Восток - дело сложное

Пусть Петроград и считался «колыбелью революции» здесь наиболее сильно выделялись контрреволюционные настроение, но в сравнении с бывшей столицей, где царила анархия, в патриархальной Москве несколько дней шли ожесточенные бои, власть была достигнута насильственным путем. Для советов было принципиально важно перенести статус столицы в город, исконно подходящий данному званию. После окончательной независимости Финляндии (запланировано Временным правительством и одобрено Лениным) новая граница страны прошла за тридцать пять километров до Петрограда, тем самым делая город крайне уязвимым. К тому же большинство мобилизорованных были либо партийными либо без, вступая по пути бандитизма: главным образом заседали в Петербурге и его окружении. В отличии от военного, финансового в первую очередь флотского города, Москва находилась в глуби страны, что соответствует мыслям о том, что немилым к новой власти были лишь местная аристократия и купеческая прослойка общества, что упрощает процесс контроля населения. К тому же пол конец 1918 года в тупик встали переговоры с германской стороной (Брестский мир) и последние пошли в наступление, взяв Нарву и Двинск и подошли так близко к Петрограду, что начали артиллерийский обстрел. Вопрос о переезде столицы встал как никогда остро. Решение о переезде было принято голосованием 26 февраля Совнаркомом. Однако не стоит принимать во внимание мысли о том, что данное собитые было первоначально инициировано большевиками. Такое решение рассматривало и имперское правительство из-за разросшегося гарнизона, беженцев и заводов. Однако это было невозможно в силу перегрузки железных дорог в годы войны. — Странно они себя ведут, только недавно при Керенском возмущались и кричали «не сдадим Красный Питер немцам»! Что это на них нашло? — негодовала Гатчина, уже за столом. — Стратегически важно. — только и сказал Петергоф, заканчивая пережёвывать. — Это ведь рассматривалось и при Царе и при Временном правительстве. Ничего нового, к всему прочему все решения они принимают коллективно, так же коллективно игнорируя нас. Не за чем зацикливаться на этом. — захлопывая книгу, произнес пришедший в себя Питер. Сейчас он волновался о Москве, в которой шли бои. — Москва справится? Возьмёт ли он на себя такую ответственность? — спросил Петергоф. — Разве у него есть выбор? — поднял бровь Питер. — Никуда он не денется. — Рассматривали и Нижний Новгород тоже. Даже дезинформацию пустили для секретизации. — крутит вилкой Петергоф. — Меньшевики просто боялись потерять вес в партии, Нижний для такой цели не подходит. — заметила Гатчина. — В любом случае будем просто наблюдать, в данной обстановке они приняли решение далеко не единогласно, все теперь зависит от Москвы. — заканчивает Питер и надевая очки удаляется к себе, зная, что на этом двоевластие не закончится.

***

У новой столицы хлопот было выше гор, да так, что небо было не видать. После принятия всех почестей (весьма скупых, война на дворе) кучи бумаг, посольств, важных персон, части армии, заводов и ещё сотен разных аспектов, требующих к себе внимания столицы, он начал свою работу. Сам перенос столицы состоялся 12 марта 1918 года. Сопротивление в свое время Москва  новой власти конечно же оказала. Он давно потерял свое былое величие после появления Питера, став провинциальным город с двух-миллионным населением, но оставшийся верным власти и стране. Хотя стоит заметить Москва все же сохранила статус «первопрестольной» столицы и была местом коронации императоров.  Однако однозначно и сразу же власть Москва принять не могла: местное население организовывало восстание, которые терпели поражение. Большевики удалось отбить удар пол Орлом. И так Москва на статусе столицы вступила на новый уровень развития, ведя за собой всю страну.

***

Тем временем Коканд активно агитировал население к автономии, созывая курултай. Своего он все же добился: было создано правительство «Туркистон Мухториати*», которое пользовалось большой популярностью среди людей, участники съезда Советов в Самарканде приняли решение присоединиться к Туркистон Мухториати и избрали 5 представителей в состав Народного собрания. — И кто же в итоге на слуху и на языке у народа, а Ташкент? — язвительно высказывался Коканд. Ташкент в свою очередь не отвечал, будучи сомнительно настроенным к тому, что все идёт по маслу. — Не слишком ли лёгок твой путь? Смотри, чтобы не случилось чего. — предупредил его. — Тц, все будет так, как было запланировано. — цокнул Коканд. В декабре 1917 в Ташкенте состоялся 60-тысячный митинг, на котором участники единогласно приняли и поддержали новое правительство. Деятельность первое демократическое правительство начало с финансовых и общественных реформ, которые активно поддерживались и продвигались среди населения. Однако такому благоприятному исходу не суждено было случиться, большевики начали свое движения, боясь быстрого и успешного усилиения оппозиционного правительства. — Ташкентский совет согласен с идеей ликвидации Туркистон Мухториати, поэтому мы начинаем работу по насильственному достижению цели. — говорит один из председателей большевиков. — Вы не можете! Да как вы… Нет! А как же митинг и ваш хорошо настроенный областной съезд в Самарканде? — был шокирован Ташкент, всячески мешая выполнению такого ужасного плана. — Это было лишь частью плана, разве нет, Ташкент? Кто же знал, что Коканд сможет так быстро объединить вокруг себя людей. Мы не позволим процветать двоевластию здесь. — ответил другой председатель — Что до Самарканда, его мнение не учитывалось, как и твое, Ташкент. Не волнуйся, это только между нами, правителями, народа это не касается, особенно твоего. — ухмыльнулся первый. — Это принципиально касается народа! — негодовал Ташкент, нарушая субординацию и повышая голос. — Отставить. Ташкент лишь хмыкнул, но от своего не отказывался. Не хватало ему ещё стать предателем в глазах друга. Не менее подлым и грязным себя чувствовал и Самарканд у себя в областном центре. — Не смейте меня вмешивать в свои грязные дела! — ответил он напоследок после того, как ничто из его способов не возымело эффекта и ушел, громко хлопая дверью. В военной операции участвовала только красная армия, однако Скобелеву и Ташкенту приходилось играть важнейшие роли в разгроме национального правительства Туркистон Мухториати. Тридцатого января 1918 года отряды СНК выступили из Ташкента и к вечеру прибыли из Скобелева в Коканд. После полудня тридцать первого начались военные действия, к пятнадцатому февраля в городе начались пожары. Мирное население Коканда в первом бою участвовало вместе с народной армией автономии. — Не сдаёмся! Мы воюем за нашу свободу! За наши жизни! — кричал Коканд, перезаряжая винтовку. Количество вооруженных состовляло около десяти тысяч человек, несмотря на это люди были почти безоружны, держа в руках кирки лопаты и топоры. Город отстаивали три дня. В помощь Коканду прибыло одиннадцать эшелонов пехоты военным комиссаром Туркестанского края. — Кого кого, тебя не ждал. Не боишься из гнева? — устало вздохнул Коканд. — Смерти не боюсь, а потерять друга для меня страшнее чем что-либо. — сказал Ташкент, слегка поднимая уголки губ. Однако город был разрушен и разграблен, Туркистон Мухториати были жестоко ликвидировано. Город сожжён. — Я останусь здесь! — плевался ядом Ташкент, прикрывая рукой сквозную рану Коканда. — Ты пойдешь с нами. Это не обсуждается. — потянули на себя красногвардейцы Ташкент. Тот пытался выйти из кольца рук, но получил удар в живот и в челюсть. — Нужно было думать головой, когда рвался помогать неверным. Теперь ты подорвал наше доверие. — поправлял фуражку один из командиров большевиков. — Мне искренне плевать! Дайте только помочь Коканду и делайте потом со мной, что хотите! — не унимался Ташкент. Его желания не учитывались. Он был полезной пешкой в руках большевитской власти, а Коканд лишь бельмом на глазу.