Dead end

      Так как был выходной, Ван Цзи весь день находился дома. Это был двухэтажный особняк в богатой части Пекина — Лань Чжань не любил квартиры и предпочитал иметь красивый садик за домом и опрятную клумбу с забором по периметру вместо шумных соседей. Вообще Лань Чжань был довольно чистоплотным, крайне брезгливым, отстранённым и холодным человеком. Он настоящий — это результат его прошлого. И пусть Ван Цзи сильно изменился после встречи с Вэй Ином, он остался тем же безжалостным членом триады, только он уже не входил в саму группировку, а управлял бизнесом: вытаскивал из задницы богатых детишек или акул покрупнее, используя самые разные методы, в основном, грязные.              Лань Чжаню и его людям ничего не стоило подкупить свидетелей, отправить их за границу, заставить молчать другими методами — угрозами или вовсе расправой. Сейчас Ван Цзи старался никого не убивать и вести более-менее тихую жизнь, хотя он по-прежнему был известен во всех кругах, внимание уделялось не ему, а брату — Си Ченю. Недавно он стал генеральным прокурором, и это сильно помогло Ван Цзи в бизнесе: всё же Лань Хуань мог надавить, на кого нужно, и отозвать дело. В общем, братья Лань неплохо устроились, покрывая друг друга.              От мыслей о прошлом Ван Цзи оторвал маленький сынишка. Лань Чжань взял его на руки и поцеловал в лоб.              На самом деле он никогда не думал, что будет отцом: его такая жизнь не интересовала. Но встретив, а потом полюбив Вэй Ина, Ван Цзи понял, что хочет ребёнка именно от него одного. Вот так четыре года назад родился А-Юань — это было долгожданное и запланированное счастье. Пара пришла к такому решению спустя четыре года брака, когда они оба насытились любовью друг друга и захотели создать жизнь. Спустя ещё четыре года выяснилось, что Вэй Ин снова беременный, и на этот раз это немного выбило Ван Цзи из колеи, но счастлив от этого он был не меньше.              — А это правда, что папочка в животике носит братика?              Губы Ван Цзи растянулись в улыбке — до встречи с Вэй Ином он и не думал, что может вот так открыто показывать эмоции. Этот милый и невинный омега полностью его изменил. Пословица «вода камень точит» — это про них. У Сянь медленно, но верно раскрывал самые хорошие стороны Лань Чжаня, учил его быть более открытым в эмоциях и более доброжелательным с людьми.              Вэй Ин напоминал Лань Чжаню папу, который умер раньше, чем смог научить Ван Цзи таким простым вещам. Возможно, по этой причине альфа и привязался к такому доброму и нежному омеге — если подумать, они друг другу совсем не подходили, и Лань Чжань всё ещё боялся, что в один момент их привычная жизнь может измениться. Да, они живут душа в душу девять лет, но что, если Вэй Ин узнает о тёмной стороне своего мужа, которую тот столько времени пытается скрыть?              Лань Чжань знал, что У Сянь не выдержит правды. Он был слишком хорошим человеком для этого. Слишком хорошим для Ван Цзи.              — Отец... — снова попытался напомнить о себе сынишка, трогая пальцами щеки альфы.              Лань Чжань был слишком погружен в свои мысли. На самом деле он постоянно боялся, что тщательно запрятанное когда-нибудь вскроется, и жить с этим было действительно невыносимо.              «Лучше бы я никогда не вступал в триаду... И не делал всех тех вещей, за которые мне сейчас стыдно...» — печально подумал Ван Цзи, снова и снова испытывая чувство вины перед людьми, которые пострадали от его руки. Честно говоря, ему и сейчас не нравится выгораживать богатеев, но с другой стороны — кто, если не он?              Вот так Ван Цзи и жил в кутерьме противоречий. Вэй Ин изменил его, но Лань Чжань всё ещё не был готов отказаться от прибыли, которую приносили его беззаконные действия. Но помимо денег его дело давало связи и власть — это как наркотик, который попробуешь один раз, а отказаться не сможешь всю жизнь. Ван Цзи всегда хотелось быть всесильным, чтобы защитить себя и свою семью. Ему было что терять, и поэтому альфа не останавливался, несмотря на все свои сомнения.              — Папа!              Вэй Ин вошёл в комнату немного растрёпанный после готовки — он помогал прислуге с приготовлениями к ужину. А-Юань подбежал к папочке, потому что тот хоть связь с космосом имел, в отличие от отца.              — Что такое? — спросил У Сянь, поглаживая сына по тёмным волосам.              — Отец какой-то странный... — посетовал мальчик, поворачиваясь к Ван Цзи.              Вэй Ин издал тихий смешок, поймав всё ещё растерянный взгляд мужа. Кажется, он после утренней новости до сих пор не оправился.              — Всё в порядке, он никак не может поверить, что у тебя будет братик. Я ведь об этом уже несколько дней знаю и успел свыкнуться с этой мыслью.              — А кто это будет?              Вэй Ин улыбнулся и задумался.              — А ты кого хотел бы?              — Альфу! С ним будет весело играть в игры. Но омегу тоже можно, буду защищать его...              У Сянь вскинул брови, довольный ответом сына.              — Лань Чжань, а ты?              Альфа подошёл к сыну и мужу и улыбнулся. Коснувшись рукой щеки У Сяня, он прошептал:              — Хочу точную копию тебя.       

***

      Гости пришли через два часа. За это время Вэй Ин успел помыться, одеться, накраситься и помочь переодеться сыну. Лань Чжань начал готовиться значительно позже, всё же ему не нужно было проводить какие-то лишние манипуляции.              Во время ужина Вэй Ин и Лань Чжань сообщили о приятной новости и до самой ночи все тосты были посвящены исключительно будущему ребёнку и его папочке. Сам Вэй Ин, понятное дело, не пил. Цзин И тоже не налили, всё же тот был подростком, да и школу завтра никто не отменял.              Разговор плавно перетекал от одной темы к другой, пока альфы не решили выйти покурить на веранду. Цзин И попивал апельсиновый сок, Вэй Ин дожёвывал какую-то острую закуску, а Мэн Яо смаковал вино.              — Кстати, ты же планировал снова преподавать, — вдруг вспомнил Гуан Яо.              — Да, но, видимо, это придётся отложить. Ну... Лань Чжань во всём нас обеспечивает, мне не на что жаловаться, разве что дома бывает как-то скучно. Хочу снова учить детей...              — Дядя Вэй, мир потерял самого потрясающего учителя младших классов...              Вэй Ин рассмеялся над этой шуткой Цзин И. Раньше У Сянь вёл у него занятия, и благодаря Цзин И Вэй Ин и Лань Чжань познакомились. Дело было так: течка Мэн Яо застала молодых родителей врасплох, поэтому Си Чень попросил Лань Чжаня забрать племянника из школы.              Ван Цзи так понравилось забирать Цзин И, что он начал делать это почти каждый день, настолько его привлёк светлый лик учителя его племянника. Вэй Ин был красив, умён, свободен и невообразимо приятно пах — Лань Чжань впервые в жизни испытывал настолько сильный интерес к кому-то. В истинность он никогда не верил, считая это байками, однако факт оставался фактом — встретив Вэй Ина однажды, альфа не смог его забыть.              И тогда пришлось его покорять. Не то чтобы Вэй Ин сильно противился ухаживаниям привлекательного адвоката, но всё же заставил Ван Цзи попотеть. Если бы не врождённое упрямство, возможно, они бы и не поженились: Лань Чжань не понимал причины, но Вэй Ин действительно долгое время отказывался от отношений.              Неожиданно зазвонил телефон Ван Цзи. Это был его помощник, Су Ше. Вэй Ин поднял трубку.              — Это Вэй Ин, Ван Цзи на заднем дворе, сейчас я принесу ему телефон.              — Хорошо, господин Вэй.              У Сянь встал со стула и, пройдя гостиную и коридор, вышел на крыльцо. Он направился в сторону беседки, так как именно оттуда тянуло дымом дорогих сигарет и доносились низкие мужские голоса. Вэй Ину нужно было просто выйти из-за угла, как вдруг он остановился, услышав своё имя.              — Ты всё ещё переживаешь, что Вэй Ин обо всём узнает?              У Сянь выключил телефон Лань Чжаня и, прижавшись спиной к дому, навострил уши.