Крепкая семья.

      Школьные дни проходят мучительно скучно. Одноклассник за соседней партой зависает со своими друзьями и о чем-то громко разговаривает, а Руслан одиноко сидит с телефоном в руках и печатает смс Даниле, который интересовался, когда же закончатся его уроки, чтобы забрать. Якобы проезжал мимо. Все остальное время он скучающе листал ленту в вк. В такой обстановке хотелось заснуть и желательно никогда не проснуться. А все потому, что его лучший друг заболел ОРВИ, а с другими он просто не общался. По окончанию школьного дня, Тушенцов выходит из здания, на ходу застегивая куртку и поправляя рюкзак на плече. Выискав нужную машину, тот дёргает за ручку и садится в салон, в котором гораздо теплее, чем на улице.       — Куда ездил?       — Снова в магазин.       На этом их диалог оборвался от внезапного звонка на телефон Дани.       За весь разговор можно было понять, что звонили ему с работы и были явно недовольны. Но это не касается Руслана, поэтому он предпочел помолчать.       После продолжительного разговора Данил швырнул от злости телефон на бардачок машины.       — Всё так плохо? — решил поинтересоваться Руслан после минутного напряжённого молчания. Кашин выглядел сурово, и это сказалось на его взгляде. Жестокий и холодный.       — Не лезь, — отрезал он и свернул за поворот на пути к дому. — Извини, сорвался, на работе полный завал, ничего не успеваю, — в его глазах промелькнуло сожаление.       Вдруг на мгновение они столкнулись взглядами, и Данил спросил:       — Почему ты постоянно так на меня смотришь? Как будто сожрать хочешь, — этот вопрос сильно смутил Руслана, казалось, что взгляды были незаметными и мимолетными, но чтобы так: он явно об этом не подумал.       — Обычно смотрю, не накручивай.       И снова разговор зашёл в тупик. Смущение и неловкость Руслана перекрывает все ходы для развития диалога, и он остаётся стоять на мёртвой точке, так и не сдвинувшись.

***

      — Русь, я тебе чипсы купил, — Руслан снимает наушники и выходит из комнаты, наблюдая за Данилой. Из пакета он достаёт большую пачку чипсов с крабом. — Надеюсь, я не прогадал со вкусом       Тушенцов хватает пачку и с довольным лицом говорит:       — Мои любимые. Спасибо большое.       Чипсы он не ел, наверное, уже как месяца четыре точно. То у матери денег нет, то у матери денег нет. Другого варианта не было. В принципе, сам он тоже не особо рвался за подобной едой. Только домашняя, так его мать воспитала.       Только Руслан собрался в свою комнату, как его остановила речь Кашина:       — А обнять в благодарность? — тот расставил руки для принятия объятий. Ладошки Тушенцова вмиг сжались и вспотели, а мысли в голове уже вырисовывали все, на что фантазии хватило.       Руслан скромно сделал шаг навстречу и обнял теплое тело руками так, что на чужой спине они уже встречались. Он вдохнул аромат, исходящий от Данилы. Тот напоминал вишню с кедрой ореха. Он прижался к груди Кашина щекой и словно растаял в этом тепле. Для Руслана прошла целая вечность, а для Дани всего полминуты. Отлепившись, Тушенцов ушёл в свою комнату, не проронив ни слова. А ожог на той самой правой щеке остался, возможно, даже никем не замеченный.

***

      Каждое учебное утро теперь уже вроде как семья садилась в машину, и Данил подвозил Юлика с Русланом до школы, а сам с Еленой ехал на работу. Из-за работы зачастую его не бывает дома с утра, но иногда переменчивый график даёт на неделе не два выходных, а четыре. И в последнее время из-за малой нагрузки и волокиты с бумажками Данил часто бывает дома. Юлик предпочитает оставаться на ночевке с друзьями, и Даня вроде бы ему доверял, но значимо сокращал общение между Русланом и Юлием по самым разным причинам, что ужасно раздражало обоих. Даже для Юлика не была под секретом ориентация Тушенцова, но все равно мотивы для отстранения были непонятны.       С вечера в классную группу написали, что физрук заболел какой-то хворью и приходить нужно ко второму. Поэтому проснувшись с утра как обычно, он оповестил всех сей прекрасной новостью и планировал лечь обратно, но Данил вновь нарушил его планы.       — Одевайся, заедем ко мне на работу, а потом сразу отвезу тебя.       Руслан покорно все выполнил и уже спустя час был собран, умыт и сыт. Когда они подъехали втроем к офису и мать Тушенцова вышла, Руслан задержал Данилу.       — Зачем ты постоянно отталкиваешь нас с Юликом друг от друга?       — О чем ты?       — Ты понимаешь, о чем я.       — Не занимай меня всякой ерундой, мне работать надо, — он кинул загадочный взгляд (в мексиканской шляпi) и вышел из машины, закрыв её.       Теперь Руслан чувствует себя рядом с ним ещё более неуверенно.       По дороге к школе они разговорились.       — Что такой грустный? Со своим парнем поругался? — в конце он как-то вяло хихикнул.       — Нет его у меня, откуда ты вообще это взял?       Дальше разговор не клеился никак, Данил думал, как выплыть из этой ситуации шутками, а Руслан стал ещё мрачнее тучи. А все из-за сна на утро. Обрывистый, местами забытый. Который вогнал Руслана в некую смуту.

***

      На улице вечер. Руслан стоит с Данилой св тёмной прихожей и шепчет ему на ухо что-то про побег и опасности, ожидающие их за дверью с минуты на минуту. Руслан не верит и отворачивается от этой затеи только так, пытаясь уйти. Крепкие руки Данилы на кистях мешают ему это сделать.       — Почему я должен тебе верить? Назови мне хоть одну причину, — Руслан хмурится, пуще прежнего вырывается, словно хочет спрятаться, но один. Страх перед чем-то трепещет душу, но вида он не подаёт. Храбрый.       — Подожди ты, стой смирно! — Данил нарушает эту идилию шепота и словно переходит на крик, не опасаясь быть услышанным.       Он облизывает губы и оборачивается по сторонам, проверяя, точно ли они одни, а после кладёт руку на щеку Руслана и притягивает к себе, целуя влажными губами. Внутри Тушенцова все сжимается, он словно пытается отстраниться, но на душе так тепло и спокойно, будто и проблем вовсе нет, и свернуть горы вместе они готовы. Внизу живота приятно потягивает, но он не замечает и продолжает отвечать на поцелуй. Кажется, местами резковато и грубо, будто ждал этого момента всю жизнь.       Но в один момент они расцепляются, и Даня спрашивает:       — Ну что, поверил?       Пол в мгновение ока становится липким, мерзким, почему-то у Руслана ассоциирующимся со спермой, и они скрываются за дверью, вперёд к неизвестности.

***

      На утро у Руслана был не хилый стояк, который был в тот же час повержен.       Что это был за сон и о чем он, все-таки Руслан не понял. Но он понял одно — Дани в его жизни стало слишком много, и в какой то степени это напрягало.       — Приехали, выходи, — машина остановилась у ворот школы, и сказав негромкое «спасибо», Руслан хватает рюкзак за лямку и выскакивает из машины, прихлопывая дверью, возможно, даже сильнее обычного.       Погода сегодня по-настоящему морозная. Снег хрустит под ногами, прямо как дверь в школу.       Спустя десять минут Руслан уже сидел за партой и ловил слова, разрубленные напополам, перекрученные в мясорубке, что издавала математичка, объясняя какие-то доказательства фигур, и вновь бубнила про егэ.       Сидя за третьей партой первого рядом прямо у окна, ему было очень интересно наблюдать за теми людьми, которые кажутся свободными, но по-прежнему зависимы. Среди них он разглядел рыжего парня в чёрной куртке. Данил? Когда он повернул голову в сторону Руслана, последний понял, что это далеко не тот, который ему представлялся. Он был худее раза в три, при всем ещё и ниже.       И чем же сейчас занимается Данил?       — Руслан, повтори второе доказательство, — спрашивает у него Григорьевна, встав в позу, источающую недовольство.       Руслан был нем, как рыба, поэтому отстала она быстро. Но перед этим снова повторила, что не знает, как они собираются сдавать егэ. В рот бы его ебали.