Гореть дотла

— Что происходит? — Линда дернула рукой, словно пытаясь вырвать пальцы из мужской ладони, но Бутчер не отпустил, привлек к себе, попытался обнять, но девушка уперлась, недоверчиво отстранившись. — О чем говорил Хьюи? У тебя что, есть сын? — Никого у меня нет, кроме тебя и Террора. Его, конечно, можно считать за ребенка… За вонявшего псиной, слюнявого, трахающего подушки ребенка, — Билли невесело улыбнулся, — но пацан не мой. Но так вышло, что кроме меня присмотреть за ним некому. Линда слегка расслабилась, однако в глазах еще стыло сомнение. — Почему? Что случилось? — Его мать умерла, а отец — тот еще пидрила. Я вроде как обещал… Бекки умирала, и я дал ей слово, — Билли снова попытался привлечь к себе девушку; ему нужна была поддержка, хоть немного, черт побери! Линда позволила Бутчеру почувствовать себя нужным, даже любимым, он уже так привык к этому, что без нее просто пропадет. И Райан… Линда не заменит ему мать, но пацан нуждался в друзьях, в семье. Расставаться с Линдой Билли не хотел, но и пиздюка бросить не мог; потерять любого из них для Бутчера было равносильно пуле в лоб. Кто бы мог подумать, что он так прикипит к мальчишке-суперу и успеет влюбиться за какие-то пару недель. — Детка, — тихо позвал Билли, — блять, милая, не молчи. Пацан же не виноват, что с его родителями такое дерьмо случилось! — Не виноват, — эхом повторила Линда, поджав губы, и, коротко выдохнув, подняла на мужчину прояснившийся взгляд. — Где он сейчас? — Ну… Типа в государственной школе под присмотром. Это не приют, — торопливо заверил Билли, заметив, как расширились глаза Линды, — мне его пока не доверяют, но я стараюсь навещать пиздюка. Он отличный малый, булочка, смышленый, но немного наивный. Любит лего и в свои восемь лет не умеет кататься на велосипеде. Вы с ним поладите. Ты же не против, да? Между нами ведь все по-прежнему? — Почему ты сразу не рассказал мне о нем? — Линда говорила спокойно, не повышая голоса, однако на какой-то момент ему показалось, что лучше бы она кричала, обвиняла, злилась, потому что такой ровный тон мог свидетельствовать о равнодушии, как будто дела Бутчера ее больше не касались. Больно, настолько, что дышать было тяжело, но Билли заставлял себя беззаботно усмехаться, словно речь шла о пустяках. Подумаешь, скрыл от своей девушки ребенка, мелочь какая. — Как-то случая не представилось. Да и ты не спрашивала про детей. Но я бы все рассказал, клянусь своей селезенкой. Выждал бы еще недельку для верности, и выложил все как есть. И про Райана, и про мою бывшую… — Билли собирался дозировать всю информацию, касавшуюся его разборок с «Vought» и Семеркой; незачем ее в это впутывать. Может, потом, лет через сорок, когда рассказы Бутчера сочтут следствием старческого маразма, а пока хватит с нее и того, что в их маленькой банде планируется пополнение. — Согласен, я сглупил, — продолжал Билли, пока Линда, в одночасье ставшая какой-то отстраненной и как будто чужой, смотрела вниз, на асфальт. — Но все мы, мужики, идиоты. А ты сама мне зеленый свет дала, сама в это ввязалась, так что ты виновата не меньше. — О, неужели? — усмехнулась Линда, не поднимая глаз, однако когда мужчина прижался ладонью к ее щеке, встретилась с ним взглядом. — Ага, — счастливо подтвердил Бутчер, — поэтому я хочу съехаться. А еще — забрать Террора и познакомить тебя с моей тетей. Джуди вообще мировая баба, а от того, что и на меня нашлись добрые руки, будет вообще в восторге. Потом и с пиздюком тебя познакомлю. Охуенно же звучит, булочка! — Похоже, ты без меня все уже решил, — меланхолично заметила Линда; Билли в ту же секунду вскипел. — Да блять я не об этом! Не хочешь жить вместе — похер, ладно, пацана не примешь — как-нибудь переживу. Только я тебе тогда нахера? Все это идет со мной в комплекте, так же, как с тобой — твоя работа, ебанутая соседка с припизднутым сыном и стервозные подружки. Мне похуй, я готов это проглотить, потому что тебя хочу так, что ноги отнимаются, но и от тебя я ждал… Жду того же. Мы же напарники, детка? Партнеры?.. Не знаю… Семья? Блять, пизда Хьюи, уебу его при следующей встрече за то, что пиздит много и не по делу! — Тише, — теперь уже Линда взяла лицо мужчины в ладони, и он враз обмяк, вымотанный признаниями. Кто бы мог подумать, что это дохуя сложно? Девушка гладила лоб и щеки Билли и уже не казалась ему холодной и апатичной; встревоженной и немного грустной, но своей, сочувствующей, теплой и ласковой, такой, какой показалась ему при первой встрече. Билли чуть повернул голову, ткнувшись губами в ладонь Линды, и тут же был вознагражден поцелуем в висок. — Тише, — повторила девушка, зарывшись пальцами в волосы Бутчера, — все нормально. — Да? — он потерся макушкой об ее руку. — Нормально? Ты считаешь, что все нормально? — Относительно, — ответила Линда после секундной паузы, — лучше бы ты сказал мне обо всем сразу. Люблю сюрпризы, но ребенок — это не то, что стоит скрывать. — А если этот ребенок — супер? — пробормотал Билли, не размыкая губ, и Линда ошарашенно поперхнулась. — Чего?! Это шутка? — Нет, пацан и правда умеет фокусничать. Но не волнуйся, он не из тех зажратых уебков, уверенных, что им все можно. Я слежу, чтобы пиздюк не вырос мудаком, так что с этим проблем не будет. Особенно, если рядом будешь ты. Девушка, отдуваясь, уронила голову на плечо Билли. — Знаешь, я как-то не слишком задумывалась еще о детях… — Так я тоже! Зато пиздюк у нас уже взрослый — ни подгузников, ни коликов, ни режущихся зубов: охуенно же! Правда, впереди переходный возраст, средняя школа, поступление в колледж, водительские права… Но мы справимся, да, булочка? Бутчер звонко чмокнул девушку в шею, чувствуя, как кружится голова, словно после бокала бурбона. Линда молчала, однако обнимала его, сунув пальцы за воротник рубашки, и адреналин пел в крови, сердце заходилось в грудной клетке. Самое сложное позади, теперь будет легче; осталось только выбить у ЦРУ разрешение на то, чтобы забрать Райана на выходные, и договориться с тетей. Билли давно не навещал старушку, пора это исправить, а заодно представить на первом за столько лет семейном ужине свою будущую миссис Бутчер. Другого пути у Линды просто нет, только замуж. За него.

***

В баре было многолюдно, но относительно тихо: посетители чинно и мирно сидели за своими столиками, играли в бильярд и в дартс, пили, закусывали и даже не приставали к официанткам. Пожилой темнокожий бармен разливал напитки — виски, джин, пиво, пока молоденькая блондинка смешивала коктейли; Билли искоса наблюдал за ее работой: хлопотливая и юркая, как синичка, она носилась за стойкой, раздавала указания официантам, выносила с кухни тарелки с закусками, расточала улыбки гостям и запросто болтала с ними, как со старыми знакомыми. Когда Француз подошел к барной стойке, девушка и его узнала — подбоченилась, замахнулась на Сержа полотенцем, но не ударила, швырнула на полированную столешницу и по-волчьи прищурила водянисто-голубые глаза. Она молчала, пока Француз о чем-то трепался, а второй бармен собирал заказ: три светлых пива — самое то на начало вечера. Серж забрал кружки, продолжая что-то выговаривать блондинке с улыбкой, такой широкой, что у него начал слегка косить правый глаз. Девушка в ответ только махнула рукой и отвернулась, возвращаясь к другим посетителям. Темнокожий бармен скрылся в подсобке, а Француз, удерживая все три кружки в одной руке, медленно и плавно, будто балерина, направился к их столику. Бутчер в ожидании выпивки грыз кончик зубочистки, ММ сидел, положив руки на стол и сплетя пальцы в замок, озирался по сторонам как в ожидании подвоха; он крутил шеей, раскачивая свою цепочку, толстую, будто ошейник Террора, оглядывался на каждый звон дверного колокольчика и присматривался к компании полицейских, занимавших большой круглый стол в центре зала. Судя по всему, отмечали чье-то назначение: то и дело пили за кого-то, взрывы смеха перемежались с оживленной болтовней, а блондинистая бармен, качая бедрами в узких джинсах, то и дело подходила к их столу и липла к одному из копов, который с удовольствием обнимал ее за талию или брал за руку. Билли хмыкнул: парень ее что ли? Если так, то ужин легавых явно будет со скидкой, а кому-то светит и горячее продолжение. — Прошу, господа, — мягко грассируя, произнес Француз, ставя на стол кружки с пивом, — закуски будут чуть позже. — Без выпендрежа ты не мог, да? — фыркнул ММ; Серж легкомысленно пожал плечами. — Я давно здесь не был. Почему бы не поболтать немного со старыми знакомыми? — в подтверждение своих слов он отсалютовал кружкой полицейскому, который сидел, откинувшись на спинку стула и прижимаясь затылком к животу стоящей позади него блондинки. Тот сухо кивнул в ответ и почти мгновенно отвернулся; кроме девушки копа никто их мимолетного обмена любезностями не заметил. — Ну, mon amie, рассказывай, — потребовал Француз, повернувшись к Бутчеру; ММ согласно закивал, как-то странно усмехнувшись, пока Билли прихлебывал пиво. — Я слышал, что у тебя произошли небольшие перемены в жизни… — Э, нет, — Марвин мотнул головой, вытирая кулаком пивную пену с губ. — Небольшие — это если он купит себе новую рубашку и выбросит нахер этот задрипанный плащ. А тут целое событие! — Самое обидное, — продолжал Серж, скорбно состроив брови домиком, — что мы узнали это от других. С нами никто не захотел поделиться радостью! — Даже в твиттере пост не написал, — подхватил дурашливый тон Француза ММ, пока Билли рассматривал висящие на стенах снимки боксерских боев, делая вид, что не улавливал, о чем речь. Когда блондинка отошла от столика полицейских и направилась к бару, мужчина заметил, что полоска голой кожи на ее боку между красным крок-топом и поясом джинс сплошь покрыта цветной татуировкой. — Друзья так не поступают, — патетично выдал Француз и поспешил запить свое заявление пивом; ММ согласно кивал, фыркая от сдерживаемого смеха, а Билли продолжал разглядывать стены бара, на которых, помимо фотографий, красовались также и награды; почетное место над барной стойкой занимал призовой пояс, а на одном из снимков Бутчер с удивлением узнал бармена: молодого, поджарого и решительного, прямо как Майк Тайсон на минималках. — Мне кажется, или он нас нарочно игнорирует? — ММ, мнительно прищурившись, откинулся на спинку стула; Билли покосился на него, пряча ухмылку в уголках рта, сделал глоток пива и довольно выдохнул, похлопывая себя по животу. Отвечать он не собирался, продолжая нагнетать интригу. Вот же Хьюи пиздюк, всем успел растрепать! Хуже всякой сплетницы; да и эти двое тоже хороши. — Интересно, — провоцирующе начал Марвин, — как она выглядит? — Хьюи сказал, что она очень симпатичная, — выдал Серж, потирая подбородок, — но я не верю. Не могу представить рядом с Бутчером кого-то милого. То же самое, что сказать, будто он завел котенка. Бред же! — Ага, или кормит уток в парке. — Кимико нравятся утки, — вдруг признался Француз, трепетно улыбнувшись, — ходим с ней к озеру каждый день. — Мы когда с Моник только начали встречаться, ездили ночью на пляж. Охуенное время было, — глаза ММ затянуло мечтательной пеленой, — представь себе: звезды, луна, море и мы с ней вдвоем… — И что вы там делали? — язвительно поинтересовался Билли, поставив локти на стол. — Тиляпии ловили? — Ой, иди на хер, — Марвин уязвленно поморщился, скрестив руки на груди. — Много ты понимаешь. Сам-то на подобное не способен со своим ублюдским характером. Первое свидание, мордобой в баре — для тебя все одинаково. — Ну… Смотря, какое свидание. И с кем, — самодовольно изрек Бутчер, — хоть засранный пляж, хоть рыгаловка возле вокзала, похуй, если рядом моя женщина, значит, будет охуенно. — О-la-la, — Француз прищелкнул языком, — как ты заговорил, mon amie… — Мне даже как-то не по себе, — признался ММ, почесывая грудь, просунув пальцы под цепь. — Нет, это нормально, просто слышать от тебя как-то… — Непривычно, — закончил за друга Серж, — все-таки после того, что случилось с Бекки, заводить новые отношения непросто. — Ты еще Сьюзан вспомни. Да, они тогда были не вместе, но их многое связывало, а «Vought»… — ММ придвинулся ближе, понизив голос, — «Vought» взорвали ей голову. — Печальный конец для такой женщины, — вздохнул Француз, — но сейчас все спокойно, самое время заняться своей жизнью, разве не так? Уверен, твоя Моник счастлива, что ты чаще бываешь дома, чем зависаешь с нами, а Кимико стала понемногу приходить в себя после смерти брата. Это нелегко, но она сильная, такая сильная девочка, ma petit. — Жаль, к психологу ее не записать, ей бы не помешало, — ММ шумно отпил пива и вытянул шею, высматривая официантку с их закусками, — но Кимико же не поймет. — Не стоит, это лишнее. Посторонним она по-прежнему не доверяет, и нельзя ее за это винить, — Француз постучал пальцами по столешнице, — однако интересно другое… Как наш общий друг смог познакомиться с барышней и так быстро убедить ее встречаться с ним? При всех его достоинствах как модель Calvin Klein он не выглядит. — Нет, ну, мы с тобой тоже не красавцы, но у Бутчера же на лбу написано «Не подходи близко — уебу», как на трансформаторной будке. — Быть может, девушка любит экстрим? — предположил Серж. — Парашютный спорт, сноубординг… Отношения с Уильямом Бутчером. — Надеюсь, она свою жизнь застраховала, а то мало ли что… — Не уверен, mon amie, что это исправит ситуацию. — Так, девочки, — Билли в мрачном веселье повысил голос, обнажив зубы в злобной ухмылке, — а вы не прихуели обсуждать при мне мою же личную жизнь?! — Но ты же нам ничего не рассказываешь, — резонно заметил Француз, — что нам остается, кроме как делиться предположениями? — Засунуть свои языки в жопы и не лезть в чужие дела? Как тебе такое? По-моему, охуенная идея. — Вот и говори себе это всякий раз, когда соберешься влезть в очередную херню с суперами, — проворчал ММ, — ладно бы свою задницу только подставлял, ты же и нас за собой тащил! И, блять, как будто так и надо! Никаких тебе «Как жизнь?», «Нужна помощь?» или «О, у тебя новая стрижка?», просто все дружно подрываемся и срываемся с места, потому что Билли Бутчеру в башку ебанула очередная блажь. — Какая нахуй новая стрижка?! — фыркнул Билли. — Ты ходишь яйцеголовым последние лет десять. — Да, а твоей головой как будто унитаз прочищали, — парировал ММ и замолчал, сложив ладони на коленях, как примерный мальчик, когда к их столику подошла темноволосая официантка с платком, кокетливо повязанным на шее. Девушка принялась расставлять тарелки, поворачиваясь так, что ее бедро оказывалось напротив Француза, который в иное время непременно ухватился бы за возможность приударить за очередной красоткой, однако сейчас апатично цедил пиво, осоловело сведя глаза к переносице. Бутчер, не дождавшись, когда официантка выставит все блюда, схватил жареное куриное крылышко и с наслаждением запустил зубы в сочное мясо, обжигаясь. Девушка дико покосилась на него, поджав губы, тарелка в руке официантки дрогнула, однако она все удержала и будто нарочно поставила блюдо с крылышками перед ММ, подальше от Бутчера. Закончив, девушка выпрямилась, прижав поднос к животу, и выжидающе взглянула на Сержа. — Что-нибудь еще? — у нее оказался низкий, глубокий голос. — Повторить напитки? — Чуть позже, cherrie. Mercy, — Француз улыбнулся, но официантка, задетая его равнодушием, ответила скупым кивком и отошла. Она не успела сделать и пары шагов, как Билли притянул к себе тарелку с крылышками; ММ потянулся было за гамбургером, поданным с жареной картошкой, но отдернул руку, нахмурившись. — Так, ребят, как по деньгам? У меня на сегодня ограниченный лимит. — Что, Моник контролирует финансы? — хмыкнул Серж. — Не беспокойся, нам сделают хорошую скидку. — Точно? Я не собираюсь пробивать дыру в семейном бюджете, имейте в виду, — Марвин, окинув приятелей строгим взглядом, с аппетитом принялся за гамбургер; Француз решил отдать предпочтение колбаскам, жаренным на гриле, пока Билли с удовольствием срывал зубами мясо с тонких куриных косточек. Еда была очень неплохой, как и пиво, а Француз заказал прилично: были еще гренки из ржаного хлеба, сырные палочки, луковые кольца, жареные свиные ребрышки; одной кружкой пива здесь явно не обойтись. — И все же мы жаждем подробностей, — выдал Серж, а вот ММ отмахнулся: — А я — не очень. Твое дело, сам как-нибудь разберешься. Только имей в виду, что в отношениях главное компромисс и доверие, а у тебя с этим большие проблемы. — Кто она? Как вы познакомились? — в отличие от Марвина, Француз был настроен более легкомысленно. — В отличие от нашего общего нервного друга, я не сомневался, что и тебя рано или поздно поразит Амур. — Прямо как гангрена, — бросил Билли с набитым ртом; ММ от такого сравнения поперхнулся и зашелся кашлем, принялся судорожно глотать пиво, Француз же беззаботно рассмеялся. — Для лечения гангрены нередко требуется ампутация. Чего ты готов лишиться, mon amie, ради своей мадемуазель? — Блять, что за разговоры у вас за столом?! — выдавил ММ, отдуваясь; Бутчер, который доедал уже пятое крылышко, коротко пожал плечом. — Предпочту остаться целым. Нахера я ей порезанный? — швырнув кости на тарелку, Билли потянулся за салфеткой. — А познакомились с ней случайно. Не то судьба, не то божественное вмешательство, хуй знает, но как итог мы вместе. — Где вы встретились? — Серж восхищенно блестел глазами, предвкушая занимательную историю. — На улице. Какая, нахуй, разница? Встретились, познакомились, закрутилось… Что тебе еще надо?! — Неужели ты не хочешь похвастаться, как смог охмурить красотку? — изумился Француз. — Нет, охмурила она меня. А я запал. Не сразу. Заценил сначала фасад спереди и сзади, и все — понял, что надо брать, пока не сбежала, — Билли улыбнулся, вспомнив свою первую встречу с Линдой, как он, помятый, потасканный, угрюмый мужик, тащился по переулку, пока не увидел ее, фею в компании подружек-гарпий. — Она покурить вышла, а тут я. Ну, как меня, такого охуенного, можно было не заметить? — Она курит? Некоторым дамам это безумно идет, — одобрительно заметил Француз; ММ, жуя гамбургер, покачал головой, не соглашаясь с приятелем. — Только на работе. Дома почти нет. — Кем она работает? — от нового вопроса у Билли слегка испортилось настроение; он залпом допил свое пиво и со стуком поставил кружку на стол прежде, чем ответить, остервенело выплевывая каждое слово: — В клубе пляшет. — Стриптиз? — ужаснулся ММ. — Нет. Просто задницей трясет, не раздеваясь. — А что за клуб? — оживился Серж. Бутчер досадливо поморщился. — «Ликер», «Шампанское»… Как-то так. — Может, «Мартини»? — предположил Француз и, когда Бутчер мрачно кивнул, присвистнул: — Оу… О-о-о, mon amie, да ты счастливчик! Там такие дамы… — Началось… — Марвин обреченно махнул рукой, отвернувшись к стене. Билли от слов Сержа зло дернул подбородком. — Так, пиздюк, ты за языком следи. Речь о будущей миссис Бутчер, так что думай, что говоришь. — А что такого? — Француз удивленно усмехнулся. — Хотел бы я сказать, что все девочки «Мартини» от меня без ума, но, увы, это не так. Там все строго: по правилам клуба девушкам запрещено заводить отношения с клиентами. Не то, чтобы это кого-то останавливало, но сильно усложнило мне задачу в свое время. — Нахуй правила, — бросил Бутчер; даже если бы он впервые увидел Линду будучи посетителем клуба, хер бы он от нее отстал, и плевать, кто бы там что говорил. Заказал бы приватный танец и пригласил бы на свидание, и не оставил бы, пока она не согласилась. — Как ее зовут? Когда-то я был в «Мартини» завсегдатаем, однако после некоторого инцидента пришлось оставить это место. Но некоторых девочек я помню. — Что ты помнишь, лягушатник хренов? — Билли сжал кулаки; мысли о том, что Француз мог приходить в клуб, пялиться на Линду и даже пытаться к ней подкатывать, пробудило в нем стойкое желание сломать Сержу нос. — Лапал мою женщину или нет? Или деньги ей в трусы совал? Или не деньги?!.. — Ну, тише, тише, — Француз отодвинулся вместе со стулом. — Не кипятись, mon amie. Ты удивишься, но некоторые девушки способны устоять перед моим обаянием. Звучит невероятно, но это так. Не стоит делать поспешных выводов. — Каких еще нахуй выводов?! — рявкнул Билли, шарахнув кулаком по столу. Француз нарывался, пиздец как нарывался. То, что работа Линды в клубе — чушь собачья, было сразу понятно, но вот ее общение, возможно, близкое с Сержем, ударило в голову Бутчера с силой ядерной боеголовки. — Эй-эй, остынь, — ММ предостерегающе выставил руку вперед, заметив, что копы с соседнего столика начали к ним приглядываться. — Он еще ничего не сказал! — А в этом вся соль, — Билли оскалился, многозначительно глядя на Француза, — потому что если он мне напиздит — уебу. — Потому что не надо связываться с этими… С танцовщицами, — отрезал Марвин. — Чего ты блять ожидал?! Это ее работа, и естественно, что к ней липнут всякие уроды. — Ах, как же повезло мне с друзьями, — протянул Француз хмуро, — один хочет меня уебать, другой величает уродом. — Ну, ты понял, что я имел в виду. А ты, — ММ ткнул пальцем в сторону Бутчера, — остынь, ладно? Не хватало нам еще проблем из-за того, что тебе тестостерон в голову ебнул. — Никаких проблем, — Билли ухмылялся во весь рот, пока вновь подошедшая официантка собирала пустые кружки и тут же заменяла их новыми, наполненными янтарно-золотистым пивом. Француз хмурился, хотя взгляд его смеялся, ММ, позабыв про недоеденный бургер и остывающую картошку, пытался зорко следить за обоими, готовый в случае чего пересечь драку. Пиздец, кажется, ему шею цепью передавило; будто бы Бутчер будет всерьез бить этого носатого пиздюка. — Так… Как же зовут мадемуазель? — в очередной раз поинтересовался Серж. — Пег? Челси? Доун? Тиффани? Билли ответил не сразу; отпил пива, провожая взглядом смуглую официантку с бритой головой, вздохнул, мысленно сосчитав до пяти, после чего лукаво взглянул на Француза, который морщил лоб в ожидании, и выдохнул, уносясь мыслями к девушке: — Линда. Мою будущую жену зовут Линда. — Линда… Линда… — Серж прикрыл глаза, постукивая пальцами по подбородку; ему понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить. Лицо Француза с острыми чертами и высокими скулами чуть посветлело, взгляд игриво вспыхнул, а тонкие губы растянулись в одобрительной улыбке. — Оh, mon Dieu!.. — Что? В чем дело? — занервничал ММ. — Она замужем? У нее есть дети? Или… Не знаю… Она срок мотала? — Насколько мне известно — нет. Обычная девушка, но очень, очень, очень хорошенькая. Фигурка что надо и добрая, открытая улыбка. — Да, моя булочка самая охуенная, — гордо подтвердил Билли; Марвин издал глухой смешок, прикрыв рот кулаком. — Булочка… Ну, надо же! А ты у нее кто? Котик или зайчик? — Медвежонок, — ничуть не смутился Бутчер, от чего оба его приятеля сдавленно засмеялись, пряча глаза. — Пиздец, приехали, Бутчер у нас теперь медвежонок, — простонал ММ, — ебануться же… — И что, мадемуазель спокойно отпустила тебя на попойку с друзьями? — голос Сержа слегка срывался из-за рвущегося из груди хихиканья. — Она знает, что ты пошел в бар? — Мне что, пятнадцать лет, чтобы я тайком сбегал выпить пива? Конечно, она знает, что блять за тупой вопрос?! — Билли похлопал ладонью по карману, в котором лежал мобильный телефон; Линда просила Бутчера написать, когда он будет дома, велела много не пить и ни во что ввязываться. Мужчина клятвенно обещал вести себя хорошо, но и Линде сказал, чтобы она не особо чудила: девушка уехала на несколько дней в пригород, на ранчо покойных родителей, чтобы проверить дом, счета, посмотреть, как дела у арендаторов. Большую часть земли она продала, когда переезжала в город, но несколько гектаров оставила и сдавала их в аренду местным фермерам, которые поставили там теплицы. Денег вполне хватало на оплату дома, который Линда хранила как дань памяти приемным родителям. Поехать с ней девушка Билли не предлагала, да он и не особо напрашивался; успеют еще съездить. Главное, что в следующий уик-энд они вместе навестят Джуди и Террора. Слюнявому красавцу пора познакомиться со своей новой мамочкой. — Ну, что же… Могу только пожелать вам с Линдой удачи, — улыбнулся Француз, — надеюсь, на сей раз у тебя все сложится отлично. — За это стоит выпить, — ММ поднял свою кружку, — хотя я бы не особо на это надеялся — характер Билли не стоит сбрасывать со счетов. — Может, мадемуазель сумеет с ним справиться, — предположил Серж, — но я думал, что первым делом она заставит его побриться. Или сменить рубашку. Однако ее, похоже, все устраивает. — Конечно, ее устраивает, — Бутчер самоуверенно хохотнул; настроение у него заиграло, не только из-за выпитого пива, но и от встречи с друзьями, и от мыслей о Линде. Девушка уехала, но оставила Билли ключи от своей квартиры; ночевать одному в своем пустом, холодном доме не хотелось, а в маленькой уютной квартирке Линды было так хорошо, и Бутчер совсем не чувствовал себя одиноким. Ее балетный станок, подвесное кресло, в котором девушка могла уместиться целиком, как ласточка в гнезде, плюшевая жаба, выигранная Билли на ярмарке, — все это согревало, наполняло душу умиротворением, которого Бутчер давно не знал. О родителях и Бекки он почти не вспоминал, старался думать о том, что сделать, чтобы жизнь стала лучше. По-настоящему жить было охуенно. — Может быть, нам встретиться всем вместе? Я, Кимико, ММ с Моник, позовем Хьюи с его девушкой, — глаза Француза заблестели, словно отражая уличные фонари, — и, конечно, Билли с мадемуазель Линдой. — Ну, не знаю, — замялся Марвин, — я спрошу у Моник. Но звучит неплохо. — А ты что думаешь, Бутчер? Как тебе идея? — Херня, — припечатал Билли, — но можем встретиться. — Отлично! — Француз обрадованно поерзал на стуле. — Тогда на следующей неделе собираемся у нас. — Давайте лучше в конце месяца, — предложил ММ, — а то на следующей неделе мы с Моник на балет идем, я как бы за полгода билеты взял. Если сольюсь — мне так зад надерут, что Хоумлендеру не снилось. — Теперь мадам Моник будет определять и наши планы, да? — оскорбленно дернулся Француз, но, спустя минуту обиженного молчания процедил сквозь зубы: — Что за балет хоть? — «Коппелия», — с видом знатока изрек Марвин, пусть по его взгляду было понятно, что он вообще не соображал, о чем там речь, — на «Жизель» Моник не захотела. Я бы лучше в кино сходил, но если моя детка чего-то хочет — она это получит. Например, твои яйца на блюде, чуть не сказал Билли, однако вовремя сдержался. Какая ему разница вообще? Если ММ всем доволен, значит, все на мази; тем более, что и сам Бутчер до конца месяца занят семейными делами, но парням об этом знать не стоит. Пусть и дальше думают, что он суровый одиночка, который не подтирается и меняет носки раз в год, хотя эту ночь без Линды он собирался провести в компании плюшевой жабки. Девушка назвала игрушку Фредди — в честь Крюгера, наверное; Билли и не подозревал, что эту лягушку будет так удобно обнимать и укладывать под живот.