Чёрно-белое сердце

       Кроу расхаживал по комнате, то и дело резко вилял хвостом, иногда поднимал и опускал уши, едва находя в себе терпение. Скоро к телефонному разговору подключился первый участник тайного совещания, а вот второго пришлось подождать — наверняка Айон опять бодрствовал всю ночь и теперь был внезапно разбужен и долго соображал, что же происходит, н наконец он подал голос: — Бог тёмного солнца слуш… — Наконец-то! — перебил Кроу, тут же прижал ушки и глянул в коридор; не похоже, что Ром услышал. — Кроу, что-то случилось, Yueni? — Что мне делать с Ромом? — выпалил Кроу, но потом почти виновато проронил. — Понятия не имею как ему помочь…        Нависло и затянулось молчание. Совсем недавно Кроу бы прыгал от восторга, что Ром живёт у него уже пару дней, но на фоне недавних событий мог лишь задаваться единственным, неизменным вопросом — что делать. Умением морально поддержать и отвлечь от проблем Кроу никогда не мог похвастаться, максимум его хватало на то, чтобы похлопать по плечу, но теперь ситуация начала выходить за все дозволенные грани и сидеть, сложа руки, Кроу физически не мог. Рома необходимо спасать, срочно, любыми способами, ведь сам он не справляется. — Так какие идеи?        Первым Кроу услышал выдох, похоже, Яибы. — Не знаю. Самое главное, будь рядом с ним, Yueni, Мы постараемся что-нибудь придумать. — Ладно, — простонал Кроу. — Давайте, парни. Мы нужны Рому. — Разумеется. — Иначе не может быть, — раздался голос Айона.        Краешками губ Кроу улыбнулся, завершил вызов и выдохнул. Быть рядом, быть рядом… этого мало, нужно начинать действовать, вопрос лишь как именно. Попытаться отвлечь? Попробовать «отпустить и двигаться дальше»? Сходить куда-нибудь? Кроу мотнул головой — не дай бог посчастливится посетить какое-нибудь памятное для Рома и Шузо место и окончательно добить Рома. Шузо… что же с ним произошло? А главное, почему он не просит о помощи? Ну не мог он чистосердечно помогать Квазару в исполнении его гнусных — пусть и неизвестных — планов. При мыслях об этом в Кроу что-то закипало, и сил едва хватало держать себя в руках вместо того, чтобы идти бить морды неясно кому и в каком количестве. Как только этот гад, Квазар, найдётся, ему не поздоровится.        Шум воды в ванной затих, немного погодя щёлкнул замок, и Кроу поспешил встретить Рома, выдавая напряжение вьющимся кончиком хвоста. Как и последние дни, Ром выглядел уставшим, не выспавшимся и при том совершенно равнодушным ко всему происходящему, будто из него выкачали все силы, мысли и желания. Слова дались Кроу тяжело, он постарался улыбнуться. — Утра. Какой план?        Едва Ром набрал в лёгкие воздух, оба ощутили сигнал браслетов и, сорвавшись с места, накинув хоть какую-то одежду, на мотоцикле поспешили к грузовику, оставляя позади горящий след. В пути Робот информировала о полученном опасении, что здание главного офиса «Rock’n’role» заминировано, при этом преступники не объявлялись, начать эвакуировать людей не могут из опасения детонации, и в целом ситуация крайне мутная. На предельно возможной скорости Кроу вёз Рома к грузовику, ведь остальные герои не имели возможности помочь — если и искать бомбу, то лишь тому, кто не пострадает от взрыва; осталось лишь надеяться, что взрыва не последует и Ром не останется единственным выжившим.        Бог тёмного солнца уже двигался к месту происшествия, чтобы проверить здание туманными клубками, однако двигался не так быстро, как Кроу и Ром на мотоцикле. Они въехали в кузов грузовика, мотоцикл слегка занесло, когда Кроу резко притормозил, стукнулся рамой о стенку, на что герои не обратили внимания, лишь Кроу на миг виновато прикрыл глаз. Полминуты, и Огненнокрылый воин Апокалипсиса вместе с Капитаном вновь запрыгнули на мотоцикл и рванули к потенциально-заминированному зданию, и по дороге Капитан с долькой надежды уточнил: — Робот, это Галактика? — Пока ничего не могу сказать, — последовало недолгое молчание. — Никаких данных.        Ром покривил губами, затем велел через общий канал: — Если это Галактика, сделайте всё, чтобы задержать его. — Понял тебя, Капитан. — Бог услышал твою просьбу.        Ром не видел, как Кроу кивнул, и начал снижать скорость, постепенно подбираясь к нужному зданию, где горел свет и поодаль от которого виднелись полицейские машины, старающиеся не выдать своего присутствия. Не успел Ром сделать и шаг от мотоцикла, как где-то наверху раздался глухой хлопок. Все вокруг, в том числе герои, задрали головы. Свет в здании начал гаснуть, сперва на верхнем этаже, затем ниже и ниже, один за одним этажи погружались во тьму, и в какой-то момент наверху вновь что-то громыхнуло. Тишина. Скоро что-то замелькало на фоне ясного неба, будто звёзды посреди дня, нет, белые лепестки, целое облако, которое вспыхнуло наверху. Лепестки, кружась, медленно опускались и в какой-то момент удалось понять, что это. — Деньги? — изумился Кроу. — Не отвлекайтесь, — велел Капитан, присмотрелся к чему-то наверху. — Бог, что на крыше? — Бог уже отправил посла. — Капитан, у нас проблема…        Ром обернулся. К зданию, настойчиво преодолевая заграждение полицейских, начали пробираться люди, с горящими глазами глядя на сыплющиеся купюры, игнорировали угрозы и охранников, пытающихся задержать людей, толкались и едва не бежали за щедрым даром. Ощущая, как внутри что-то закипает, как гнев и презрение скапливаются внутри, Ром велел: — Воин, займись.        Тот не решился ответить, тут же ударил лезвием топора об асфальт и по нему поползла ревущая стена огня, которая оградил широкую область вокруг здания, отгоняя жадных и любопытных людей, словно диких животных. Не теряя времени, Ром запрыгнул на одно из клубов фиолетового тумана, и оно немедленно поднялось выше, мимо облака из летящих денег, к самой крыше. На заряженном молнией клинке к Рому присоединился Яиба, чуть погодя фиолетовый туман поднял и Кроу с пылающим томагавком на плече. — Бог, мы поднимаемся. Займись людьми в здании, — велел Ром. — Бог услышал. — Капитан, — позвал Кроу и указал куда-то наверх.        У самого её края стояли четверо, но явно не Галактика с подручными, эти преступники слишком разнились по телосложению: один высокий, широкоплечий, чей костюм едва закрывал тело, оставлял открытыми бока с чётко различимыми мышцами, второй мелкий и худой, оставшиеся двое более или менее походили друг на друга, похоже, юноши, и на всех золотые маски в пол лица. Один из юношей, что повыше, заговорил, но не проявил ту же любезность, что Галактика: — Валет, — громила с полуголым торсом кивнул и спрыгнул с крыши. — Джокер, — слабая вспышка и мальчонка исчез. — Дама, — второй юноша сорвался с места и побежал к противоположному краю крыши, а оставшийся преступник слегка развёл руки. — Четыре на четыре, я считаю это вполне честно. — Парни! — крикнул Ром, и остальные герои разбежались за преступниками. — Что вам нужно? — Вас это не касается. Но если вдруг сумеешь одолеть меня, так и быть, отвечу на один вопрос.        Кольцо из пламени следовало за преступником, огромным, крепким, широкоплечим, с парой растопыренных, торчащих чуть вверх рогов, к которому Кроу не спешил приближаться. Что это за тип и какая у него сила, вот, что самое главное, и выяснять это методом проб и ошибок Кроу не горел желанием. Откуда вообще взялись эти четверо? А ведь они наверняка все суперы… Ещё одно кольцо резко пересекло преступнику дорогу, однако преступник успел остановиться и легко отпрыгнул от места разреза, проследил взглядом за третьим кольцом, кажется, ухмыльнулся. Пока кольца пилили асфальт то с одной, то с другой стороны, Кроу, взяв томагавк, стал осторожно приближаться к противнику со спины, старался не издавать ни звука; к счастью, нога почти зажила и проблем не доставляла.        Бордовое пламя охватило лезвие топора. Этот тип сам виноват, нечего было так открыто одеваться. Скорее всего, после удара ему придётся некоторое время полежать в больнице, возможно даже с переломом, но, главное, жив будет, да и наверняка после всего сможет поделиться интересной информацией. Оттолкнувшись с помощью пламени, на миг ставшем крыльями, Кроу с рыком нанёс удар, окутанный огнём топор врезался в бок громилы, но тот даже не шелохнулся. Одно его движение, и косые мышцы зажали лезвие, не позволяя Кроу выдернуть оружие, а сам Валет с ухмылкой обернулся. — Парень, тебе нужно подкачаться.        Валет наклонился немного сильнее, секунда, и после краткого треска лезвие топора раскололось. Кроу успел лишь распахнуть глаза прежде, чем чудовищной силы удар врезался в живот, выбивая из лёгких воздух, отбрасывая на добрый десяток метров.        С поиском Джокера дела обстояли хуже — он исчез, и теперь мог появиться где угодно, а учитывая, что эти типы, судя по всему, пришли поиграться, выследить его с помощью логики не удастся. Помахивая хвостом, Яиба высматривал преступника, паря на мече, практически полностью сделанном из молнии, пытался предугадать, где может появиться мальчишка; судя по телосложению и росту. Что-то мелькнуло на одной из крыш, яркое, в золотом с рыжим, и Яиба метнулся в ту сторону, однако, когда, спустя несколько секунд, приземлился, на крыше уже никого не оказалось. Лёгкий заряд электричества ударил по воздуху на широкой площади, и отозвался напряжением — кто-то находился на одной из соседних крыш, но неясно, на какой именно, искры электричества скакали то там, то тут в хаотичном порядке.        Костюм предупредил Яибу о приближении снарядов, и он успел отскочить за миг до того, как мимо пролетели ножи, странной формы, явно из необычного материала. Вновь предупреждение, снова пришлось увернуться от нападения, затем ещё одного, и нового. Каждый раз клинки летели с разной стороны, и задержки между атаками становились всё меньше, Яиба едва успевал приземлиться на ноги, как снова приходилось отскакивать от клинков, некоторые приходилось отбивать катаной. Мимо просвистел ещё один кинжал, затем следующий, одно лезвие задело плечо, прорезав костюм, кажется даже опалив. Яиба едва успел посмотреть на предупреждение, чтобы избежать нового нападения, уже более медленного, играющего, противник явно собирался насладиться процессом.        Перед глазами Яибы начал стелиться туман, практически мгновенно ставший густой стеной, и он немедленно двинулся вглубь дымки, скрываясь от взгляда этого Джокера. Мощный взмах хвостом, пара слов Айону, и туман легко создал иллюзию движения, куда немедленно вонзились клинки, и в направлении, откуда они полетели, Яиба отправил заряженное жёлтой молнией облако. Времени сообразить или что-либо сделать Яибе не предоставили, к нему на фиолетовом облаке опустился Кроу, раненный, но живой, ещё и находящий в себе силы ругаться на сломанный томагавк и «того гада, который это сделал».        Используя ускорение на обуви, Ром нападал на противника то с одной, то с другой стороны, однако все удары блокировала масса из полужидкого золота, повинующаяся движениям руки преступника. Изящный жест, и масса становилась щитом, легко отражая нападение. Вся мощь, вложенная в удары, попросту терялась, словно в воде. Второй жест, и масса превращалась в копьё, пытающееся пронзить Рома. При этом противник в золотой маске даже не двигался с места, высокомерно ухмылялся, получая искреннее удовольствие от происходящего, скучающе жестикулировал, будто дирижёр. Физическая сила не производила на массу эффекта, и в какой-то момент она вдруг обхватила кулак Рома, подобно змее, почти сразу же окутала его ладонь и запястье. Преступник поглядел на Рома через маску, вновь уголки его губ приподнялись в самоуверенной ухмылке. — О тебе столько говорят. Но, знаешь, я разочарован.        Ром стиснул зубы, когда масса начала медленно сжимать руку. Он едва успел использовать способность, защищая себя от перелома, но слышал хруст чуть выше локтя, там, где алмазная кожа становилась обычной, где Ром не успел себя защитить. Субстанция продолжала медленно подниматься по руке, пока преступник играючи рисовал пальцем спираль, управляя золотой массой. Она резко отпустила Рома и выстроилась щитом в стороне, ловя яростный удар электрической змеи, разлетевшейся на искры. Преступник легко отпрыгнул в сторону, вскинул голову. Рядом с Ромом приземлился Яиба, вынул заряженный клинок, чуть погодя на облаке приземлился Айон, закрывающий лицо ладонью.        Всю троицу героев преступник обвёл высокомерным взглядом без единой капли сомнения или страха, будто рассчитывал, что всё случится именно так. Вновь прогремел взрыв, но совсем другой, яркий, громкий, сопровождённый вспышкой белого света. Лишь Ром позволил себе обернуться, распахнул глаза, когда увидел белую звезду, собирающуюся над очередным небоскрёбом. В шлеме раздался голос Розовой, которая уже спешила на место происшествия, но её Ром не слышал, из забвения его вырвал лишь Яиба: — Капитан, иди, мы прикроем.        Однако Ром не сделал даже шага. Тогда Яиба повторил: — Иди. Второго шанса может не быть.        Секундное промедление, затем резкий рывок под ускорением и одним скачком Ром преодолел расстояние в несколько десятков метров между крышами зданий, помчался по ним к месту, куда недавно ударила звезда, где выпрыгивали розовые облака, где сигналили машины скорой помощи и полиции. Близнецов не было видно, но даже если бы они и мелькнули где-то среди улиц, Ром вряд ли обратил бы на них внимания, сейчас его беспокоил только Шузо. Лишь бы увидеть его и убедиться, что он в порядке.        Сердце в груди Рома забилось быстрее, когда он разглядел развивающийся плащ. Галактика вскинул руку, над его ладонью возникло сияние, которое постепенно расширялось и увеличивалось, но созревающая звезда мгновенно погасла, когда за спиной раздался крик: — Шу!        Он содрогнулся и обернулся, в тот миг Рому показалось, что даже через шлем видит взгляд этих растерянных испуганных бирюзовых глаз. Едва заметил, как Шузо сделал шаг, Ром вновь крикнул: — Подожди! Не уходи! — увидев, что Шузо остановился, Ром прыгнул, остановился на краю крыши и протянул руку. Заговорил тише, мягче, будто с напуганной зверушкой. — Шу, стой… Я хочу поговорить с тобой. Прошу.        Шузо развернулся к Рому. Ни один, ни второй не спешили подходить, ощущали осязаемое напряжение друг между другом, впервые такое тяжёлое и непреодолимое. Спустя некоторое время Шузо склонил голову, но едва Ром вознамерился сделать шаг навстречу, Шузо выставил ладонь, заставляя остановиться. В груди Рома оглушительно стучало сердце, он едва контролировал дыхание, внутри что-то ликовало, вместе с тем сжималось от неизвестности и непонимания. Резкая вспышка ослепила Рома, а в следующую секунду он упал вместе с кусками крыши.        Способность позволила защититься от чудовищной мощи удара об асфальт, избежать переломов и неминуемой смерти после падения с такой высота. В какой-то миг Рому показалось, что он сломал что-то, но не часть тела и не спину, а что-то в груди, и всё равно Ром не верил, упорно доказывал себе, что Шузо не пытался ранить, у него имелась причина так себя повести. Где он? Ром постучал по шлему, пытаясь уговорить его работать, но что-то щёлкнуло на уровне уха, связь пропала, перед глазами возникла темнота. Лёжа на земле вместе с обломками, Ром не видел, как Шузо подошёл к краю, и чуть погодя к нему присоединился один из преступников с золотой маской. Шузо повернулся к нему. — Мы закончили, Король. Уходим.        Тот поглядел вниз и среди камней и хлама не заметил серо-синий костюм героя, лежащего неподвижно, не понимающего, что происходит и не видящего в сломанном шлеме ничего, кроме темноты. — Хорошо. Уходим, — повторил Король своим подручным.        Преступники скрылись после вспышки белой звезды, а Ром всё продолжал смотреть куда-то вперёд в ничто. Зачем Шузо сделал это? Он ведь точно хотел поговорить, пусть даже желание это существовало в нём всего одну секунду. В последнее время Ром перестал понимать, что происходит, кому верить и что со всем этим делать, но ни на миг не сомневался в Шузо, у него имелась причина так себя повести. Но какая? Послышалось лёгкое гудение, в сторону которого Ром повернул голову, очнулся, снял шлем и увидел сияющий жёлтый свет молний, приняв помощь Яибы, поднялся на ноги. — Как ты, Капитан? — Порядок. Где остальные? — побеспокоился Ром и замотал головой, прогоняя дымку из мыслей. — Воин в машине, слегка пострадал, Yueni, и мы схватили одного из них. — Кого? — Джокера.        Ром снова поглядел на крышу здания, пытаясь ощутить хоть что-то, но шестое чувство молчало, сердце боролось с логикой — Шузо не мог знать всю силы способности Рома, и не мог с уверенностью сказать, что после падения со стометровой высоты он выживет. Пока шли к грузовику, Ром невольно вспомнил о смерти, пусть и не о своей, взял у Яибы передатчик. — Робот... сколько жертв? — Информация уточняется, но пока жертв нет, — ответила Чучу и искренне поразила Рома. — Несколько пострадавших, но серьёзных травм нет. — Но ведь… сейчас день. — Галактика напал на офис Центрального банка, но сегодня он не работал. Какая-то авария, кажется, трубу прорвало.        Ненадолго Ром закрыл глаза в успокоении. Всё же, пусть и помогал преступникам, Шузо оставался верен себе, оставался добрым и заботливым, выбирал моменты, когда люди не пострадают, и уж точно не попытался ранить, пусть и сбросил Рома с крыши. — А что с деньгами? — Их просят вернуть в принудительном порядке, но сам понимаешь, — скептически закончила Робот. — Да… Скоро будем.        Едва Ром и Яиба приблизились к грузовику их встретила ругань сидящего на койке Кроу, которому Анжелика перевязывала поясницу, чёрный хвост активно вилял, то и дело на его кончике появлялись всполохи пламени. — Какого чёрта опять я?! Этот гад мне мотоцикл сломал, сволочь! — Как ты? — подойдя ближе, улыбнулся Ром, однако был встречен упрёком. — Если опять в запасе оставишь, я тебя никогда не прощу! — Даже если бы хотел, нельзя. — Количество противников резко возросло, Yueni, — напомнил Яиба, вильнув хвостом. — Видимо почувствовали свою безнаказанность из-за Галактики. — Они напали почти в одно время…        Упало молчание. Каждый понимал, что ситуация принимает совсем уж плачевный оборот, вот только в отличие от преступников героям помощи ждать неоткуда — люди со способностями рождались редко, и чаще всего выбирали путь тьмы, нежели помощь другим и риск своей жизнью, Рома и остальных собрали практически с разных концов страны, чтобы сформировать единственный отряд, а у женской части команды не столь боевые способности, чтобы хоть как-то помочь в бою. Ром сложил руки на груди, вскинул голову. — Где Джокер? — Без сознания — мы вырубили его и усыпили. — Когда проснётся, скажите мне, — велел Ром, заставив Кроу слегка напрячься. — Что ты будешь с ним делать? — Задам ему пару вопросов.        В сомнении Яиба помолчал. — Мы можем разбудить его на базе, главное, чтобы он не телепортировался, Yueni. — Ром, у того здорово, кажись, способность твоя, — вмешался Кроу и наблюдал за лицом Рома, который опустил веки. — Значит, с ним придётся повозиться… Айон помогает в городе? — Да, — вспыхнула на одном из экранов Робот, забегала пальцами по клавиатуре. — Он не видел способность, но, похоже, это Драгоценные, преступники, появляющиеся в разных частях страны. Дама создаёт лёд, Джокер способен перемещаться, у Валета алмазная кожа, а с Королём не до конца понято, — Робот вывела на экран несколько нечётких записей, где Драгоценный Король использовал свою силу для взлома, защиты, нападения. — Возможно, он управляет лишь этой субстанцией, а может конкретным агрегатным состоянием. — Наёмники? — Возможно, — ещё некоторое время Робот что-то печатала, глядела то в одну сторону, то в другую, затем вывела статью, личное дело и магшот рыжего мальчишки с бараньими рожками, который, держа табличку со своим именем и названием участка, глазами ангела глядел в камеру и чуть высунул язык. — Он меня уже бесит, — прорычал Кроу. — Некоторое время Джокер находился в тюрьме. Принцип работы его силы ясен. — Он не перемещается, просто двигается относительно планеты и двигает всё, с чем контактирует, — зачитал Яиба. — Как я и думал, Yueni. — И что это значит? — Что перед перемещением ему нужно оторваться от земли, иначе он не сможет переместиться. Также его сила не будет работать, допустим, я в море, Yueni, он не сможет передвинуть такой объём, не выдержит. — Главное, с ним не возникнет проблем, — заключил Ром с нотками раздражения. — Возвращаемся на базу, вяжем его, и будите.        В ответ Яиба кивнул и, когда Ром прошёл мимо, перевёл взгляд на Кроу, не менее напряжённого и настороженного. Им не нравилось, что тут назревало.        Айон прибыл на базу немного позже, когда закончил помогать в городе разгребать завалы, и Джокера, его же Селена, согласно досье, уже отнесли в комнату для допроса. Мальчонку посадили на стул, приковали за ногу цепью — пусть мера немного жёсткая — к стене и только после этого вынули из шеи маленькую ампулу со снотворным. Меньше минуты, и Селен похлопал ресницами, недолго фокусировал зрение, плавно поднял голову и огляделся уже ясным взглядом. Перед ним стоял единственный герой в шлеме, тот самый, которого Селен пытался убить ножами, который так подло спрятался в тумане и напал со спины. Грязный приём. — Как спалось? — поинтересовался искажённый шлемом голос. — Не так плохо, как я представлял, — улыбнулся мальчонка. — Руки-ноги на месте, уже приятно. — Значит, ты Джокер? — Драгоценный Джокер, — поправил тот с уязвлённым видом.        Яиба учтиво кивнул, наблюдал, как мальчишка огляделся, задержал взгляд на одной из стен, затем сел ровно, пусть его руки были связаны за спиной, вскинул голову. — Если думаете, что поймали меня и сможете что-то узнать, вы глубоко заблуждаетесь. — Действительно? — шлем успел среагировать и не передал через динамик привычное «Yueni». — Что же ты тогда не переместишься? — Хах, не ваше дело. — Может, у тебя не хватает сил? — намекнул Яиба и поглядел на цепь, пусть взгляд Селен не видел. Он дёрнул ушком. — Вы-то это откуда знаете? — Из твоего досье. — Хах, они всё-таки завели на меня дело тогда, — сделал вывод Селен, будто говорил о мелкой шалости, а не о краже бриллианта из музея. — На что же вы рассчитываете? Думаете, такие мягкотелые герои смогут развязать мне язык?        За неспешным разговором Ром, Кроу и Мэйпл наблюдали через широкий экран, за высокомерием Джокера, за тем, как Яиба осторожно прощупывал почву, но больше всего лично Кроу привлекало поведение Рома, особенно, когда он начал бить хвостом. Нервничает, понятное дело, но как-то слишком сильно, ушки почти не двигались, да и каждая мышца выглядела напряжённой. Шли минуты, Яиба всё разговаривал с Джокером о чём-то, относящемся к делу, но лишь косвенно, будто надеялся утомить его, вывести из себя и только тогда начать задавать нужные вопросы. — Что он делает? — спросил сам себя Ром, сжав пальцы на руке.        Вопрос оставили без внимания. Мэйпл продолжал анализировать поведение Джокера, искать моменты, когда бы он нервничал или сердился, но на любые факты или вопросы он реагировал совершенно одинаково — насмехался и кичился. Когда Ром резко сделал шаг к двери, Кроу вздрогнул, успел сообразить и резко возник перед Ромом, расставив руки. — Отойди, я сам этим займусь, — велел Ром, на которого Кроу глядел пусто, будто на незнакомца. Произнёс вполголоса. — Ром, ты меня пугаешь.        Тот содрогнулся. Он не видел себя со стороны, но мог представить, как сейчас выглядит, как смотрит. Наверное, почти так же безжалостно, железно, холодно, как однажды очень давно, а Кроу глядел снизу вверх с сожалением и тоской, будто тосковал по-старому куда-то пропавшему другу. Накрыв лицо ладонью, Ром протяжно выдохнул. — Прости, я… — Тебе нужно отдохнуть, — коснувшись плеча друга, посоветовал Кроу. — Попроси у Анжелики снотворное. Мы пока попробуем его разговорить. Хорошо? — Да, — кивнул Ром, подошёл к двери и вдруг остановился, недолго стоял, а затем аккуратно обнял Кроу, прижал к широкой груди. — Спасибо.        Из-за смущения он не сумел ничего ответить, лишь мягко подтолкнул Рома к двери, когда тот отпустил, и поглядел ему вслед. Наверное, им всем не помешало бы отдохнуть.        Когда услышали, как тишину прервал скрип тяжёлых дверей, Кай и Рику поспешили встретить Шузо, а заодно этих странных типов, которых Квазар посчитал необходимым подключить к делу. Драгоценные орудовали по всей стране и явно не разделяли благородной цели Квазара, вели себя вычурно, будто хозяева, но пока что оставалось только терпеть. Раз Квазар пригласил их, значит, так нужно, и, если они помогут, не должно волновать, помогают они искренне или за плату.        Впереди Драгоценных вышагивал Король, и золотая масса развивалась позади него, подобно плащу. По правую руку, отставая всего на два шага следовал Дама, а позади Валет, непривычно молчаливый и напряжённый сейчас. По полу стучали каблуки обуви, и лишь голос Валета нарушил молчание: — Хей, не хотелось бы, чтобы Селен пострадал… Кто знает, что эти парни могут с ним сделать?        Король не успел ответить, его прервал Шузо, идущий перед всеми, сказал твёрдо, но с состраданием: — Не беспокойтесь, ваш друг не пострадает. Эти герои не причинят ему вреда. — Откуда такая уверенность, Галактика? — вскинув бровь, уточнил Король, к которому Шузо даже не обернулся. — Я сказал, как есть. Верить или нет, решайте сами.        У главного зала Квазара все четверо остановились. Движением руки убрав сверкающий плащ, Король снял маску, передал в руки Дамы, одарил его уверенным и почти нежным взглядом. — Титан, жди меня в комнате.        Несколько стесняясь присутствия остальных, Титан лишь кивнул, обернулся на стук каблуков уходящего Галактики, Аргон тоже поглядел ему вслед. — Жуткий тип. — Пожалуй, — проронил Титан.        Двери, ведущие в покои Квазара, негромко закрылись, до Аргона и Титана донеслась единственная фраза: — С возвращением, Орион, надеюсь, всё прошло...        Голос Квазара эхом полетел по длинному коридору вслед за Шузо, следовал за каждым поворотом, или ему так казалось. Нанял других суперов, изменил план, не раскрывал некоторые из его деталей — как оставаться спокойным и не считать, что этот тип из мрака преследует каждую секунду, следит за каждым шагом? На ходу Шузо снял шлем, вдохнул полной грудью чуть прохладный воздух, который единственный сейчас хоть немного успокаивал. Из-за поворота вышли близнецы, едва собрались что-то сказать, но, видя лицо Шузо, слегка опустили ушки и ограничились тем, что почти незаметно кивнули. Он устало улыбнулся в ответ, молча прошёл к себе и запер дверь. «К себе». Нет. Это комната Квазара, как и каждый миллиметр здесь. Всё в этом здании принадлежит ему, даже воздух и нигде нельзя чувствовать себя в безопасности. Единственная слабость, которую Шузо себе позволил, а вместе с ним единственная надежда, это фотография, которую достал из маленького тайника в каменной стене.        С фотографии беззаботно улыбался Ром, позади него стелился белый песок, в углу различался голубой краешек моря. Тогда они впервые поехали на море. Не на маленькую речку, что бежала за городом, а на настоящее огромное море, которое Шузо так хотелось увидеть, и теперь он понимал, откуда у Рома тогда взялись деньги. В тот день они купались, играли в мяч, пробовали разные коктейли, освежающие, с яркими вкусами, а ночью, когда обоим не спалось, ведь денег хватило провести здесь единственный день, вернулись на пляж и, постелив покрывало, до самого рассвета глядели на звёзды и обнимали друг друга, разговаривая о всякой ерунде.        В сердце щемило от воспоминаний. Сейчас Ром стал как никогда далёким, словно звезда, чей свет вёл сквозь темноту, но оставался недосягаемым. И Шузо понимал, что боится его реакции на всё происходящее. Он хотел поговорить, но… если бы только в тот момент удалось увидеть его глаза, услышать его голос, а не голос машины, и понять истинные чувства Рома. Он сердился, без сомнений, но ведь готов простить? Понять? Шузо коснулся фотографии. — Прости меня, Ром, но иначе нельзя.        Тот не ответил, продолжал улыбаться и глядеть прямо в глаза с фотографии, которую Шузо прижал к груди. — Прости...        Шузо не видел иного выхода, ненавидел себя за вред, причинённый городу, невинным людям, заживо похороненным под обломками, случайным жертвам, просто проходящим мимо в момент взрыва, и понимал, что не простит себя. И, возможно, когда всё закончится, Ром тоже не простит.