***
К нужному дому добирались пешком. Геральт не захотел светить машину в центре города. Хотя Витольд был уверен, что разницы немного: городок маленький, если кто заприметил чужую машину, то знали уже все, где бы ее не оставили. Дом, если кто-то покосившееся недоразумение осмеливался так называть, был абсолютно весь покрыт мхом и какой-то противной зеленой слизью. Что это, Витольд не знал, но точно решил, что живым людям ее касаться не стоит. Дверь присутствовала номинально. Она, конечно, скрывала то, что находится внутри, но защитить от чего-либо или банально полностью закрыться, не развалившись, не смогла бы. — Ты уверен, что она там? Лично я, будь вполне себе красивой девушкой, еще и при хоть каких-то деньгах, никогда бы не решился зайти в «это». Геральт встретил укол молча. Время подходило уже к шести часам утра, но город так и не порадовал звуками. Это настораживало. Дом перед ним выглядел таким же мертвым, как и остальные, а это уже пугало. Не долго поколебавшись, Геральт аккуратно распахнул дверь. Витольд невесело усмехнулся. Он был уверен, что если бы организм ведьмаков позволял, то Геральт бы сильно побледнел сейчас, а пальцы его мелко дрожали бы. Он сильно волновался не то из-за долгой разлуки с Шани, не то из-за смутного, пока ничем не обоснованного страха за ее жизнь. Фон Эверек не успел сделать и шагу, как его тут же охватила волна леденящего ужаса, и что было самое страшное: это чувство не принадлежало ему. Оно исходило от Геральта. «Зараза!». Не тратя больше времени на чисто формальный проход через дверь, Витольд мгновенно оказался рядом с ведьмаком. И картина, развернувшаяся перед ним, была не очень радостной. В небольшой, спрятанной в недрах дома комнатке царил бардак: вещи валялись в хаотичном порядке; ножи в нескольких местах насквозь пробили стены; перья от подушки и матраца усеивали грязный земляной пол. А в середине всего этого хаоса лежала сжавшаяся в клубок, с голубой, покрытой инеем кожей рыжеволосая девушка в легком зеленом платьице, которое Витольд видел на ней в их первую встречу, долгие годы назад. «Шани! — Витольд не удержался от восклицания. — Шани! ». Геральт стоял в дверях комнаты как громом пораженный. Оно и понятно. Его чувства к Шани были самые чистые, самые сокровенные, чем чувства к любой другой девушке, и Витольд знал это слишком хорошо, чтобы просто остаться стоять. Ему хотелось броситься на весь свет, клясть богов и проклинать бестолковую, быстротечную жизнь, но он сдержался. Только медленно присел у ее тела. И вздрогнул. Он не чувствовал от нее холода, который обычно исходил от тел, чьи души покинули свою земную обитель. Она была жива. Эта же мысль передалась и Геральту. В немом недоумении он смотрел на Витольда, будто не понимая, что происходит. — Хрен ли ты встал, ебанько? Тащи ее в машину, пока я осмотрюсь здесь! Геральт, не тратя времени, сорвался с места, и вскоре Витольд уже не слышал его шагов на мостовой, значит скоро будут в машине. Снова повисла гробовая тишина. Единственное, что все еще напоминало о присутствии в городе кого-то живого — яркая смесь эмоций ведьмака, которая упорно не желала покидать Витольда. «Так, с чего там обычно начинал Геральт?» Витольд честно вглядывался в разбросанные вещи, смотрел на слизь на стенах дома, но толку от этого не было никакого. Обычно фон Эверек был на подхвате, иногда подкидывая Геральту идеи, где искать следы. Всем остальным ведьмак занимался сам, но Геральту сейчас самая малость было не до следов. В конце концов забив на беспочвенные попытки что-то разглядеть, Витольд решил воспользоваться своими методами. Для начала он основательно пролетелся по городу, отмечая во всех встретившихся домах подобную неразбериху и таких же полуживых людей. Уже что-то. Затем, немного пошарив «сквозь документы» коменданта, вынес следующее: где-то за городом был приобретен участок, который ранее был в ведомости давно заброшенной лечебницы. И если верить личному дневнику коменданта, то после начала работ по эксплуатации этого участка в городе стали происходить странные вещи. Дальше шел ужасно неразборчивый почерк дрожащей рукой, так что понять какие именно вещи произошли Витольд не смог, но был точно уверен, что банальной ловлей эндриаг тут не отделаться. Речь вероятно шла о проклятье.***
К Геральту Витольд пришел около полудня. И был несказанно рад, что это ужасное состояние растерянности и страха отпустило его, вернув на законное место привычные холодность и расчетливость. — Как она? — дух с беспокойством взглянул на Шани. Девушка спала на задних сиденьях автомобиля и выглядела уже вполне живой, только немного бледной, видимо тепло пошло ей на пользу. — В сознание она так и не пришла. — Ну это еще ничего страшного, успеется. А вот ты послушай, что я тебе расскажу, — пользуясь случаем, Витольд попытался как можно короче пересказать историю своих похождений, но старые привычки брали свое, и рассказ все же вышел долгим и красочным, каким он бывал только у Витольда. На очередной похвале своей смекалке и находчивости Витольд прервался. Он первым почувствовал, что Шани приходит в себя. Как дух он не мог реагировать на пульс или дыхание, но любые изменения энергии он ловил на лету. Девушка сонно завозилась и открыла глаза. Сквозь туманную дымку перед глазами Шани узнала знакомый силуэт. Белые волосы, спадающие на плечи, черная экипировка. Геральт. Отойти от сна оказалось труднее, чем Шани предполагала, но проснуться надо. Решив, что просто валяясь в себя не придешь, она поднялась рывком и тут же чуть не упала обратно, не рассчитав расстояние между сиденьями и высоту потолка, но сильные мужские руки тут же мягко поддержали ее. — Геральт, — она слабо улыбнулась, поймав обеспокоенный взгляд его янтарных, отражающих солнечные лучи глаз. — Ох, Шани, милая… — всплеснул руками Витольд и тут же, наклонившись к ведьмаку, мысленно прошептал. — Обними ее, дурень, не стой столбом… Но ведьмак, что-то для себя решив, осторожно усадил девушку обратно на кресло, ни на грамм не перейдя границу дружеского расположения. — Геральт, что ты делаешь? Ох, такой шанс упустить… «Замолкни!» — коротко парировал тот, снова переключив внимание на Шани. — Ты в порядке? — Да, — она поморщилась от легкого головокружения. — Спасибо. Не сразу осознав, что она сидит рядом с вполне себе реальным Геральтом, она спохватилась: — Геральт, ты здесь? То есть… идем скорее… — Шани почти силком выволокла его на улицу. — Здесь все пошло не так… — Шани… — Мы должны что-то сделать, — никак не отреагировав на оклик, продолжила она. — Времени слишком мало, нам нужно… — Шани! —Геральт дернул ее за руку. — Дай вставить хоть слово! Девушка тут же смешалась под его пристальным взглядом. В такие моменты, когда Геральт был особенно серьезен, она как никогда ощущала сильную разницу их возраста. «Зачем же ты так? Не видишь, что девочка напугана? Обними ее, скажи что-нибудь ласковое, уверяю, она готова будет слушать тебя хоть до захода солнца». «Не думаю, что у нас будет столько времени». — Времени для чего? — Геральт мысленно выругался, кажется последнюю фразу он сказал в слух. — Послушай, Шани, — ведьмак произнес ответ не впопад, но не объяснять же ей что у него есть личное приведение. — Сначала мне нужно разобраться в том, что произошло. Успокойся, и расскажи мне все по порядку. Шани глубоко вздохнула. Ей потребовалось время, чтобы взять себя в руки, и когда она заговорила голос ее звучал размеренно и твердо: — Я здесь проездом: командировка в Аэдирн. В город я приехала незадолго до заката, но, к своему удивлению, на улицах никого не нашла. Я хотела заглянуть в корчму, но не успела, — она не совсем могла подобрать слова. — Сюда пришли… мертвые. — Призраки? — Нет, — Шани покачала головой. — Ходячие мертвецы. Как зомби, только с обгоревшей кожей. А во главе их какой-то туманный силуэт. — Что еще ты помнишь? — Было ужасно холодно, и пахло пожаром. Я спряталась в ближайшем доме и позвонила тебе. Потом я видимо потеряла сознание. «Может быть спросишь ее о больнице? — мысленную тишину разорвал недовольный голос Витольда. — В конце концов она врач, может какие байки и слышала.» Геральт кивнул, как бы принимая рассказ и одновременно давая понять Витольду, что понял его. Однако, к сожалению, обоих мужчин, о заброшенной клинике Шани не знала ничего, кроме года ее закрытия. — Видимо, придется работать с архивом, — грустно констатировал ведьмак, предвосхищая всевозможные пыльные книги, листки и документы, которые не разгребались годами. Помня прошлый визит, Геральт имел очень хорошее представление о предстоящей работе. Но к немалому облегчению его выручила Шани: — Я могу заняться поиском информации, — несколько нерешительно предложила она, и Геральт не стал противиться, условившись встретиться с ней около машины на закате. Людей, оставшихся в домах, было решено пока что не трогать. Всех все равно не отогреть, а в случае опасности еще и не защитить. «Дурак! — неожиданно шикнул Витольд, когда Геральт уже собирался уходить. — Идиот! Это же Флотзам. Тут и днем тварей полным-полно, а ты ее до темноты оставить хочешь?» Геральт нагло проигнорировал выпад. Он, конечно, беспокоился о Шани, но был уверен, что до захода солнца угрожать ей ничего не будет. В конце концов город сейчас не кишит монстрами, значит и еще пару часов не будет. «Хоть пистолет ей дай. Мне так будет спокойней». Геральт про себя закатил глаза, но искомое оружие Шани протянул, хотя искренне не понимал, как двенадцать патронов могут от чего-то уберечь неопытную в охоте на монстров девушку, но если Витольда такое положение вещей устроит, то от одного пистолета оружейный арсенал ведьмака не сильно уменьшится. «А теперь скажи ей, чтобы была осторожна, берегла себя, что она тебе дорога, и ты всегда придешь на помощь. ГЕРАЛЬТ! Ну Геральт… не молчи! ». Но ведьмак лишь молча развернулся и направился в сторону бывшей психиатрической клиники.