7 Глава. Трещины и осколки
8 августа 2025 г., 12:00
Сириус лежал, уставившись пустым взглядом в потолок в своей комнате. События прошедшего ужина всё ещё крутились в голове бесконечным калейдоскопом красок. Зачем он опять начал её провоцировать? Что плохого сделала ему эта девочка, живущая в чужом доме, по чужим правилам, с чужими людьми, где никто не мог её понять?
Хотя... почему никто?
Сириус прекрасно понимал, как неуютно ей в этом месте. Он и сам чувствовал то же самое. Отсюда хотелось бежать, далеко и никогда не возвращаться. Скопившаяся в стенах за столетия тёмная магия невозможно давила, не давая даже крохотному лучику счастья и радости зародиться в душе. Здесь не было места свету. В этом доме жили только ненависть, боль, крики и слёзы. В этом доме было невыносимо.
Сириус прикрыл глаза и медленно сжал ладони в кулаки. Ощущение беспомощности жгло его изнутри. У него забрали свободу, у него забрали волшебную палочку, у него забрали сову, чтобы он не мог общаться с друзьями. И всё из-за того, что он плохо поступил с этой девчонкой Родан за ужином.
Она ему не нравилась. Точнее, само её существование в этом доме в статусе его невесты. Хотя казалось бы, сама девочка ему ничего плохого не сделала, но он не собирался отказываться от своих слов и действий. Пусть она ненавидит его, и тогда оба получат то, чего хотят: Сириус — свободу, Вару — Регулуса. Ему казалось, что его брат вполне мог бы ужиться с ней. В них обоих не было того бунтарского духа, который был у него. Оба ладили и дружили. Чем не прелестная пара чистокровных?
И всё же, Регулусу уже нашли другую невесту, имя которой Вальбурга Блэк всё ещё не называла. Возможно, избранной невесты ещё и не было, а может, миссис Блэк просто не хотела видеть в своём доме ещё кого-то лишнего.
Ему было жалко Андромеду. И он искренне не хотел такой судьбы никому. Но в этом доме ни у кого не было права выбора, свободу забирали уже с самого рождения, руководя чужими жизнями, словно марионетками. И если их помолвка с Родан не прекратит существование, то он просто сбежит из этого дома. И плевать на последствия.
В этот момент в дверь его спальни тихо постучали. Послышался скрип старых петель, а через несколько секунд короткий щелчок железной ручки и шаги. Кровать рядом с Сириусом слегка просела, и мальчик повернул голову в сторону Андромеды, задумчиво уставившейся словно сквозь него.
— Ты должен извиниться перед Вару, Сириус. С твоей стороны это было очень грубо, — серьёзно проговорила девушка, пересекаясь твёрдым взглядом с его серыми глазами. — Ты должен с уважением и пониманием относиться к ней, она гость этого дома, а ты сам прекрасно знаешь, как тут тяжело.
— Я буду только рад, если она уйдёт из этого дома, — фыркнул Сириус, закатив глаза, и неторопливо скрестил на груди руки. — Я её не держу.
— Сириус, — с укором добавила Андромеда, слегка склонив голову.
— Я не женюсь на ней, — бескомпромиссно ответил мальчик, прожигая взглядом потолок и лениво покачивая носком ботинка, свисающего с кровати. — Мне это неинтересно и ненужно. Пусть найдёт себе кого-то другого.
— Сириус, мы элита магического общества и пленники чистокровных семей, — терпеливо напомнила старшая из сестёр. — Такова наша судьба. К сожалению, мы не в праве выбирать. Ни ты, ни Вару не виноваты в том, что теперь связаны. Вам придётся ужиться вместе, не зависимо от вашего желания. И будет лучше, если вы оба пойдёте друг другу навстречу. Вам незачем становиться врагами.
— Как вам с Руквудом?
Резкий вопрос мальчика выбил весь воздух из лёгких Андромеды. Губы девушки слегка приоткрылись, но ответа так и не последовало. Сириус медленно перевёл взгляд на кузину, но та поспешила отвернуться, суетливо поправляя манжеты на рукавах платья. Кому, как не ей знать, что значит подчиняться чужой воле. Молчать в тот момент, когда хочется кричать во всё горло о несправедливости и жестокости правил.
— Это другое, — девушка нервно расправила складки на своём платье и поднялась на ноги. — Извинись перед Вару. Ради меня. Даже если ты сбежишь однажды из этого дома и от ответственности, не стоит сейчас портить друг другу жизнь.
Гриффиндорец ничего не ответил, в тишине проводив глазами кузину, скрывшуюся в коридоре за дверью. Ему казалось, что он единственный в этом доме, кто не пытается скрыть правду. Кто видит всю эту ложь и лицемерие, от которых страдают все. И его решение было твёрдым. Но может, Андромеда была права?
°°°
Утро началось как обычно. Вару тихо прокралась из своей комнаты в пустой коридор и направилась к старой скрипучей лестнице. Она уже наизусть выучила места на ступенях, по которым можно было спускаться бесшумно, словно кошка, ступающая мягкими лапами по самым хрупким и неустойчивым местам и остающаяся при этом незамеченной. Но в столовой она совершенно не ожидала встретить Сириуса. — Доброе утро, — смерив её быстрым взглядом, поздоровался мальчик. Вару оцепенела, замерев на пороге, и лишь в немом звуке приоткрыла рот, не находя в себе сил сказать хоть что-то. Блэк сделал глоток чая, медленно проглотив горячую жидкость, и отставил чашку в сторону. Кажется, он не особо торопился уходить, но при этом продолжал молчать, смотря на девочку без особого интереса. — Доброе. Тяжело сглотнув, Вару опустила взгляд в пол и прошла в сторону противоположного конца стола. Она аккуратно отодвинула стул, но ножки всё равно громко скрипнули, разрезав тишину дома. Девочка прикрыла глаза, стараясь успокоить сбившееся дыхание. Пальцы крепче сжали деревянную спинку, ища опоры. Вару громко выдохнула и осторожно посмотрела на Блэка. — Чего ты так боишься? — нахмурился Сириус и, неприлично громко сёрбнув чаем, растянулся в широкой улыбке. — Меня? — его брови поползли вверх, не скрывая насмешки, но никакой реакции девочки за этим не последовало. — Моей семьи? Этого дома? — продолжил предполагать он. — Что случится, если ты скрипнешь стулом или громко пройдёшься по лестнице? Что будет, если ты неаристократично чихнёшь или, не дай Мерлин, не наденешь красивое элегантное платье на ужин, м? — Привлеку излишнее внимание к себе. Обо мне будут думать, что я с неуважением отношусь к семье и плохо воспитана. Вару старалась говорить спокойно и неторопливо. Девочка опустилась на стул и положила ладони на колени, не сводя с Сириуса серьёзного взгляда. Но кажется, он её откровения совершенно не оценил. — Какой ужас, — насмешливо протянул гриффиндорец и снова нарочно громко отсербнул чай. — Кикимер! Девочка слегка вздрогнула, когда домовой эльф с хлопком появился перед Блэком. Кикимер склонился в учтивом поклоне. — Слушаю, хозяин. — Принеси нашей дорогой гостье завтрак, достойный воспитанной чистокровной представительницы. И чтобы семь вилок и восемь ложек, а то подумают ещё, что она неуважает нашу семью и невоспитанно себя ведёт. Эльф услужливо склонил голову и вновь исчез. В столовой вновь повисла тишина, нарушаемая лишь едва слышным стуком часов. Вару затаила дыхание, ожидая следующего удара мальчика. Он просто смеялся над ней, даже не пытаясь сделать хотя бы вид, что воспринимает её всерьёз. — Зачем ты издеваешься надо мной? — Мне это нравится, — Сириус довольно ухмыльнулся. — Ты... — гриффиндорец сделал паузу, подбирая нужное слово, — забавная. — Забавная? — усмехнулась Вару, не заметив, что улыбка мальчика стала чуть шире и мягче. — Да ты просто смеёшься надо мной? — Есть такое. Сириус допил чай, оставив пустую чашку на столе. Перед Вару появился завтрак, но она не спешила приняться за него. Её взгляд неотрывно следил за Блэком, поднявшимся на ноги. Мальчик обошёл стол и остановился позади однокурсницы. Он сжал пальцами спинку стула девочки и склонился к её уху. — Ты здесь лишняя, Родан, — медленно, словно смакуя каждое слово, проговорил он, подпаляя фитиль негодования в душе гриффиндорки. — Я не женюсь на тебе, даже не надейся. Можешь ненавидеть меня сколько угодно, но если продолжишь думать, что всё ещё может измениться, я превращу твою жизнь в ад, — Вару чувствовала, как от его слов в груди начал бушевать огонь несогласия. — Это понятно? — Непонятно, — внезапно огрызнулась в ответ девочка, резко повернувшись к нему. — Мне надоела твоя безосновательная ненависть по отношению ко мне, Блэк. Я не лишняя в этом доме, понятно? Вару вскочила на ноги, встав прямо перед Сириусом и подняв на него гневный взгляд. Грудь девочки интенсивно вздымалась вверх от злости, в один миг охватившей её с головой и она запоздала поняла, что повысила на него голос. — Прости, — она прикрыла глаза, сжав пальцы в кулаки, и медленно опустилась обратно на стул. Сириус убрал руки в карманы брюк и тихо усмехнулся. Она абсолютно такая же, как и все остальные девицы из чистокровных родов. Правильная, запуганная и тихая. Неинтересная и скучная. — И что только Регулус в тебе нашёл? Прикусив кончик собственного языка, Вару дождалась, пока Сириус выйдет из столовой, и принялась к завтраку. Она старалась не думать о том, что произошло. Вопреки словам Блэка хотелось верить, что всё ещё изменится. Ведь так будет правильно. Чистокровные семьи сочетали своих наследников брачными союзами уже несколько веков. Сириус смирится, и они обязательно найдут общий язык. Хотелось верить только в хорошее. Хотелось верить, что всё будет хорошо. Закончив с завтраком, Вару решила вернуться в свою комнату, чтобы взять книгу и привычно скрыться в тени деревьев аллеи за домом. Но стоило девочке переступить порог спальни, как её взгляд упёрся в спину Сириуса, стоявшего возле окна. — Что ты здесь делаешь? Вару слегка прикрыла дверь за собой и тут же насторожилась. В руках мальчика была хрустальная роза, которую прошлым летом Вару подарил на день рождения Регулус. — Милая вещица, — Сириус приподнял хрустальную фигурку в одной руке, рассматривая её на просвет. — Твоя? Откуда такая красота? — Какая разница? — вспылила в ответ девочка, в несколько быстрых шагов подойдя к нему. — Мне просто любопытно, — пожал плечами гриффиндорец и увёл руку чуть назад, когда Вару приблизилась к нему. — Мой братец подарил? Прожигая мальчика гневным взглядом, она всё пыталась понять, что он хотел сделать. Постаравшись успокоиться, Родан громко выдохнула и медленно, чётко проговорила: — Верни её на место, Блэк. — Ах, так это и вправду подарок Регулуса? — Сириус растянулся в улыбке, не предвещавшей ничего хорошего. — Как мило, — фыркнул он, смотря на девочку сверху вниз. — Блэк, отдай! Вару потянулась в сторону розы, попытавшись выхватить её, но Сириус слишком резко дёрнул рукой, так что фигурка выскользнула из его пальцев и неизбежно упала на пол. С оглушающим звоном хрусталь вдребезки разбился и разлетелся стеклянными осколками по всей комнате. На несколько мгновений воцарилась полная тишина. — Я... Сириус поднял взгляд на девочку. Она плотно сжала губы и собрала пальцы в кулаки, прожигая глазами осколки под ногами. Казалось, ещё немного и она ударит его. Сильно, насколько это будет возможно и со всей ненавистью, которую он упорно взращивал в её душе. Она постарается сделать также больно, как делал ей он. Но сколько бы она не пыталась, у неё всё равно бы это не вышло. — Я ненавижу тебя, Блэк, — тихо прошипела сквозь зубы Вару, а после резко шагнула к мальчику, толкнув его в грудь. — Убирайся. Убирайся из моей комнаты! Не хочу тебя больше видеть! Оставь меня в покое наконец! Опешив на секунду, Блэк тут же натянул на лицо насмешливое выражение и широкую улыбку. Его глаза блеснули в рассветных лучах, пересекаясь с чёрными глазами девочки, в которых дрожали сдерживаемые слёзы. — Упс! — мальчик вскинул руки в стороны, беззаботно пожав плечами. — Какая жалость. Ну же, расплачься, Родан, пожалей себя. — Придурок! — Вару сильнее толкнула его, вынуждая отступить к двери. — Ненавижу! Уходи! Убирайся! — С величайшим удовольствием. Сириус отвесил шутливый поклон и вышел в коридор, громко хлопнув за собой дверью. Слёзы потекли по щекам, а взгляд растерянно заскользил по осколкам на полу. Это был конец её терпению. Она больше не хотела даже видеть этого мальчика, не то чтобы говорить с ним. Вару аккуратно отодвинула стул от письменного стола. Несколько осколков издали мелодичный хруст под её ногой, рассыпаясь в пыль. Девочка села, взяв первый попавшийся пергамент, и, не раздумывая, написала письмо отцу. Вот только, ответит ли он на её просьбу разорвать договор, если сам отправил её в этот дом? Прикрыв лицо ладонями, Вару прорычала сквозь зубы от злости и раздражения, а после импульсивно разорвала листок и скинула клочки бумаги в верхний ящик стола, с силой захлопнув тот. Крепко сжав в руке свою волшебную палочку, девочка постаралась починить хрустальную розу с помощью заклинания. Осколки медленно заскользили по полу друг к другу, собираясь в одно целое. Вот только трещины замаскировать не удалось, как на стекле, так и в её душе.°°°
Лучи закатного солнца давно уступили место тьме ночного неба, и только крохотные сверкающие звёзды рассыпались по небосводу под предводительством яркого лунного диска. После ужина Вару не торопилась возвращаться к себе в комнату, прекрасно помня про своё обещание, но вот Андромеда, сославшись на плохое самочувствие, ушла раньше положенного практически полчаса назад. Дождавшись, когда остальные члены семьи разойдутся по своим комнатам, девочка поймала на себе взгляд Руквуда. Парень кивнул ей и Вару ответила тем же. Поднявшись наверх, девочка дошла по мрачному коридору до комнаты старшей из сестёр Блэк и в нерешительности остановилась. Вару осторожно постучала в дверь, из-за которой тут же послышалось суетливое шуршание и чьи-то голоса. Словно Андромеда была не одна. Девочка неловко отступила назад, оглянувшись по сторонам. И всё же ей стало любопытно, что же происходило внутри. Но прежде, чем она успела решиться подсмотреть, дверь распахнулась, а на пороге показалась Андромеда, с привычно надменным и отстранённым выражением на лице. Холодный взгляд девушки смягчился, едва она заметила девочку. — А, это ты, — с облегчением прикрыв глаза, выдохнула Блэк и вся её напряжённая фигура мгновенно расслабилась. — Что-то случилось, Вару? — Я... — Родан на миг запнулась, зацепившись взглядом за размазанную на губах девушки помаду, но после быстро продолжила: — Я хотела прогуляться возле дома немного, мне очень понравилась аллея, недалеко отсюда. Ты не сможешь составить мне компанию и пройтись со мной? — А не слишком ли поздно для прогулок? — обернувшись на часы в спальне, спросила Андромеда. — Пожалуйста. Жалобно поджав губы, девочка молящим взглядом смотрела на Блэк. Уже начав думать, что та откажет, Вару старалась придумать, что можно было ещё сказать и как попросить. Но это было лишним. — Ну... хорошо, — Андромеда сдалась и мягко улыбнулась, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь. — Думаю, ничего плохого в этом не будет. Только не слишком долго. А то старшие ругаться опять будут. Андромеда игриво улыбнулась и подмигнула девочке. Вару тут же согласно кивнула, заспешив к лестнице и слыша, как девушка следует за ней. Что ж, это оказалось даже проще, чем она предполагала. Едва они вышли за порог, как свежий, слегка прохладный воздух, такой контрастный по сравнению с духотой дома, ударил в лицо, заставляя с облегчением улыбнуться. Родан, довольная тем, что всё получается так, как нужно, уверенно направилась в сторону аллеи, о которой договорились они с Августом. — Сириус ещё не извинился перед тобой после вчерашнего? — осторожно спросила Андромеда, поравнявшись с девочкой. — Нет. Мы с ним больше не общаемся, — стараясь сохранять в голосе спокойствие, ответила Вару. — Вот же засранец, — Андромеда разочарованно вздохнула, покачав головой. — Я поговорю с ним. — Нет! — мгновенно воскликнула Родан, обернувшись на девушку и коснувшись рукава её платья. — То есть, не стоит, — прокашлявшись, сдержанно добавила она. — Я уже привыкла к его отношению ко мне. Всё нормально. — Его отношение к тебе — вот, что не слишком нормально, Вару, — Андромеда слегка склонила голову, смотря на девочку внимательными карими глазами. — И я пока не до конца понимаю, зачем он так поступает и говорит. — Просто я ему не нравлюсь, вот и всё. Он ненавидит тот факт, что мы с ним помолвлены, и пытается это изменить. Вару отвечала то, что сама думала. Этот мотив поведения Сириуса казался самым очевидным и понятным. Всё было просто. Блэк вздохнула, покачав головой, медленно направилась дальше по длинной аллее. Они прошли мимо последнего тусклого фонаря, освещавшего жёлтым светом путь. Впереди только яркие звёзды и пустая дорога, где тишину нарушал лишь шелест листвы, да шаги двух чистокровных волшебниц, ставших заложниками собственных семей. — А ты что думаешь на этот счёт? Насчёт помолвки? — осторожно продолжила Андромеда, обняв себя за плечи руками, и подняла голову, смотря на звёздное небо. Вару молчала, уставившись себе под ноги. Думала, что ответить. В компании Андромеды было на удивление спокойно. Она не торопила девочку, говорила так, словно действительно хотела понять, а не навязать чужие правила или осудить. — Мне всё равно, — наконец призналась Вару. — Не Сириус, так кто-то другой. И я верю, что он ещё одумается и смирится. — Может лучше кто-то другой, чем Сириус? — поинтересовалась Андромеда, посмотрев вниз на гриффиндорку и слегка прищурившись. — Нет, — Родан бескомпромиссно мотнула головой. — Не думаю, что будет лучше. Андромеда тяжело вздохнула, потрепав девочку по волосам, но ничего отвечать не стала. Теперь она точно была уверена, что ей следует поговорить со своим кузеном более серьёзно. Да и самой решить свою проблему с Августом. Они дошли почти до самого конца аллеи, туда, куда не добирался свет фонарей и где стало видно прекрасное звёздное небо. Вечные звёзды, застывшие на небосклоне завораживающей картиной, приковывали взгляд, успокаивая и вдохновляя. Очередной порыв прохладного ветра заставил зашелестеть листву на деревьях. — Андромеда. Голос Августа раздался прямо за их спинами, из-за чего и Вару, и Андромеда одновременно обернулись. Парень стоял в паре шагов от них, убрав руки в карманы брюк и взглядом словно насквозь прожигая девушку. Блэк незаметно коснулась плеча девочки. — Вару, возвращайся домой, — негромко проговорила девушка, но Родан словно приросла к земле в этот самый момент. Почему-то теперь ей казалось, что она совершила самую большую ошибку, какую только могла, когда согласилась на сделку с Руквудом. — Мы тебя догоним, — смягчив взгляд лишь на долю секунды, добавил Август. — Возвращайся домой, Вару, — уже более серьёзным тоном, повторил парень. Девочка последний раз бросила взгляд на Андромеду, но та не отводила глаз от Руквуда. Язык не поворачивался, чтобы сказать хоть слово, и тогда гриффиндорка заставила себя уйти. Но не пройдя шагов и тридцати, она обернулась, замечая в темноте две фигуры, после чего бегом бросилась обратно к дому. Август держал Андромеду за шею, прижав спиной к перегоревшему фонарному столбу. Она не сопротивлялась, лишь едва ощутимо уперлась руками в его грудь, чтобы не подпустить ближе и сохранить мнимое чувство безопасности рядом с этим человеком. — Может ты ещё и спишь с этим грязнокровым ублюдком, Меда? — прорычал он сквозь зубы, приблизившись к лицу девушки. — Совсем страх потеряла? Или забыла, с кем помолвлена? — К сожалению, всё ещё помню, — с отвращением скривив губы, выплюнула девушка. — Тогда какого хрена ты целуешься с Тонксом? — не сдерживаясь, крикнул Руквуд, сжав пальцы на шее Блэк. — Ты думаешь, что он тебе поможет? Так позови его! Пусть придёт и спасёт тебя! Андромеда прикрыла глаза, не отвечая ему. Старалась успокоить собственное дыхание, ведь парень всё равно не сможет навредить ей. Пока. Если она выйдет за него, вот тогда настанет ад в её жизни. Она знала, что Август никогда не поднимет руку на девушку, как бы сильно он этого не хотел, вот только от этого легче не становилось, ведь было множество иных способов напомнить о том, где чьё место. Руквуд приблизился к девушке, устрашающим шёпотом коснувшись её уха: — Пусть только твой любовник попробует ещё раз приблизиться к тебе, и я убью его. Он позорит не только тебя, но и меня. — Ты мог бы взять в жёны Беллу, — стараясь сохранить остатки спокойствия и самообладания, предложила Андромеда. — Она бы не доставила тебе проблем, как я. Ты ведь сам знаешь, что она влюблена в тебя и готова ковриком стелиться перед твоими ногами. — Мог, — согласно кивнул Август, вот только пальцы его сильнее сжали шею девушки, а вторая рука собственнически легла на её талию, не позволяя отстраниться. — Вот только помолвлен я с тобой. И я думаю, мне всё же стоит напомнить тебе о том, кому ты принадлежишь, Блэк. Пусть этот грязнокровка и забрал твоё сердце, но тобой я не собираюсь с ним делиться. — Ты не посмеешь, — выдохнула девушка, с трудом сглотнув. В глазах Андромеды на несколько мгновений мелькнул страх, но что она могла сделать? И самым страшным было то, что отец встанет на его сторону, а не на сторону дочери. А это значило лишь одно: она обречена. — Мы достаточно давно знакомы, чтобы ты знала правду, — хмыкнул парень, уткнувшись носом в ямочку за её ухом. Он отстранился лишь на мгновение, чтобы в следующее грубо впиться поцелуем в её губы и сжать сильнее её шею, окончательно лишая доступа к кислороду.°°°
Вару сидела в тени лестничного пролёта, осторожно выглядывая через деревянные перекладины. И в тот момент, когда мимо неё, едва переставляя ноги и захлёбываясь слезами, прошла Андромеда, сердце девочки сжалось от страха и боли. Что она наделала? Почему девушка плакала? О чём они говорили с Августом? Так и должно быть? Девочка с трудом сглотнула. Сотня вопросов крутилась в голове, сменяясь друг другом, вот только на душе теперь было слишком беспокойно.°°°
Андромеда не выходила из комнаты уже третий день, отказываясь есть и разговаривать со всеми. — Сириус, ты ведь слышал, о чём они говорили! — Регулус зашёл за братом в его комнату, когда Вару поднималась по лестнице, намереваясь отправиться спать. Девочка осторожно подошла к приоткрытой двери спальни Сириуса, замерев на месте. — Да, и что? Андромеда сама виновата. Нужно было бежать из этого проклятого дома, пока ещё была возможность. Створка окна в комнате протяжно заскрипела, когда старший из братьев опёрся руками о подоконник, глубоко вдохнув свежий воздух. Вару видела его затылок и напряжённую позу, сильно отличающуюся от его спокойного голоса. Как будто он говорил совсем не то, что чувствовал. — Дядя Сигнус забрал у неё волшебную палочку и не вернёт до самой свадьбы. Андромеда чисто физически не смогла бы сбежать, — возразил Регулус, прожигая взглядом затылок брата. — Мы должны ей как-то помочь. — Она ничего не сможет сделать против своего отца и Августа, а мы тем более, — спокойно напомнил Сириус, сжав пальцами край подоконника. — Теперь уже поздно. Сейчас она может только прятаться в собственной спальне, плакать и надеяться, что этот напыщенный индюк передумает на ней жениться. — С тобой невозможно разговаривать, Сириус, — Регулус тяжело вздохнул, покачав головой и направился к выходу из спальни. Вару тут же отошла в сторону своей комнаты и осторожно приоткрыла дверь, будто только подошла и намеревалась войти. — У тебя ни души, ни совести. Мог хотя бы посочувствовать. — Будто бы от этого кому-то станет легче, — фыркнул старший из братьев, когда Регулус закрыл за собой дверь. — Доброй ночи, — Вару улыбнулась как ни в чём не бывало, намереваясь скрыться за дверью, но Регулус остановил её. — Ты всё слышала? — О чём ты? — невинно приподняв брови, спросила девочка. Удивительно, как легко ложь сорвалась с губ Вару. Она даже не задумывалась. Слова сами слетели с языка. Младший Блэк прикрыл глаза, покачав головой. — Не важно. Доброй ночи.°°°
Вару давно было любопытно, почему в доме семьи Блэк так много портретов родственников, ведь в её семье не было ни одного. Бездумно плутая по коридорам и вежливо здороваясь с каждым из Блэков, надменно смотрящих на неё со стены, девочка столкнулась в одном из коридоров с Августом. — Добрый день, юная леди, — Руквуд мягко улыбнулся, а щёки девочки вмиг порозовели от подобного обращения. — Добрый, — негромко ответила Вару, слегка склонив голову, и уже намеревалась разойтись с Августом, но, не выдержав силы собственного любопытства, всё же решилась задать волновавшие её вопросы: — Почему у Андромеды забрали палочку? И что произошло? Руквуд обернулся и его лицо тут же приняло серьёзное выражение. Парень отвёл в сторону задумчивый взгляд. — Понимаешь, — неторопливо начал он, судя по всему тщательно стараясь подобрать слова, — это довольно сложно объяснить. Мы поговорили с Андромедой, а после и с её отцом и решили, что так будет лучше для неё. Когда придёт время, ты сама всё поймёшь. А сейчас, не забивай свою голову всякими глупостями. Вару кивнула, задумавшись. — А почему она плакала в тот вечер? Любопытство девочки было искренним и бороться с ним она попросту не могла. Желание понять, что в действительности происходит, не давало покоя уже достаточно времени. — Все невесты плачут перед приближающейся свадьбой. Я же говорю, Вару, когда вырастешь, ты всё сама поймёшь, — потрепав девочку по волосам, закончил Руквуд, после чего развернулся, видимо не намереваясь продолжать разговор. Проводив его задумчивым взглядом, Родан лихо развернулась на пятках, едва не задев носом незаметно поднявшуюся по лестнице и подошедшую к ним Беллатрису. — Все невесты плачут перед свадьбой, — спародировала Августа девушка, прожигая затылок удаляющегося по коридору парня, и после с презрением фыркнула. — Плачут только те, кто хочет, чтобы их пожалели из-за их же глупых чувств и идиотской... Средняя из сестёр не договорила, опустив взгляд на Вару, внимательно слушавшую её, хоть и не до конца понимавшую, о чём та говорила. Беллатриса закатила глаза, скрестив на груди руки. — Если бы меня выдавали замуж за Августа, я бы плакала только от счастья, — ухмыльнулась она, гордо вскинув вверх подбородок и обошла Вару, направившись в свою комнату. Проводив Блэк взглядом, Вару вновь погрузилась в свои мысли, в которых она теперь пыталась тщательно проанализировать всё сказанное Руквудом и Блэк. Но вопросов становилось только больше. Решив, что свежий воздух поможет справиться с этим гораздо лучше, чем надменные портреты, Родан быстро спустилась по лестнице и вышла на улицу. Свернув в сторону знакомой аллеи, девочка уставилась себе под ноги, погрузившись в мысли. Почему она сможет понять, что происходит, только тогда, когда вырастет? Почему нельзя объяснить всё сейчас? Неужели она настолько глупа, что эта загадка окажется ей не по зубам? Ведь ей не показалось, что взаимоотношения между Августом и Андромедой столь ужасны, как у неё и Сириуса. Не замечая ничего вокруг, Вару случайно столкнулась с кем-то, тут же поспешив извиниться. — Ничего страшного, — придержав девочку за плечи, сказал парень, чей голос показался Вару достаточно знакомым. — Тед? — удивилась гриффиндорка, уставившись на бывшего старосту школы. — Что ты здесь делаешь? — не самый приличный вопрос сорвался с губ Вару раньше, чем она успела подумать. Парень прижал палец к своим губам, призывая к тишине, и, кивнув головой, жестом предложил пройтись по аллее вдвоём. Вару не оставалось больше ничего делать, кроме как согласиться. — Давно живёшь в доме у Блэков? — непринуждённо начал разговор парень. — С начала каникул, — пожала плечами Вару, всё ещё не понимая, что здесь делал Тонкс. В воспоминаниях всплыли слова, брошенные на одном из семейных ужинах, где упоминалось имя парня. — Руквуд тоже? Вару кивнула, пока ещё с трудом догадываясь, к чему клонил бывший пуффендуец. Но всё же его вопросы ясно давали понять, что всё не так просто, как казалось. — Мне нужна твоя помощь, Вару, — неожиданно прямо произнёс парень с тяжёлым вздохом, полным безнадёжности, и остановился на месте, повернувшись лицом к девочке. — Мне нужно связаться с Андромедой, но сам я этого сделать не смогу, — в его голосе было сомнение, но говорил он так, словно другого выхода у него уже не осталось. Родан опустила взгляд, нервно заломав пальцы. Как же трудно было разобраться в том, что хорошо, а что плохо. Она помогла Руквуду, но после этого жизнь Андромеды явно не стала лучше. Теперь о помощи просил Тед, и девочка не знала, как поступить. — Я... — неуверенно начала Вару, а после громко выдохнула, резко подняв голову и посмотрев в глаза Тонксу. — Я помогу, если ты объяснишь, почему Андромеду заперли в её комнате и забрали её волшебную палочку. Ей терять точно было нечего, а Тед явно знал больше, чем она. Тонкс озадаченно нахмурился, но говорить, как Август, о том, что девочка ещё слишком юна, чтобы понять происходящее, не стал. — Присядем? — предложил парень, указав в сторону лавочки, стоявшей в тени деревьев. Когда они сели, Тед неторопливо, с осторожностью, начал говорить: — Андромеда помолвлена с Августом ещё с пятого курса, не по собственному желанию, разумеется, — Тонкс собрал руки в замок перед собой, слегка наклонившись вперёд. — Тебе должно быть хорошо известно, как это происходит между чистокровными семьями, — намекая на то, что девочка помолвлена с Сириусом, добавил он. — Меда не замечала меня до седьмого курса, пока нас обоих не назначили старостами школы. Я уже давно был влюблён в неё, а как только появилась возможность завоевать её внимания, не стал тратить время зря. Тебе вряд ли знакомо ещё это чувство, возникающее между парнем и девушкой, но мы любим друг друга вопреки разному статусу крови. Поверь мне, эта проблема быстро меркнет для влюблённых на фоне их чувств. Но не все согласны с этим мириться. — Так это ты был в комнате Андромеды? Ты говорил с ней? Тед настороженно обернулся на девочку, но не заметив осуждения, которое ожидал увидеть в глазах девочки вместо простого интереса и любопытства, молча кивнул. — Но Август так просто не отпустит её. И в этом вся проблема. Он и её отец готовы на всё ради того, чтобы их свадьба всё-таки состоялась. И ясно точно, что этот брак её погубит. — Почему? — удивилась Родан. — Потому что Август очень жестокий человек, — тяжело выдохнул Тонкс, прикрыв глаза и покачав головой. — Ты должна понять одно: его заботят только собственные желания и цели. Ему всё равно на Андромеду, он не любит её, лишь хочет иметь в качестве своей собственности. Ничего более. Он запрёт её в своём поместье при первой же возможности и будет вспоминать о ней только по необходимости. А такая жизнь хуже смерти. Голова девочки гудела от информации и десятков вопросов, но всё же наконец хоть что-то для неё прояснилось. И ей хотелось поверить Теду, но в тоже время как можно было понять, что он не соврал ей? Она пыталась обдумать каждое его слово, и Тонкс не мешал, молча ожидая, когда девочка заговорит сама. — Как я могу помочь? — наконец спросила Вару, поднявшись на ноги. — Передай ей это, — достав из кармана сложенный пергамент, Тед вложил его в руку девочки. — И ещё, о нашем разговоре никто не должен узнать. Хорошо? Родан кивнула, не представляя, как сможет передать послание девушке, если та ни с кем не хотела разговаривать. — Я постараюсь. — Спасибо, — тихо произнёс Тед. Вару вернулась к дому, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, стоя на пороге и нервно сжимая послание в руке. Дверь внезапно открылась, из-за чего девочка испуганно отступила назад. — Кого караулишь? — уставившись на Вару и приподняв вверх одну бровь, спросил Сириус. — Или в дом теперь только красивых пускают? — ядовито усмехнулся он. — На твоём месте я бы тогда не выходила, а то вдруг обратно не пустят, — сухо огрызнулась Родан и толкнула его плечом, пройдя мимо мальчика в дом. Захлопнув дверь и опустив вниз голову, Блэк тихо проговорил себе под нос: — Будь моя воля, я бы сюда никогда в жизни не возвращался. Вару быстро поднялась в свою комнату, заперлась изнутри и села на кровать. Поджав под себя ноги, она положила перед собой на одеяло письмо Тонкса. Читать чужое послание ей не позволяла совесть, а значит, нужно было разбираться со всем, всё ещё оставаясь наполовину в неведении. Вот бы кто-то помог ей разобраться во всём, сказал, что правильно и кому верить. Единственный, кто приходил на ум, был Регулус, но обратиться к нему она не могла, так как боялась осуждения и разочарования в его глазах. Возможно стоило поговорить с Нарциссой или Беллатрисой, в конце концов те были сёстрами Андромеды, и, как никто другой, не желали зла собственной сестре. Наверно, была бы возможность у неё поговорить с отцом, он бы смог помочь ей. Но сейчас выбора у неё не было. Собравшись с духом, Вару спрятала письмо под рубашку и вышла из комнаты. Она быстро пришла к спальне Андромеды, остановившись в нерешительности. Боясь даже постучать, девочка нервно переминалась с ноги на ногу. По лестнице кто-то быстро поднимался, но спрятаться Вару было некуда. В коридоре вновь появился Руквуд. И снова Родан не знала, что делать. Она ведь помогла Августу поговорить с Андромедой и видимо сделала только хуже. Что, если сейчас она совершает ту же ошибку? — Не пускает? — холодно спросил он, подойдя к девочке. — Андромеда, — Август с силой постучал ладонью несколько раз по двери девушки. — Пошёл прочь! Ненавижу тебя, тварь! — не стесняясь в выражениях, крикнула Блэк из своей комнаты. — Видимо, она не в настроении, — усмехнулся Руквуд, пожав плечами, и посмотрел на ошарашенную Вару. — Привыкай. Блэки весьма темпераментны. Вот, кстати, твоя книга, — он быстро достал из кармана пиджака маленький томик и протянул его девочке. — Как и обещал. — Спасибо, — тихо выдохнула Родан, с сомнением смотря на подарок. — Не за что, — подмигнул ей парень. — Если получится всё-таки договориться с этой бестией, передавай ей от меня привет. И скажи, чтоб не сильно скучала. Вару с трудом сглотнула, молча кивнув. Крепче сжав книгу в пальцах, девочка достала письмо и засунула его под дверь, не давая себе и секунды промедления, чтобы не передумать. Громко выдохнув, Родан быстро развернулась и вернулась в свою комнату. Этой же ночью Андромеда исчезла из дома, а Вару нашла в одной из книг маленькую записку, написанную рукой старшей Блэк. Всего пара предложений. Ты всё сделала правильно. Спасибо за твою храбрость.
