключительный поцелуй на прощание – и Жади, снова надев паранджу, выпорхнула из арочного проёма на пустырь перед касьбой, залитый солнечным светом и покрытый редкими зелёными кустами. Девушка обернулась и помахала рукой тому, кто стоял внутри и намеревался уйти через некоторое время после неё. Сегодня они ещё увидятся, и завтра, и всегда – вспомнилось ей. Сердце радостно затрепетало, подобно маленькой птичке, чьих крыльев коснулось солнце. Жади быстрыми шагами устремилась вперёд – навстречу шумящему Старому городу, навстречу новой встрече с любимым, навстречу их общему будущему.