Господи, помилуй!

Я зашла в небольшую, но светлую комнату. Витражные окна с причудливыми изображениями красиво переливались под лучами света, окрашивая комнату в различные цвета. В комнатке было тихо и практически не пахло свечами. Наконец-то можно вдохнуть полной грудью. Но счастье длилось не долго и мое дыхание сбилось в тот же миг как я заметила Арсения, стоявшего около аналой и листавшего страницы Евангелии. Его пальцы изящно перелистывали страницы, а взгляд ненадолго задерживался на каждой из них. У меня был небольшой фетиш на мужские руки, но тут я не могла оторвать взгляд. Длинные пальцы с кольцами, о значении которых знал только обладатель, и выпирающие вены, которые уходили вверх скрываясь за рукавом облачения. Заметив, наконец-то, мое присутствие он оторвал взгляд от библии и мило улыбнулся, попросив подойти поближе. Я послушно подошла, но не могла смотреть ему в глаза из-за сильного смущения. Встав напротив Евангелии, мои глаза стали цепляться за знакомые слова на странице, а мысли путались из-за того, что я сейчас с ним наедине. — Надеюсь, тебе не будет мешать то, что мы впервые видимся. Церковнослужитель Кирилл стал попом, так скажем... получил повышение по карьерной лестнице, и теперь на его должности буду я. Могу я узнать твое имя? - Встав, практически, за моей спиной, вполголоса спросил мужчина. Боковым зрением я частично могла уловить где он находится, но эмоции на его лице я не видела. Из-за его голоса у меня по телу прошли мурашки, а сердце забилось чаще — Меня зовут Эмма... то есть Мария, при крещении нарекли так. — Чуть сбившимся голосом ответила я все еще глядя в книгу, но теперь не улавливая смысла написанных слов. — В чем каешься дитя божье, Мария? — Его голос прозвучал чуть громче и серьезнее, от чего я невольно вздрогнула. — Я-я, мной овладел порок лени и я не слушалась родителей. — Ответила я с волнением — И это все? Или есть что-то ещё, что ты пытаешься утаить? — Совсем близко над моим ухом спросил он, из-за чего по телу моментально прошлись мурашки. Я все еще не видела его лицо, но уверенна, что оно выражало ухмылку, от чего стало как-то не по себе. — У меня есть фантазии… то есть мысли, о которых мне сложно говорить. — Почти шепотом произнесла я, как-будто кто-то кроме нас двоих это мог услышать — Интересно, и о чем же они? — В его голосе улавливалась некая насмешка. А может я себя накручиваю и все вовсе не так как кажется? Так ладно, нужно сосредоточиться на ответе, не могу же я выпилить: "мне нравятся мужчины, которые годятся мне в отцы", нужно преподнести это более лояльно и корректно. — Ну, знаете, мне нравятся мужчины… — Мария, в том, что тебе нравятся мужчины нет ничего такого, так и должно быть...- Не успел он договорить предложение, как я его перебила — Которые старше меня на 10 и более лет! — Сказала я очень быстро и скорее всего не разборчиво, но он затих. Возможно, он был ошарашен таким высказыванием, потому что тишина немного затянулась или мне так казалось, но я точно могла услышать как громко бьется мое сердце в эти секунды. — Кхм — Кашлянул он, чтобы придать своему голосу былую твердость и уверенность. — Не думаю, что это считается грехом, ведь главное это любовь в ваших отношениях. Если ваши отношения взаимны и наполнены любовью, то Господь не может быть против такого союза. — Арсений встал слева от меня так, что перекрыл свет падающий из окна, на страницы Евангелии, от чего стало как-то жутко. Я оторвала взгляд от Библии и встретилась с его глазами. Он был выше меня на сантиметров 30, но вблизи это расстояние казалось больше, чем я ожидала. Я моментально почувствовала себя очень беззащитной и маленькой. От смущающего высказывания у меня наверняка горели щеки, а может от того, что я смотрела прямо ему в глаза. Как же хотелось узнать каким он может быть в различных ситуациях и какие эмоции он может выражать. Однако он стоял с расслабленным лицом, я бы даже сказала, на нем была обычная дежурная полуулыбка. Хах, как-будто для него было обыденностью слышать подобное от прихожан. — Д-думаю, на сегодня все. — Сказала я разрывая наш зрительный контакт и поспешив удалиться, пока не сгорела от стыда и смущения. Я чувствовала как горят мои щеки и уши,а сердце билось так как-будто я выпила банку энергетика. Арсений стал первым человеком, с которым я разделила этот свой небольшой секрет. Меня очень обрадовало, что он отнесся к этому положительно и не стал порицать. — Хорошо. Отче наш, отпусти грехи рабыни твоей божьей Марии. - Он перекрестил меня. Ступай — Ответил Арсений. Я быстро развернулась и вылетела от туда как ошпаренная. Высказать все вслух было легче, чем я думала. — Что, так много грехов совершила, раз пробыла там так долго? — Поинтересовалась мама, которая всем своим видом показывала, что уже заждалась меня. Я что-то скомкано пробурчала себе под нос и мы заторопились к выходу. Уже стоя на ступенях пред храмом я обернулась и посмотрела в то самое витражное окно с причудливыми узорами и могу поклясться, что видела там силуэт который довольно быстро скрылся из виду. Зазвенели колокола, что означало конец службы. Мы с мамой пошли домой, а меня все не покидало ощущение, что чей-то взгляд наблюдает за мной из церкви.