Язык шипов

      Двери его гардероба скрипнули, когда Том открывал их. Вытащил волшебную мантию стандартного черного цвета с серебряными пряжками спереди и переоделся в нее и комплект сапог из драконьей кожи высотой до колена. Проверил свой внешний вид в зеркале, поправил прическу, а затем убедившись, что у него есть копия медицинского осмотра ворона, объявил себя готовым отправиться в путь.       Бросив последний взгляд на Маннина - ворон, которого он купил для отправки писем, сидел на своем насесте - Том с треском и взмахом тонкой ткани исчез. Мгновение спустя он появился за коваными воротами знакомого менора. Немногое изменилось со времен Абраксаса, хотя яркие белые павлины были, по общему виду, новыми. Охранники все же распознали его присутствие но ничего не сделали, чтобы преградить ему путь.       Он прошел половину извилистой дорожки, выложенной камнями, прежде чем ему преградил путь ребенок с серыми глазами и платиновыми волосами. Держа сияющую метлу он выглядел так, будто только что сошел с поля. Том вспомнил, что находился прямо возле ближайшей стены из живой изгороди.        - Кто вы? - потребовал ответа мальчик. Ожидаемый тон уважения, который он давно привык ассоциировать с именем Малфоя, окрашивал каждую букву. Этого было почти достаточно, чтобы его губы в изумлении прижались к зубам. Том обнажил клыки, как змея. - Что вы здесь делаете?        - Меня зовут Керес. Я старый ... знакомый твоего отца. И твоего деда. - Он плавно присел, чтобы соответствовать росту мальчика. Заглянул ему в глаза. Легко вырвал его имя с поверхности незащищенного разума. - Я пришел попросить твою Леди-мать для моего нового подопечного, Драко. Но я бы тоже хотел поговорить с твоим отцом, если он будет.       Глаза ребенка подозрительно сузились, но он, тем не менее, кивнул. Возможно, это вызвано малейшим прикосновением к нему. "Солкей!" Рядом с мальчиком появился эльф в грязной тряпке. Том подавил желание усмехнуться.        - Скажи отцу и матери, что "старый знакомый" по имени Керес здесь, чтобы увидеть их.        - Конечно, молодой мастер. - Эльфийка с хлопком исчезла.        - К тому времени, как мы доберемся до особняка, они будут в гостинной. - Драко повернулся и зашагал, прижав метлу к груди и высоко подняв нос. - Идите за мной.       Удивленный, Том встал и последовал за ним. Проходя между живыми изгородями и следуя по изгибу тропы, пока они наконец не добрались до поместья.       Люциус и Нарцисса Малфой действительно ждали их, одетые в прекрасные мантии и с напряженными лицами. У него были смутные воспоминания о них обоих, поскольку дети предпочитали гулять, но никогда не работали с ними. В отличие от их родителей. Люциус, по крайней мере, выглядел так, как ожидал Том; в его чертах легко было заметить призрак Абраксаса.       Его отец, должно быть, показывал сыну фотографии своей учебы в Хогвартсе, потому что Лорд Малфой взглянул на него и стал белее снега.        - Нарцисса! - И женщина, и мальчик подскочили от тона его голоса. - Уведи Драко! Сейчас же!        - Но отец!        - Уходи!       Женщина в замешательстве посмотрела на своего мужа, когда она взяла сына за руку и начала осторожно выводить его из комнаты. Не слушая его жалобы.        - Вернитесь, когда закончите, леди Малфой. - Том мягко сказал ей вслед. - Мне нужны ваши уникальные навыки.       Люциус стоял на коленях в тот момент, когда щелкнула закрываясь дверь, его длинные платиновые волосы упали на пол вокруг него. - М-милорд! Вы вернулись!        - В самом деле, Люциус. - Том вытащил палочку и водил пальцами по гладкому дереву. - Я вернулся. В некотором роде. Хотя это не лучшее место для такой темы.        - О, конечно! - Мгновение спустя мужчина вскочил, хотя все еще отказывался смотреть ему в глаза. - Следуйте за мной, мой Лорд. Большая гостиная немного дальше. - Они спустились по другому коридору в красивую комнату синего цвета, которую Том хорошо помнил по своим предыдущим визитам. - Принести вам что-нибудь?       - Думаю, чай. - Том опустился на ближайшую кушетку и скрестил руки на груди. - Наблюдая, как глаза Люциуса следят за его палочкой. - Сядь, Люциус.       Мужчина повиновался, как будто не он был лордом поместья, в котором сейчас сидел Том. Мгновение спустя появился еще один эльф и протянул ему чашку чая. Риддл залез в свою мантию и достал пригоршню листьев мяты перечной. Сдавил их пальцами, прежде чем бросить в свой напиток.        - Твой отец был моим старшим и самым верным слугой. Вот почему я доверил ему свой дневник. - Смотря поверх чашки, он увидел, как мужчина окоченел. - Я знаю, что ты использовал его в качестве мелкой мести. Я знаю, что он был разрушен из-за твоих действий. Насколько я знаю, вы все осудили меня после моего падения.       Другой мужчина съежился в своей мантии. Прижался спиной к подушкам на стуле, на котором он сидел. - М-милорд, Я-Я-...       Том заставил его замолчать, подняв руку.        - Сейчас дневник был бы обузой, поскольку он принадлежит моему нынешнему двойнику. Что касается твоего разоблачения, я вас не виню. Я сошел с ума задолго до того, как тебя призвали ко мне на службу. Я забыл, что я собирался защищать. Мы змеи, а не львы, и мне не нужны последователи, сидящие в Азкабане. - Люциус вздрогнул, наклонившись вперед, чтобы поставить чашку на блюдце. - Как я уже сказал, твой отец был моим старшим и самым надежным слугой. Теперь, когда он умер, я надеялся передать тебе это звание. Если бы ты его хотел получить.       Лорд Малфой смотрел на него со смесью любопытства и облегчения.        - Мой господин?        - Я должен хранить свои секреты, Люциус. Но могу сказать, что я из другого времени. Времени до моего разрушения. И что я сижу перед тобой, любимый не только Судьбой и Магией, но и Смертью. - Сказал Том тихим вкрадчивым голосом. - Мой двойник все еще существует. Связанный действиями, которые сводили его с ума. И Дамблдор мудро относится к его присутствию. Скоро будет умнее моего двойника, если он еще не сделал этого. У меня не так уж много союзников, в которых я уверен. Я должен делать небольшие шаги. Держись тихо и действуй с большой осмотрительностью, пока я пытаюсь зацепиться за точку опоры. Мы вернемся от Пожирателей смерти к Рыцарям, которыми когда-то были. На данный момент я знаю, что ты единственный, на кого я могу рассчитывать. Я не могу позволить себе использовать метку.        - Конечно, милорд! Это большая честь снова служить Вам! Мальчишка Поттер ...        - Я привязан к его душе и он находится под моей защитой с момента его официального кровного усыновления в мой род несколько часов назад. - сказал Том. - Он действительно осуществит свою предсказанную судьбу как спаситель, встанет рядом с нами и спасет наш мир от "меня". На данный момент меня беспокоит закрепление моего места в Визенгамоте в качестве недавно вернувшегося Лорда Гонт и Певерелла. Надеюсь, вы мне в этом поможете?       Это не было вопросом, и мужчина это понимал. Люциус кивнул.        - Это будет честью, милорд.        - Чудесно. - Снова залезая в складки мантии, Том вытащил бумагу из внутреннего кармана и протянул ее через стол. - Можешь позвать свою жену? Харрисону требуется ее помощь, как целителя, ему оправиться от того, что ему оставил Дамблдор.        - Это? ...        - Результаты его медицинского обследования в Гринготтсе. Немного ранее, сегодня, впервые он был должным образом обследован с тех пор, как из-за действий моего оппонента он остался сиротой. С младенчества.       Мужчина выглядел явно разъяренным, его пальцы резко сдавили пергамент.        - Это волшебный ребенок!        - Еще одно свидетельство сломанной системы, к которой мы прикованы. - сказал Том. - Пожалуйста, Люциус.        - Солки! - Мгновение спустя эльф появился. - Приведи Нарциссу.       Не прошло и минуты, как леди Малфой вошла в дверь. Тень замешательства на ее лице рассеялась при виде палочки. - Мой господин.       Изящный и плавный, как тень, Том поднялся со своего места и коснулся губами ее руки. - Леди Малфой. - Он повернулся к Люциусу, взгляд упал на пергамент, все еще зажатый в его руках. - Мне нужны твои навыки целителя. Я стал законным опекуном моего привязанного к душе Гарри Джеймса Поттера - о да, я уверен, что эта новость - сюрприз - и подарки, оставленные ему Дамблдором, причинили ему ужасный ущерб. Мне нужен был надежный человек, который бы ухаживал за парнем.        - Нарцисса!       Женщина была слишком недовольна, чтобы извиняться, и быстро подошла к мужу. Взяв пергамент, которую он ей передал, и перечитала его. Том наблюдал, как сжимаются ее губы, а на бледных щеках появляются красные пятна.        - Милость Гекаты! - Воскликнула Нарцисса. - Бедный мальчик.        - Я хорошо заплачу за потраченное время. И твой осмотр. - сказал Том. - Буду признателен, если ты придешь в Слизерин менор в полдень. Защита пропустит тебя.        - Конечно, милорд. - Нарцисса сложила листок и попыталась вернуть его Лорду, но снова отступила, когда он махнул рукой. - Будет честью оказать помощь.       Том склонил голову.        - Какое большое облегчение иметь такого влиятельного союзника, на которого можно положиться в это ... опасное время. Я не могу действовать открыто, не зная, к кому можно доверять, из-за отсутствия необходимого количества людей и отвлечения внимания на определенный… проект, который Гарри начал с уничтожения дневника. А пока мы сделаем все, что сможем, изнутри системы.        - Конечно. - сказал Люциус. - Все, что вам нужно, милорд, просто сообщите.        - Думаю, нам пойдет на пользу, если я снова обрету рассудок. - Легким прикосновением длинных пальцев Том снова покрутил в руках тисовую палочку. - Наши разрушения и кровопролитие должны быть целенаправленными и совершаться только тогда, когда они неизбежны, если мы хотим добиться успеха. - Повисла пауза. - Думаю, лучше, чтобы Драко не знал. По крайней мере, пока. Он молод. Дети импульсивны. И, как все Малфои до него, он горд. Он может рассказать что-то, даже не желая того, чтобы это попало не в те уши.        - Что нам сказать ему о Вас, Милорд?        - Что я дальний родственник. Семья хочет восстановить связь. Когда он станет старше, он сможет узнать все. - Сказал Том. - Харрисон уже знает, что надо называть меня Керес Алексис публично, вне определенных кругов. Я уже представился таковым, когда он столкнулся со мной по прибытии. - Люциус издал недостойный задыхающийся звук. Том позволил своему лицу принять обнадеживающее выражение. Тепло. Почувствовал, как тонкая кожа вокруг его глаз сморщилась от улыбки, которую он на самом деле не чувствовал. - Ему еще нет и тринадцати. Ребенок, который ничего не знает. Он ничем не пренебрег.       Ощутимое чувство облегчения наполнило комнату.        - Вы поужинаете с нами, Милорд? - внезапно спросила Нарцисса.       Ах, знакомая игра в этикет и проверки. Именно возможность такого предложения была причиной того, что он сказал Гарри, что может не вернуться вовремя, чтобы разделить с ним ужин. - Вы оказываете мне честь своим гостеприимством, леди Малфой.       - Значит, будем в зеленой комнате? - этот вопрос был адресован ее мужу, который кивнул.        - Конечно, дорогая. - ответил Люциус, затем уважительно склонил голову в сторону Тома. - Следуйте за нами, Милорд.        - Керес, пожалуйста, с этого момента и до ночи.        - Конечно.       Переход в зеленую комнату, названную так скучно из-за ее цвета, был недолгий. Лорду предложили место во главе стола, на почетном месте, на котором он восседал с царственной осанкой. Мгновение спустя двери снова открылись, пропуская Драко внутрь.        - Почему мы в зеленой комнате? - спросил ребенок.        - Потому что у нас гость, Дракон. - Его отец ответил. - Ты встретил Кереса на пути в дом, не так ли? Он наш дальний родственник и будет вместе с нами ужинать.       Ребенок показал приличные манеры и протянул руку для знакомства.        - Драко Малфой. Извиняюсь за грубость во время нашей предыдущей встречи.        - Извинения приняты, юный дракон. - Он осторожно взял маленькую ручку мальчика в свою. Смотря, как взгляд серых глаз падает на кольцо Слизерина на его пальце. - Зови меня Керес.        - Керес.       Еще раз кивнув, он отступил и сел на пустой стул рядом. Когда перед ними появилась еда - прекрасно приготовленный ужин, который легко соперничал с тем, что предлагали в Хогвартсе, - Том не мог не заметить, как мальчик следил за своими родителями и их поведение по отношению к нему. Подергивая губы вверх, закончив раскладывать еду на тарелку, на которой было достаточно всего, чтобы быть вежливым, он повернулся к ребенку и снова заговорил.        - Тебе нравится квиддич?       Драко вздрогнул и моргнул, на мгновение предоставив сильное сходство с потрясенной совой. Затем он вернулся к осторожному нейтралитету и сказал:        - Я ловец своего Дома в Хогвартсе.       Ловец. Та же позиция, что и Гарри. Чувствовал ли он соперничество школьных факультетов?        - И этот Дом - Слизерин, да?       Он поднял свой заостренный носик; как маленькая собака тявкает перед ужасным волком. Веселье от всего этого гудело в его крови, как электрический заряд. Магия танцевала вокруг Тома.        - Конечно!        - Пусть никогда не говорят, что ты не Малфой, Маленький Дракончик. - Сказал Лорд. - Ты гордишься своим Факультетом и своей семьей.       Ребенок приосанился, как довольный Низл, и прихорашивался.        - Мой подопечный, привязанный к моей душе, тоже обожает спорт. Возможно, во время зимних каникул, когда все уляжется в моем поместье, ты сможешь навестить его и поиграть.       Люциус, явно обеспокоенный продолжительностью внимания к их сыну, снова заговорил.        - Как давно ты вернулся в Британию, Керес?        - Всего чуть больше месяца. - И какой это был шок - проснуться спустя 50 лет в будущем сразу помня только дату рождения и имя. Он даже не знал, как выглядел его привязанный к душе, до того, как взглянул на него. К счастью, найти информацию о Гарри Поттере было нетрудно. - Осталось еще несколько вопросов, которые необходимо решить, прежде чем я смогу продвигаться вперед с моими намерениями претендовать на свои места в Визенгамоте. Но сейчас не должно пройти слишком много времени, прежде чем на стороне Тьмы появится еще одна сильная сторона.        - А Свет потеряет место вашего подопечного?       Том склонил голову. - И в самом деле. К сожалению, этого будет недостаточно, чтобы сместить Дамблдора, но, тем не менее, это будет удар для него. - Легко ответил Том. - Смерть от тысячи порезов. Медленная. И болезненная. - Если бы только их положение было достаточно безопасным, чтобы можно было так легко разобраться. - Каждый ход должен учитываться. Мы не можем позволить себе ни единого ложного и неправильного шага.        - Совершенно верно. - сказал Люциус.        - Какие у Вас места? - спросил ребенок.        - Драко!        - Не волнуйся. Все в порядке. - Том снова повернулся к мальчику. - Благородный и Древнейший Дом Гонтов, в котором также находятся места, отведенные Благороднейшему и Древнейшему дому Слизерина, от которого они произошли напрямую, а также Благороднейшему и Древнейшему дому Певереллов. - Глаза Драко расширились, как галеоны. - Я также, благодаря моему недавно полученному подопечному, получил управление местами, отведенными Благородному и Древнейшему дому Блэков, - признался Том, кивнул Нарциссе, - и еще один просто Благородный, безвкусный Светлый Дом, который не будет называться здесь.       В голове Драко крутились шестеренки, но Том не стал копаться в его голове. Возвращая свое внимание к старшему Малфою, когда ужин заменили десерты.        - Выпьем, Керес? - предложил Люциус, когда стол был убран. От этого предложения Том мог отказаться, не унизив Чистокровку, поэтому он рискнул сделать это.        - Боюсь, я должен покинуть вас. Еще многое предстоит сделать. И я должен проследить за тем, чтобы в такой час, как этот, некий мальчик лежал в своей постели, где ему и место.        - Тогда я тебя провожу. - Люциус присоединился к нему и поднялся на ноги. - Камин?        - Нет необходимости. - По взмаху палочки окно за спиной мужчины распахнулось. - Я думаю, что улечу сам. В конце концов, приятной ночью нужно наслаждаться. Помните: в полдень.       Превращение было простым: легче, чем у анимага, хотя для тех, кто это видел, оно выглядело бы идентичным, поскольку его тело сжалось, а волосы и одежду заменили чернильные перья. Низко прыгнув через плечи старшего Малфоя, Том вылетел в окно и устремился в ночь.       Он летал часами. Ощущая ночной ветер и морские брызги на своих перьях. Наблюдая, как звезды кружатся над головой и океан вздымается под ним, пока, наконец, внизу не появилась усадьба. Том развернул крылья внутрь и резко снизился. Приземлился со слабым глухим стуком в комнате Гарри. Хедвиг ухнула на него со своего насеста. Гелиос свернулся на подушке рядом с головой Гарри. Половицы скрипнули, когда он пересек комнату и встал над своим подопечным. Слегка убирая со лба выбившуюся прядь челки. Хмурясь от покалывания, исходящего от шрама.       Неужели перед ним уже лежал другой крестраж? Том осторожно, чтобы не разбудить его, прижал подушечку большого пальца к коже спящего мальчика. Его сознание выходит вовне. Ощущение увядающих мыслей о чем-то, предупреждение прикосновением смерти. Черт возьми, это не могло быть сделано намеренно. Но, тем не менее, это, несомненно, так. Гарри сам был крестражем.       Это был факт, который Том предпочел бы исправить сразу же. Высосать из мальчика, как вампир кровь, например, как души были освобождены от жертв извращенными пародиями на затронутых Смертью, известных как дементоры, которые существовали вне цикла. Но был слишком велик риск навредить Гарри необдуманными действиями. Ему придется оставить крестраж на месте, пока не будут приняты надлежащие меры, а определение их потребует усилий и времени.       Удовлетворенный тем, что мальчик спит, Том вышел из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь, и свернул на знакомый путь к своему кабинету. Сняв свою мантию, когда вошел, он зажег камин одним движением руки. Клото, Лахезис и Атропос подняли головы и прищурились.        - Расскажите мне о нем. - Дверь винного шкафа со скрипом распахнулась.        - Птенец устраивался в своем гнезде, когда мы нашли его, Мастер. - сказала Клото.        - Кажется, он доволен гнездом, оно определенно достаточно большое для него, - сказала Лахезис.        - Он слишком маленький! - угрюмо проворчала Атропос, потом она опустила голову и снова заснула.        - Мы сопровождали его по менору в ваше отсутствие. Он говорил о своих товарищах-сокурсниках в еще большем учебном гнезде.        - Есть какая-нибудь интересная информация о них? - Выбрав пыльную бутылку неоткрытого Quintin Black, Том взял стакан для виски с верхней полки и налил себе щедрую порцию обсидианового напитка. Наблюдая, как свет от очага танцует по его поверхности в оранжевых и золотых спиралях.        - Есть рыжеволосый мальчик, которого он называет мужским именем "Рон". - Скорее всего, Уизли, судя по описанию. Мерлин знал, что семья, вероятно, продолжала размножаться, как кроличья стая, даже в этот день. - У соседа по гнезду рыжеволосого - его сестры - был плохой опыт общения с вами, когда они в последний раз были в гнезде большого образования. Осколок тебя пытался ее съесть.       Тогда это был бы дневник. Его уничтожение было упомянуто вскоре после заключения сделки. Это объясняло, почему мальчик сразу узнал его, услышав только его голос, и почему он казался таким потрясенным, увидев его.        - Он также говорил о девочке с каштановыми волосами. Из маггловского мира, но тоже учится с ними. - Тогда это магглорожденная? Почему он не удивлен? Гримасничая, Том сделал глоток своего напитка и опустился за крепкий дубовый стол. - Он говорит, что она очень умная. Что она всегда использует выражения, которые тебе тоже нравятся.       Что ж, если ее любовь к книгам перейдет в готовность изучать и принимать культуру мира, к которому она присоединяется, Том потерпит ее. Если это сделает маленького ворона счастливым. Если бы она была полезна. Это ему нужно было определить для себя. Том распахнул верхний ящик и вытащил чернильницу, перо из орлиного пера и журнал в простом черном кожаном переплете.       Однажды крестраж уже был разрушен, его не восстановить даже с помощью магии. То, что сейчас перед ним - просто имитация. Но почти идеального сходства было достаточно, чтобы заставить его ухмыльнуться. Иногда это были простые вещи. Перелистывая на пустую страницу и открывая чернильницу большим пальцем, Том начал записывать итоги дня. Наряду с тревожным известием о том, что Гарри на самом деле был случайным крестражем своего нынешнего двойника, и всеми возможными поправками к его планам, которые может потребоваться такая вещь.        - А ужин? - Он сделал паузу, чтобы сделать еще глоток. Наслаждаясь мягким огнем крепкого алкоголя в груди. - Он ел? Сколько? И что?        - Он ел достаточно, чтобы потом почувствовать себя плохо, хотя нам это не показалось особенным. Атропос права, называя его маленьким, - сказала Клото. - Он ел некоторые из зеленых вещей. И кое-что из оранжевых вещей. И приготовленное мясо. И он сказал, что ему больше всего нравится что-то плоское и коричневое.       Конечно, он съел патоку. Том покачал головой и подавил неохотную ухмылку. Опустил стакан на полпути к еще одному глотку, когда Атропос заговорила:        - Ваш детеныш умрет, Мастер?       Ноющая, пустая боль в животе, когда он, свернувшись клубком, лежал на изношенной койке. Единственное, что он съел за три дня, - тухлую корочку несвежей булочки. Все, что Вул может припрятать для сына Дьявола. Пальцы Тома сжимали стекло, пока его костяшки не стали совершенно белыми на фоне остальной его плоти.        - Нет, если я должен что-то сказать по этому поводу. - Темная жидкость в стакане забурлила, когда Том с тяжелым лязгом поставил его на место. - Мы оба пострадали под механизмом, который сфабриковал Феникс. И мы сломаем его, если для этого нам придется сжечь сам мир. - Одно из поленьев в очаге с треском треснуло, посылая поток закрученных искр в дымоход. - В конце концов, некоторые леса могут быть восстановлены только после пламени.