Сокрытая душа (The Occluded soul)

— Где он? — требовательно спросила Гермиона, врываясь в дом. Ее мать указала в сторону их со Снейпом комнат, и девушка направилась туда, оставив своих родителей сидеть на кухне с растерянным и встревоженным видом. Поднявшись наверх, она забарабанила в дверь. Когда ответа не последовало, Гермиона достала свою палочку. Дверь распахнулась настежь и, ударившись о стену, отскочила обратно. Гермиона подняла руку, чтобы поймать ее, и, захлопнув ее за собой, вошла в комнату. — Что, черт побери, это было? — закричала она. Снейп сидел в кресле, опершись локтями на колени и опустив голову. Он не ответил, но этого и не требовалось. Гермиона и так чувствовала волны его стыда и растерянного гнева вместе с сильным отвращением к самому себе, которого на самом деле какое-то время не хватало. — Подними свои щиты, я не могу ясно мыслить, когда твои чувства блуждают по комнате, — резко сказала она. Снейп поднял голову и посмотрел на нее с такой яростью и негодованием, что колени девушки подогнулись, и ей пришлось сесть на кровать. — Они уже подняты, — сказал он хриплым голосом. — Что, черт возьми, ты наделал, Снейп? Как ты преодолел такое расстояние? Почему я теперь могу читать тебя как открытую книгу? Я чувствую тебя так, будто ты не просто в этой комнате — ты снова в моем сознании, — Гермиона посмотрела на открытую книгу, которая лежала у него на столе. — Ты укрепил связь, — прошептала она. Девушка перевела взгляд на его лицо. — Зачем? — Ради Поттера. Он должен выяснить, есть ли другие крестражи. Ты сама сказала мне исследовать это, когда отдала книгу. — И ты не сказал мне об этом заранее, чтобы не повлиять на результат? Он сделал уклончивый жест и отвернулся от нее. — Ты не можешь солгать мне сейчас, правда? — прошептала она. — Почему? У тебя, кажется, нет проблем, чтобы лгать самому себе, Северус. Ты сделал это не ради Гарри. Ты запаниковал, ведь так? Ты каким-то образом узнал, что я столкнулась со своим бывшим любовником, и тебя это задело, да? Ты можешь сидеть тут и пытаться оправдать все, что захочешь. Зная тебя, я не удивлюсь, если завтра к этому времени ты даже поверишь в то, что сам себе напридумывал. Но я здесь, Снейп. И ты не сможешь спрятаться от меня. Признай это. Ты сделал нечто совершенно глупое, просто потому что испугался, что потеряешь меня, не так ли? Ты не хочешь меня, но и никто другой не должен меня получить? Как банально. Почему ты не можешь признать, что неравнодушен ко мне? Лицо Снейпа наполнилось яростью, он вскочил со стула и навис над ней. — Забудь об этом, глупая девчонка! То, чего ты хочешь, никогда не случится! Я сделал это ради Поттера! Я всё делаю только ради Поттера! Для тебя и твоих маленьких жалких фантазий ничего не остаётся! Тебе пора повзрослеть, Гермиона! Она вздрогнула от внезапной силы его ненависти и гнева. Ненависть. Он ненавидел ее. Девушка чувствовала, как та льется из него как ядовитый газ. Гермиона спрыгнула с кровати и выбежала из комнаты. Ее мать стояла на кухне с распростертыми объятиями, и, несмотря на слова Снейпа о ее незрелости или, наоборот, из-за них, Гермиона бросилась прямо в объятия матери. Она не выдержала и разрыдалась, пока Хелен гладила ее по спине. — Он меня ненавидит, мама, — жалобно бормотала девушка. — Нет, ягненок. Он ненавидит себя. С этим ничего не поделаешь. Ты не сможешь его изменить, Гермиона. Ты можешь только принять его таким, какой он есть, и если этого тебе недостаточно, тогда тебе стоит двигаться дальше, — Хелен крепко обняла свою дочь. — Я понимаю, что ты нашла в нем, дорогая, но он слишком сломлен. Я думаю, что он хочет, чтобы ты ненавидела его, потому что это было бы проще. Ненависть — это то, что он понимает. Это не самая здоровая реакция, но это так. Даже твой отец не знает, о ком из вас следует больше волноваться. — Ты права, — Гермиона отстранилась и вытерла лицо рукавом, пока мать ласково поправляла ей волосы. — Мне нужно побыть одной. Я уйду ненадолго. — Куда ты пойдешь? — Искать Мызу Грейнджеров, — ответила Гермиона. *** Она аппарировала к небольшой рощице рядом с кладбищем в Хауорте. Гермиона приходила сюда дважды со своей матерью, когда была ребёнком, и ещё много раз, будучи уже взрослой, потакая своей любви ко всему, что связано с Бронте. Некоторое время девушка шла вдоль надгробных плит. Она обошла дом священника, а затем направилась прочь искать вересковую пустошь из её сна. Гермиона воспользовалась согревающими чарами, когда вечерний холод стал пробирать ее насквозь, но затем, разогревшись от долгой ходьбы, отменила заклинание. Ветер завывал вокруг нее. Девушка постоянно поднимала глаза к горизонту и осматривалась, пытаясь найти что-то знакомое — какое-нибудь знаковое место из своего сна. Она решила продолжать идти, пока не найдет его. Гермиона прошла много миль, тщетно обыскивая поля, солнце уже клонилось за горизонт и ее надежда постепенно угасала. На вершине одинокого холма она остановилась и огляделась. Слезы текли по ее лицу, когда боль, которая росла в ее груди, наконец вырвалась наружу и оставила ее в ужасной агонии. Девушка, всхлипывая, склонила голову и обняла себя. Последние лучи солнца осветили поля, когда Гермиона подняла голову, услышав шаги. Иррациональная надежда наполнила ее, и она обернулась. Сердце девушки остановилось, когда она увидела, как Северус идёт к ней навстречу, и ветер треплет его одежду. Гермиона откинула волосы и разглядела страдание на его лице. — Что ты здесь делаешь? — требовательно спросил Снейп, приближаясь. — Оплакиваю нечто прекрасное, — ответила Гермиона. — Зачем ты здесь? Зачем ты пошёл за мной? Он поднял руку и приложил её к своей груди. — Не мог вынести твою боль, — Северус остановился перед ней, и они стояли и смотрели друг на друга. Их отчаяние и боль кружились вокруг них, не давая возможности определить, кому из них эти чувства принадлежат. Снейп сделал ещё один шаг к ней и поднёс руку к ее лицу. Он медленно опустил голову, притягивая её лицо ближе к себе, продолжая неотрывно смотреть ей в глаза. Гермиона могла чувствовать его тревогу и ненависть, борющиеся с его желанием и потребностью. Северус поцеловал ее. Глаза девушки закрылись, и ее сердце отчаянно забилось в груди, когда она поцеловала его в ответ. Гермиона протянула руку и обхватила его лицо, чувствуя грубую щетину и его тепло. Тепло… Оно исходило от Северуса и обвивалось вокруг нее. Гермиона захныкала от наслаждения. Она почувствовала, как его удовольствие растёт, и поняла, что они попали в замкнутый круг: ее эмоции подстегивали его ощущения и сами усиливались в ответ. Снейп обхватил обеими руками её лицо и углубил поцелуй, его язык скользнул внутрь и захватил ее. Гермиона упивалась звуками его рваного дыхания и редким рычанием в глубине его горла от ее прикосновений. «Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне». Она не могла насытиться им. Девушка запустила одну руку в его волосы и поднялась на цыпочках, а его руки оторвались от ее лица и обняли ее, прижимая к себе. Его потребность затопила их. Их обоих затрясло, и поцелуй стал неистовым, отчаянным. Гермиона почувствовала, как его пальцы заскользили по ее бокам к груди, застонав, она прервала поцелуй в ожидании его прикосновения. Но этого не случилось. Снейп сжал ее ребра, чуть ниже того места, где она так хотела его. С криком он оттолкнулся от неё и отступил. Гермиона открыла глаза и увидела, как он стоит перед ней: его грудь тяжело вздымалась, а лицо было полно тоски. — Ты думала, что хочешь этого? — спросил он прерывисто, тяжело дыша. — Да! — выдохнула она. Снейп покачал головой, его лицо было маской отчаяния. — Ты не понимаешь, — воскликнул он. — Это не то! Это совсем не то, что ты хочешь! — Как ты можешь так говорить? Как ты можешь целовать меня так, и продолжать думать, что я тебя не хочу? — Потому что я развратил тебя! Моя душа тебя запятнала! — Северус поднял трясущуюся руку и провел ею по волосам, оглядывая темнеющую пустошь. — Посмотри, куда ты сбежала, Грейнджер. Это не твой сон. Твоего сна не существует. — Почему?! Почему его не существует? Потому что ты этого не хочешь? — Потому что это чертовски неправильно! — Почему? — Потому что я слишком стар! Потому что ты слишком молода. Потому что я чувствую, что предаю то, что считал священным столько лет. Потому что от идеи переспать с одной из своих студенток меня тошнит. Гермиона, есть сотня причин. Это не мы. Это магия души. Я не тот, кого ты действительно хочешь. Я никогда не был и никогда не буду. — Я не твоя студентка, — грустно сказала Гермиона. — Я не могу опровергнуть многие другие твои доводы, но могу этот. Я уже шесть лет не твоя студентка. Расскажи мне, Снейп. Что ты уже успел пережить, когда тебе исполнилось двадцать четыре года? Насколько тебе было бы приятно в тот момент, если бы к тебе постоянно относились так, будто ты понятия не имеешь, что значит быть взрослым? — она снова убрала волосы с лица, прежде чем взглянуть на него и покачала головой. — Я знаю, ты думаешь, что у нас нет выбора, но ты ошибаешься. Если ты… — Я не ошибаюсь! Ты просто видишь только то, что хочешь! — он поднял руку, как бы пытаясь вернуть слова, но снова уронил ее. Мягким, грустным голосом он сказал: — Пожалуйста, Гермиона. Посмотри на это с логической точки зрения. Ты увидишь, что я говорю правду. Это, — он махнул рукой между ними, — это ненастоящее. С последним приступом сожаления на лице он отступил и аппарировал прочь, оставив ее одну во мраке тумана, который начал подниматься вокруг нее. *** На следующий день Гермиона вошла в его лабораторию с пачкой заметок. Плечи Снейпа приподнялись, когда она подошла, и девушка изо всех сил старалась сохранять спокойствие и беспристрастность своих мыслей, чтобы не отпугнуть его. — Тебе нужно прочитать мои записи, — сказала она, положив их в сторонке на стол. — Вчера вечером, когда ты смог найти меня, ты доказал, что связь Гарри можно усилить и использовать для поиска либо самого Темного Лорда, либо частей его души. Это то, что нам может помочь. Однако ты должен исключить любые ошибочные выводы, которые ты уже сделал, иначе твоё понимание ситуации будет безнадежно испорчено и вся полезность для проекта будет сведена на нет. Снейп повернулся и посмотрел на нее. Гермиона почувствовала, что его любопытство взяло вверх над его защитной реакцией и постоянным самобичеванием. — Я сделала перекрестные ссылки на соответствующие отрывки, чтобы тебе было легче найти материал в источниках. Я сейчас отправляюсь на Гриммо, у меня встреча с Гарри, чтобы обрисовать ему наше новое направление. Я была бы признательна, если бы ты изучил этот материал в ближайшее время, так как ты мог бы помочь направить его исследования. Вы с Гарри намного лучше в окклюменции, чем я, и было бы лучше, если бы вы двое работали вместе. Северус повернул голову и бросил взгляд на стопку пергаментов, прежде чем снова взглянуть на нее. — Я уделю этому все свое внимание, как только закончу, — ответил он. Гермиона кивнула, повернулась и ушла, прежде чем ее близость к нему пробудила бы в ней эмоции и все испортила. Достаточно было того, что Снейп согласился прочитать ее записи. Позже они могли разобраться с последствиями того, что они содержали. Она знала, что он плохо отреагирует, когда столкнется с доказательством того, что это влечение к ней было его собственной инициативой, а не каким-либо магическим принуждением. Гермиона только надеялась, что ее все еще не будет дома, когда он это наконец поймет. *** Гермиона была уставшей и голодной, когда около полуночи аппарировала обратно во двор их дома. Они плодотворно провели время. Гарри проделал огромную работу по визуализации своей связи с Волан-де-Мортом. Он даже зашел так далеко, что взял перо и набросал, что именно он видел. Гарри неплохо понимал теорию, лежащую в основе готовности, и был привержен идее использования этой связи во благо. Предстояло проделать ещё много работы, прежде чем они смогли бы начать использовать это, но день приближался. Близилось финальное противостояние. Все это чувствовали. Девушка толкнула дверь на кухню и остановилась. В воздухе витало тяжелое ощущение ожидания. Она вытащила палочку и огляделась, не найдя никого, чье присутствие могло бы объяснить это чувство. Гермиона сосредоточилась на своих ощущениях и нашла тонкую нить связи с Северусом. Проследовав по ней к источнику, девушка обнаружила ставшие привычными беспокойство и самообвинения. Но что ещё она нашла, так это, смешанный с его чувствами, крошечный проблеск надежды, скрытый за исключительно академическим интересом. Итак. Это была проверка. Но, кажется, в комнате было что-то ещё. Гермиона прошла дальше и прошептала: — Люмос. Там, под чарами стазиса, стояла тарелка с едой. Её желудок заурчал при виде неё. Они с Гарри были слишком заняты, чтобы прерваться и перекусить. Увидеть тарелку с ужином, ждущую ее — было слишком, это заставило её прослезиться. Гермиона села и сняла чары. Её глаза закрылись от удовольствия, когда она попробовала первый кусочек жареного цыпленка ее матери. В этот момент девушка почувствовала волну чужого удовлетворения. Мало того, что она смогла распознать воздействие его магии и сориентироваться в ней, она смогла проследить ее до источника, к нему. Это был прекрасный прогресс. Теперь стало ясно, что Гарри на самом деле не обязательно было приближаться непосредственно к Темному Лорду, чтобы найти его, достаточно было оказаться рядом с тем, на что тот подействовал своей магией. Только что было доказано две вещи. Помимо успешного эксперимента с их связью, было очевидно, что Снейп знал, что она голодна, и позаботился о том, чтобы что-то с этим сделать. Если бы он был зол из-за того, что прочитал в её заметках, он, вероятно, с радостью позволил бы ей голодать. Гермиона улыбнулась и повернула голову в сторону его комнаты. Это было начало.