Твоё имя на теле

Джек добрался до города, когда уже была ночь. Очень кстати. Было бы утро– стало бы невозможно искать временное укрытие. А так можно походить спокойно, посмотреть...и подумать.. Монохромному не обязательно, конечно, где-то жить, но всё же в плохую погоду сидеть на улице не очень хочется. Спустя час он заприметил один частный дом. Тот будто только недавно был построен. Веяло новизной. И пустотой. Не похоже, что там кто-то живёт, хоть он и выглядит вполне жилым. И свет там горит. Тихо забравшись на явно никому не нужный чердак, он устроился поудобнее на полу и посмотрел в окно. Домик был не далеко от леса. Лёгкий ветер мерно качал верхушки, был слышен шум листвы и ленивая музыка дупел, в которые влетал игривый ночной ветерок. Его можно сравнить с ребёнком. Летает себе по миру, норовя заглянуть в каждый уголок, каждую щелку. Узнать что-то новое. Проиграть недавно придуманную мелодию и не важно, на чём. Будь то сломаные стебли камыша на пустом и одиноком болоте, или же трубы на какой-нибудь стройке. Играть с листьями, травой и цветами на лугу, а зимой ловить падающие на землю снежинки, пускать их в своеобразный танец. Джек невольно думал о том, какая погода по душе его паре. Каждая по своему хороша. Например, стоя под дождём и задрав голову к небу, можно просто наслаждаться падающими на лицо каплями. Стекая по щекам, губам и шее вниз, падая на землю, они будто уносят с собой все проблемы. Сейчас в этом мире нет ничего, кроме тебя и дождя. Кроме его тихой колыбельной. Клоун слегка улыбнулся, представляя, как он стоит под дождём со своим соулмейтом. Ему хотелось верить, что у них всё может получиться. Что его не отвергнут. Джек немного ошарашен тем, что с появлением этого имени он стал немного человечнее в плане чувств. Раньше он испытывал только сумасшедшую радость, экстаз от убийств или ярость, но сейчас...он чувствовал лёгкую радость...и нежность? Скорее всего её, потому что ему было приятно представлять, что его могут полюбить. Нечто тёплое разливалось в груди в этот момент... ... Дождь закончился под утро. Брайан за это время прочитал одну из книг, что он забрал из прошлого дома, и даже успел подремать. Только он встал со стула, собираясь взять рюкзак и, наконец, выйти из дома, а потом уже и из посёлка, как его пронзила резкая боль в районе лопаток. Он чуть было не упал на пыльный пол, но успел опереться о стол. Через пару минут боль прекратилась. Худи жадно набрал ртом воздух. Сам не заметил, как задержал дыхание от неожиданности. Придя в себя, он ощупал то место, в которое недавно будто вкололи тысячу игл одновременно. Кожа гладкая, как и обычно. Бри не сомневался – там появились слова. Возможно прозвище или другая вариация имени. Только вот посмотреть на неё он пока не может. От этого стало грустно...а ещё захотелось быстрее добраться до следующего города и найти зеркало. Брайан сложил обратно в рюкзак всё, что достал недавно и отправился в город. По пути он аккуратно спиздил с прилавков в магазине немного еды. На улицах пока никого не было. Ещё слишком рано. ... Шёл он дня три, не меньше. Первая мысль, возникшая в голове, говорила быстрее найти пустой дом с зеркалом, но здравый смысл настаивал на том, что бы он дождался ночи и пока не совался в дома и в сам город. Брайан послушал второго, понимая, что если он покажется на людях, то ничем хорошим это не кончится. Решив побродить по лесу до вечера, он и не заметил, что чаща как-то изменилась...деревья стали темнее и чуть тоньше, листва почти не пропускала свет, создавая иллюзию сумерек. Здесь почти не было птиц, вокруг очень тихо. Даже ветер не гуляет. Самое странное...что сколько бы Бри не шёл назад, он не мог выйти из этой части леса. Он был будто бесконечным. В конце концов, поняв, что все попытки выйти бесполезны, Худи сел под одно из деревьев. Ходить без перерыва несколько часов очень утомительно. Спустя минут пятнадцать он почувствовал себя не хорошо. Начала кружиться голова, а после и сильно гудеть. Оглядевшись и поймав взглядом нечто странное, он присмотрелся. Это было что-то напоминающее человека: высокое, очень тощее существо стояло прямо, не шевелилось и будто буравило Бри взглядом глаз, которых не было. Как и в принципе лица. Хотелось убежать, но тело вдруг стало таким невыносимо тяжёлым, что невозможно было пошевелить и пальцем. Он сам не понял, как вырубился. ... Только Сатане известно, сколько времени прошло. Брайан очнулся и ели как открыл глаза. Голова всё ещё гудела, но больше не кружилась. Он в комнате. Довольно чистой. Рядом с кроватью, на которой он лежал, распологалось окно. За ним всё тот же тёмный и, кажется, безграничный лес. Осознавая, что сбежать не получиться и отметя эти мысли в сторону, что бы не мешали, Худи с трудом поднялся с кровати. Подошёл к двери. С малой надеждой подёргал ручку...на удивление не заперто. Он вышел в длинный коридор. Снизу доносились приглушённые голоса. Слабо понимая, зачем и нахуя, грустный смайлик спустился вниз. В кресле расположилось то странное существо, что он увидел перед отключкой, на диване сидели и спорили о чём-то очкастый парень, с гнездом на голове и парень со шрамами на щеках. У того была не естественно белая кожа. Спустя минуту или чуть больше, то существо всё же его заметило и прокашлялось, останавливая перепалку парней и погружая особняк в тишину. После послышался монотонный и ровный голос. – Думал, ты проваляешься в отключке дольше, но вижу, что ошибся. Похвально. – он плавно поднялся с кресла и поправил галстук – Добро пожаловать в мой особняк, Брайан. Он перевёл взгляд на очкастого и, назвав его Тоби, попросил представить Бри всех в особняке. Мужчина хотел было начать задавать вопросы, материться в конце концов, но что-то его останавливало и не давало и слова сказать. Это ведь всë это...существо, да? Он ведь из-за него тогда отключился. Сильно же он на психику может влиять, раз тот даже звук выдавить не в силах, будто опозоренный перед всем классом школьник. Нужно поаккуратнее с ним быть... ... На экскурсию пойти пришлось и в таком темпе прошло два часа. Парня дёргало и это заняло чуть больше временни, чем предпологалось. Видимо, у него какая-то болячка. Точнее, синдром, так подобное называется? Вроде Туретта... Наконец он привёл Бри на кухню, где сидели какой-то парень в маске с чëрными прорезями под глаза, от которых шли подтëки и странная собака... – Это вот Смайл, то Беглазый Джек. Ну а это, как видишь, кухня...и наша конечная. Его снова дергануло и он издал непонятный звук. Джек. Погоди-ка..... Лицо Брайана ничего не выражало, но внутри у него была почти паника. Он сдержанно кивнул Тоби и, поблагодарив за экскурсию пошёл в ту комнату, где очнулся. Закрыв дверь, сев на кровать, оперевшись на колени локтями и зарывшись пальцами в волосы он погрузился в мысли. "Ну не может же всё быть так просто...не может он быть моей парой. Я блять его во много раз крупнее!.... Да и выглядит он странно. Слишком странно. Я бы даже сказал жутко.. Хотя чего я так беспокоюсь? Не факт, что это он. Одно имя ни о чём ещё не говорит....." В эту же секунду его словно током прошибло. Воспоминания о боли в районе лопаток почти молниеносно влетели в голову. Бри поднял вгляд и судоржно огляделся, ища зеркало. Оно висело прямо возле двери всё это время. Снял с себя верх, открывая вид на довольно подкаченное тело, Худи подошёл к зеркалу и повернулся к нему спиной. Между лопаток красовалась каллиграфическая надпись: "Смеющийся". Его отпустило. Губы растянулись в слабой улыбке. Почему-то факт того, что его пара не безглазый, очень сильно радовала, хотя они даже толком не знакомы. У него просто вдруг появилось сильное отвращение к нему...