Дом на площади Гриммо 12

      Пустой, заброшенный и обветшалый дом не сильно выделялся в общей оставленности данного района и в его гнилых, темных постройках. Ничего не говорило о том, что там происходит хоть что-то на толику интересное. Но в этот момент возле выхода появилась темная, густая энергия, что быстро развеялась, представляя вниманию неприятного вида волшебника, грязные, серые волосы и рваная, словно снятая с бездомного одежда, все это еще больше подчеркнуло его мрачный взгляд. Оглянувшись, мужчина зашел в заброшенный коттедж. Через пару минут он оказался в небольшой комнате, что когда-то была рабочим кабинетом; ободранные обои, потолок, что покрылся пятнами мерзкой, зеленой плесени, из мебели лишь большой коричневый стол и пару стульев. Мужчина глубоко вздохнул и посмотрел на высокую, худую фигуру парня в идеальном, черном костюме, что стоял спиной и никоим образом не отреагировал на его появления в здешних стенах. Смотря на его безукоризненность, можно было подумать, что он оказался здесь чисто случайно, но его настойчивый поиск чего-то в одной из книг, говорил об обратном. — Этот старый козел нам не дал ровным счетом ничего. — нахмурился мужчина, сразу переходя к сути — Может, мы не там копаем? — сказал он, начиная оглядывать куски обоев на стене, не стоило снова доверяться волшебнику. — Ты во мне сомневаешься? — раздался спокойный голос и парень, стоявший спиной к собеседнику, ненадолго припечатал его взглядом глубоких, светлых глаз. Тёмные волосы и идеальная укладка, делали его еще более похожим на Риддла. — Нет, но… — Вот и правильно, не сомневайся. — парень хмыкнул, вновь отворачиваясь к столу и вновь смотря что-то на пергаментах, которыми было завалено все вокруг. — Мы найдем то, что ищем, я тебе обещаю, Фенрир. — Что я должен сделать? — подобрался оборотень. — Ничего, — парень обвел что-то на пергаменте и выпрямился, став еще выше. — Тот, кто надо, уже все сделал. — заключил он с едкой улыбкой.

***

Голова болела, нет, раскалывалась, да так, что даже от малейших движений пришлось отказаться. Драко тихо застонал, открыв глаза и оглядывая потолок своей комнаты на Гриммо, постепенно приходя в себя. Поттер, Гермиона, порез, истерика. Воспоминания обрушились на неустойчивое сознание подобно ядерной бомбе, отравляя все мысли радиацией. Малфой зажмурился, хотелось стереть себе память или остаться в постели до конца своих дней. Но боль постепенно отступала, сознание становилось чётким, а мысли — упорядоченными. И эти мысли были совсем не радужными.《 Это ты во всем виноват. 》 — твердили они. И Драко безоговорочно верил, черт его дернул начать выяснять отношения с Гарри. Ведь теперь, сердце словно драли когтями кошки. Да, абсолютно верно — «невозможно полюбить». В голове явно и чётко представал образ злого Поттера, с горящими от ненависти глазами. Подобное происходило так много раз, что Малфой перестал считать после третьего курса. Но почему же именно этот раз, казалось, резал сердце больнее и яростнее всех остальных. Возможно, потому, что до этого ему дали надежду, хотя, скорее он сам себя обнадежил. Гарри ему ничего не обещал. Рука сама метнулась к недавнему порезу, при желании, можно было нащупать небольшой шрам, но это было не критично, хотя все также неприятно. Драко медленно встал и подошёл к зеркалу. Глаза опухли, волосы в беспорядке и это ещё не самое страшное. Да, небольшая красная полоска видимо ещё пару недель будет напоминать о резких словах и неосторожности. Северус всегда говорил контролировать свои эмоции, но Малфой так этому и не научился. Наоборот, ему с годами даже больше казалось, что именно из-за этого, Снейп был таким одиноким и отчужденным, закрыв свое сердце во льдах, он даже не заметил, как оно замёрзло. Хотя, сейчас, он как никогда его понимал, казалось, просто перестать чувствовать, является единственным выходом, если не желаешь ощущать пожирающую сердце боль. Рядом раздался хлопок и, ушедший в свои мысли по уши, Драко вздрогнул. Это был Кикимер, домовик оглянул его с ног до головы и молча протянул конверт. Малфой также, не говоря ни слова, забрал из мелких рук письмо. Кикимер лишь кивнул и испарился. Если он всегда будет молчать, то ссоры с Гарри даже чем-то полезны. На письме красивыми, каллиграфическими буквами было выведено: Панси Паркинсон. 《Прелесть.》- подумал Драко. Впервые, за всю жизнь в Блэк-хаусе, Малфой был рад, что не встретил Поттера по дороге к камину. Мерлин, он был просто счастлив этому. Встречаться с ним не хотелось, смотреть на него не хотелось, даже ощущать его присутствие было чем-то за гранью. Слишком неловко было думать о том, как смотреть ему в глаза, о чем сказать, давила вина. Поэтому, быстро собравшись, Драко зачерпнул летучего пороха и просто сбежал от разговора с хозяином дома, хотя и прекрасно понимал, что лишь отсрочил его. Он осторожно ступил за каминную решетку дома, где сейчас жила Панс. И не успев оглянуться, сразу оказался в объятиях Паркинсон. — Мне такое нужно тебе показать. — сходу начала Панси, даже не выпустив его из объятий. — Воу, полегче, Панс. — улыбнулся он, ещё крепче обнимая её и вдыхая запах чуть сладких, цветочных духов, что у Панси были еще кажется с пятого курса. Паркинсон отстранилась и Малфой смог оглядеть гостиную. Она была уютной и небольшой. Пастельные, желтые обои в ромбик, светлый паркет и мебель из такой же светлой древесины. Парочка зеленых диванчиков с подушками и очень много света, даже слишком много. Драко даже не заметил, насколько привык к мрачности Гриммо. — Неплохой интерьер. — прокомментировал он. — По сравнению с твоим Гриммо, любая нормальная комната — неплохой интерьер. — фыркнула Панс. А Драко лишь закатил глаза. С Панси всегда было спокойно и легко, в отличии от всего остального, что происходило в жизни, рядом с ней, Малфой чувствовал себя в непроницаемом пузыре спокойствия и гармонии. — Ну, я тебя звала не об интерьере говорить, пошли. — сказала она и отправилась в сторону выхода из комнаты. Малфой последовал за ней, они прошли пару таких же светлых коридоров и зашли в небольшую комнату. По ней были разбросаны куски ткани, холсты, стояли два манекена, а большинство пергаментов с набросками, попросту парили в воздухе над их головами в полном беспорядке. Драко, оглядывая их, споткнулся об один рулон ткани, задержавшись за стену, чтобы не упасть. — Творческий беспорядок. — виноватым голосом проговорила Панси, привлекая к себе его внимание. Малфой лишь хмыкнул, точнее и не сказать, он считал, что если Панс находится в какой-то комнате дольше пары минут, помещение магическим образом превращалось в тот самый «творческий беспорядок». — Угадай, что я смогла найти? — воодушевленно спросила она, закрывая собой угол комнаты. Малфой закатил глаза, он не любил что либо отгадывать, особенно, когда это «что либо» было связано с Панс. Это всегда был тот самый тест без правильных ответов. — Мозги младшего Уизли? Или может, совесть Министерства магии? — предположил он и сложил руки на груди. — Нет, эта вещь не настолько утеряна. — усмехнулась она. — Ну так? — по Панси было видно, что она сгорает от нетерпения и одновременно с этим, нервничает, слишком паническим был её взгляд. Смотря на неё Драко тяжело вздохнул. — Не знаю. — он пожал плечами. — Показывай уже. — Ладно. — девушка глубоко вздохнула и достала из-за спины Её. — Я нашла её вчера, на выставке, за огромные деньги, я же как раз не вручила тебе подарок на день рождения поэтому вот. — начала она свой бессвязный монолог, поглядывая на реакцию друга. Малфой же смотрел на предмет в ее руках и пораженно молчал. Это была трость. Та, что полностью повторяла трость Люциуса. С рукоятью в виде головы серебряной змеи с изумрудными глазами. Любимая палочка отца, спасавшая его ни раз и ни два. Драко даже не знал, что сказать. Потоком налетели воспоминания. Вот Люциус сидит на светлом, белом диване после Азкабана, на бледной шее виден номер, под глазами залегли синяки, волосы выглядят просто ужасно, а руки трясутся. Он залпом вливает в себя огненный виски, даже не морщась. Погруженный в тревожные мысли, он нервно поглаживает серебряную змею по голове и смотрит в пустоту. — Люциус. — зовет его Нарцисса и мягко берет за руку, от её прикосновения Малфой старший дергается. Его красные глаза оглядывают Мисс Малфой и он мягко касается её нежной щеки, проводя по коже большим пальцем. — Я все сделаю, чтобы вас спасти. — говорит он. У Нарциссы блестят слезы и она сдерживает их из последних сил, старается быть сильной. Драко же подавленно молчит, смотря на это он и сам старается не заплакать, от такого количества чувств, что переполняют его, от одного только вида отца. Женщина обнимает Люциуса, пряча глаза в его плече. А следом новое, Люциус молод и идеален, Драко, закончивший второй курс, отчаянно пытается тренироваться в магии, пот в три ручья, да и мышцы уже порядком болят. Но Малфой старший следит за его движениями и колко комментирует каждое, поглаживая клыки блестящей змеи. — Быстрее, пока ты стоишь тебя убьют порядком пять раз. — Нет, не пытайся придумать новый приём, пока не знаешь те, что уже работают. И не прыгай, ты — Малфой, а мы горды даже в пылу драки. — Резче, чем больше заклинаний ты успеешь использовать, тем больше вероятность, что победишь. — Руку ниже, ты противнику глаз собираешься выколоть? — Не кричи, произносить заклинания нужно тише, чтобы противник по возможно просто не успел среагировать правильно. Панси видела, как легкая улыбка медленно сошла с лица друга, а взгляд стал прикован к предмету в её руках, этого она и боялась. Всё-таки не стоило её покупать, у Драко с ней связано слишком много неприятных воспоминаний. Но она знала, что он скучает по Люциусу и не имеет даже возможности забрать что-либо из Малфой-Мэнора. Она надеялась, что хоть это напомнит Драко, что он не один. Драко вздрогнул, вновь возвращаясь в реальность и наконец собравшись, взял из рук Панс трость. Металлическая ручка приятно холодила ладонь, а сама трость была по весу такой-же, как и у отца. Он осторожно погладил её по темному дереву основания, приходя в себя. — Спасибо. — тихо проговаривает он, поднимая взгляд на Паркинсон. Панси мягко и немного виновато улыбнулась, смотря на то, как Малфой чуть крепче сжал в руке её подарок. Со стороны двери из комнаты послышался знакомый голос и Паркинсон сразу поняла кто пришел. Драко тоже обернулся на звук, когда дверь открылась. В комнате показался высокий парень примерно их возраста, с короткими, каштановыми волосами и обычными, светло-карими глазами. У него был небольшой прямой нос и тонкие губы. На нем была аврорская форма и Малфой сразу понял, кто он. Парень внимательно оглядел Драко, что смотрел на него с привычным для себя скептицизмом. Что-то в нем отталкивало, Малфой пытался понять что именно, но в этот момент к незнакомцу подбежала Панс. — Итан, это Драко. Драко, это мой парень Итан, — представила их друг другу Панси, улыбнувшись. — Приятно познакомиться, Драко. — первым начал обмен пустыми любезностями Итан, голос его был мягким, но все равно каким-то пустым. Драко фыркнул, но всё же решил быть повежливее. — Взаимно. — односложно ответил он. Итан ему совсем не понравился и Драко даже не мог понять почему. Даже его имя казалось несусветной глупостью, что Панс вообще в нем нашла? Возможно, он просто априори не любил Авроров. — Я пожалуй пойду. — сказал он обращаясь к Паркинсон. Да, хотелось уйти отсюда как можно быстрее. Судя по Итану, он думал о том же самом и их неприязнь друг к другу была взаимной. — Нет, Драко. — отрезала Панси нахмурившись. — Ты только пришел. — она преградила собой путь из комнаты. Малфой, кажется, даже почувствовал, как воздуха в комнате стало меньше. Или здесь всегда было так душно, а он попросту не замечал? Он ненавидел подобные посиделки, и за время после Хогвартса даже отвык лицемерно улыбаться и делать вид, что он не имеет ничего общего с тем, что творится вокруг. — Может, чай? — предложил Итан, встретившись взглядом с Панси и улыбнувшись ей. — Хорошая идея. — она улыбнулась своему парню и вновь посмотрела на Малфоя, этот взгляд не сулил ничего хорошего. Пришлось повиноваться. И в гробовой тишине, на маленькой, как и все комнаты в этом доме, кухне, в окружении желтой посуды, приятного и такого же желтого света от свечей, они сели пить чертов чай. Драко выходил из дома в районе шести вечера и ему уже хотелось обратно, там как минимум нет Итана, который странно смотрел на него, держа чашку в руках. Это было максимально неловко, но Малфой гордо пил свой чай, в котором больше хотел утопиться, чтобы не видеть, какими влюбленными глазами его подруга смотрит на это недоразумение с дурацким именем. Он также ведет себя рядом с Гарри? Мерлин, если да, он не переживет. — Говорят, твои родители были близки к Тому-кого-нельзя-назвать? — спросил невпопад Итан, за что получил недовольный взгляд от Паркинсон. Драко по-снейповски поднял одну бровь, смотря на парня, что как назло сидел перед ним, как на самого крупного идиота, которого видел в своей жизни. — Да — наконец ответил он. Итан лишь кивнул сам себе, видимо включая его в список подозреваемых или самых отпетых преступников этого века. — А у тебя есть темная метка? — спросил этот генератор странных вопросов снова. — Так, хватит! — вмешалась Панси, — Давайте не о Темном Лорде, а то скоро и кладбище начнем обсуждать. — она казалась грустной и Малфой даже подумал, что он косвенно в этом виноват, но не он это предложил. — Отвечая на твой вопрос, да. — Драко самодовольно ухмыльнулся. Панс закатила глаза, а Итан оглянул его сощурившись, словно пытаясь рассмотреть сквозь кожу его внутренности или прочитать на лице мысли и планы о воскрешение Темного лорда. — Спасибо за чай Панси, я пойду, у меня дела. — улыбнулся Малфой элегантно поднимаясь со своего места. — Итан. — он театрально чуть поклонился, замечая на себе раздраженный взгляд Панси, которая прекрасно понимала, что он издевается, а не просто пытается быть вежливым.

***

Драко расслабленно сделал шаг из камина в комнату и оказавшись в блаженной тишине и одиночестве, глубоко вздохнул. — Поздравляю, Драко, ты стал затворником. — тихо сказал Малфой сам себе, чуть крепче сжав трость в руке. Дом на площади Гриммо 12 никогда не отличался шумом и в этом был его главный плюс. У Панси было хорошо, но Малфой видимо физически не мог выносить незнакомых людей. Итан. Какое же все-таки глупое имя, да и сам он вызывал странное чувство в районе желудка, похожее на предчувствие чего-то не очень хорошего. Оглянувшись, Драко заметил, что на диване, устроив на его спинке голову, сидя спал Поттер. И сон его был явно не радужным, брови Гарри были сведены к переносице, да и все лицо выражало муку. Он тяжело и часто дышал, на лбу появились капельки пота, его била мелкая дрожь. Стало ясно, что снится ему, если не сам Волан-де-Морт, то как минимум, Вторая Магическая. Здравая и рациональная часть Драко сказала, что это не его дело и стоит просто пройти мимо, но было поздно. Малфой уже оставил трость возле дивана и встал напротив Гарри, принимаясь тормошить того за плечи. — Гарри. — позвал он. Никакой реакции, лишь рукой Поттер ещё крепче вцепился в подлокотник, его лицо исказили страх и боль. Гарри уже трясло, как при лихорадке, в этот момент страшно стало и Драко. Чертов Поттер, что не день, то нервное перенапряжение. — Гарри Поттер! — крикнул Малфой еще громче, удивившись, как надломано может звучать собственный голос. Он еще раз встряхнул Гарри за плечи, пытаясь привести в чувства. Ничего. — Мерлинову мать. — выругался Малфой, беспомощно оглядываясь по сторонам. Поттер продолжал метаться в агонии, к его лбу уже начали прилипать тёмные и короткие кудрявые пряди, он был горячим, как при простуде. Это все больше и больше напоминало лихорадку, сон словно вцепился в Гарри когтями, не желая сдаваться и отступать. И Поттер мучился будучи не в состоянии бороться. Решение пришло в голову само собой, мозг подкинул то, что работало безотказно. Драко вытащил из кармана палочку, наставив прямо на измученного Гарри. Вдох, выдох. — Легилименс. — шепнул Малфой. Драко так быстро втянуло в сон, словно его там только и не хватало. Он чуть не упал на пол и оглянувшись, удивился. Он был в Малфой-мэноре. Это был один из самых темных и любимых пожирателями и лично Волан-де-Мортом зал мэнора. Только вот Драко точно знал, Поттер просто не мог хоть раз быть в этом месте. Но комната была как под копирку, и колонны, что возвышались, будто удерживая потолок, и темная, блестящая плитка с тусклыми, белыми разводами. Малфой почти захлебнулся в накативших волной воспоминаниях. Тут он получил первый Круцио в своей жизни, вдоль спины пробежал холодный пот. — Пожалуйста, прошу вас, я больше никогда вас не предам! — послышался глухой и срывающийся голос. Малфой обернулся на него и шокировано замер. Гарри. Он выглядел намного лучше, чем в реальности, хороший костюм чёрного цвета, укладка, лишь лицо его резала кривая ухмылка. Поттер сидел на почти что троне, там, где постоянно восседал сам Тёмный лорд. В руках у него была Его белая палочка, проходившая на кость какого-то дикого животного. Только сейчас Драко почувствовал запах крови и животного ужаса, что окутал и встал поперек горла. — Правда? — этот шипящий, издевательский тембр дошел до самых костей, словно врезаясь в них, ломая. Теперь уже трясло Драко. От ужаса, что казалось был позади, от слишком болезненных воспоминаний. Будучи все еще во сне Гарри, он дотронулся до метки. Клеймо, впервые за эти годы, неприятно ныло. — Пожалуйста, Мой Лорд. — взмолил незнакомый маг севшим голосом. Гарри лишь шипяще рассмеялся. И смех его был на самом грани с безумством, таким чужим, несвойственным. И этот звук отскочил от пустых, темных стен и врезался прямо в душу, срывая пластырь с заживающей раны. — Круцио. — упиваясь собственным величием тихо, но жестко сказал Поттер. Маг упал на пол, громко крича. И его крик застрял в голове Драко, прозвучал в ушах эхом, отчего дыхание перехватило. Повинуясь поглощающему ужасу, Малфой оцепенел, стоя на месте, он физически не мог заставить себя отвести взгляд от этого Поттера. Гарри, судя по виду, был счастлив, он улыбался его страданиям. Словно эти крики и судороги вводили его в экстаз. Как маньяка вид крови и запах жертвы. И улыбался он, криво, подчеркивая голое злорадство и свое величие. — Гарри. — хрипло позвал Драко, голос был тихим, но он был уверен, что тот его услышал. Гарри медленно повернулся к нему, его глаза светились и были инородного, красного цвета, с его лица не сходила злобная усмешка, словно он победил в долгой игре, просто пойдя ва-банк. — Проснись. — Приказал Малфой и его голос чудом не дрогнул. В этот же момент Драко выкинуло из сознания настолько резко, что он отошел на пару шагов назад, рухнув на диван, что стоял напротив того, где сейчас тяжело дышал Поттер. Драко давно не практиковался в легиментации, поэтому тоже глотал воздух, будто все это время был под толщей воды. Перед глазами стоял Гарри с красными глазами, пытающий какого-то незнакомого мага. Улыбающийся его боли и страданиям. Упивающийся своим превосходством. Так ужасно похожий на Него. Малфой моргнул еще раз, стирая этот образ, и вновь посмотрел на реального Гарри. Он не знал что сказать и не имея сил подняться, остался сидеть на месте. Медленно, но дыхание приходило в норму, лишь образы были все также ужасающе реальны. А вопросы заполняли свинцовую голову. — Как долго ты там был? — вдруг спросил Поттер, его голос охрип и был еле слышен. — Минут пять. — тихо ответил Драко. Он с трудом заставлял свой голос не дрожать и пытался упорядочить мысли в голове, что метались, открывая все новые и новые догадки, рисуя все более ужасные картины, а некоторые, просто вываливал на свет из глубины сознания, те, что казалось давно были прожиты, забыты. Малфой сжал кулаки, стараясь остановить дикий тремор в руках. Гарри медленно поднял взгляд к потолку, снова устраивая голову на спинке дивана. Малфой заметил, что пальцы рук Поттера тоже дрожат, а на лбу продолжают блестеть капли пота. — Как часто тебе это снится? — решил задать свой вопрос Драко. — Каждый раз, когда засыпаю. — просто ответил Поттер, продолжая разглядывать потолок, словно на нем, в гуще белой краски, было что-то интересное, захватывающее. — Поэтому ты не спишь? — сказал Драко, скорее как утверждение, а не вопрос. — Да. — Поттер, наконец посмотрел на Малфоя уставшими, красными глазами. — Понятно. — также ответил Драко. Глубоко вздохнув, он встал, ноги все еще были ватными, но Малфой все же решил уйти пока не поздно. Ему слишком много нужно было переварить, взяв трость, что мирно лежала облокотившись о диван на котором он сидел, Драко сделал шаг в коридор, находившийся в полумраке. — Малфой. — остановил его голос Гарри. Вот, снова они пришли к фамилиям, подумал Драко и обернулся. У Поттера было еще бледное лицо, спутанные волосы, явный тремор в конечностях и живые, манящие зеленые глаза. Гарри из сна совершенно не был на него похож и Драко был этому несказанно счастлив. Он не позволит ему стать тем злобным, красноглазым чудовищем. — Спасибо. — наконец сказал Поттер, зачесав волосы назад. Малфой заметил, как взгляд Гарри остановился на его щеке, верно заклинание, что он наложил на шрам, слетело при внедрении в чужой сон. — Не за что, все нормально. — Драко пожал плечами, стараясь быстрее дойти до своей комнаты. Хотелось побыть одному, разложить весь сумбур в голове по полочкам, прийти к какому-то логичному выводу. — И, — Поттер на секунду запнулся и отвел глаза. — Прости, за вчерашнее. — наконец сказал он смотря на чарующий, горячий огонь в камине. — Хорошо. Невероятно сложно было себе признаться, но Драко был готов простить Гарри абсолютно все и даже больше. — И да, Драко, — Поттер неуклюже поднялся, видимо, тоже не очень хорошо себя чувствуя. Гарри подошёл к одной из полок и взял книгу, что лежала на самом видном месте. Поттер старался идти медленно и не смотрел по сторонам, скорее всего, кружилась голова. Подойдя, он протянул ее Малфою. — Возьми, это тебе, пригодится. Драко оглянул зеленую обложку, сразу прочитав многообещающее название: «Высшие зелья. Точный справочник по открытиям за последние 100 лет». — Я нашёл её в своей комнате, а мне она, как понимаешь, не нужна. — Поттер неловко повел плечами, а Драко усмехнулся. — Спасибо. — ответил Малфой с усталой улыбкой, внедрение в чужой сон отняло у него слишком много сил. Он прижал к груди настоящее, библиотечное сокровище, что было очень кстати, он до сих пор даже не пытался и не думал искать ту книгу, что не нашёл вчера и из-за которой влип во всё это. — Не за что. Гарри снова улыбнулся той самой улыбкой, от которой у Драко все внутри переворачивалось. За неё он готов был продать всё что у него было и когда-либо будет, возможно, даже себя. Поттер осторожно дотронулся пальцами до выбившейся из всей укладки чёлки, заправил эту надоедливую белую прядь за ухо. Не разрывая при этом зрительный контакт. Драко замер от этого невесомого, но такого нежного прикосновения. Хотелось как кот, последовать за этой рукой, когда Гарри также тихо и медленно убрал ее от лица Малфоя. Драко вновь ощутил эти раздирающие изнутри чувства, они бились внутри и страшно желали оказаться на свободе, вырваться из клетки. Драко перевел взгляд на сухие губы перед собой. Если бы он просто сделал небольшой шаг чуть вперёд, он бы смог до них дотянуться, прикоснуться хоть на долю секунды, пока его не оттолкнут. ≪ Может не так уж и невозможно полюбить, Поттер? ≫ — Спокойной ночи, Драко. — тихо сказал Гарри, продолжая оглядывать лицо Малфоя. — Спокойной ночи, Гарри. — ответил Драко, но никуда не отошел, продолжая следить за глазами перед собой, словно боясь, что в один миг они вновь станут кроваво-красными. Что такой немного уставший, но все же родной Поттер навсегда исчезнет. Они не двигались с места. Словно ожидая, что хоть один из них окажется смелее. Тишина затягивалась, но уже мало напоминала зверя под потолком, скорее она была чем-то нужным, как кошка, что пушистым хвостом трется об ноги. Зеленые глаза говорили намного больше, они были яркими и смотрели с теплом, словно внутри был кусочек летнего, тёплого солнца. — До завтра. — Драко отступил первым, сжав трость в руке, как что-то самое устойчивое в своей жизни. — До завтра. — также ответил Гарри переводя взгляд от Малфоя на коричневые обои на стене рядом. Малфой тихо вздохнул и отправился наверх, оставив Поттера стоять на том месте, где между ними произошло что-то невесомое, невидимое, но с горкой наполняющее все внутри теплым и пушистым чувством. С которым не в состоянии было соревноваться ни одно ощущение во всем мире.

***

Всю ночь Драко снились кошмары. Это был сумбур из воспоминаний, красноглазого Поттера, что целовал, а потом пытал, заставляя Драко извиваться на полу Гриммо. Проснувшись после очередного подобного сновидения. Малфой даже не понял что именно произошло, но тревога переполняла его, заставив испуганно посмотреть на дверь в которую кто-то настойчиво стучал. Тикет показал 04:01 и Драко даже немного удивился, насколько может удивиться сонный человек. Гарри никогда не стучал в его спальню и был скорее призраком, а Кикимер беспардонно и резко появлялся рядом, словно пытался довести до инфаркта, и судя по его довольному лицу, каждый раз, когда Малфой вздрагивал, именно этого он и добивался. Мозг соображал вяло из-за недосыпа и общей усталости, поэтому поднявшись и накинув на плечи зеленый халат, Драко бездумно открыл дверь. На пороге стояла Гермиона, её волосы торчали в разные стороны, как и обычно. Она выглядела испуганно и взволнованно. Драко даже не успел придумать вопрос, который стоило задать незваный гостье, что каждый раз врывается в его жизнь, делая её в разы хуже. Но Грейнджер заговорила первая. — Малфой, нужна твоя помощь.