Кровавая барыня

— Пусть теперь живёт с этим, вина хуже смерти. Сказала барыня, ее слышали только те, кто стоял рядом. — Сама виновата предупреждали. Только дочка же. Чуть слышно сказала Авдотья, а из ее глаз стекла слеза. Госпожа повернулась и посмотрела на Авдотью и Марию, и пошла в усадьбу. — Сама виновата, предупреждали. Другим урок будет, чтобы неповадно было. Сказала громче Авдотья, приобняла Машу за плечи и повела в дом.

***

Погубила барыня девку, не выжила она. Страшной смертью умирала, мучилась, кряхтела, не ела, не пила. Голодом померла. Все деревенские шушукались, сейчас госпожа лютует, наводит на них ужас и страх. Все боялись одного взгляда от нее. Наталья проклинала ее, смерти желала ей и Марии, хотя та не в чем не виновата, но все знали, что, лишь Маша могла это остановить, но никто не знал, что она была именно в этой ситуации бессильна.

***

Авдотья завела Марию в комнату. — Маш успокаивайся. Барыня сейчас не в духе, вдруг увидит твои слезы. — Ты знала, что она с ней так поступит? Вытирая слезы с глаз и щек спросила Маша. — Нет, наверно только гайдуки и знали. Маша подскочила с кресла и побежала к Лауре. Она была очень зла на нее. Барыня сидела у себя в комнате, дверь с разлёту открывается и влетает Маша. — Ты что такое делаешь? Она же совсем еще девчонка, ей может и 20 лет нет. Лаура — это же бесчеловечно, мы все такие же люди или я для тебя тоже девка со двора, которой чуть что можно язык отрезать. Третьякова оперлась руками о дубовый стол и нависла над Лукиной. Барыня посмотрела на нее пустыми и болезненными глазами. — Слушай ты же была не против ее наказать. — Да, но не таким же способом. — А каким? Ты хочешь, чтобы я с ними нянчилась, а они нихрена не делали. Хочешь, чтобы я для всех хорошая была, так не бывает. Да и кто ты такая, чтобы так со мной разговаривать. Барыня встала со стула и смотрела ей прямо в глаза. — Лаура я думала, что… — Не надо думать, я барыня и я делаю, что посчитаю нужным. — Лаура ты сейчас серьёзно. — Да серьёзно, во-первых не ты, а вы. Во-вторых, для дворовой девки ты слишком много себе позволяешь, и в-третьих за то, что перечишь мне будешь наказана. Авдотья! Она зашла в кабинет барыни. — Уведи ее в сарай и свяжите. Маша посмотрела на них перепуганными глазами, а Авдотья с непониманием. — Что стоишь? Я СКАЗАЛА СЕЙЧАС ЖЕ! Третьякова ушла Авдотья пошла за ней. Они вышли из дома, и женщина решила спросить. — Маша что случилось? Кареглазка заплакала и покорно зашла в сарай. — Ермолай подойди. — Да, дорогая тётушка. — Прекрати ехидничать, иди Машу свяжи. — Не понял. С удивлением спросил он. — Ты все правильно понял, барыня приказала. Ермолай зашел в сарай и взял верёвки. — Садись здесь. Он указал около деревянной балки. — Что Машка надоела барыни наверно по-моложе захотела? Связывая ей руки спрашивал Ермолай. Кареглазка заплакала. — Ты чего, может хочешь я тебя утешу. Он начал руками сжимать ее талию и идти выше. В сарай зашла Авдотья, она увидела, что он пристаёт до Маши и окликнула его. — Связал? — Да. — Ну тогда иди. Мужик вышел, и они остались одни. — Он тебе ничего не сделал? — Нет, не успел. Хотя что мне теперь все равно. Всхлипывая говорила блондинка. — Что же ты такого сделала, маленькая? — Перечила.

***

Лаура сидела у себя в кабинете до позднего вечера, на улице начался дождь и гроза. Капли воды били по стеклу, она думала о Маше. Что же делать с ней? Лукина оделась и пошла к Маше. На улице стала прохладно, открывая дверь сарая она Позвала Степана, он зажёг факел, и они зашли внутрь. — Развяжи ее. Приказала барыня. Степан развязал ее затекшие руки. Лаура подошла к ней и протянула руку для помощи, но кареглазка от помощи отказалась и встала сама. Блондинка встала ровно и опустила голову. — Слушай я погорячилась, прости меня пожалуйста. Пойдем домой. Третьякова все также продолжала молча стоять, не смотря на Лауру. — Маша. Шатенка подошла ближе, взяла ее за подбородок и подняла голову. Теперь они смотрели друг другу в глаза. Голубые глаза цвета моря и карие глаза цвета ореха боролись друг с другом. Глаза цвета ореха тонули в этом голубом море. — Что прикажете барыня? Обреченным голосом говорила Маша. — Эмм… ты чего? Машенька прошу не обижайся. Я просто разозлилась очень сильно. Лаура попыталась обнять ее, но та отстранилась. — Не обижаться, очень разозлилась. Ты связала меня, и я здесь сидела весь день, а и еще один из твоих подручных псов чуть не изнасиловал меня. — Что? Кто? Барыня вновь попыталась приблизиться к ней, но безуспешно. — Какая разница, я же всего лишь дворовая девка для тебя. Он бы изнасиловал, я бы забеременела и за него замуж вышла бы. — Скажи кто посмел до тебя дотронуться? Злость и гнев переполняют ее чувства. — Тебе же все равно, ты наверно уже новую себе приглядела. — Мария зачем ты так говоришь? — А что не нравится или язык мне отрежешь, давай что ты не стесняйся. Лаура стиснула зубы, замахнулась и дала ей сильную пощёчину. Маша положила ладонь на покрасневшую от удара щеку. Слезы полились ручьём, она перепуганными глазами смотрела на барыню. — Свяжи ее. Пусть знает свое место. Лукина разозленная вышла из сарая, в ней сейчас боролись две личности ангел и демон, первый требовал отпустить и попытаться вновь наладить с ней контакт, второй требовал крови и наказания.

***

Маша всю ночь плакала, она не понимала почему такая агрессия все же было хорошо. — Может я ей и вправду надоела. Наверно уже с кем-то там трахается. Вслух рассуждала Маша. Только под утро она уснула, сидя привязанной к балке. К ней зашла Авдотья. — Привет. Маша повернула голову в ее сторону и кивнула головой. — Сейчас барыня выйдет, снимай платье и оставайся в сорочке. — Хм, хорошо. А что со мной будет? Авдотья посмотрела на нее грустным и сожалеющим взглядом. — Я не знаю.

***

Барыня решила, что будет делать с Третьяковой, розгами ее отходит. Не стала Лаура изощряться и придумывать ей страшное наказание. Лукина вышла из дома и подошла к Ермолаю. — Приготовь розги и прикажи своим выводить Марию. — Слушаюсь барыня. Вновь всех согнали на барский двор. Все встали и ждали что будет. На улице было тепло, весна наступила. Деревенские перешептывались кого же на этот раз будут наказывать. Барыня подошла к месту наказания, Авдотья стояла рядом. Степан и Андрей пошли в сарай. Когда из-за двери показалась белокурая макушка все ахнули. Не уж-то Лаура будет наказывать ее. Внешний вид Третьяковой вызывал жалость. Растрепанные волосы падали на хрупкие плечи, объёмная сорочка не показывала ее красивую фигуру. Хорошо, что родители Маши этого не видели, они уже жили в Москве. Барыня написала им вольную, и отец с матерью переехали и занимались кузнечным делом. Лукина стояла и смотрела на Машу сердце закололо она хотела это все остановить, а кареглазка даже на нее не глянула. Третьякова не знала, что ждет ее, но знала, что будет больно. Машу поставили на колени, завязанные руки закинула за одну из кольев деревянного забора, оголили ее спину. Авдотья сразу отказалась исполнять наказание, ведь Маша была ей как дочь. Лаура махнула головой в сторону блондинки, Ермолай взял прутину и подошел к ней. Он своей грубой рукой провёл по ее нежной коже, Маша вся сжалась, ожидая удара. Деревенские стояли, затаив дыхание. Марию было очень жалко, ведь даже в свои почти 30 лет она была по-детски наивна и добра. Все думали, что Лаура будет защищать ее и положит всю Москву к ее ногам. Ермолай замахнулся, ударил Маша взвизгнула и начала плакать, ведь даже один этот удар рассек ее нежную, молочную кожу спины. Удар, алая кровь вытекала из ран. Авдотья стояла, еле сдерживая слезы, Лаура тоже стояла сама не своя. Мария плакала, а Ермолай бил еще сильнее, и в какой-то момент к кареглазки подбежала барыня. — Отвязать живо! Степан быстро подбежал и начал развязывать руки. — Быстро разошлись работать! Закричала Лаура и деревенские ушли. — Аккуратно возьмите ее и отнесите в спальню. — В какую? — В мою, Авдотья покажет. Мужики занесли Машу в спальню, аккуратно положили на живот. Барыня залетела в спальню, там были Аксинья и Авдотья. — Обработайте ее раны, я сейчас. Лаура вышла на несколько минут и позже вернулась с чистой сорочкой. Аксинья вышла из спальни, остались лишь барыня и Авдотья, они надели кареглазки чистую сорочку. — Иди Авдотья отдыхай. — Хорошо барыня. Авдотья поклонилась и вышла из спальни. Машенька спала, шатенка следила за ней, чтобы не повернулась на спину.

***

Под утро Лаура задремала в кресле, а проснулась от немного осипших стонов. Она открыла свои голубые очи и увидела, как Маша пытается встать с кровати. Лаура встала с кресла и подошла к ней. — Маша давай помогу. Она посмотрела на нее перепуганными глазами. — Нет прошу пожалуйста не надо. Третьякова начала плакать и кричать. — Все, все тихо, тихо. Я ухожу. Барыня вышла и велела Авдотье от нее не отходить.