Чайные глаза

Если ты любишь, как я, бесконечно, Если живешь ты любовью и дышишь, Руку на грудь положи мне беспечно: Сердца биенья под нею услышишь. Афанасий Фет

***

Мария открыла глаза и тут же повернула голову в сторону спящей Лауры. Девушка улыбнулась при виде мирно сопящей женщины, которая годами выстраивала образ неприкасаемой леди. А сейчас, когда они одни в палате, только Маша может видеть её такой. Настоящей. Третьякова, приложив большие усилия, положила свою ладошку на холодную руку Лукиной и сжала, пытаясь хоть как-то согреть. —Спасибо тебе, — шепнула девушка, счастливо улыбнувшись. Маша понимала: наконец она кому-то нужна. Но, по законам жизни, каждому счастливому мгновению приходит конец, и в жизнь вторгаются проблемы, точно как в палату бесцеремонно врывается Баев. Мужчина стремительно приближается к кровати, не обращая внимания на пытающихся остановить его молоденьких медсестёр. Лукина сразу распахнула глаза, быстро натянула очки и подскочила с места, прикрывая Машу. —Евгений? Какими судьбами? — Лаура сверлила его взглядом. Помятый, небритый, опухший — не лучшее первое впечатление, согласитесь? —Что значит «какими судьбами»?! Здесь, вообще-то, лежит моя жена! — он бросал яростные взгляды то на Лукину, то на Машу, — Ну сколько можно уже? Каждый день ты что-нибудь да выкидываешь! Задолбала! — обращаясь к Марии, мужчина начал приближаться к кровати. Девушка испуганно вжалась в матрас, но Лаура преградила ему путь. —А ты чё её выгораживаешь? И кто вообще такая? — Баев уже не сдерживался в выражениях. Он был похож на разъярённого быка, которого поманили красной тканью. —Лаура Альбертовна, коллега Марии. Это я звонила Вам вечером, — холодно представилась Лаура, даже не протянув руку в знак уважения к собеседнику. —Понятно. Выйдите, пожалуйста. Мне нужно поговорить с женой, — Евгений сменил злобную гримасу на ухмыляющуюся рожу, коварно улыбаясь. —Пока Вы в таком состоянии, я не могу оставить Марию Владимировну наедине с Вами, — Лукина не сдавала позиции. Мало ли что этот ненормальный может сделать с Машей. —Всё нормально, Лаура Альбертовна, не беспокойтесь, — Третьякова подала голос, — В конце концов, ничего страшного не случится, — слабо улыбнулась девушка. «Наверное» — мысленно добавила Маша. Лаура окинула Баева недоверчивым взглядом. —Ну, хорошо… — глаза Лукиной предупреждающе сверкнули в темноте. Женщина нехотя вышла из палаты. Евгений дождался, пока дверь захлопнется и сразу же подошёл вплотную к Маше. Она старалась не показывать свой страх, но глаза всё равно метались по палате, выдавая девушку с потрохами. —Спокойно тебе уже не живётся, да? Нужно мне нервы трепать каждый день?! — разъярённо шептал мужчина. —Если я приношу тебе только убыток, мы можем развестись… — гордо проговорила Третьякова, глядя прямо в глаза обидчику. — Я не намерена больше терпеть твои… —Развестись?! Ты в своём уме, Третьякова?! Ты без меня никто! — мужчина дёрнул капельницу. По рукам заструились тонкие ручейки алой жидкости. Слова сейчас действительно ранили сильнее действий. Больно. И душевно, и физически. Но надо терпеть. —Да ты… — он не успел договорить, как Лаура, почувствовав что-то неладное, влетела в палату, мгновенно оценила ситуацию, вытолкнула грузного мужчину из палаты и вышла вслед за ним, с силой захлопнув дверь. —Ещё раз ты к ней прикоснёшься, я сотру твою жизнь в порошок и сделаю так, что ты будешь видеть небо только через ржавую решётку, идиот, — разъярённая Лукина взяла в руки воротник куртки перепуганного Баева и прошептала ему эти слова, — Всего хорошего, — она отпустила Евгения и, не оборачиваясь, вошла в палату. Маша испуганно смотрела на руки, ничего не соображая. —О, Боже, я сейчас, Маш… — Лаура взяла бумажные салфетки и приложила к ране, пытаясь остановить кровотечение — Держи так. Лукина вышла в коридор и побежала к кабинету врача. «Опять. Опять она меня спасла.» — Третьякова погрузилась в мысли и совсем не заметила, как в палату вошёл врач, провёл несложные махинации, и вновь по катетеру текла прозрачная жидкость. —Да, бурная у Вас жизнь, Мария Владимировна. Пожалуйста, относитесь аккуратнее к своему здоровью, — он посмотрел на Третьякову, чтобы убедиться, что женщина его слушает. —Да, конечно, извините, пожалуйста. Такого больше не повторится, — Маше пришлось оторваться от размышлений и кивнуть. —Маш, пообещай мне развестись с этим тираном… — как только врач вышел из палаты, Лаура села на стул и взяла холодную руку девушки в свою. —Я… Это будет долго… У меня нет знакомых в суде, а он влиятельный бизнесмен… Он оставит меня ни с чем… Я боюсь… — Мария повернула голову в сторону собеседницы. —Всё будет хорошо, я тебе обещаю. Не бойся, я помогу тебе… — Лукина поцеловала костяшки пальцев блондинки, — Я с тобой, мой ангел. Всегда буду с тобой, — Лаура отвела глаза, наполненные слезами. «Она не должна видеть меня такой. Ей самой сейчас тяжело.» —Спасибо тебе за всё… Ты—единственная у меня и осталась, — Третьякова грустно усмехнулась, — Больше никого, — тихо добавила она.

***

Спустя пару дней Марию выписали из больницы. Лаура улетела в командировку в Италию, всё-таки дела в модельном агенстве не решатся сами собой. Татьяна предложила Маше встретиться в кафе, чтобы отвлечься от бракоразводного процесса, отнимающего большую часть свободного времени, которого у девушки и так было мало. —Тогда в 19 я жду тебя на месте! До встречи! — Полякова попрощалась с Машей и сбросила звонок. Женщина собиралась хоть как-то развлечь подругу. 18:27. Маша взяла сумку и собиралась выйти из дома. Как раз в этот момент на стоянку заехал чёрный мерседес мужа. Они не виделись с момента той стычки в больнице. —О, нет, — простонала Третьякова, — Только этого мне не хватало! — девушка попыталась проскользнуть мимо мужа. Не получилось. —О, Машка! Привет, родная, — от наигранного радушия Марию затошнило. —Пока, Жень! — в спешке бросила она. Третьякова хотела быстро пробежать к калитке, но что-то пошло не так, и Евгений схватил её за локоть. —Я ещё твой муж, если ты не забыла, и ты должна меня уважать! — он прижал её к стене так, что невозможно было дышать, — не забывай, в чьём доме живёшь, — Баев шепнул это на ушко перепуганной Марии. «Надо вырваться… Но как?» Мужчина стал покрывать поцелуями лебединую шейку. Нежную кожу терзала жёсткая щетина. Собравшись с мыслями и продумав план действий, Мария со всей силы ударила мужа в пах. Баев скрючился пополам и прохрипел, — Ты ещё пожалеешь, скотина…

***

19:21. Третьякова влетела в кафе, ища глазами знакомое лицо. Нашла. Девушка стремительным шагом направилась к столику. —Тань… —Маша, а я уже начала беспок… Господи, Маша! — Таня подскочила с места, увидев потёкшую тушь и дрожащие руки девушки, — Что случилось?! — Полякова посадила Марию на диван, рядом с собой. —Я… Я выходила из… из дома и… и он… он, — Третьякова заикалась, речь сбивалась, не давая нормально объяснить ситуацию. —Так, спокойно, не волнуйся! — женщина налила воду из графина в стакан, — На, выпей. Давай ещё раз: ты выходила из дома… —Женя, он подъехал… Я еле вырвалась… Мне страшно возвращаться домой, понимаешь, Тань? Он может сделать всё, что угодно! — девушка закрыла лицо руками. «Опять слёзы… Я такая слабая и беспомощная… Я правда без него никто…» —Ну, чего ты? Не надо раньше времени раскисать! Сегодня мы едем ко мне. Завтра, на свежую голову что-нибудь придумаем! Таня оставила купюру на столе, оделась, и девушки направились домой к Поляковой.