Стражи Земли. Тёмные времена.

- Ты странный… - томно произнесла Каталина, вблизи сосредоточенно и одновременно безынициативно рассматривая наручники на своих запястьях, - Или тупой. – разочаровано констатировала она, надув губы и взглянув на парня напротив, - Ну правда… Сам подумай. Я позволила тебе надеть на меня вот это и села с тобой в крытый фургон… - выдохнула она с досадой, переводя взгляд то на свои скованные ладони, то вновь на него, - Парень, я сталь плавлю, это меня не удержит… - Закрой рот. – вылетело кратко с его уст, и он предупредительно направил на неё свой револьвер. Видимо, так ему было спокойнее… - Да не бойся ты… - иронично произнесла она, - Хотела бы убить – сожгла бы на месте, только вот ты везунчик ещё тот! У меня есть сталое и довольно заезженное правило, верней, обещание… Я не убиваю обычных людей. Потусторонних тварей да, существ тёмных там, разных, с рогами, хвостами, копытами… Кстати! Да, один раз было что-то безголовое, Фиона не могла его ослепить, лианы Зака проходили сквозь, как и молнии Жеки… Это похоже было на привидение, но оно вело себя не как привидение, а скорее полтергейст. Разницу чувствуешь? - Что ты несёшь..? – протянул он с отвисшей челюстью, не сводя слегка ошеломлённого взгляда с заложницы. Ката лишь удручённо закатила глаза вверх. - Призраки только пугают, в очень редких случаях самые злостные из них могут вселяться в людей, у которых слабая аура или которые в стрессе… А полтергейст – это покруче. Они обладают телекинезом и… - Что за бред вообще? Ты свихнулась?! – не выдержал парень. – Заткнись и сиди молча! - Молча – скучно. – утвердительно сказала Ката, на секунду замолчав. – А вообще… К чему я вела? Ах, да! Тварей убиваю - людей нет. Калечу - да. Убивать - нет… И Мамку твою убивать я не собираюсь, не парься. Мне просто нужно с ней кое-что обсудить, после чего мы с тобой, возможно, и подружиться сможем… - продолжала заговаривать ему зубы Каталина, пока вдруг не почувствовала, что фургон замедлился, а ровная асфальтированная дорога сменилась ухабистой. Девушка умолкла и насторожилась, понимая, что вряд ли глава такого известного наркотического клана, как «Белая Мать», женщина-белоручка, живёт в старой избушке на краю леса. – Я думала, мы договорились… - подняла она на него абсолютно другой, сфокусированный взгляд. - Ты ошиблась. – с ехидной улыбкой процедил он, заводя курок назад. – Больше твои фокусы не пройдут… - Думаешь, это фокусы? - уверено произнесла Ката, поднимая свои скованные руки на уровень его глаз. Не прошло и секунды, как раскалённые наручники слетели с её костлявых запястий, и как только они с лязгом коснулись пола, девушка здоровой ногой вмиг выбила из рук парня револьвер. Момент неожиданности сработал, и Ката рванула к нему, открытыми ладонями мощно хлопая по его ушам, оглушая противника, после чего, плотно охватив его голову, стала бить его затылком о лысую обшивку фургона. Парень, который не ожидал такого напора, стал сопротивляться и всем своим телом набросился на неё, вдавливая её тело своим плечом к стене напротив. Ката стала лупить по нему сверху кулаками и локтями, но увы, мужская сила есть мужская сила… И тогда она вновь охватила его голову ладонями и, нащупав пальцами, стала вдавливать глазное яблоко парню в череп. Противник тут же закричал от боли, бросая Кату вбок и хватаясь руками за лицо, пытаясь поднять веки, а когда он всё-таки сумел разлепить глаза, то дуло его собственного револьвера уже смотрело ему прямо в лоб. - Эти «фокусы» помогают мне выжить, гадёныш… - предупреждающе сказала «жертва», восстанавливая дыхание, - И я спрашиваю в последний раз: где твоя Мамаша? Противник медленно поднял руки вверх, со злостью смотря в карие глаза девушки. И в этот злополучный момент фургон как раз остановился, и Каталине нужно было срочно что-то решать, так как с тремя сразу в её нынешнем состоянии она не справится. Парень же радостно заулыбался, чувствуя своё превосходство над ней, а скорее, довольствуясь тем, что её всё равно здесь прикончат. Не он, так кто-нибудь другой… - Стреляй. – гордо произнёс он, запрокидывая голову назад. – Моё бренное тело и грешная кровь принадлежат моей Матери, но моя душа – праведна, и она свободно возвысится над этой землёй, освещая её ярким благословенным светом… - Ах ты сектант хренов... - нервно пробурчала она, мгновенно выстрелив парню сначала в одну, потом во вторую коленную чашечку, отчего враг с воем пал на пол, инстинктивно обхватывая пулевые ранения дрожащими руками. Далее Каталине пришлось переключиться, ведь оставалось ещё двое членов мафии, которые уже дёрнули за ручку задних дверей фургона… Развернувшись под мужские болезненные вздохи, она дождалась пока дверь слегка приоткроется. Как только это произошло, девушка неистово толкнула её ногами так, что не успевший отойти назад мужчина завалился на спину, а Ката тут же направила револьвер ему в живот. Третий парень, уверено стоя над головой поверженного коллеги и даже не пошатнувшись от такой неожиданности, со странным любопытством осматривал девушку с ног до головы. В его руках тоже было оружие, но он почему-то не поднимал его, не защищался и не атаковал, с задорной искрой в глазах и приподнятой бровью расплываясь в маниакальной улыбке. - Что смешного? – прошипела Ката, улавливая нездоровый мужской интерес. - Nuestra madre te matará, inmunda. – услышала она самодовольный возвышенный голос. - ¡Ella vengará cada gota de la sangre de sus hijos! - Я не знаю испанский, придурок… - выпалила Ката, резко перебросив прицел в голову стоящему. – Или говоришь по-нашему, или всю оставшуюся жизнь будешь ходить на троих… - предупредила она. – Где Белая Мать? - Наша Мать убьёт тебя, нечистая. Она отомстит за каждую каплю крови своих сыновей! – слащаво и с явным акцентом ответил он, но после парень, не сводя с неё глаз, без колебаний выбросил пистолет в сторону. – Но я знаю, кто ты… Я вижу тебя… - Я тоже знаю, кто я. – отрезала она. – А теперь я считаю до трёх, и вы начинаете говорить… - Ты неверующая… Отчего слепая… - продолжал тот, делая твёрдый победоносный шаг вперёд. - Один… - В тебе живёт зло… Верней, ты и есть зло… - и парень стал на шаг ближе. - Два… - и Ката сильнее сжала оружие в руке. - Кровь дьявола очерняет твою душу! – выпалил он внезапно, с широко открытыми глазами смотря на неё, - Он руководит твоим телом… - и он вновь шагнул вперёд. - Откуда ты…? – застыла Ката в непонимании, переминая пальцами по стволу, чувствуя, что рана на ноге всё больше напоминает о себе. Шестое чувство подсказывало, что скорее всего свежий шов стал понемногу расходиться… - Дьявол подчиняет всех неверных, нечистых, всех сбивает с верной дороги, а наша Мать вселяет в нас веру и показывает верный путь! Но твоя агрессия и твой гнев затмевает тебе его… Твой внутренний дьявол поглощает тебя… И девушка внезапно опустила глаза вниз, мысленно подписываясь под каждым его словом, но после резко подняла их на противника и отвела пистолет в сторону, не раздумывая стреляя лежащему парню в предплечье. Тот вскрикнул, тут же уронив незаметно направленный на неё пистолет… - Да, я зло. – утвердила она чётко, - Но я довольно умное зло. – и следующий выстрел последовал ближайшему члену мафии в колено, покосив парня на землю. – Во мне дьявол, ты прав. И он намного реальнее, чем тот бред, льющийся с твоего поганого рта… Аккуратно спрыгнув с фургона, Ката обошла испанцев, хладнокровно подымая их оружие с земли. - Советую снять галстук и перемотать рану выше колена. - равнодушно произнесла она, закрывая двери фургона с одним из членов банды внутри и направившись к кабине. - Она отправит тебя в ад! – крикнул ей вслед фанатик, корчась от боли на земле. - Будто бы я не туда собираюсь… - пробурчала Ката, проворачивая ключ зажигания в замке… *** - Очнулся? – услышал темноволосый парень где-то отдалённо. – Извини, пришлось вырубить тебя. Не знаю, как в вашем клане, но у Долтона все шпионы с закрытыми глазами умели вычислять дорогу… Считали секунды между поворотами, а некоторые даже умудрялись распознавать скорость движения машины и даже путь! Это были мастера своего дела… Парень, ещё не открывая глаза, застонал от мгновенно вернувшейся огнестрельной боли. - Я наложила жгуты, так что крови ты потерял немного - выживешь. – произнесла Каталина с монументальным спокойствием, сидя позади него в том же фургоне и заинтересованно проворачивая его револьвер в своих руках, - Тем более, мы в городе, рядом больница… - и она безразлично взглянула на своего пленника, - Видишь, я добрая… Калечу, но не убиваю, помнишь? - Чего тебе надо, ненормальная? – прорычал раненый, лёжа головой вниз со связанными на спине руками. Он не видел девушки, которую так беспощадно хотел отправить на тот свет, а ноющая боль в простреленных ногах обездвиживала его, напоминая о том, что он недооценил эту рыжую бестию. - Нет, ты и вправду тупой… - возмутилась Ката, после чего он почувствовал дуло своего же оружия в своём, пока ещё здоровом, боку. – Я не люблю пытки… - прошептала она над его ухом, обжигая его кончик, - Но «не любить» не означает «не делать». - Да не знаю я, где она! Не знаю! – внезапно заорал парень, отчего Ката аж удивилась. - Ёлы-палы! А где же это героическое «стреляй»?! – выпалила она, - Что за бред ты там бубнил о крови, о тленности или о чём там ещё…? Это что за спектакль, а?! Сейчас труханул?! Только сейчас?! – развела она руки в непонимании. - Я думал, мы тебя закопаем… Нас трое, ты одна… - цедил он виновато. - Ааа… - протянула она театрально, - Так это ты перед дружками выпендривался… - И Каталина широко улыбнулась, с явным смешком, протирая закисшие глаза кончиками пальцев, - Да уж… Как глубока твоя вера! Как искренни твои молитвы..! - Ты ничего не понимаешь… Я правда верую в Матерь! - раздражённо вырвалось у него. – Но… Здесь на каждом шагу предатели, тебя с потрохами сдадут, если ты не в ту сторону посмотрел! А кто из нас не боится смерти?! - Нич-чего нового… - пролепетала Ката, как бы невзначай, почёсывая прикладом нагана переносицу. – В случае смерти, ты был бы героем… - Я верую! Это правда! – вскрикнул внезапно он, оторвав щеку от холодного проржавевшего дна фургона, чтобы посмотреть в её сторону, но она бесцеремонно перебила его. - Да хватит тебе! Верует он… И в чём заключается ваша вера? Что за сектантская религия такая, а? В Матерь он верует… Скорее в белый порошок, а не в какую-то там царевну, провозгласившую себя дочерью Бога… - устало произнесла она, смотря на конвульсии пленника. - Ты слепая и очернённая, поэтому её учения не дойдут к твоему недоношенному разуму… - с каким-то ехидством прозвучали эти слова, но девушку они вовсе не разозлили, а скорее заинтересовали. Нагнувшись к его уху, она увлечённо прошептала: - А ты попробуй донести мне её истину… Если уж ты так глубоко поглощён этой религией, то расскажи, в чём смысл создания и распространения наркотических веществ? В убиении человеческих душ? В обогащении? Или, может, в очищении людей от скверны? – и тут, неожиданно для себя самой, её губы растянулись в улыбке, и она отвернула свою голову назад, жмурясь и бормоча себе под нос, едва сдерживаясь от смеха, - Господи, откуда я такие слова знаю? - Истина в том, что человек грешен. Всю свою жизнь он совершает поступки, которые вредят этому миру и самому ему в частности! Он намерено разрушает свою душу, не задумываясь о последствиях, которые влекут за собой гибель этой невинной земли из-за ненависти, злобы и гнева к ближнему своему! Он очерняет его своим существованием, заражая близких, друзей, знакомых… Это как наваждение, саранча, поедающая всё на своём пути! И этой губительной силе нет конца, эту коллективную болезнь не искоренить! Человек – это прыщ на теле планеты, который, разрастаясь, убивает ту первозданную природу, созданную Господом, чистую, невинную, нетронутую… - Ага, ясно. – отрезала она, поняв, к чему он ведёт, - Человек разрушает эту планету. И в чём же вы видите выход? В чём спасение? Распространить среди населения чуму и умыть руки, когда сотни тысяч людей становятся никем и зависят только от божественного белого лекарства? Парень странно хихикнул. - Глупая… - сквозь широкую улыбку ответил он и заговорщицки прошептал, - Спасения нет… - Тогда почему вы не начнёте с себя, а, лекари планеты всей? – иронично произнесла Ката, чувствуя, как её тело понемногу разогревается от нарастающей злости. - Не волнуйся, наступит и наше время… Каждому свой час… - То есть, заражая людей этим дерьмом вы ощущаете себя богами? Очистителями что ли? – сморщилась девушка, так как отвращение от всего этого вызывало у неё гнев. - Бог один. Но наша Мать – дочь его. – непоколебимо повторил он, кривясь от вновь подступившей боли. Каталина попыталась осмыслить сказанное, но, как всегда, решила не разбираться в тонкостях навязанного гипнотического бреда, так как он изначально ей не нравился. Спустя минуту она спокойно заговорила, уняв скачок температуры на привычные 38.2. - А в чём грешен ребёнок, а, праведник? Как он согрешил, появившись на свет? - Он рождён грешным… Будучи отродьем греха своих горе-родителей. – убедительно прозвучало с его уст так, будто бы это аксиома. - Хм… Выходя из этого, ваша Матерь констатирует, что все люди – одинаковы. – задумчиво протянула она, засмотревшись на барабан с оставшимися двумя патронами. - Все мы из плоти и крови… Все наши души заслуживают достойной смерти. – гордо произнёс он, отчего Ката ещё больше убедилась в том, что перед ней очередной психопат. - По-вашему, наркотики – это достойная смерть? – спросила она грубо, сдвинув тонкие брови. - Ты ещё не поняла, да? – рассмеялся парень, - Это проверка! Если душа чиста, она избавится от зависимости самостоятельно! - Ты кретин конченный! – вскипела Каталина, заходив по фургону, не сумев сдержать порыв ярости, - Вы распространяете тяжёлые наркотики, вызывающие умопомрачение и слабоумие с первой дозы! Ты вообще знаешь, что такое зависимость, а?! – и она опять нагнулась над ним со странным желанием сделать ему больно, - Тупое создание! Никто не может вылечится от этого самостоятельно! Это невозможно! - Наша Мать смогла! – закричал он, после чего мучительно завыл, вспомнив о ранениях. - Это бред! – возразила она в том же тоне, что и он. – Тебе вешают лапшу на уши, а ты с экстазом её жрёшь! - Только еретики сомневаются в истине её слов! Над ней стоит сам Господь! И она поведёт за собой тысячи, сотни тысяч праведных душ, молись ей и будешь чиста! – вскрикнул он ей, будто бы в этих действиях он видел её спасение. Каталина застыла всего на секунду, после чего резко дёрнула парня за шиворот, отрывая его голову от пола и злостно шепча ему на ухо. - Ты дебил, мой друг. – напряжённо процедила рыжая, не дыша. – Хочешь знать мою истину? – и она силой вдавила его голову в проржавевшее железо, нервно прижимая его лицо ладонью вниз, - Я родилась обычным младенцем, которого выбросили на свалку в пакете мусора… - краткий вдох. - Я выжила. Потом стала жертвой долбанного педофила и выжила при пожаре в приюте. После, меня с улицы забрал Бари Долтон, увидев беспризорную девчонку, у которой рёбра от голода торчали наружу и которая пыталась напиться воды из болотной лужи. И я выжила. Затем бордель, где меня имели все, кто хотел и как хотел… И прикинь! Я и там выжила! А затем… - девушка язвительно улыбнулась, хотя он не увидел этого, но явно почувствовал, - В моей жизни наступил покой, потому что нашлись те, кто смотрел не на мой снятый у мертвеца растянутый свитер, а в мою разодранную на части душу… И догадайся, что? Я НЕ выживала… Знаешь почему? А потому что ЖИЛА. Наконец-то, жила, как нормальный человек. Хотя я даже не понимала, как это – быть нормальным человеком… - и она вдавила его лицо толчком ещё раз, - И догадайся, в чём прикол? Те существа - не боги. Не мамы, не папы… Они – Люди. Вот ради кого я живу и за кем отправлюсь в ад без раздумий… - и она отпустила его голову, поднявшись на ноги, - Не все люди твари… Не все люди несут зло и очерняют этот мир. Есть те, кто видит другую сторону твоей медали и вытащат тебя из самого пекла, даже если ты – полное ничтожество… - Тогда почему ты не с этими людьми?! – на этот раз перебил её он, ссунувшись телом вбок. - А это уже не твоё собачье дело… – отрезала она, внезапно для самой себя направляя дуло револьвера ему в голову. – И, пожалуй, самое главное… За всю свою никчемную жизнь я ни разу не обратилась к Богу, не слышала его наставлений, не была в церквях и не знаю ни одной молитвы… Чтобы очистить планету от ненависти, достаточно просто быть Человеком, не творить зло и не позволять творить его другим… И она захотела нажать на спусковой крючок, но рука дрожала… Она знала, что такие, как он, не меняются, что он видит этот мир другими глазами, глазами нехорошего человека, навязавшего ему свои бредовые мысли. Всё услышанное – полная ахинея с привкусом выдуманного абсурда, а этот парень – очередная жертва в руках умелого гипнотизёра. Она не спасёт его, не выдернет из этой трясины, в которой он годами жил и которой питался, а если так, то он будет продолжать травить и нарекать людей на погибель… Но что делать ей? Убить его? Но он не монстр, не демон, он – обычный заблудший человек. Хотя поступки его куда более опаснее, чем деяния тех тварей, с которыми сражается команда Радуги, но всё же есть одно «но». Существа из других миров предсказуемы, у них есть определённая цель и некоторые из них просто ищут ресурсы для выживания своего рода, по ошибке попадая в их мир. Но что делает этот человек? Можно ли его приписать не к Homo Sapiens, а к тем же опасным тварям? Неужели только физиология отличает его от остальных существ? Может, стоит задуматься над тем, стоит ли убивать людей, которые совершают зло по отношению к другим людям? Око за око? Нет? Тогда это уже месть… Но, может, совершаемое ими зло – это их правда? И они правы в своих ужасных помыслах? Тогда человека можно прировнять к тому же монстру и спокойно лишить жизни…? Но высший закон стражей Радуги абсолютно идентичен с её жизненным девизом – не убивать людей. Выходит, что этот закон – неправильный..? Этот странный вывод изрядно спугнул Каталину… Но она опустила револьвер, тревожно выдохнув остатки сохранившегося воздуха в лёгких. Осмысление пришедших мыслей слишком сильно давило на её и так нездоровое сознание. Она всё же не смогла лишить жизни плохого человека, хотя видела в этом острую необходимость. - Ты думаешь, что мы зло… А мы всего лишь лекари этого мира! – вырвал он стража из раздумий, - Мы очистим эту землю от всех неверных, сотрём человечество ради высших целей – для создания новой нации! Сильной и любящей! И начало этому уже положено… - прошептал парень одержимо, что вновь заставило Кату сильно сжать губы, сдерживая подступившую злость. - Начало? Что это значит? – вылетело с её иссушенного горла. - Долтон и Матерь работали в связке. Белая Мать поставляла ему лучших девушек, невинных и чистых… - Девственниц. - дополнила она за него, не шевеля губами. - Они способны на вожделение с особой светлой энергетикой… Эти девушки подарят миру новое поколение людей, которое изменит этот мир! – с восторгом говорил он, пытаясь всё же посмотреть на свою бывшую жертву, но ему это не удавалось. – И после смерти Долтона Матерь едва вырвала из рук Соломона «Снежную принцессу»… - Самый дорогой бордель Долтона… - вспомнила Каталина, - Он трясся за ним, будто это было ценнее его самого… - Конечно! – рявкнул парень, - Отель для беременных девственниц – думаешь это легко скрыть? Он построил его всего полгода назад, а результат уже есть! Эти дети будут благословенны Матерью! Они явятся в этот грешный мир, ослепляя его, оглушая и умиротворяя! - Погоди, придурок… Тут что-то не вяжется… - и Каталина стала массировать свободной рукой ноющий висок, закрывая глаза, - Ты только что сказал, что все дети – грешны по своей сути… Откуда тогда появляются невинные девственницы? - Девочек отбирают особо тщательно… - начал было он, но Ката не дала ему договорить. - Вы идиоты проклятые, вы и малолетних детей на дурь подсаживаете?! – вскипела она, не замечая, что руки накалились до такой степени, что оружие стало слегка обжигать ладонь. - Да нет же, припадочная! – вновь вскрикнул парень, - Наша Матерь умеет видеть в них что-то светлое, ещё не запятнанное… - Ах, ну да… Она же дочь Бога! – перекривила его страж, отворачиваясь от пленника и подходя к стене напротив. – И какая же твоя роль в этом маразме? Ты… Будущий отец-педофил? - Я всего-навсего очиститель. – с досадой в голосе ответил он, будто бы это была самая низшая каста и приравнивалась к чему-то недостойному, - В нашей религии существует своя иерархия. Каждый за что-то отвечает… Каталина в отчаянии уперелась лбом об обшивку фургона, устало выдыхая. Всё это не укладывалось в голове, перегружая её нервную систему… Её саму в детстве изнасиловали, и она знает, что это за чувства не понаслышке. Ей стало безумно жаль этих детей, но выкрыть это всё, разоблачить, спасти всех, уберечь от мафии – непосильная задача для одного человека… Но она страж огня, как никак! И раз так, то она может попытаться хоть что-то сделать, чтобы сломать эту выстроенную цепочку продуманных действий на пути к уничтожению человечества! Единственный минус… Как это сделать без жертв? А если всё так плохо, так, может, всё же избавить парня от лишних страданий? - Что будет с детьми? – хрипло произнесла она, развернувшись к узнику и смотря ему в спину. - Они будут жить по законам Матери, в её светлом земном раю, созданном по слову Божьему… - продолжил он раздражённо. - А с девочками? – спросила она, сухо глотнув. - Их распределят по клубам. Детей будут воспитывать приближённые, специально обученные самой Матерью наставницы… Ката замолчала. От всего этого волосы становились дыбом… Сколько же мрази существует в этом мире, которые возомнили себя какими-то просветителями, будто их слово – это слово Господа? Как нормальные, адекватные люди могли докатиться до того, чтоб стать стадом безголовых овец и верить всякой ереси, которую доносят им совершенно незнакомые люди? Почему они верят всему, что слышат их уши и смело идут за неизвестным пастухом? Она уже не злилась… Её угнетало всё сказанное этим фанатиком до тошноты. Тяжело выдохнув, она открыла покрасневшие глаза, уставившись ими в белизну голой обшивки. - А Мамаша много на себя берёт… - монотонно проговорила она, спокойно подходя к собеседнику. – Давай так… - и она покосилась куда-то в сторону, смотря сквозь фургон. – Ты всё же расскажешь мне, где она обитает, а я оставляю тебя в живых. - Ты же не убиваешь людей… - с явной опаской произнёс он. - Ты переубедил меня в том, что нужно пересмотреть свои взгляды… - спокойно ответила Ката, подойдя к дверям, чтобы он мог увидеть её. – Кстати… - она присела к нему, взглянув в слегка напуганные глаза противника, и вынула из кармана кофты его мобильный. С лёгкой улыбкой на лице, она помахала телефоном пред его глазами. – Классная порнушка… Глаза пленника округлились, и он задёргался, кривя гримасой недовольства. - Положи на место! – нервно заерзал он по полу. – Отдай мой телефон! Ката улыбнулась ему доброй, радостной улыбкой, после чего умиротворённо взглянула на экран. - Отпечаток пальца – не очень надёжная блокировка... – растянула сжатые губы Каталина, - И, благо, памяти хватило, чтоб записать тебя на диктофон… Глаза гангстера обречённо закрылись, а лоб медленно соприкоснулся с полом. Он понял, что девушка без особых усилий обвела его вокруг пальца… Одним дерзким движением рук, страж набросила широкий капюшон на голову, спрятав непослушные, горящие ярым огненным цветом, кудри, и открыла дверь фургона. Только теперь парень заметил, что их белый бус находился на стоянке прямо напротив городского полицейского участка… - Эй! Слышишь! Ану прекрати! – заметушился парень, - Я заплачу тебе! Сколько ты хочешь?! Назови свою цену! Рыжик! Я сделаю всё! Я разузнаю, где Мать! Но Каталина уже не обращала внимания на его мольбу. У неё, кажется, созрел план. Плохой, как всегда, и непродуманный, как обычно. Но разве она хоть раз думала о последствиях? Ни разу. Это была работа Зака и иже с ним… Она доверяла инстинкту, действуя так, как подсказывало шестое чувство… Бережно положив телефон рядом с носом хозяина, она накрыла сенсор заранее приготовленной бумажкой с корявой подписью: «Сделайте с этим хоть что-нибудь…», а затем вытерла свои отпечатки с рукояти револьвера и всунула парню в руки, которые до сих пор были связаны на спине. Пленник захотел выбросить «подарок», но Ката его же пальцем нажала на спусковой крючок… Спрыгнув на асфальт, она, как можно быстрее, с острой болью в ноге, зашагала в сторону ближайшего переулка. - Я всего лишь хотела к Маме… - пробурчала она с досадой, отдалённо слыша за своей спиной гневные возгласы своего собеседника, которого уже обнаружили несколько полицейских. *** - Каталина, это самый тупой план, который мог прийти тебе в голову! – исказив голос до грубости, произнесла Ката, но после изменила его на писк. - Знаю, Зак… Но всё же он может сработать! – и она вновь продолжила диалог якобы с капитаном, который оказался лишь остатками её здравого подсознания. - Нет, Каталина! Успокойся! Это слишком рискованно. - А когда мои решения были не рискованными? - Тогда, когда они следовали моему плану… - Да, Зак, знаю… Ты, как всегда, самый умный! Может мне ещё в ноги тебе покланяться? - Заткнись уже! Я сказал «нет», значит, нет. - Ты же знаешь, что я тебя не послушаю? - Ката, чёрт бы тебя побрал! А если что-то пойдёт не так? - Почему «если»? Что-то обязательно пойдёт не так… И ты это прекрасно знаешь… И подстрахуешь. - Не получится. - Почему? - Потому что… Меня здесь нет… - не меняя голос, обречённо протянула она, грустно опуская голову. В ласковой тишине, вдали от людской суеты, в незаметной глуши под весёлое пение ночных сверчков, ей безумно захотелось, чтоб Зак был здесь, чтобы просто посмотрел в её глаза с тем настойчивым укором, который мог образумить её, остудить её пыл и пресечь самые глупые идеи… Эти изумрудные, пылкие, излучающие добро и свет глаза сбивали её с мысли, путали разум и заставляли подчиниться их владельцу… Зак был её непоколебимой защитой, и в каждом бою она точно знала, что за её спиной есть непробиваемая опора, которая не даст упасть, а впереди – её хранитель, который позволяет ей совершать самые непредсказуемые поступки, отчего она не боялась делать всё, что вздумается, но с другой стороны всё равно зная, что ей за это неплохо влетит от капитана. Но она не боялась… С ним рядом она никогда и ничего не боялась. Хоть и поступала порой жёстко с противниками, но ни разу не подвергла никого из стражей на опасность… Зак был прав - она считала, что сама опасна для них, поэтому закрывалась, чтобы уберечь их от себя и своих внутренних чертей, верней, демона... Бессмысленная болтовня с собой не помогла ей успокоится и настроиться на правильный лад. Зак всегда знал, как её приструнить, чтоб она не наделала глупостей, хотя как парень не старался – она всё равно умудрялась накосячить на ровном месте. А он разгребал… Кэп даже привык к её непослушанию и, казалось, продумывал её действия отдельно от командных, так как почти любую её выходку он каким-то чудом предугадывал. Даже обычный спор с ним чуть ли не перед каждым боем внушал её неправдивым версиям более стойкий характер; она осознавала, что чаще неправа, но признавать его правоту была не намерена, так как хотела, чтоб последнее слово всегда было за ней… Но в итоге, бросаясь в бой, у неё порой созревал третий план, который был совсем неплохим, правда, непродуманным. Додумывал его уже сам капитан и менял всё на ходу. Это было так захватывающе и так азартно! Они будто читали мысли друг друга, дополняли их и следовали им. Иногда не нужно было ничего говорить, ведь стражи находились на своей уникальной волне, в которую лишь изредка мог вклиниться кто-то другой из известной семёрки. Это можно было бы назвать телепатией, но тогда она включалась и выключалась самопроизвольно, и её невозможно было контролировать. Каталина очень сильно соскучилась по этим боям, по этим ребятам, по настоящей семье… И эта минутная ностальгия затмила собой её боевой настрой… Но вернуться к ним она не имела никакого права, считая себя настоящей бомбой замедленного действия, а кнопка детонатора находится у совершенно неизвестного потустороннего опаснейшего существа, которое в любой удобный для него момент вернёт контроль над её бренным телом, вырвется наружу и первым делом займётся уничтожением стражей Радуга… Хотя нет, не всеми сразу, одним – капитаном. Ведь только Зак сумел вырвать её из лап Ареса, достучаться к её маленькому хрупкому сердцу, поверить в неё, в её силу и волю, в её стойкость и выносливость, в её доброту и веру в лучшее… Как он нашёл правильные слова? Как он почувствовал её..? Он нужен был ей сейчас, как воздух… Он бы образумил, прикрыл, защитил, просто прикоснулся к ней… Этого было бы достаточно, чтобы она поверила в свои силы… Как же она справлялась без него раньше? Сейчас Каталина отчётливо понимала, как сильно зависима от этого парня, от его невидимого присутствия, от его мягкого, но в то же время сурового и твёрдого голоса… Сейчас её будоражило от одних воспоминаний о нём! Как он пил чай, никогда не беря чашку за ушко, как сидел за компьютером, подпирая подбородок большим пальцем левой руки, вытягивая при этом шею, как открыто смеялся, жмурясь и запрокидывая голову назад, как одевал осеннюю кожаную коричневую куртку, склоняясь почему-то в бок, как пристально и недвижимо он наблюдал за тренировками ребят, сложив руки на груди, при чём пальцами верхней постепенно сжимая предплечье во внутреннем напряжении; казалось, что он и сам всего этого не замечал… А как он боксировал грушу! О, как Каталина любила наблюдать за этим действием! Вроде и ничего особого, каждодневная обычная тренировка, но его счёсанные до крови кулаки, уверенная стойка, сосредоточенный взгляд, концентрированное дыхание, прилипшая к потному лбу короткая чёлка, напряжённые икры, промокшая до нитки чёрная майка… Это заводило её до неприличия! Она силой заставляла свои глаза «отлипнуть» от этой картины, ведь чувствовала, как ежесекундный жар обжигает её тело, будто Зак отправляет в нокаут именно её… В рыжей девушке росло то непреодолимое желание просто-таки наброситься на капитана, бесцеремонно повалив того на пол и не давая вздохнуть от её безрассудного порыва, от её знойных рьяных поцелуев… Но она никогда не позволит себе этого, ведь он для неё – непреодолимая высота, к которой не дотянется даже самое бурное пламя… Любить его молча, до исступления, до потери себя, до дрожи и неуверенности, до безумства – это всё, на что она способна, но что будет продолжать скрывать, считая себя недостойной такого искреннего и чистого человека, как Зак. Хоть она и призналась ему в любви той ночью, когда сбежала с больницы, но Каталина была уверена, что он крепко спал и этого не услышал… Но парень слышал всё… Он, казалось, смотрел в самую глубь её сердца, не боясь того мрака и темноты, которыми она наполнена с рождения… Зак не видел дьявола перед собой, не видел проклятую девушку с разрушительной силой, как предупреждала его богиня Радуги; перед его глазами Ката была нежной и очень ранимой, хотя никогда бы не позволила ему сказать это вслух, отвергая любые попытки поближе узнать себя. Да, она пряталась под маской дерзкого и бесстрашного стража огня, но Зак сумел выкрыть её, сорвать эту гримасу с её уставшей израненной души… Чистая всепоглощающая любовь грелась в их сердцах, поджидая своего времени, чтобы снести им обоим головы от одного лишь взгляда друг на друга… Любовь… Кату мужественно спасала, а Зака медленно убивала именно она. Отряхнув голову от всех невовремя пришедших воспоминаний, Ката сильно ударила себя по щекам. Не время разводить сопли! Собраться! Надёжно прячась за многолетним каштаном, что, повинуясь далёкому дыханию зимы, оголил свои сухие ветви, Каталина ещё раз осмотрела всё. Девушка находилась на окраине густого леса, а прямо посреди неё стояло старое одноэтажное ветхое здание, похожее на домик бедного дровосека, крыша которого изрядно покосилась в сторону, погрузившись углом в протоптанную почву, подчёркивая этим древний возраст сооружения. Но не смотря на всё это - вокруг домика стоял невысокий забор из сетки, а по периметру стояло четыре тёмных иномарки (ночью не был понятен их цвет) и прогуливалось несколько вооруженных парней с автоматами. Ката насчитала шестерых… Глубоко вдохнув на полную грудь, девушка окончательно собралась с мыслями и стала приводить свой несозревший план в действие… Подняв правую ладонь на уровень своего рта, она собрала энергию в её центре, после чего спокойно закрыла глаза. В этот момент покосившийся край крыши, вспыхнул лёгким огоньком, что по сухой древесине стал быстро подыматься к верху. Опустив ладонь, Ката открыла глаза, напряжённо смотря в сторону охраны и будто ожидая чего-то. - Show time! – прошептала Ката сама себе, наблюдая за паникой, поднявшейся среди членов мафии, - Теперь достаём телефоны и звоним ей… Вы же не потушите его сами… Сгорит лаборатория – всем кранты… Спустя минуту с деревянных прогнивших дверей стали выбегать люди в белых длинных халатах и масках на лице. Внезапно послышались женские крики, и одна «медсестра» выскочила из здания, падая на землю, будучи охваченной ярым пламенем. Каталина лишь досадно цокнула языком, после чего провернула рукой с растопыренными пальцами, резко убирая их в кулак. И огонь на спине женщины в секунде потух. Никто так и не понял, как это произошло… Кто-то стал подымать её, но глаза Каты уже смотрели в другую сторону. Инцидент со случайной жертвой отвлёк её всего на секунду, как тут издали послышались какие-то сирены… - Неужели пожарных вызвали? – удивилась Ката, – Пожарных вызвали, а её нет? Вот блин… Но как только сквозь густую чащу леса стал пробиваться яркий свет, девушка поняла, что её план был-таки провальным… Какой сумасшедший захочет сообщить главе сектантского мафиозного клана, что одна из трёх её крупных лабораторий по изготовлению наркотиков пылает огнём среди тёмной ночи? Всем ещё жить хочется, никто не камикадзе… Но когда пожарные принялись за работу и стали разворачивать шланги, то вслед за ними к пылающему домику подъехала белая Toyota Land Cruiser 300, а за ней ещё четыре машины такого же цвета. - Jackpot! – радостно, но в то же время суетливо выпалила Ката, прогоняя всякие сомнения, бурно врывающиеся в её больную голову. Она уже всё решила и пути назад не было, хотя инстинкт самосохранения пульсировал в её мозгу громогласным ором: «Беги!» Но кого же Каталина когда-либо слушалась..? Внезапно дверь огромного белого джипа открылась и на твёрдую, искрящую яркими бликами от горящего дома, почву ступила изящная женская ножка на высокой шпильке. Из машины вышла невысокая темнокожая женщина в таком же белом строгом деловом костюме, что подчёркивал её высокий статус в окружающем сером обществе. Её глубоко посаженные карие глаза со странным безразличием наблюдали за происходящим, отображая лишь танцующие языки игривого пламени. Её чёрные, как смоль, волосы были так коротки, что издали казалось, что её голова абсолютно лысая. Пухлые губы и ровные скулы, которые были умело подчёркнуты макияжем, не смотря на позднюю ночь, создавали образ серьёзной самоуверенной и сильной женщины лет сорока пяти. Нерушимо стоя у своего джипа, Матерь с монументальным спокойствием наблюдала за тем, как догорает крыша её новоиспечённой подземной лаборатории, так надёжно спрятанной от посторонних глаз. Этот невозмутимый пристальный взгляд пугал Кату, отчего она всё больше и больше сомневалась в том, стоит ли игра свеч, ведь если ничего не получится – её труп даже некому будет похоронить… Вдруг к женщине подбежал кто-то из её клана и, покланявшись, стал шептать что-то на ухо, но даже после этого взгляд Матери не изменился, сохраняя всё ту же хладнокровность. Когда огонь был потушен, а пожарники, явно знающие, на кого они только что работали, быстро и безмолвно загрузились по машинам и стали отъезжать, все находящиеся здесь люди покорно опустились на колени, склонив головы перед самопровозглашённой «дочерью Бога». В этот момент у одной из приезжих машин кто-то достал мощный прожектор и поставил его позади главы, после чего яркий ослепляющий свет, направленный ввысь, молниеносно разогнал привычную ночную мглу. - Кто? – услышала Каталина грубый прокуренный женский голос, от которого у неё дрогнуло что-то внутри, оборвалось и глухо упало в пятки. Но ответа не последовало, что, видимо, не очень понравилось их предводительнице. - КТО? – ещё раз повторила Мать, более настойчиво, осматривая каждую пугливо вжатую в плечи голову на этом злополучном клочке земли. - Я! – вдруг услышала женщина со стороны тёмного леса и тут же развернула туда голову, насупив густые брови так, что они почти встретились на переносице. Каталина неспеша выходила из своего убежища, почти волоча раненую ногу позади себя. Её руки были подняты, всем своим видом показывая, что никакого сопротивления она не оказывает. В эту же секунду вся свита Белой Матери перезарядили свои пушки, направляя их на это маленькое, ковыляющее, еле дышащее существо, но женщина мгновенно вскинула ладонь вверх, приглушая запал своих ребят. - Я подожгла вашу лабораторию. - громко произнесла девушка, подходя ближе, – И вы могли бы пристрелить меня прямо здесь и сейчас, но вы этого не сделаете… Женщина полностью развернулась к Каталине, оказавшись в метрах семи от неё, внимательно рассматривая огненного стража с ног до головы. Она знала, кто перед ней, ведь эту чертовку спутать с кем-либо другим было невозможно. И в это время её тело должно было покоиться где-нибудь на дне озера… - И почему же? – заинтересованно спросила Мать, изучающе впиваясь большими карими глазами в глаза Каты. – Ты приняла сторону моего врага, искалечила шестерых моих сыновей и пыталась сжечь лабораторию. Думаешь, этого не достаточно? - Согласна. – чётко ответила Каталина, исподлобья встречая зрительный, мысленно испепеляющий напор женщины, – Но только так я могла привлечь ваше внимание… Ваше. Не ваших сыновей. – уточнила девушка, мелкими рывками опуская руки вниз, - Они не желали знакомить нас, как я не просила… - Они делают так, как велю им я. – победоносно прозвучала эта фраза со слегка запрокинутой головой и едва заметной улыбкой. - Поэтому я решила, что лаборатория – это единственный способ увидеть вас... – настороженно оправдывалась Ката, продолжая зрительно защищаться. – Ведь внутри – всё целое, не так ли? Белая Мать прижмурила уголки глаз, будто заглядывая в самое нутро Каталины, проверяя её на вшивость и искренность. Спустя минуту такого контакта, женщина, видимо, не учуяла обмана в этих словах и сделала шаг в бок, начав размеренно обходить эту убогую дерзкую девчонку. - И почему же ты решила, что после сотворённого тобой ты продолжишь свои грешные деяния на этой земле? – протянула Мать, делая ещё один ровный шаг. - Потому что ваш интерес ко мне выше, чем собственно моя смерть. – всё так же исподлобья ответила ей Ката, пытаясь уловить любое изменение на лице главы клана, разглядывая каждую её морщинку... Матерь интригующе заулыбалась, смакуя своё превосходство, но понимая, что Рыжик, которого она давно хотела отправить к дьяволу, не так проста, как кажется на первый взгляд. - Допустим это так. – с усмешкой продолжила она. – Тогда объясни мне, почему ты мне так интересна? Каталина сглотнула ком, который выдавливала из себя с каждой фразой. Она всеми мизерными силами сдерживала свой страх перед главой кегсберской секты, боясь сказать что-то не так, боясь ошибиться в своих догадках и навлечь сотню пуль в своё и так нездоровое тело. Но она должна была продолжать игру, что началась теперь за её правилами… - Я выросла в банде Долтона, хорошо знаю его людей и прекрасно изучила его работу. Я – один из его лучших шпионов… Так же я побывала в логове вашего врага, пусть недолго, но я успела узнать кое-что, что для вас было бы полезным… - И Каталина посмотрела куда-то вниз, затем вбок, не желая упускать из виду опасную женщину, которая заходила за спину девушке. – И… Ваши сыновья не смогли выполнить вашу просьбу, ведь я каким-то чудом ещё жива… В этот момент Ката слышала лишь её глухие шаги по твёрдой земле, но не могла увидеть её реакции на свои слова. Внезапно и этот звук утих. Мать остановилась прямо за её спиной, и страж уже мысленно перебирала все возможные варианты того, что же женщина может сделать в эту секунду… - Как ты нашла лабораторию? – услышала девушка вопрос, будто бы Матерь задавала его раньше. - Ваша система паролей устарела. – быстро ответила Ката, едва сохраняя уравновешенность, - Переписки ваших сыновей легко прочесть. И вновь наступила эта тягучая, мучительно томная тишина. Каталина не знала, что творится в голове у «дочери Бога», так как попросту не имела глаз на затылке, но на этот раз они ей не понадобились, так как она вновь услышала звук удара тонкой шпильки по иссохшей земле. - Ты действительно интересный персонаж, Рыжик… - задумчиво произнесла темнокожая женщина, показываясь с другой стороны. – Твои суждения имеют смысл, и они частично являются верными… Только… Зачем ты так отважно, если не глупо, пыталась со мной связаться? Почему ты не продолжила работать на Соломона, а решила сменить хозяина? - Потому что… - замялась Ката перед тем, как вымолвить следующую фразу, - Потому что я ошиблась в его выборе. Я была одержима местью, слепа к правде… - и она вновь уловила глазами белую фигуру справа, не желая вновь её потерять из виду, - Но после разговора с вашим сыном, я многое переосмыслила… И теперь я вижу мир иначе… - И каким же ты видишь его? – с нескрываемым волнением спросила Матерь. - Чистым… Вольным… И, главное, безгрешным. - решительно ответила Ката, слегка приподняв подбородок. – И только ваши учения способны сделать его таким. Только вы можете искоренить зло на этой планете, окутав её ярчайшим благословенным светом… - Ты хочешь… - начала было женщина, но Ката внезапно перебила её, непонятно каким образом набравшись наглости. - У меня никогда не было настоящей матери… - выпалила девушка. – И я всегда хотела иметь семью… - Ты хочешь, чтобы я тебя удочерила… - задумчиво произнесла женщина, пристально ища правды в глазах рыжей девчонки. - А ещё… Мне нужна помощь… - упрямо продолжила Каталина. От лёгкого удивления брови женщины резко взлетели вверх, и она заинтригованно покосилась на Каталину, которая должна была продолжить свою мысль и без её наводящего вопроса. - Я слышала об одном вашем сыне… Его называют Лекарем мёртвых. Ходят слухи, он может вернуть человека с того света. – отрезала Ката даже слегка требовательно, после чего перебросила свои рыжие кудри с левой стороны на правую, оголив огромный рубец на черепе. Кожа в некоторых местах воспалилась, а возле швов была явная припухлость. – Я слишком слаба и не справляюсь со своей болезнью… Но я хочу жить… И видеть, как вы спасаете этот мир. Аргументы закончились. Больше страж огня не знала, что сказать Белой Матери, оставалось лишь послушно ждать её вердикта, что вполне мог оказаться не в её пользу… Но женщина молчала, отведя карие глаза куда-то в темноту. Вдруг она слегка кивнула кому-то из свиты и один из членов банды незамедлительно погнался к белой Toyota. - Какой смысл мне брать тебя под своё крыло? – продолжила женщина, глубоко и, казалось бы, устало выдохнув. - Я прекрасно понимаю, что вы можете убрать меня прямо здесь, а вы сами знаете, что за моей спиной нет ни гроша, но… Если вы отведёте меня к Лекарю – я сделаю всё, чтобы стереть Соломона и его шайку с лица земли. – утвердительно вырвалось к Каты, по-прежнему не спуская взгляда с фигуристой самодостаточной и, не смотря ни на что, безумно красивой женщины. Каталина не была уверена в том, верит ли её словам Белая Мать. Доселе неведомая сила вырывала из груди огненного стража её горячее сердце, а невесомость от онемелых нервов заполонила тело девушки так, что не давала пополнить запасы воздуха, которые были на исходе. Вдруг из задних дверей белого джипа, на котором приехала сама глава клана, подосланный Матерью громила стал вытаскивать кого-то за локоть. У пленника на голове был серый тканевый мешок, а ладони заведены за спину и плотно связаны чуть ли не морским узлом. Ката ожидала подвоха, ведь у неё ничего и никогда не шло гладко… Но к этому неожиданному сюрпризу она была совсем не готова. Дополнительное волнение прогнало то онемение, заменив его на накал, что сиюсекундно заточил её в крепкие объятия. «Fuck» - подытожило её сознание, как только Ката узнала мужскую фигуру напротив, которую, не церемонясь, швырнули на колени перед Рыжиком. Высокий, мускулистый, в чёрной кожаной куртке, которую давно нужно было бы сжечь… Как, наверное, и её обладателя. - Узнаёшь своего спасителя? – саркастически прозвучал голос Матери, которая резко сорвала мешок с головы узника. Тот лишь искажённо жмурился от близ находящегося прожектора. - Придурок… - едва слышно вырвалось у Каты, после чего она уже без какой-либо опаски взглянула Матери в злорадствующие глаза. – По правде говоря, этот конь мне всю малину перепортил… - растянула она губы в улыбке, ясно соображая, к чему идёт это всё. Белая Мать глухо, но громко и открыто рассмеялась, чётким шагом подходя к Каталине и доставая со спины лёгкий, можно даже сказать дамский револьвер Ruger LCR стального цвета. - Люблю людей с чувством юмора… - сквозь грубый смех произнесла женщина, протягивая оружие Каталине, которая, не сопротивляясь, осторожно взяла его в руки. – Я думаю, ты понимаешь, что нужно сделать… - абсолютно спокойно сказала она, становясь прямо за спиной девушки. В этот момент глаза Алекса округлились и он, наконец, разглядел, куда его привезли и что здесь происходит. Он стоит на коленях, связанным, а вокруг до зубов вооружённые люди, и его просто пытаются убить! УБИТЬ! И кто? Вот это рыжее создание, которое всю жизнь воровало у него и портило ему репутацию... Эта сумасшедшая девчонка, которая совсем недавно грозилась сделать это любой ценой, не смотря на то, что он её спас! Алекс всегда знал, что справедливости не существует, но вот чтобы этот закон подействовал вот так… Он прошёл войну! Видел смерти боевых товарищей и близких друзей, и сам беспощадно убивал врагов, и тут – на тебе! Его делают обычной жертвой! Просто так пускают пулю в лоб! Можно ли смирится с такой смертью? «Думай, думай, думай!!!» - оглушали мысли Кату своим криком, так как убийство Алекса уж никак не входило в её планы. Пусть бы жил себе, не приближался к Салли и хватит с него! Отнимать жизнь у кого-либо она не могла, не переступила этот порог, не могла нарушить свою клятву, иначе она абсолютно ничем не будет отличаться от них или от любого встречного монстра… А может она и есть монстр и это нужно принять? Может стоит принять себя такой, какой ты действительно являешься? Ката сожгла восемнадцать человек, большинство из которых были невинными детьми… Разве после такого можно назвать себя человеком? Не смотря на сотни спасённых после, находясь в команде Радуги, память не стёрла их лица, а их крики и стоны до сих пор откликаются в её голове… Глупая совесть. Почему нельзя её просто выключить, как какой-нибудь старый черно-белый телевизор, у которого перегорел кинескоп? Убить Алекса? За что? Чёртова совесть… Будь ты проклята… - Это необходимо? – не сводя глаз с оружия твёрдо спросила страж. – Хорошие механики сейчас на вес золота… - Зачем мне хороший, если у меня есть лучший? – утвердила Мать, внимательно наблюдая за ней, находясь в каком-то необъяснимом азарте от происходящего. – А вот лучшего шпиона найти сложно… - протянула она задорно, подходя ближе к Кате и ласково убирая её спутанные волосы на сторону, нежно шепча ей на ухо, - Этот человек грешен, он пустил кровь двоим моим сыновьям… Ката внезапно почувствовала, как тяжелеет её бренное тело, как какой-то странный туман окутывает её сознание. Сопротивление было бесполезно, так как мягкий убаюкивающий шёпот будто руководил её действиями, и девушка томно посмотрела на холодную сталь, что лито поместилась в её маленькой ладони. - Ты хотела обрести мать… - монотонно шепнула ей женщина. - А мне нужна верная, послушная дочь… - Мама… - заворожённо повторила за ней Каталина, при этом сжимая оружие в руке посильнее. Алекс тут же понял, что происходит. Как умело и профессионально эта женщина вводила в гипноз нерасторопную девчонку! Рыжик даже не вспомнит, что она сделала, как только нажмёт на курок… Нужно было срочно образумить её, иначе она точно станет его катом. И это будет уж слишком подло… Чего-чего, а быть убитым от руки этой беспардонной рыжей проныры – это перебор! Да и вообще, ему не особо хотелось бы умирать, хоть и терять ему было нечего… - Не слушай её! – выкрикнул он нервно, - Рыжик, очнись, мать твою! - Я обещаю, что всё будет так, как ты захочешь… У тебя будет семья, близкие… - продолжала Мать, доброжелательно водя ладонью по спине Каты. - Рыжик, блять! – не удержался Алекс, - Какого хрена?! Ты же никогда и никого не слушаешь! Но тут рука Каталины медленно стала подыматься вверх, а затуманенные глаза безразлично смотрели в испуганные глаза мужчины. - Рыжик! Хрен с тобой! Я не трону её, слышишь?! Опусти пушку! – пытался достучаться к ней Алекс, что вызвало лишь лёгкую ухмылку на лице Белой Матери. - Выбор за тобой… - тепло продолжила женщина, на что Ката лишь точно навела прицел. – Я готова стать твоей Матерью… Готова любить тебя сильнее, чем кто-либо… Но этот мужчина совершил грех… Он убивал невинных… И он хочет помешать нам создать новый мир, без злобы и ненависти… - Да мать твою, Рыжик! Не верь ей! Ты же никому не веришь! Очнись, блять! – заорал он, еле дыша. В глазах Алекса читался страх. Он не хотел умирать… Не готов был… - Я люблю тебя, девочка моя… Не подводи меня… - сладко голубил голос женщины сознание Каталины, и она даже на секунду закрыла глаза в успокоении… – Я не подойду к ней больше! И пальцем её не трону! – вырвалось из его иссохших уст, едва дыша. - Клянусь! В момент глаза Каты резко открылись. - Врёшь. – чётко вымолвила страж и выстрелила. Алекс в ужасе зажмурился, от испуга вжимая шею в плечи, но не сразу ощущая, что всё ещё стоит на земле и вовсе не чувствует огнестрела… Спустя несколько секунд он услышал чей-то протяжный вой. Тот парень с перебитым носом, что вынимал Алекса из машины и всё это время стоял позади него, обречённо рухнул на колени, хватаясь за простреленное плечо. - Суууукаааа!!! – взвыл он болезненно, но в то же время со злобой в голосе. - Советую уволить вашего кадриста. – совершенно спокойно произнесла Каталина, развернувшись к Матери и отдавая ей пистолет. – Этот человек работает на Соломона. – и она взглянула в слегка опешившие глаза женщины. – Он хотел увести меня из бара, где ваши сыновья нашли меня в первый раз. Это крот. Можете сами проверить… Печать на языке… Белая Мать явно была озадачена, почему её гипноз не подействовал? Но всё же женщина кивнула стоявшему рядом белобрысому парню, чтоб он выполнил приказ. Парень мигом подбежал к раненному и стал раздирать ему челюсти, которые тот не спешил разнимать. Спустя несколько секунд, блондин развернулся к своей хозяйке и утвердительно кивнул. Впервые за этот долгий и напряжённый для Каты разговор на лице Белой Матери появилась другая эмоция – это была ярость. Мгновенно направив оружие на предателя, она выпустила в него всю обойму, отчего тело Каталины с каждым выстрелом содрогалось. После этого Белая Мать злостно, исказившись в лице, быстро направилась к своему джипу. По пути к ней подбежал ещё один сектант, которому она веско приказала: - Этих двоих – на ночь в «гостевую». Завтра отвезёшь к Лекарю. Каталину будто кипятком окатило. От перенапряжения она не чувствовала ни рук, ни ног… Сознание выключалось… Какие-то ребята взяли под руки обессиленную девушку и потянули к ближайшей машине. Алекса тоже кто-то поднял с колен, но повел совершенно в другую сторону. Его оковы были тут же сняты, а проходившая мимо Матерь и глазом не повела в его сторону, но он всё же набрался храбрости и нервно крикнул вслед: - А если бы она выстрелила?! - Тогда ты был бы уже мёртв. – Не разворачиваясь, ответила Мать, садясь в машину. – Свою задачу ты выполнил. – услышал он уже через открытое окно, - Продолжай в том же духе. В этот момент в душе бывшего гонщика что-то щёлкнуло. Его могли здесь убить… Убить! А ведь он просто… Подыграл. Он даже не задумывался, что его, так называемый, первый рабочий день в банде Белой Матери мог оказаться последним. Но после сегодняшнего он усомнился в том, что его услуги хоть кому-нибудь здесь нужны, и это заставило его хорошенько задуматься о том, что же делать со своей жизнью дальше…