Чёрно-белое сердце

       Над центром города возвышался шар, огромный, полупрозрачный, по которому иногда словно пробегала рябь, он укутал собой верхние этажи самого высокого здания в городе — главного офиса Центрального банка, где располагались все данные, наиболее ценные сотрудники, резервные копии документов. Что происходило внутри — оставалось неясно, и сейчас никто не мог помешать злодеям исполнить замысел. То и дело на пустых улицах возникали вспышки, слышались яростные крики сражения, герои бились из последних сил, втроём против троих. После обрушения склада Яиба получил лёгкое сотрясение и остался в запасе, Кроу следовало бы отправить туда же, но он чувствовал себя куда лучше, и пока что не мог позволить себе роскошь, вроде отдыха.        Сейчас он петлял между огрызков стен, балок и торчащей арматуры, отвлекая на себя золотую массу. Подобно дикому зверю она гналась за героем, разбивая бетон, сбрасывая мешки, роняя каменные колонны, и неясно, где же её хозяин. Затаился, трус? Когда мог, Кроу пытался высмотреть его. Этот тип не может быть далеко, он должен направлять эту дрянь, а значит, находиться неподалёку и видеть всю площадку. Сверху? Кроу позволил себе бегло оглядеться — стены почти нигде не возведены до конца, да и в потолке не все блоки на месте, но сверху неудобно, слишком много слепых зон. Вильнув за угол, Кроу вновь осмотрелся, нет, все здания слишком высокие, побежал дальше, снова позволил себе секунду на изучение местности — тоже высокие строения. Наконец Кроу заметил здание, примерно одной с этим высоты, создал на ладони кольцо и швырнул его в ту сторону, в воздухе кольцо увеличилось в размере и врезалось в то место, где стоял Драгоценный Король, сорвав кусок крыши.        Обрадоваться победе Кроу не успел — нечто схватило его за ногу, роняя, и золотая масса набросилась на него. В первую секунду Кроу уже приготовился умереть, но золото не сжало его, не расплющило о пол, а накрыло куполом и, похоже, не собиралось что-либо предпринимать. Скоро Кроу понял почему — слишком быстрая смерть, а сейчас стало трудно. Героя одолела секундная паника, но он сумел уровнять дыхание и попытаться найти выход. Эту штуку огнём не разбить. Тогда что? Слишком рискованно пытаться отогнать эту дрянь, огонь съест слишком много кислорода, и не факт, что эта штука окажется к нему восприимчива. Но выхода нет. Рвано выдохнув, Кроу задержал дыхание, создал на ладонь пламя и, собрав достаточно энергии, обрушил его вниз.        Пол провалился вместе с Кроу, он ударился спиной о кусок упавшего бетона, кратко вскрикнул. Лёгкие обжигало, пришлось к чёрту выключить воздушные фильтры, чтобы они не мешали подачи воздуха, пусть грязного и пыльного, Кроу старался дышать ровно, глубоко, но то и дело рвано вдыхал. Лёжа внизу, Кроу ощущал запах стройки, бетона, гари, понимал, что не может подняться из-за усталости и очередной заработанной травмы, но и возле себя никого не наблюдал, кажется, золотая дрянь не спешила приближаться. Кроу прохрипел в шлем: — Капитан… идёт к вам. — Держись, Воин! — послышался крик.        Кроу вяло ухмыльнулся. — Куда я денусь?        Увернувшись от пролетевшего мимо фонарного столба, Ром стиснул зубы, велел: — Урания, немедленно за Кроу. — Поняла. — Бездна, сюда. Быстро. — В-Вы уверены, Капитан? — проронила Циан, спеша за костюмом. — Это очень… — Плевать на них, — прорычал Ром.        Не осталось ничего, кроме как подчиниться, ситуация стала критической, и желания спорить с Ромом совершенно не возникало, не пока он в таком состоянии. Наконец он сумел нагнать Валета, который отскочил в сторону от удара, отпрыгнул чуть дальше, вскинул голову, и стало понятно почему — со спины Рома подошли ещё двое, Драгоценный Король и Дама. Ром обернулся на них, сжал пальцы в кулаки. Он бросил взгляд на радар, уловил приближение Бездны и тогда немного успокоился, развернулся лицом к Даме и Королю. — А говорил четыре на четыре честно. — Боюсь, вас уже не досчитаться, — развёл руками Король.        Ром оскалился. Злость вновь пыталась одолеть его, шептала на ухо призыв к насилию, велела избавиться от тех, кто принёс друзьям так много боли, однако пока что Рому удавалось держать себя в руках. Нельзя поддаваться эмоциям, не сейчас. Нужно лишь дождаться её, и тогда появятся шансы на победу. Взмахнув рукой, Дама создал стену из ледяных шипов, отрезая Рому путь к отступлению, Валет между тем подходил ближе, хрустнул костяшками пальцев. Неужто решились убить? Их трое, однако их силы едва ли сумеют одолеть броню, равной которой не найти. Ром вновь бросил взгляд на карту — ещё чуть-чуть. Заметив, как Король вскинул руку, Ром попытался потянуть время: — Надеюсь, вы в курсе, какой срок вам грозит?        Король рассмеялся. — Срок? Вы явно не знаете, с кем связались, Капитан, — Король выставил руку и в ней начала собираться золотая масса, стекаться из-за углов и щелей. — Несколько лет нас не могут поймать. Что вдруг может измениться? — поинтересовался Король, не собираясь получить ответ. — Признай, вы проиграли.        Краем глаза Ром уловил движение наверху, позволил себе поднять глаза, в шлеме всё равно этого не удастся понять. Чёрный образ возвышался на крыше рядом, ветер трепал плащ. Недолго понаблюдав за происходящим, Квазар поднял ладонь, на ней стала собираться небольшая звезда, но она стремительно набирала массу.        Всё вокруг вдруг задрожало. Шлем едва успел среагировать, чтобы защитить уши от низкочастотного звука, куполом упавшего на Капитана, который поспешил обратить кожу в алмаз, и преступников. Те закрыли уши, но это не помогло. Дама упал на колени. От звука трескались стёкла и, казалось, сами здания, гудели фонарные столбы, мигали светом, трещали пожарные гидранты, угрожая в любую секунду сломаться. И пусть всё велело немедленно покинуть опасную зону, ярость не покидала Рома. Нужно уйти, оставить этих несчастных, они не скоро оклемаются, но после того, что они сделали с Кроу и Яибой… В ушах звенело, витрины и стёкла машин взрывались, у них включалась сигнализация, но звук не доносился, фонарные столбы и дорожные знаки начали гнуться в иссиня-чёрном куполе, казалось, лишь Квазара не касалась чудовищная способность, лишь погасила звезду в его руке. Стиснув зубы, Ром двинулся на противников, сжав кулаки. Они причинили столько вреда городу, столько боли друзьям… и едва ли испытывали вину. Они не отступят. Если не разобраться с ними сейчас, другого шанса может не представиться.        Ром успел сделать всего несколько шагов прежде, чем глухо взорвалось, в шлем что-то врезалось, заставив Рома отвернуться, закрыться рукой, костюм что-то прорезало в нескольких местах, ударилось о кожу. Постепенно звук стих. Скоро всё успокоилось, Ром ощутил ударивший по ногам холод, обернулся. Стены здания проткнули огромные шипы изо льда, они пробили асфальт, несколько машин, подняли пыль. Беззвучно рухнул фонарный столб, чёрно-фиолетовая дымка постепенно рассеивалась, сквозь её остатки и тихий гул Ром разобрал крик: — Титан! Титан!        Осторожно Ром подошёл ближе, заметил Драгоценного Короля, который едва сумел найти в себе силы, чтобы призвать золотой сгусток и сломать им ледяные шипы, с трепетностью приподнял Драгоценную Даму. На нём различались пятна крови, костюм оказался разорван, кое-где из-под кожи торчали куски льда. Драгоценный Король обернулся к Квазару, кажется, оставшемуся неподвижным. — Ему нужна помощь, — громче, чем следовало бы, сказал Король. — У вас есть дело, и я не вижу, чтобы оно было закончено, — сухо ответил Квазар, чей голос казался далёким эхом. — Хотя бы прижги раны! — велел Король; Ром заметил, как он дрогнул. — Сперва дело.        Квазар пошёл прочь, взмахнув плащом, и Ром видел, как Король прижал к себе Даму, Валет стоял чуть в стороне, пытался отдышаться, даже его броня кое-где треснула из-за способности Бездны. Разобрав звук шагов, Драгоценный Король повернулся к герою, смотрел ему в глаза решительно, без колебаний и без мольбы о пощаде. Король поднял Даму на руки, бережно держал, не отворачивался от героя, дышал чуть учащённо, не до конца отойдя от пережитого. — Мы уходим.        Ром нахмурился. Один противник без сознания, остальные слишком устали. Их можно поймать, всех до единого, и Ром поступил бы так, если бы не видел, с какой заботой и решительностью биться до конца смотрит Король, с каким трепетом держит на руках человека, которым дорожит. Ром кивнул, отпуская Драгоценных, и тогда Король велел: — Джокер, уходим.        В груди Рома похолодело, когда он увидел вдалеке белую вспышку, появившуюся лишь на секунду, затем она возникла чуть ближе, и ещё, а затем прямо перед Ромом. Опасение подтвердилось — Драгоценный Джокер мог в любой момент сбежать, напасть на базу, на босса и девочек, но по какой-то причине не делал этого. Мелкий... Он коснулся Драгоценного Короля и Валета, вновь возникла вспышка и все трое пропали, однако возмущаться и дивиться Ром не мог, сорвался с места и поспешил к огромному щиту, который игнорировал любые попытки воздействия.        Фиолетовый туман швырял в него камни и куски бетона, арматуру и балки, ударялся о щит и тут же таял, с вертолётов сыпались пули, но барьер оставался безмятежным. Уловив приближение Капитана, Айон послал к нему одну из дымок, которая поднялась вверх, выше самого небоскрёба, и откуда Ром спрыгнул, вложив в кулак всю силу. Волна пронеслась по щиту, он содрогнулся, треснул и рассыпался, роняя Рома на здание, вместе с Айоном и Уранией, подоспевшей чуть позже. Герои ворвались внутрь.        Коридоры были погружены во тьму, камеры не работали, хотя над ними мигали красные огоньки, слышалось гудение в проводах, и больше ничего. Герои крались с разных сторон, но на одном этаже — скорее всего целью нападения являлось хранилище данных, вопрос лишь зачем оно преступникам. Продвигаясь вглубь тёмных коридоров, герои молчали, вслушивались в каждый шорох, готовились в случае чего защищаться; пусть опасность представлял только Галактика, даже в одиночку он представлял огромную опасность, и Ром искренне надеялся встретить его, не зная, что Галактики в здании нет.        Стараясь дышать как можно медленнее и по возможности не двигаться, Рику затаился возле главного компьютера серверной, не будучи до конца уверенным в своей безопасности. Да, невидимый, однако эти герои вполне находчивые ребята, и их снаряжение вызывает уважение. Нет, всё пройдёт гладко. К тому же, подождать нужно совсем чуть-чуть, пока вирус полностью не загрузится. Сердце билось в груди чуть чаще, на лёгкие слегка давило, однако отступать было нельзя, ради цели нужно оставаться до конца, даже если за это придётся поплатиться. Ушки Рику дрогнули, когда мимо распахнутой двери пролетело фиолетовое облако, он слегка сжался. Главное спокойно. И тихо. Облако вновь проплыло в коридоре, но теперь медленнее, чуть погодя заглянуло в комнату, и стало растекаться по полом тусклым туманом. Спасаясь от него, Рику постарался беззвучно забраться на один из системных блоков, к счастью, вес позволял, и глянул на крохотный загрузочный экран — ещё немного осталось.        В проходе возник образ, едва освещённый блеклым синим светом, силуэт осторожно вошёл, остановился, за ним ещё двое — один высокий, и второй маленький, кажется, девушка. Последние двинулись по разные стороны комнаты, проходили мимо рядов компьютеров, оглядываясь. Рику затаил дыхание. Снова посмотрел на экран — совсем чуть-чуть. Как только вирус оказался в системе, Рику выдернул загрузочное устройство, беззвучно спустился на пол и отошёл в самый угол, по стенке двинулся к выходу, стараясь лишний раз не вдыхать.        Герои молчали, проверяли оборудование, лишь один оставался рядом с дверью, но протиснуться между ним и стеной вполне можно. Затаив дыхание, Рику аккуратно двинулся боком, прижал хвост к ноге, и замер, когда герой опустил руки, но тот лишь выдохнул, с сожалением, устало, почти обречённо, и спросил сам себя: — Ради чего всё это, Шу?        Изумлённый Рику поймал порцию воздуха. «Шу»?        Кажется, это был первый раз, когда Рику пришлось добираться до убежища своим ходом. К подобному он был готов, стащил со скамьи в парке чью-тот толстовку, надел поверх костюма и в каком-то мрачном проулке выключил силу. Пришлось немного отдышаться перед тем, как покинуть проулок и непринуждённо пойти по улице. С каждым разом людей выходило всё меньше и меньше, говорили, что собираются ввести комендантский час, да и сам город резко потускнел, большая часть бюджета ушла на покрытие ущербов и восстановление зданий, а банки всё теряли и теряли клиентов вместе с данными. Как и желал Квазар. Сейчас люди напуганы, но скоро они поймут, что всё то ради них. Как и обещал Квазар, скоро для них наступит рассвет.        По пути до убежища Рику несколько раз задержали органы правопорядка с вопросами кто, куда и зачем идёт. Прекрасно — контроль только усилит напряжение среди населения. Всё, как предсказывал Квазар. Он пугал, его мотивы оставались покрыты мраком, как и он сам, и его обращение с подчинёнными вызывало отвращение, однако до сих пор никто, кроме него, так чётко не представлял свою цель и методы её достижения, не вёл так решительно и порой жестоко. Сколько людей погибли за всё это время по их вине? Об этом Рику старался лишний раз не думать.        Убежище плавно появилось, будто образ в тумане, посреди пустой серой земли, когда-то давно уничтоженной в сражении героя и злодея; по крайней мере, так говорили, истинная причина оставалась неизвестна. Ещё раз Рику убедился, что никого не привёл за собой, больше ради их безопасности, а не своей, и двинулся к проходу. Массивные двери неслышно отворились, пропуская внутрь, и почти сразу на Рику бросились с объятиями. — Наконец-то! Я уже переживать начал, — Кай резко отпрянул, оглядел брата со всех сторон, убеждаясь, что тот не пострадал, при этом нервно размахивал хвостом. — Ты не ранен? Они ничего с тобой не сделали? — Всё в порядке, — замотал головой Рику, улыбнулся. Он взял брата за руку и повёл вперёд по пустому широкому коридору. — Нужно доложить Квазару.        В его покоях оказался лишь Шузо, тусклый, уставший, почти обессилевший морально, и без его улыбки, без его веры всё происходящее казалось чудовищным преступлением, а не грандиозным планом по спасению людей. Но спрашивать нельзя. Рику оглядел зал. — Где Драгоценные? — Они выполнили свою работу, — ровно откликнулся Квазар. — Как и ты, надеюсь?        Как мог уверенно Рику кивнул и протянул флеш-накопитель, который немедленно обвили щупальца из чёрного огня, приподняли над ладонью и сжали. На этом стоило уйти. Никаких вопросов. Однако Рику, оставшись под впечатлением от пустых серых улиц, позволил себе побеспокоиться: — Что это был за вирус?        Удалось различить, как Квазар слегка наклонил голову, он не ожидал такой смелости, ещё и от младшего из близнецов. — Он упростит нашу работу: сотрёт все данные по кредитам, клиентам, вкладам, после чего сделает вид, что его можно удалить. А когда наши недалёкие друзья попытаются вернуть данные, проберётся туда, и повторит удар, раз за разом, пока дело не дойдёт до бумажных копий. И тогда, — Квазар выставил ладонь с танцующим на ней белым пламенем, — мы уничтожим их и хранилища.        О времени и событиями между уничтожением старого мира и созданием нового Рику старался не думать, его успокаивала мысль, что в итоге люди начнут жить лучше, намного лучше, чем до этого, и примут необходимые жертвы. Куда сильнее волновал более близкий вопрос — что же на самом деле случилось с Драгоценными?        Телепортация через весь город небольшими скачками — а иначе способность попросту не позволяла — стремительно утомила Селена, у него не хватило сил добраться до нужного места и туда пришлось бежать. Орион прижимал к своей груди Титана, старался не глядеть на него, сосредоточиться на дороге, пока Аргон, если возникала необходимость, расчищал путь, отбрасывал в стороны куски камней или машины, стоящие на пути. Наконец впереди замаячило нужное место — непримечательный маленький бар, теряющийся среди ярких огней и небоскрёбов. Драгоценные ворвались туда, заставив юношу за стойкой резко выпрямиться. — Где Феникс? — выдохнул Орион. — Внизу, — мотнул головой на дверь юноша. Он нажал на кнопку под стойкой, пропустил Ориона с его драгоценной ношей, а перед оставшимися двумя Драгоценными дверь резко закрылась. Опустив веки, юноша стал протирать бокал. — Вы ждёте здесь.        Селен опустился за стойку, протяжно выдохнул, ощущая, как горят лёгкие и горло после всего произошедшего. Но они добрались, и жизни Титана теперь ничто не должно угрожать... Не должно. Если он не потерял слишком много крови. Только после короткого звонка, Селен поглядел на бармена, чуть устало улыбнулся ему. — Налей чего-нибудь холодненького.        Недолго сине-жёлтые глаза глядели на мальчонку, пытаясь определить истинный возраст мальца и его намерения, но выбора не осталось — какой бы ни был, он всё равно клиент, пусть и наверняка с тёмным прошлым. Другие к Джо попросту не приходили.        В его кабинет Орион бестактно ворвался, заставив Феникса вскочил с кресла. Он немедленно подбежал к раненому, помог уложить его на кушетку, скальпелем разрезал одежду в области некоторых ран, чтобы осмотреть. — Что произошло? — Пострадал от способности.        Джо оглядел юношу. Раны довольно глубокие, органы задеты, пусть и слегка, потерял много крови. Пришлось вытащить из ящика таблетки, насыпать целую горсть на ладонь и залпом проглотить. По телу пробежал жар от выброса адреналина, Джо положил ладонь на грудь Титана, закрыл глаза, взывая к своим силам. Боль ударила в бок, от чего Джо стиснул зубы, на халате вырисовывалось пятно крови, невидимое лезвие разрывало кожу и мышцы, и они стремительно заживали, затем болью вспыхнула вторая рана и третья. Орион не отпускал ладонь Титана, глядел на него в нетерпеливом ожидании, наконец его ресницы затрепетали. Титан чуть разомкнул губы, выдыхая. В его теле царствовала слабость, до конца раны не удалось залечить, слишком много крови было потеряно, мышцы дрожали, в голове витала дымка и всё казалось таким далёким, лишь чужое тепло согревало ладонь. — Орион?.. — Всё в порядке, я здесь, — вполголоса откликнулся тот и мягко коснулся своим лбом лба Титана, который с успокоением закрыл глаза. Ему хотелось спать. И пить.        Скоро Джо закончил, почти целиком забрав ранения Титана себе и исцелив их тоже практически полностью. Осторожно Джо убрал руку, оглядел пациента убеждаясь, что больше никаких травм не осталось, и резко закрыл рот ладонью, влажно закашлял. Через пальцы проступила кровь, второй рукой Джо махнул на лестницу, прогоняя Ориона, и он немедленно поднял Титана на руки, кратко поклонился в знак благодарности и поспешил уйти. Наверху первым делом предупредил Ясу: — Ему нужна помощью, рана была серьёзной.        Ясу перевернул табличку на «закрыто» и поспешил к Джо, пока ему не стало совсем плохо; не хотелось бы, чтобы ему опять пришлось себя заживо сжечь, избегая гибели, и мучительно восставать из пепла. Драгоценные покинули бар, вышли на молчаливую улицу, безлюдную, окутанную лёгким туманом и дымом, не слышали вдалеке людей. Немного погодя подъехала чёрная машина, и отвезла Драгоценных в единственное по-настоящему безопасное место. ***        Из открытого окна доносился щебет птиц, ласковый прохладный ветер, что колыхал занавески, запах цветов и свежей травы. Тело всё ещё ломило, в нём как будто недоставало деталей, что-то слегка кололо и давило с обратной стороны локтя. Прежде, чем попытаться смахнуть это рукой, Титан открыл глаза — как он и думал, капельница. Он постарался вспомнить, что произошло — город, появление героя, а потом всё оказалось как будто в темноте, холодно, страшно, ничего не видно. Откуда же появилась рана, кажется, не одна? Титан разомкнул губы — он слышал о девушке, которая способна лишать сил, буквально на физическом уровне выкачивая их из суперов. Правда это или нет, но раны точно появились из-за льда, проткнувшего тело изнутри.        Титан слегка приподнялся, когда услышал щелчок дверной ручки. Как же Ориону шла простая одежда, а не боевой наряд, и эта чуть взволнованная нежная улыбка. Он неспешно подошёл, поставил на столик поднос с говядиной, окружённой овощами, и бутылку вина, ласково коснулся губами холодного лба Титана, заглянул в его глаза. — Как себя чувствуешь? — Немного устал. — Ничего, — Орион плавно провёл пальцами по щеке Титана, и тот блаженно закрыл глаза. — Отдохнёшь, и всё будет хорошо. Я принёс тебе поесть. — Спасибо.        Дверь тихонько скрипнула, из-за неё показался маленький витой рог, раздалось тихое «К нему нельзя», и рог пропал. Нежная улыбка украсила губы Титана. — Никель, Бальт, идите сюда, — как мог громко позвал он, и близняшки, чуть испуганные и невероятно счастливые, вбежали в комнату. — Только осторожнее, братику нужен отдых, — поспешил предупредить Орион, унимая пыл мальчишек. — Братик, как ты? Тебе больно? — испугался Никель, забравшись на высокую кровать. — Вовсе нет, — улыбнулся Титан, погладил младшего брата по голове, затем второго. — Мне просто нужно немного отдохнуть. — А это зачем? — указал на капельницу Бальт. — Это… — Это лекарство, — пояснил Орион, — чтобы Титан поскорее выздоровел. — Так много...        Раздался краткий стук, в комнату вошёл Джи, поклонился. — Надеюсь, вам лучше, господин Титан, — тот кивнул, успокаивая дворецкого. — Господин Бальт, господин Никель, полагаю, вашему брату нужен покой.        Мальчишки насупились, Бальт сжал одеяло, не желая покидать Титана, пока тот болеет, пусть и не знал, как ему помочь, и вновь Орион подал голос, наклонившись к близняшкам: — Думаю, Титану станет лучше, если вы сделаете для него венок. — Венок?.. — Да! — загорелся идеей Бальт, взял брата за руку и потащил к двери. — Сплетём братику красивый-красивый венок! И братику Ориону тоже, и...        Глядя им вслед, Титан устало и честно улыбался, лёг немного удобнее, и вдруг с сожалением поглядел на Ориона. — Что с Квазаром? — Нас это больше не касается, — отрезал тот, открыл бутылку вина, налил в бокал и протянул его Титану.        Он приподнялся, сел на взбитую Орионом подушку, какое-то время глядел на своё отражение. — Может, нужно сказать им о его планах? — Это не наши проблемы, Титан. Если они не глупы, сами догадаются, а если нет… будет уже поздно. В любом случае, нас это не касается, — напомнил Орион и поцеловал Титана в лоб, встретился с ним глазами. — Наверное, ты прав.