Нет причин не любить Малфоя

Несмотря на то, что было лишь начало февраля и температура за окном редко, но поднималась выше нуля градусов. Солнце и вовсе обманчиво приветливо светило в окна спален, заставляя девочек разочарованно вздыхать при взгляде на термометр. Хотелось поскорее надеть на улицу юбку, снять мешковатые пальто и тесные сапоги. И хотя до тёплых дней было ещё далеко, погода была в состоянии преподнести неожиданный сюрприз в виде тепла, поэтому надежда юных модниц всё ещё жила в их сердцах. К юным модницам Гермиона никогда себя не относила. Она выбирала пусть и не безвкусную, но комфортную одежду, не особо заботясь о том, что в мужских глазах будет проигрывать одногруппницам. Однако сейчас она уже третий раз оборачивалась вокруг себя с целью оценить, как на ней сидит серая клетчатая юбка. Под пальто её вовсе не было видно, и волшебнице казалось, что из-за этого она выглядит несколько вызывающе, но стоило глазам оторваться от юбки и вернуться к серьёзному лицу, ощущение это пропадало. Решив, что образ её уравновешен, гриффиндорка выскочила на улицу. Время на часах показывало ровно десять. В глубине души девушка надеялась на то, что Малфой встретит её ещё на выходе из школы, но рациональное начало не сомневалось в том, что блондин просто зайдёт за ней в «Три метлы», как и пообещал ранее. Незачем им было лишний раз мозолить глаза сплетникам. И всё же этого немного хотелось, как хотелось бы почти любой девушке в её возрасте. Пускай она была на несколько голов умнее, пускай никогда не увивалась за парнями и не вздыхала о них в женских компаниях, которые любили собираться в гостиной, Гермиона всё ещё оставалась девушкой. И сердце её, всё её нутро требовало, чтобы в жизни происходили хотя бы какие-то романтические приключения. Драко Малфой её не ждал. Тень разочарования легла на лицо волшебницы. Снега почти не было. Он успел растаять за те короткие моменты, когда становилось всего на пару градусов теплее обычного. Теперь землю и дорожки в некоторых местах покрывала тонкая корочка льда. Гарри и Рон, идущие по обе стороны от Гермионы, горячо обсуждали квиддич. Каждый кричал что-то ей в ухо, но девушка почти не замечала этих криков, погружённая в свои мысли. Она пыталась понять, стоит ли идти на встречу со слизеринцем одной. Всё ещё можно было позвать кого-то из друзей с собой в зоомагазин, но такой поворот событий мог отпугнуть Драко настолько, что он вовсе бы отказался от помощи Гермионы. Допускать подобное было нельзя, ведь это лишало девушку возможности разузнать чуть больше о странном поведении слизеринца. Было бы приятно убедиться в том, что она симпатична Малфою. И хотя такой исход был предпочитаемым, нельзя было исключать то, что блондин преследует свои коварные цели. Впрочем, сначала необходимо разобраться в себе. Слишком быстро вспыхнули чувства, которые, казалось, насовсем угасли год назад. Довольно продолжительное время Драко оставался для Гермионы обычным, пусть и весьма умным, студентом. Те его черты, которые она находила привлекательными будучи подростком, теперь не вызывали особых эмоций, не заставляли сердце ускоренно стучать, а ладони потеть. Заново влюбляться категорически не хотелось. — Осторожно, Гермиона! — крик Рона, его руки и внезапное ощущение земли, уходящей из-под ног, вернули девушку в реальность. Волшебница быстро заморгала, пытаясь оправиться от испуга. — Скользко же, — заключил Гарри. — А ты надела какие-то туфли непонятные. Это что? У них вообще сцепления с поверхностью нет, — сетовал Рон. Это замечание задело Гермиону. Если даже Рон заметил, что в её внешнем виде произошли какие-то изменения, то от Малфоя это с большой вероятностью не скроется. — Это не туфли, Рон. Это полусапожки. — Это полуторотуфли тогда уж. Какие ж это сапожки? — он снова взглянул вниз, после чего компания залилась звонким смехом. Порой комментарии Рона оказывались как нельзя к месту, исправляя любую неприятную ситуацию. Гермиона расслабленно опустила плечи. В конце концов, если Малфою покажется, что она как-то по-особенному оделась, значит он изначально допускал в своей голове мысль о чём-то подобном. И предположение, что она оделась так из-за встречи с ним, будет его личной проблемой. В «Трёх мётлах» было жарко. Сегодня студентов там было даже больше, чем обычно: они стояли в длинных очередях, делили на двоих один стул, а Гермиона всё поглядывала на часы. Время тянулось мучительно медленно. Бросая взгляд на часы, Гермиона даже замечала, что секундная стрелка стояла на одном месте дольше положенного. — Я скоро пойду по магазинам. Нужно купить Живоглоту корм. — Слушай, — начал Гарри, и Гермиона постаралась не подать виду, что боится услышать от друга предложение пойти с ней, — не купишь и Букле что-нибудь? Что-то, что она обычно ест. — Конечно, Гарри, — радостно отозвалась Гермиона. — Но ты совсем с нами не посидела, — заметил Рон. — До возвращения ещё куча времени, мы успеем сходить по магазинам. — Конечно, мы бы успели. Вот только сюда только что пришли пуффендуйцы. А мне кажется, что Сьюзен боится к тебе подойти из-за меня. — Из-за тебя? С чего бы это ей тебя бояться? — Потому что у нас на лбу не написано, что мы не встречаемся, Рон. Так что я лучше пойду, а то Гарри выглядит жутко уставшим каждый раз, когда ты жалуешься ему на то, что тебе не удалось поболтать со Сьюзен. Стало совсем уж невыносимо жарко от внезапного приступа волнения и девушка, кивнув друзьям на прощанье, взяла со спинки стула своё пальто и направилась к выходу. Группа студентов Пуффендуя появилась как раз вовремя, иначе Гермиона не представляла, что сказала бы Рону. То, что Гарри не станет уговаривать её остаться, было понятно сразу. Он жил ожиданием появления Джинни, а до остального парню не было и дела. Странно ещё, что он про корм для Букли вспомнил. Незаметно для себя волшебница ускорила шаг. До одиннадцати оставалось пять минут, но почему-то было спокойнее перехватить Малфоя по пути к пабу, дабы привлечь к их необычному тандему как можно меньше лишних взглядов. Мысли сменяли в голове одна другую, не задерживаясь на одном месте и на секунду. В груди нарастало странное волнение, руки тянулись к волосам, стремясь поправить и без того аккуратную причёску. Всё казалось подозрительным, было ощущение, что все знают, куда, и главное с кем, она идёт. И почему они с Драко не додумались договориться о встрече непосредственно у дверей магазина, скажем, в одиннадцать тридцать? Такую встречу легко можно было бы замаскировать под случайную, это точно не вызвало бы ни у кого вопросов. — Ладно решила юбку нацепить, но хоть застегнись, — раздался голос за спиной. Драко уже был у «Трёх мётел», когда Гермиона стремительно выскочила из дверей, не подумав даже обернуться по сторонам. Внезапный жар пронзил тело, но точно так же неожиданно он ушёл, мысли успокоились, затихли, оставляя юную волшебницу наедине с ситуацией. — В пабе было жарко, надо прийти в себя, — Гермиона лукавила. На самом деле непослушные пальцы отказывались продевать пуговицы в петельки. И почему-то девушке казалось, что признайся она в этом, Драко сам бы застегнул её пальто. Было с ним что-то не так. Даже визуально он отличался от того Малфоя, которого девушка видела каждый день. — Как хочешь. Но на улице не жара. Пошли быстрее, — слизеринец не стал уговаривать её застегнуться. «И с чего бы я на это рассчитываю? Соберись», — приказала себе Гермиона и двинулась вслед за блондином. Он шёл быстро. Эту особенность в мужской походке Гермиона отметила лет в четырнадцать, когда Гарри и Рон окончательно вытянулись, шаг их стал намного длиннее. Часто, чтобы успеть за ними, Гермионе приходилось почти что бежать. Сейчас поспевать за волшебником было трудно. Обувь скользила по обледенелой дорожке, а когда пришлось подниматься в горку, девушка еле поборола в себе желание вцепиться в руку Драко, чтобы иметь хотя бы какую-то опору. Всю дорогу они молчали. Волшебница старалась размышлять о ситуации, о поведении Драко, но ничего сейчас не выдавало в нём странности. Стало казаться, что встреча в библиотеке заметно приукрашена фантазией, которая ночью была особенно активна. Однако сомневаться в трезвости своего ума шатенка не привыкла. Студенты завернули за угол. Было видно, что Драко не лучшим образом ориентируется в этом районе, поэтому роль провожатого взяла на себя Гермиона. Вскоре в глаза бросилась табличка «Волшебный зверинец», ярким пятном выделяющаяся на фоне серых зданий. Девушке показалось, что будет глупым уточнять, что им с Драко сюда. Наверняка он и сам это понял, прочитав название магазина. У самых дверей Гермиону ждал сюрприз. Малфой обогнал её в два больших шага, а после потянулся рукой к двери. — Входи, — почти что вежливо предложил блондин. Можно было театрально изумиться, но ситуация не располагала к подобному кокетству, поэтому, сказав в ответ тихое «спасибо», девушка юркнула под своды магазина. Удивительно, но Гермиона заранее знала, что этот момент надолго запечатается в памяти. Будь у неё дневник, она бы обязательно поделилась с ним произошедшим. Вероятно, имей она возможность описать последние события, это помогло бы ей быстрее разобраться в том, что происходит. Магазин был пуст. Большая часть студентов предпочитала сначала посидеть в пабе, а уже потом посвятить остатки дня срочным делам вроде покупки тетрадей или корма для животных. И хотя не было ни одного посетителя, других живых существ — навалом. Это место всегда нравилось Гермионе, часто она даже думала, что библиотека Хогвартса не вызывает в ней такого чувства умиротворения, как зоомагазин в часы небольшого наплыва посетителей. Совы, жабы, низзлы, грызуны жили в полной гармонии друг с другом, переглядываясь, ведя молчаливые беседы. Сразу слева от входа располагался небольшой вольер с пушистыми низзлами. В небольшом пространстве, отведённом каждому животному, располагалась лежанка, две миски и кое-какие игрушки. Коты и кошки, лениво растянувшись на спальных местах, повернули головы в сторону гостей. — Ты… — Гермиона обернулась к Драко и заметила, как он пристально смотрит за прилавок, туда, где располагались птичьи клетки и их обитатели. Смутно девушка помнила, что на первых курсах у Малфоя был чёрный филин, но никогда прежде она не задумывалась о том, куда делся его питомец. Спрашивать сейчас казалось неуместным, тем более блондин отвёл взгляд от птиц. — Что? — Я говорю, эм… ты же хотел низзла? — Да. Что посоветуешь? Гермиона растерялась, услышав этот вопрос. — Думаю, что с выбором котика ты справишься и сам. Я пока позову продавца и попрошу его принести корм. Драко в нерешительности смотрел на пушистых зверей. Он выглядел потерянным, странно неуверенным в себе. Плечи его были непривычно опущены вниз, а пальцы нервно теребили край бежевого пальто. Гермиона, не удержавшись, положила руку на плечо слизеринца, почему-то подумав, что этот жест должен его приободрить. Она не знала точно, чем вызвано такое поведение, потому действовала интуитивно. — Всё нормально, Драко. Они тебя не укусят. И они тебя не боятся, — после чего кратко улыбнулась и скрылась за прилавком, войдя в небольшую дверь за ним. Волшебник не подал виду, но сердце его пропустило удар, когда Грейнджер произнесла последнюю фразу. Было чувство, будто она залезла в его мысли и узнала, чем именно вызвана непривычная ему робость. Неприятно было понимать, что его поведение оказалось так легко прочитать, что он позволил тревоге проявиться внешне. Ему всегда казалось, что животные всё чувствуют, что они буквально видят прошлое человека, его нутро, мысли. И потому он переживал, что каждая пара кошачьих глаз считывает, что именно Малфой погубил своего первого питомца. Ему казалось, хотя он и понимал, что это глупо, что ни один низзл не захочет стать его… как это принято, другом. Хотелось бы знать, что это не так. Проверить было легко — достаточно всего лишь подойти к коту, взглянуть на него, и дать понюхать свою руку. «Я убил его! Я! И все они будут гибнуть, стоит мне к ним только приблизиться!» — эта фраза, произнесённая детским голоском, намертво отпечаталась в памяти. Даже намеренно не воспроизводя её в своей голове, Драко помнил о ней, помнил о том, что в детстве надумал, будто несёт смерть всему живому. И страх причинить боль очередному доверчивому животному был сильнее его желания сделать шаг вперёд. — Драко, ты чего? — совсем рядом раздался обеспокоенный, но в то же время тихий голос Гермионы. — Всё в порядке? — Да, — кивнул он. — Где продавец? — нельзя было в очередной раз показывать свою слабость. Точно не здесь. Но всем телом Драко чувствовал напряжение, возникшее между ним и Гермионой. Чувствовал, как её ладонь снова тянется к нему в утешительном жесте, но оба, не сговариваясь, знали, что на ближайшее время лимит прикосновений исчерпан. И всё же он ощущал нужду в этом прикосновении. — Подойдёт через несколько минут. Давай пока выбирать? Знаю, это сложно, когда их так много, — по интонации было понятно, что Гермиона догадывается о некой личной причине Драко вести себя так неуверенно, но ей хватило такта, чтобы перевести тему. — Да уж. Точно. Они ещё так похожи. Твой кот не такой. — Ведь он полукровка, потому так отличается от них. Большая же часть низзлов пятнистые или пёстрые. Ты хочешь кошку или кота? — осведомилась Гермиона, присаживаясь к вольеру и протягивая руку к макушке небольшого кота. Видимо, он был совсем ещё подростком. Тот принюхался, а уже через мгновение с силой впечатался головой в ладонь волшебницы. Девушка улыбнулась и почесала питомца за ушком, после чего подняла взгляд на Драко. Ситуация казалась волшебнице ещё более странной, чем она думала изначально. Драко ведь наверняка подозревал о своей робости рядом с животными, в чём бы ни была причина такого поведения. Неужели он настолько боялся оплошать, что решился предстать перед ней в таком виде? Не испугался проявить слабость. Или он хочет этой слабостью её подкупить? Будь перед Грейнджер другой человек, она бы отругала себя за то, что допускает подобные мысли по отношению к другому, но с Драко Малфоем никогда не было просто. И даже если он не плохой человек, то явно из тех, кто чаще всего действует, повинуясь собственным мотивам. Наконец парень сделал шаг, обошёл несколько раз котов, оглядывая их, будто стараясь установить с ними ментальный контакт. Словно бы придя к какой-то мысли, он присел рядом с Гермионой, глядя на кошку в соседнем вольере. — У них уже есть имена? — В целом, да. Но ты можешь его поменять, если захочешь. Низзлы умные и быстро привыкают к изменениям. — Интересно, как её зовут, — он кивнул на кошку, любопытно изучавшую его своими синими глазами. — О, это Люсиль! — раздался за спиной старческий голос. — Наша гордость. Воистину умная кошка, не по годам развита. С первых же дней знала, как ходить в лоток и вылизывать такую длинную шерсть, не получая при этом расстройство желудка. К тому же она очень проницательна. Стоит сюда войти какому-то мерзавцу, сразу хвост распушает. Драко оглядел низзла, особое внимание уделив хвосту. — Сейчас он у неё спокоен. И посмотрите, какие кисточки на ушах. Чудесное создание! — продавец, выполнив свою миссию, стал копошиться за прилавком, дабы не стоять над душой. Про Люсиль он не соврал ни слова, возможно, даже забыл упомянуть о ещё каком-нибудь достоинстве кошки. — Дай ей ладонь, — заботливо сказала Гермиона, чувствуя совсем незнакомые эмоции при взгляде на такого растерянного Малфоя. Он и правда переменился в лице, даже двигался иначе. Вздохнув, парень протянул вперёд руку. Казалось, что то время, которое кошка потратила на изучение его пальцев, растянулось минимум впятеро. Глаза то и дело смотрели за её хвостом в страхе увидеть, что он распушится. Однако этого не произошло. Малфой вздрогнул, когда холодный мокрый нос коснулся его указательного пальца. Лапой Люсиль опустила ладонь Драко чуть ниже, после чего стала бодаться в неё головой. — Я её возьму, — завороженно сказал блондин, даже не оглянувшись на продавца. Всё его внимание было приковано к маленькой пёстрой кошке с белоснежным хвостом. Гермиона отметила, что он смотрит на неё, как на настоящее чудо. Сердце щемило, но на душе было радостно. С остальными покупками молодые люди справились быстро. Во многом тому поспособствовали знания Гермионы в области товаров для животных и готовность Драко отдать любые деньги за комфорт Люсиль. Его первоначальная позиция, связанная с тем, что ему не хочется одаривать деньгами «торгашей», явно претерпела некие изменения, но Гермиона решила оставить это замечание при себе. В какой-то момент она даже почувствовала лёгкую обиду, ведь всё внимание слизеринца переключилось на кошку, которую он посадил в голубую переноску и держал прямо перед собой всю дорогу в Хогвартс. «Ну ты и дурочка», — сделала себе замечание волшебница, когда обнаружила в своей голове такие странные мысли, близкие к ревности. Ревности к кошке. — Надеюсь она не замёрзнет у нас в подземельях и не будет собирать плесень по углам. Иначе не представляю, как буду выстригать эту шерсть, — заметил Драко. — Но тебе всё равно придётся её вычёсывать. Или ты расчёску прикупил для себя? — Гермиона, несущая пакет со всеми покупками, достала из него небольшой кошачий гребешок. — Очень смешно, Грейнджер. — Брал бы себе жабу, если не хочешь возиться с шерстью. — Обойдусь и без твоих советов, — отозвался Драко. К удивлению Гермионы, из фразы не сочилось привычное малфоевское раздражение. — Оно и видно, — на этом их перепалка, являющаяся скорее привычным диалогом, прекратилась. Гермиона заулыбалась, впервые за всю прогулку позволив себе не смотреть под ноги в поисках оледенелых участков дороги. Эта невнимательность аукнулась ей в то же мгновение: ноги предательски проскользили по замёрзшей луже. Первые несколько секунд девушка всеми силами балансировала, в какой-то момент ей даже показалось, что она удачно встала на обе ноги, но горизонт перед глазами снова поплыл. И тут она почувствовала, как рука Драко крепко обвила её талию. Лимит прикосновений был превышен. — Аккуратнее, Грейнджер, — сказал слизеринец, удерживая в левой руке перепугавшуюся Люсиль, а правой всё ещё поддерживая такую же испуганную Гермиону. — Из-за тебя Люсиль чуть не улетела в снег. — Надеюсь, что она меня простит, — тише обычного ответила Гермиона, отстраняясь от парня. — Спасибо, — пробурчала она. Оставшуюся дорогу молодые люди шли молча, пока не пришло время разойтись по своим комнатам. — Куда это ты собралась? — удивлённо спросил Драко, глядя на девушку, которая уже протягивала ему пакет с покупками. — В гостиную Гриффиндора. — Нет, Грейнджер. Сначала ты поможешь мне обустроить всё для Люсиль. Считай, что это слизеринская милость, и я зову тебя в гости первый и последний раз, — сделал он акцент на последних двух словах. — А моё согласие ты получить, видимо, забыл, — вздохнула шатенка, сделав первый шаг к проходу, ведущему в подземелья. Драко одобрительно хмыкнул и пошёл следом за ней.

***

— У тебя тут действительно прохладно, — заключила Гермиона, стоя у двери комнаты. — Ты можешь пройти, Грейнджер, — Драко поставил переноску на пол и стал разбирать пакет с вещами. Девушка нерешительно сделала ещё один шаг вперёд, жадно изучая обстановку, не без удовольствия отмечая чистоту в комнате. Теперь, когда у Драко появился такой пушистый питомец, следить за порядком станет сложнее, но об этом ему предстоит узнать самостоятельно. — Ты можешь снять пальто и повесить на стул пока, — предложил слизеринец, оглядывая Гермиону. Его пальто уже покоилось в шкафу из светлого дерева. Стены комнаты вернули Драко привычное ощущение спокойствия и равновесия. Он наконец-то смог расслабиться. Глаза быстро пробежались по стройным ногам повёрнутой к нему спиной Гермионы. Серая клетчатая юбка вполне приличной длины, белая заправленная водолазка выглядели непривычно. Слизеринец понимал, что сейчас далеко не самое лучшее время для разглядывания девчонок, пусть даже это Гермиона, пусть даже он должен её в себя влюбить. — Люсиль лучше посидеть в переноске и обвыкнуться с запахами. Разложи её лежанку, а я найду хорошее место для мисок, — скомандовала волшебница, когда наконец повесила пальто. Она чувствовала себя неловко, стоя перед слизеринцем в таком виде. Будто на ней вовсе не было одежды. Руки всё время тянулись проверить, заправлена ли водолазка, ровно ли сидит ремешок юбки. Девушка уже в который раз пожалела, что оделась именно так. Хорошее место для мисок оказалось рядом с письменным столом. Тетради на нём лежали аккуратной стопкой, перо стояло в позолоченном держателе, идущим в комплекте с такой же расписной чернильницей. — Я разложил лежанку, — оповестил девушку Малфой. — Тогда можешь выпускать Люсиль, — пожала плечами Гермиона. Она не знала, чем ещё может быть полезна, но вдруг почувствовала, что совсем не хочет уходить из этой комнаты, как минимум, прощаться с Малфоем. Её план, направленный на то, чтобы узнать причину его необычного поведения, был провален. Всё время в голову лезли совсем не те мысли. Кошка с любопытством обходила комнату вдоль стен, принюхиваясь в углах, оценивая взглядом обои. Драко оставалось только надеяться, что у Люсиль спокойный нрав, и она не станет обдирать эти обои в первые же дни своего пребывания в подземельях. — В общем, смотри, — Грейнджер села возле лежанки. — Этой щёткой будешь её расчёсывать каждый вечер хотя бы пару минут. Иначе даже Люсиль начнёт оставлять тебе неприятные подарки в виде мокрых комков шерсти. А этой легко будет распутать колтуны. Начинай с самых кончиков, так ей не будет больно и волокна не повредятся. С кормом, думаю, всё понятно и без меня, — Гермиона положила расчёски на место и взглянула на Драко, сидящего напротив неё. — Понятно. Спасибо, — выждав небольшую паузу кивнул слизеринец. — Не за что, — как можно более обыденно отозвалась волшебница, хотя любые проявления вежливости в поведении Драко её до сих пор удивляли. — Если что, обращайся. Но я думаю, что вы с ней поладите, — девушка встала и направилась к выходу. — Подожди, — Малфой медленно встал следом за ней, взял в руку пакет и подошёл к гриффиндорке. — Ты свой корм забыла, — он быстро нащупал коробочку и протянул волшебнице. — Да, спасибо, — улыбнулась она. — Как твои колени, Грейнджер? — Всё хорошо. Уже прошли, — дыхание сбилось, когда девушка вспомнила прикосновение тёплой руки к своим ногам в кабинете зельеварения. Студенты, испытывающие некоторую неловкость, уставились в раскрытый пакет, как вдруг их руки одновременно двинулись к его содержимому, столкнувшись друг с другом. Лимит прикосновений был превышен. В очередной раз. — Там… — Да, птичий корм, — Драко достал его и протянул Гермионе. — Теперь точно всё. — До встречи, Грейнджер. И спасибо, — Малфой открыл перед ней дверь, чуть наклонившись вперёд. — Была рада помочь, — Гермиона, крепко сжав пачки с кормом, направилась в гостиную Гриффиндора. Она чувствовала тяжёлый взгляд Драко, направленный в её сторону. Из чистого любопытства хотелось остаться ещё ненадолго, но не было ни одной причины для того, чтобы развернуться и продлить время нахождения в слизеринской спальне. К тому же такой внезапный побег в зоомагазин и долгое отсутствие могли заметить. И если Гарри и Рон были способны отнестись к совместной вылазке Гермионы и Малфоя спокойно, то наверняка бы нашлось десять других языков, готовых поднять все старые сплетни, вдохнув в них новую жизнь. Голос, который ещё сутки назад упрямо твердил, что не просто так Драко стал белым и пушистым, был предательски заглушён подозрительно учащённым сердцебиением. В глубине сознания Гермиона понимала, что ни к чему хорошему её это не приведёт, но была бессильна в борьбе с нежеланным чувством. Единственной её надеждой было то, что завтра утром мир вокруг снова вернётся на круги своя, хотя верилось в это с трудом.

***

Весь вечер Драко занимался Люсиль. Первое время он с опаской наблюдал за тем, как кошка приглядывается к вещам, расположенным в комнате, как методично она обходит каждый угол, заглядывает в каждую щель, будто определяя, подходит ей это жилище или нет. По совету Гермионы Малфой не стал отвлекать кошку от столь важного занятия. Когда быть молчаливым наблюдателем надоело, парень лёг на кровать и прикрыл глаза. Руки сами тянулись под подушку в поисках дневника. Приводить Гермиону с её пытливым умом и наблюдательным глазом в комнату было опасно, но волшебник не смог противостоять этому порыву. С ней в магазине он почувствовал себя на удивление комфортно. Многие его внутренние составляющие словно впервые встали на свои места, когда она произнесла «они тебя не боятся». И ни одна зверушка действительно его не испугалась. Хотя он смотрел на них своими глазами цвета льда, внимательно изучал их вольеры и поведение. Ни один из низзлов не встал в боевую стойку, не зашипел, не прижал уши. Вполне вероятно, знай они с Гермионой друг друга лучше, девушка могла бы отпустить шутку в его сторону, когда заметила, как Драко нерешительно мнётся у вольеров. Однако она этого не сделала, и какое-то шестое чувство подсказывало, что такое поведение не в её характере. И в этом хотелось ей подражать. Хотелось быть настолько же открытым и честным с окружающим миром. Дневник прожигал затылок через подушку, но читать его сейчас казалось неправильным. Буквально полчаса назад Гермиона всячески поддерживала Драко, давала ему советы, а теперь он боролся с желанием в очередной раз вторгнуться в её личную жизнь. Раньше этот вопрос с моральной точки зрения беспокоил его не так сильно, дневник стал чем-то вроде настольной книги. Драко было интересно узнавать о событиях, произошедших в школе несколько лет назад, от лица Гермионы. Необходимо было найти уважительную причину для того, чтобы заглянуть в волшебную тетрадь. Причину безобидную. Люсиль запрыгнула на стул, стоящий у письменного стола, и Драко, осенённый, вытащил из-под подушки дневник. Сегодня Глотик впервые приехал в Хогвартс. Думаю, ему здесь нравится. Конечно, после стольких месяцев, которые ему пришлось провести в «Волшебном зверинце», понравится вообще, где угодно. В магазине хорошие условия для низзлов, но эти животные любят свободу. Живоглот уже несколько раз пытался улизнуть из комнаты, но я вовремя его остановила и после каждой попытки побега читала ему нотацию, что делать так нельзя. Коты — самые настоящие дети, воспитывать их может быть сложно, но это того стоит. Драко взглянул на Люсиль, которая всё ещё сидела на стуле, разглядывая письменные принадлежности. Гарри сначала испугался, что Глотик с Буклей будут драться, но этим двум совершенно всё равно друг на друга. Самое главное не забывать расчёсывать Живоглота каждый вечер. В магазине мне сказали, что помимо непоседливости, у него проблемы с пищеварением, и если он наглотается своей шерсти, я буду долго потом оттирать ковры от шерстяных шариков. Это самый неприятный момент в воспитании кота, но, думаю, что у меня не возникнет проблем с расчёсыванием. Тем более Глотик очень ручной. Конечно, при других он всеми силами показывает свою независимость, но когда мы с ним вдвоём, то он становится самым ласковым существом на земле. Конечно, не всем понравился мой кот. Малфой, стоило ему только увидеть Глотика, обозвал его уродцем. Хотя, что тут сказать, даже Рону он не сильно понравился. Ну конечно, как это, у меня появился ещё один рыжий друг. Хорошо, что Живоглот умнее и не стал обращать внимание на эти обзывательства. А теперь мне самое время идти расчёсывать его. Как-то так вышло, что я сегодня только про Живоглота и пишу, но ничего не могу с собой поделать, все мысли только о нём. Я до сих пор так счастлива, что теперь у меня есть кот. Нужно будет ещё раз поблагодарить родителей за то, что разрешили мне его завести.

1 сентября 1993

Когда запись закончилась, Драко взглянул на Люсиль. Она бросила на него ответный взгляд, а затем спрыгнула на пол и в несколько движений оказалась рядом с Драко, удобно устроившись на его плече. Так… доверчиво. Парень сглотнул подступивший ком и бережно провёл рукой по кошачьей макушке. По телу прошло приятное тепло, разлилось спокойствие. Вскоре у самого уха раздалось довольное мурлыкание, которое возымело эффект колыбельной. Драко, не выспавшийся после беспокойных ночных кошмаров, закрыл глаза и провалился в дремоту. Проснулся он спустя примерно сорок минут. Парню потребовалось немного времени, чтобы сообразить, что произошло, а после он приподнялся на локтях, окинул взглядом комнату и откинулся обратно на подушку. Состояние было разбитым, явно сказывался ночной недосып. И тут его прошиб холодный пот. Дверь в комнату была приоткрыта. Слизеринец тут же вскочил со своего места и выбежал в гостиную. — Блейз, ты заходил ко мне? — Да, проверял, вернулся ли ты со свидания. И с кем ты вернулся, — многозначительно приподнял брови парень. — Ты видел Люсиль? — Люсиль? Какую? Ты ведь ходил с Гермионой, разве нет? — Где моя кошка? — сурово протянул Драко. — Я без понятия, о чём ты вообще. Я никого не видел. Ты купил кошку? На этот вопрос Драко не ответил, вылетев из комнаты и направляясь в крыло к гриффиндорцам. Сердце его невероятно быстро стучало. Он не имел ни малейшего понятия, куда могла подеваться Люсиль. Замок казался огромным и полным опасностей для такого беззащитного существа. Старые воспоминания лезли в голову, Малфоя начинало трясти. Он представил, что Люсиль сорвалась с лестницы и лежит сейчас распластанная в холле. Он бы мог пойти туда и сам посмотреть, но страх не давал ему сделать это в одиночку. Ноги сами несли его к Гермионе. Казалось, что если ему не поможет она, то не найдётся больше ни одного человека, способного помочь в поиске кошки. — Малфой? — удивился Гарри, стоявший у окна вместе с младшей Уизли. — Мне нужна Грейнджер. — Зачем? — поинтересовалась подружка Поттера. «Ну конечно, вот она, главная защитница чести своих ненаглядных друзей.» — Мне нужно с ней поговорить. А о чём, вам знать не обязательно. — Позови её, Джинни, — попросил Гарри. Девушка недовольно взглянула на своего возлюбленного, но повиновалась. — Слушай, Малфой. Если ты хоть пальцем её тронешь… — Я трону Грейнджер? Ты в своём уме, Поттер? — Драко злился, он был на взводе. Его переполняли страх и раздражение. Казалось, что любая потерянная минута может стоить Люсиль жизни или, как минимум, здоровья. — Что-то случилось? — не задавая лишних вопросов, поинтересовалась вышедшая из-за портрета Полной Дамы Гермиона. Драко хотел было изложить свою проблему прямо здесь, но затем он просто молча кивнул Гермионе в знак того, чтобы она следовала за ним, и девушка, сказав что-то друзьям, двинулась за слизеринцем. Когда пара отошла на достаточное расстояние от гостиной, Малфой наконец заговорил. — Мы с Люсиль уснули. Минут на сорок, может час. Когда я проснулся, дверь в комнату была открыта, а её самой нигде нет. Блейз сказал, что он ко мне заходил, но Люсиль не видел. Или просто не заметил её. Я боюсь, что она… — Драко замолчал, скорее из-за того, что слово «боюсь», произнесённое рядом с Гермионой, было совсем не к месту. — Пойдём сходим на кухню. Глотик часто убегает именно туда, если у него получается всё-таки ускользнуть, — Гермиона говорила это спокойно, будто не сомневаясь в том, что с Люсиль всё в порядке. — Драко, даже если Люсиль тебе кажется беззащитным существом, это не совсем так. Низзлы обладают высоким интеллектом, едва ли с ней могло что-то случиться на территории школы. А за территорию она бы сама не вышла. Ей это не нужно. Глотик тоже первое время пытался убежать. — Знаю, — буркнул Малфой, а затем его прошиб холодный пот. Он этого не мог знать. Не должен был этого знать. — Да? — удивилась Гермиона. — Откуда? — Когда у тебя появился этот рыжий кот, ты на весь класс рассказывала о нём друзьям. Не удивлюсь, если о его жизненных успехах и неудачах в тот период знает вообще вся школа, — ответил Драко, надеясь, что его ответ похож на правду. — Ну и ничего страшного. Вам всем бы не помешало знать, как ухаживать за низзлами. Казалось, его ложь Гермиона сочла за правду. Сердце, которое и без того отбивало какой-то невероятный ритм, напуганное пропажей Люсиль, теперь совсем сошло с ума, чуть не пойманное на лжи. Что, если Гермиона никогда и никому не рассказывала о Живоглоте? Что, если она прямо сейчас вспомнит об этом и поймёт, что Драко выведал информацию о попытках побега её кота не самым честным образом? Но шатенка молча шла рядом, сохраняя на лице полное спокойствие. Хотелось вцепиться в неё, просить её пообещать, что с Люсиль всё в порядке. И хотя Грейнджер сейчас была лучиком надежды, её же и хотелось придушить. Ведь это из-за неё, а не из-за каких-то своих порывов слизеринец приобрёл себе кошку. Он всего лишь пытается выиграть у Забини спор и завоевать симпатию Гермионы. — Твои гриффиндорские дружки, наверное, сходят с ума. — Не думаю, что они сходят с ума. А вот если остальные про нас начнут что-то невнятное болтать, то придётся пострадать. Хотя Джинни и не стала афишировать, что меня зовёшь именно ты, я думаю, что кто-то из девчонок может начать фантазировать на этот счёт. Разговор имел для Гермионы будоражащий привкус. Она ведь точно знала, что с Люсиль всё хорошо, её ничего не отвлекало от ощущения присутствия Драко рядом с ней в мрачном коридоре. Он рано или поздно тоже поймёт, что низзлы во многом умнее людей и не станут просто так искать бед на свой хвост. Но пока пусть лучше думает о своей кошке. — Нам ли привыкать к сплетням, Грейнджер, — пожал плечами Драко, бросив мимолётный взгляд на гриффиндорку. — И правда, — она попыталась показать всем своим видом, что не слышит в его голосе ничего необычного. Что всё нормально, что она спокойна. Ответно посмотреть на парня волшебница не решилась. Молодые люди завернули в прохладный коридор, ведущий к кухне. Уверенность Гермионы, её холодное спокойствие передалось и Драко. Удивительно, какой разной могла быть гриффиндорка. В кабинете зельеварения она растерялась, пролив на себя желчь броненосца, а сейчас, когда, как казалось слизеринцу, ситуация была куда более волнительной, сохраняла поразительное хладнокровие. Оставалось надеяться, что седьмое чувство Грейнджер её не обманывает.