Непонятные эмоции

      Настал новый день.       С самого утра над головой висели тучи. Нейл, улыбаясь, шёл к школе. Думать надо было о Кире, о новой девушке Теда… Стоп. С каких это пор его мысли тоже определяются словом «надо»? Его же вроде только для школы… Впрочем, не суть, главное — то, что было у него в голове.       Днём Кира спокойно говорила с ним о реформах Николая Первого. Даже скучно. И главное — непонятно, как это изменить.       А надо ли вообще это менять? У него есть то, чего он так хотел. У него есть друзья, девушка. Он должен быть счастлив, он не имеет права замахиваться на большее, он должен быть доволен — повторял он себе из раза в раз, и всё же что-то внутри него протестовало против этого. Он постарался не думать…       — А, можете сходим снова в кино? Там, говорят, новый фильм вышел…       — Нет уж, лучше просто погулять?       — Да, Давайте! Всей компанией! Я, да Джош, да Нейл, да Кира, да Герт. Ну, можете ещё кого прихватим. Пообедаем в кафе — и пойдём. Спасибо за идейку, помогли!       — А когда? После седьмого?       — Ну конечно! А ты что, прогулять решил? Джош, да ты с ума сошёл!       Герт не проронил ни слова, остальные разразились смехом.       — Ну а ты, Кира, что скажешь?       — Звучит как самая лучшая идея, которую я за сегодня слышала. Тед, ты поднял мне настроение, нет, правда!       — Ну вот и договорились. Я, кстати, обнаружил неплохое кафе совсем рядом, хотите, посмотрим, как там? Говорят, весьма уютно. Люблю такие местечки.       — Я только за всё новое!       — И замечательно!       …Долгожданный звонок с седьмого урока. Болтовня, звуки. Ветер, резко подувший в лицо. Тучи. Кажется, пойдёт дождь.       Шаги. Много шагов и много ног. Пять пар, десять штук. По сути, не так и много. Светофор, «зебра», асфальт, трава, покрытая инеем… и ещё одна пара ног на ней.       Чёрный классический костюм. Бледные руки. Книга. Дерево. Серьёзное лицо. Густые чёрные волосы и холодные, сосредоточенные глаза. Парень, стоявший, облокотившись на него, был явно не в духе.       «Он сильно изменился», — пронеслось в голове у Нейла, когда он его узнал. И отдалось странным эхом. Как обухом по голове. Никогда не было — и вот опять.       Кира стояла к тому парню ближе всех, болтая с Тедом и Джошем, и Нейлу всё не удавалось вписаться в беседу, как он ни старался, вот он и плёлся сзади, рядом с Гертом, обиженный и подавленный.       — Ха-ха-ха!       Парень поднял голову.       Нейл услышал усмешку позади себя, и, оглянувшись, увидел, как Герт стоял, ухмыляясь, и как его глаза были прикованы к Теду и Джошу, постепенно отступавшим назад, и почувствовал толчок. Он оказался чуть ли не один на один с… если бы не Кира, он бы точно растерялся.       — А вот и наш Энди! И что, с позволения сказать, ты тут делаешь?       Нейл стоял, как вкопанный, думая, что бы ответить. Энди ухмыльнулся, как будто передразнивая Герта.       — Пф… Вам-то какое дело… Может, думаю, где закопать труп только что убитого мной младенца, а, может, считаю облака на небе. И чёрта с два вы узнаете.       — Вот, посмотрите. И сколько трупов закопал, а?       — Вы любезны, мадам, парочку точно, но я не уверен. Не мешайте и лучше не сообщает в полицию, а то, боюсь, разочаруются, не обнаружив трупы на месте…       — Ха, ну блин, ну вы смотрите, а! Дебил. Ты просто дебил. Вот смысл отрицать, а? Только же сказал! Да, впрочем, умнее это тебя не делает.       — Может быть.       — Что читаешь хоть, а? Опять фигню свою? Что это, Маркс? А знаешь, как назывался труд его жизни?       — Если вы знаете больше меня, был бы рад услышать.       — «Энди — гусь»! Ха-ха-ха!       Энди закатил глаза.       — А знаешь, почему он так говорил? Потому что он плохо тебя знал. Знал бы хорошо — писал бы, что ты вообще сумасшедший идиот.       — Не думаю, что ему было дело до такого жалкого скопления атомов во вселенной, как я или вы. Все. Даже этот малодушный кретин, который стоит рядом с вами. И как вы его терпите, мне интересно…       — малодушный кретин       Нейл вздрогнул. Последние слова относились к нему.       Энди был в ярости.       Энди был разочарован. Разочарован в нём.       Нейл вспомнил, как в начальной школе они вдвоём бегали по двору под насмешки одноклассников. И он, Нейл, не стал это терпеть, взял и ушёл. А Энди, видимо, было всё равно. Пока Нейл не показал, что противостоять другим, даже ради давней дружбы, он не способен.       Энди часто появлялся рядом с их школой, и каждый раз вёл себя так эксцентрично, что это сразу бросалось в глаза. Так и начался этот вечный конфликт между ним и Кирой. Наверное, она боялась, что он подорвёт её авторитет.       — Нейл. Почему я всё время придумываю шутки? Скажи и ты что-нибудь!       — Ммм… Я люблю орехи.       Энди рассмеялся.       — Нет, нет, это так не работает. Надо было говорить «что-нибудь», тогда бы шутка точно удалась. Теряешь хватку, чёрт тебя побери! — И, наклонившись к нему, шепнул. — Ты сильно изменился. Не в лучшую сторону. Что они с тобой сделали?       — Они…       — малодушный кретин!!!!!       — Пф. Подумай. Расскажешь на досуге. Чао, ребята, надеюсь, ещё буду иметь удовольствие поболтать с вами через недельку или так. Оревуар!       — МАЛОДУШНЫЙ КРЕТИН!!!!!!!!!!!!!!!!!!       Больше Нейл ничего не замечал и не видел.