your heartbeat, across the grass

Автомобиль привозит его к зданию относительно невредимым. Вэй Усянь следует за человеком, которого встретил у своего дома, и поднимается на тринадцать этажей на стеклянном лифте. Затем они выходят и сразу попадают в гущу шумной студии. Вэй Усянь смотрит, как мимо него проходят люди с планшетами, кистями для макияжа и реквизитом. Человек, за которым он шёл, ведёт его через несколько комнат к паре закрытых дверей. Он стучит, и дверь распахивается настежь. Вэй Усянь чувствует, как у него замирает дыхание. Перед зеркалом на стуле сидит Лань Ванцзи, и над ним суетятся стилисты и визажисты. — О, Вэй Ин, — говорит Лань Ванцзи, визажист безмолвно съёживается, когда мазок совершенно не нужной пудры для контура, которую она наносит на его скулу, ложится наперекосяк. — Ты здесь. Он говорит так, точно комментирует погоду, а не приветствует человека, которого похитил, чтобы тот поработал на него. — Что это, Лань Чжань? — требовательно спрашивает Вэй Усянь, скрещивая руки на груди. — Меня подставили. — Ты знал условия, — отвечает Лань Ванцзи. — Ты мог отказаться. — Не в этом дело! — вскрикивает Вэй Усянь раздражённо. — Я не собирался отказываться, пока не узнал, что это ты. Это даже не преувеличение. Он, возможно, простыл, потому что как только вошёл в эту комнату, его сердце бешено заколотилось в груди, а внутри растекся жар до кончиков пальцев ног. Отвратительно, как хорошо Лань Ванцзи выглядит в том, что считается домашней одеждой. Должно быть незаконным так хорошо выглядеть в мешковатом свитере и свободных джоггерах, да ещё с длинными волосами, заплетёнными в стильный высокий хвост. — Тогда не было бы этой фотосессии, — говорит Лань Ванцзи. — Мы всё ещё можем отменить, если ты хочешь. Он многозначительно смотрит на визажиста, которая отказалась от попыток нарисовать контур, и на стажёра, которая мечется вокруг с несколькими файлами в руках. — Теперь ты играешь на моей совести! — стенает Вэй Усянь. — Все здесь тяжело работали для этого! — Я только констатировал очевидное, — спокойно говорит Лань Чжань. — Я хочу только Вэй Ина. У Вэй Усяня темнеет в глазах. Он разворачивается на каблуках, идёт к двери и выходит из комнаты, закрывает за собой дверь. Что только что произошло? Слишком скоро Лань Ванцзи открывает дверь и пристально смотрит на него. Лицо Вэй Усяня пылает, сердце бьётся о рёбра. Прошло шесть лет. Предполагалось, это он должен влезть Лань Ванцзи под кожу. Лань Ванцзи, очевидно, имел в виду только то, что хотел бы, чтобы он его фотографировал, так какого хрена это заставило его так отреагировать? Это смешно, не так ли — представить, что Лань Ванцзи хочет его, или что он сам хочет Лань Ванцзи, это полная и абсолютная комедия… — Вэй Ин, — говорит Лань Ванцзи тихим от беспокойства голосом. — Ты в порядке? Вэй Усянь кивает, отворачиваясь. — Я сделаю это, — торопливо говорит он, желая сделать хоть что-то, чтобы Лань Ванцзи перестал так смотреть на него. — С кем мне нужно поговорить? *** Несколько человек сидят с Вэй Усянем, обсуждая концепцию съемки, среди них член маркетингового отдела компании, один из агентов Лань Ванцзи, люди из юридических отделов. Но даже здесь он не полностью свободен от присутствия самого Лань Ванцзи. Тот не участвует в диалоге, но сидит в углу комнаты и тихо слушает. Они обсуждают множество хитросплетений, но наполовину рассеянная, наполовину переполненная голова Вэй Усяня забита чрезмерно большим количеством несущихся мыслей и может запомнить в конце концов единственное предложение, которое стажёр использовала, чтобы резюмировать сказанное. — Сделайте это так, будто вы смотрите на него влюблённым взглядом медленным и ленивым воскресным утром. Лань Ванцзи оторвался от телефона и встретился взглядом с Вэй Усянем как раз в тот момент, когда она это сказала. В его глазах было странное нечитаемое выражение, и Вэй Усянь немедленно отвернулся. Они идут в комнату, которую остальные сотрудники подготовили для съёмок. На противоположной стене установлена зелёная ширма, перед которой стоит стул для позирования. Как только они оказываются внутри, все смотрят на Вэй Усяня. — Хм, — говорит он и кашляет. Он настолько далёк от всех этих опытных профессионалов, которые, вероятно, делают до двадцати фотосессий в неделю и теперь смотрят на него так, что это даже не смешно. — Ты можешь… — он неопределённым жестом указывает на Лань Ванцзи, — можешь пойти и сесть там. Это звучит смешно даже для него. Сглотнув, он устанавливает камеру на штатив и делает глубокий вдох. Он открывает видоискатель и наклоняется вперёд, чтобы посмотреть сквозь него на Лань Ванцзи. Наконец он чувствует, как на него накатывает спокойствие. Он знает это. Он может это сделать. — Пожалуйста, все выйдите из комнаты. Думаю, Вэй Ину будет удобнее, если за ним не будут следить. Вэй Усянь наблюдает за тем, как все остальные выходят наружу, и внутри него копится ужас. Чтобы оставаться наедине с Лань Ванцзи, он не в том настроении сейчас. Или когда-либо ещё. — Вэй Ин, — тихо говорит Лань Ванцзи. — Ты в порядке или нет? Вэй Усянь смотрит на него. Тот выглядит мягким даже в домашней одежде от Balenciaga и Dior x Nike Air Jordans, раскинувшись на стуле перед зелёным экраном. Вэй Усянь показывает ему большие пальцы и дерзко ухмыляется. — Готовься, Лань Чжань! Покажи мне всё, что можешь! Для человека, который был в центре внимания и на территории суперзвёзд минимум четыре года, Лань Ванцзи перед камерой непреклонен как доска. Вэй Усянь объясняет это тем фактом, что он так избирателен при выборе рекламных сделок. Но в любом случае это всё ещё во многом его Лань Чжань. — Вытяни ноги, — говорит он из-за видоискателя, благодарный тому, что это способ скрыть, как горит его лицо. И способ скрыть, что мозг называет его своим Лань Чжанем и, ну… Лань Ванцзи выглядит расслабленным на стуле, длинные конечности и стройная фигура ещё больше подчёркиваются его позой и мешковатостью одежды. Вэй Усянь направляет его позы, и они делают неплохие снимки, однако выражения его лица всё ещё нуждаются в доработке. — Наклонись вперёд и положи локти на колени, — говорит он. — Коснись волос. Подожди, подожди… — он раздражённо вздыхает и, не раздумывая, подбегает к нему. Он берёт его за руку и опускает ему на голову, искусно проводя по волосам. Затем его глаза встречаются со взглядом Лань Ванцзи, и он замирает. Лань Ванцзи смотрит на него так сосредоточенно, что во рту пересыхает. Вэй Усянь осматривает его фигуру — длинную, поджарую и твёрдую — и на одно безумное мгновение задаётся вопросом, что произойдёт, если он случайно поскользнётся и упадёт ему на колени. Эта мысль настолько нелепа, что он тут же разворачивается на каблуках и возвращается в безопасность за камеру. Он делает несколько фотографий Лань Ванцзи в новой позе, изо всех сил стараясь думать о чём-либо ещё, кроме той единственной мысленной картины, где он сидит на коленях, которую создал в собственной голове в момент чистого безумия. Он критически просматривает отснятые фотографии и хмурится. Позы хороши, но выражения всё ещё могут быть лучше. Влюблённым взглядом медленным и ленивым воскресным утром. — Хорошо, посмотри на меня, как на того, кто тебе нравится, — терпеливо говорит он. — О, как на Мяньмянь! — он усмехается, гордясь собой за то, что помнит её имя. Она была менеджером их школьной футбольной команды, к тому же довольно симпатичной. Возвращается знакомый взгляд, Лань Ванцзи смотрит на него, раздражённо нахмурив брови. — Лань Чжань, ах, Лань Чжань, — говорит Вэй Усянь. — Ты должен выглядеть так, точно ты влюблён, а не страдаешь запором! — Он склоняет голову набок, чтобы посмотреть на Лань Чжаня, а затем усмехается. — Видишь, — продолжает он. — Всего лишь притворись, что это я — Мяньмянь, хорошо? Двинувшись рядом с камерой, чтобы оказаться в поле зрения Лань Ванцзи, он слегка наклоняется вправо и немного двигает бёдрами, чтобы подчеркнуть изгиб задницы. Глаза Лань Ванцзи расширяются. Гордясь тем, что его план, похоже, работает, Вэй Усянь кладёт палец на подбородок, придав себе лучший, насколько это возможно, застенчивый вид с мечтательными глазами, и надувает губы. Реакция мгновенная. Лань Ванцзи слегка наклоняется вперёд, его губы приоткрываются, глаза темнеют от сосредоточенности. Его взгляд медленно и тяжело перемещается по фигуре Вэй Усяня, вплоть до его задницы, где задерживается на мгновения, которые словно растягиваются в вечность. Вэй Усянь сглатывает. На ощупь он тянется к камере и делает несколько снимков. Потом выпрямляется, кашляет. Лань Ванцзи тоже встаёт. Он выглядит смущённым. — Мы закончили? — Эм… эм, да, думаю, да. В мгновение ока Лань Ванцзи в несколько длинных шагов приближается к двери и выходит прочь. *** Когда Вэй Усянь заканчивает пересылку готовых фотографий персоналу 33tuan, он пакует камеру и направляется к выходу. — Вэй Ин, — говорит Лань Ванцзи позади него, словно материализовавшийся из ниоткуда. — Готов идти? — Идти? — переспрашивает Вэй Усянь. — Куда? — Возьми куртку и идём со мной. Любопытно, и Вэй Усянь следует за ним из комнаты и на тринадцать этажей вниз на лифте. Когда они достигают первого этажа, он замирает. Снаружи ждут люди. Сквозь панорамные от пола до потолка окна, выходящие на улицу, он видит пешеходную дорожку, кишащую, должно быть, сотнями людей с камерами наготове. Внезапно Лань Ванцзи хватает его за руку и тащит за лифт в узкий коридор. — Он приведёт нас к машине, — останавливается Лань Ванцзи и поворачивается к нему, чтобы сказать: — Я отвезу тебя на ужин. Не волнуйся, они не увидят тебя. Он бросается бежать. Вэй Усянь следует за ним по тускло освещённым коридорам, поворачивая несколько раз, пока они наконец не достигают парковки. Прямо перед ними в ожидании их стоит чёрный внедорожник. Водитель выходит и открывает дверь для Вэй Усяня, а Лань Ванцзи переходит на другую сторону и садится внутрь. Как только они оказываются в салоне, машина трогается с места. — Вэй Ин, — говорит Лань Ванцзи серьёзным голосом. Он смотрит на Вэй Усяня с беспокойством. — Всё нормально? Вэй Усянь некоторое время вспоминает, о чём он говорит. Кричащие фанаты, репортёры, камеры. Они отошли вглубь его мыслей, когда Лань Ванцзи взял его за руку и потащил по коридору. Он одаряет Лань Чжаня яркой улыбкой. — Нет, — честно отвечает он. — Знаешь, это было действительно весело. — Лань Ванцзи сидит к нему ближе, чем в последний раз, когда они были одни в машине. — Почти как в шпионском фильме, когда приходится убегать от плохих парней с секретной информацией правительства! Лань Ванцзи выглядит ошеломлённым, явно не ожидавшим такого ответа. — Твой водитель предоставил отличный путь для побега! Лань Ванцзи фыркает и на мгновение закрывает глаза. Его плечи, кажется, опускаются. Когда он открывает глаза, то снова смотрит на Вэй Усяня. Затем его губы чудесным образом изгибаются в крошечной улыбке. Вэй Усянь не может сдержать широкой ухмылки, от которой угрожает треснуть его лицо. Даже когда улыбка гаснет, на лице Лань Ванцзи остаётся мягкое и счастливое выражение. Внезапно Вэй Усянь чувствует эгоистичный укол удовлетворения, что никто больше не может видеть его таким. Ни люди, ожидавшие с фотоаппаратами возле здания, ни сотрудники журнала, просматривавшие фотографии, которые он им дал, ни триста пятьдесят миллионов человек, болтающих о нём в интернете. — А как ты, Лань Чжань? — спрашивает он. Лань Ванцзи смотрит на него так, точно не ожидал вопроса. В его глазах снова появляется мягкость. Вэй Усянь задумывается, интересовался ли кто-нибудь этим раньше. — Это нормально. Я привык, знаю, как их избегать. — Правда? — продолжает спрашивать Вэй Усянь. — О-о, каковы лучшие способы? Ты должен написать книгу, что-нибудь о том, как справиться с катапультированием во внезапную славу и при этом умудряться время от времени невредимым обедать со своим милым другом детства! Лань Ванцзи отворачивается к окну, его уши снова слегка розовеют. Внутри автомобиля немного теплее, и Вэй Усянь задаётся вопросом, не следует ли попросить водителя включить кондиционер. — Знать, где секретные выходы, — говорит Лань Ванцзи наконец. — Держать телефон всегда заряженным, чтобы можно было связаться со стаффом. Хорошие менеджеры всегда помогают, — он выглядит слегка обиженным, когда добавляет следующие слова: — Прибывать в аэропорт с небольшим опозданием. — Лань Чжань, ты опаздываешь? — Вэй Усянь задыхается, опуская руку себе на грудь. — Никогда не думал, что доживу до этого дня! — Иногда это необходимо, — говорит Лань Ванцзи, недовольный этим фактом. — У тебя есть опыт в этом? — с любопытством интересуется Вэй Усянь. — Да. Ответ приходит легко, но потрясает Вэй Усяня до глубины души. Он не знал. Сколько вещей пришлось пережить Лань Чжаню, о которых он не знал? — Что случилось? — спрашивает он тихо. Лань Ванцзи снова смотрит в окно. — Это было много лет назад, — отвечает он внезапно. — Через год после того, как я уехал из дома. Однажды фанатка застала меня одного возле туалета в аэропорту и притворилась, что потеряла свой телефон. Я был столь наивен, что предложил ей свой. Она украла… некоторые конфиденциальные личные данные. К счастью, мои менеджеры отлично справились с этим. — Ты, должно быть, испугался, — мягко говорит Вэй Усянь почти про себя. Он думает о девятнадцатилетнем Лань Ванцзи, напуганном тем, что его личные секреты станут известны миру. Многообещающая карьера закончилась бы до того, как началась. На миг он задаётся вопросом, какой конфиденциальный личный контент мог храниться у него в телефоне, но не допытывается. — Там были фотографии, — говорит тогда Лань Ванцзи, похоже, ему трудно выговаривать слова. — Сами по себе невинные, но если их неправильно истолковать… В общем… Это было давно. Вэй Усянь думает, что Лань Ванцзи отправился в Европу совершенно один, остался среди людей, с которыми едва мог разговаривать. Его сердце болезненно сжимается. — Тебе… тебе было с кем поговорить? — его голос звучит напряжённо. Лань Ванцзи смотрит на него озабоченно. — Да, ну… Я иногда беседовал со своим братом, когда он был доступен. — Лань Сичэнь, вероятно, тогда был на пике своей карьеры, и у него не было возможности уделять много времени даже любимому младшему брату. — Мои менеджеры тоже помогли. Горячие слёзы собираются в уголках глаз Вэй Усяня. Когда это случилось? Он сжимает кулаки, отворачиваясь, чтобы посмотреть в окно. — Я должен… — бросает он. Его голос прерывается. — Должен был быть там. Прежде чем он осознаёт, что происходит, Лань Ванцзи поворачивается в его сторону. Он берёт его за подбородок и разворачивает к себе лицом. Смотреть на него тяжело, когда влага в глазах так близка к тому, чтобы побежать прочь. Ещё труднее, когда он берёт оба его запястья другой рукой и смотрит на него с невыносимой нежностью. — Вэй Ин, всё в порядке, — говорит он. Тело Вэй Усяня чувствуется взвинченным настолько сильно, чтобы ощущать, как в каждой точке, где прикасается Лань Ванцзи, проскальзывают электрические импульсы. — Ты собирался в колледж. У тебя были друзья. Вся твоя жизнь была здесь. Вэй Усянь думает об их выпускном, когда они сидели на берегу озера в тот тёплый полдень. — И со мной всё было хорошо, — нежно говорит Лань Ванцзи. Он оказался ещё ближе? Так близко — Вэй Усянь, вероятно, мог сосчитать золотые пятнышки на радужке его глаз. Разумеется, если бы мозг не оказался слишком затуманенным, чтобы сформулировать хоть одну связную мысль. Рука Лань Ванцзи движется медленно, согревая его кожу, касается его щеки. Бессознательно Вэй Усянь наклоняется к нему. Губы Лань Ванцзи выглядят мягкими и розовыми. Он ошеломлённо задаётся вопросом, целовал ли тот кого-нибудь когда-либо. Каково это — оказаться таким человеком? Тем, кто… поцелует Лань Ванцзи? И тогда машина останавливается. Отрываясь друг от друга, они поворачиваются к соответствующим дверям. Лань Ванцзи надевает маску и солнцезащитные очки, прежде чем покинуть машину. Когда они выходят на что-то, похожее на другую парковку, он кивает Вэй Усяню, чтобы тот следовал за ним. Они проходят множество дверей и коридоров, пока наконец не достигают пары гладких деревянных дверей, которые открываются в широкую комнату. Это суши-ресторан, который выглядит невероятно модным. Немедленно сразу двое официантов приветствуют их низкими поклонами и проводят наверх. Они приводят их к окруженному ширмами столику, расположившемуся в углу. Вэй Усянь садится на татами напротив Лань Ванцзи. Они молча смотрят меню, слова застывают перед глазами Вэй Усяня. — Готов заказать? — спрашивает Лань Ванцзи через несколько минут, в течение которых всё, что делал Вэй Усянь, — так это рассеянно листал страницы. Вэй Усянь пожимает плечами. Лань Ванцзи нажимает на звонок, и официант подходит, чтобы принять заказ. Когда они закончили и официант отошёл — Вэй Усянь выбрал блюда, на которые упали пальцы, они продолжают сидеть в тишине ещё долгое время. Позже Лань Ванцзи говорит: — О, пока я не забыл. Завтра во второй половине дня у нас тренировка. Пожалуйста, приведи А-Юаня. — Что? — говорит Вэй Усянь. Наконец облако в его голове испаряется. — Мне? Привести А-Юаня? — Да, — слегка нахмурившись, говорит Лань Ванцзи. — Я говорил вам обоим про другой раз, правда? — Да, но… Я не думал, что ты… Конечно, он знает, что это неправильно. Лань Ванцзи скорее бросит свою детскую коллекцию тапочек с кроликами в огонь, чем легкомысленно отнесётся к своим словам. — Я бы не сказал А-Юаню, если бы не был уверен, что смогу, — говорит он серьёзно, и в груди Вэй Усяня больно от того, как сладко это звучит. — Он ждал этого от меня. И… он важен для Вэй Ина. Вэй Усяню действительно нужно проверить себя, потому что в последнее время его сердце, кажется, слишком часто испытывает перегрузку, а лицо опаляет жаром. — Это… Спасибо, — бормочет он. Еду не смогли принести достаточно быстро. Он думает, что будет немного легче, если их разделят тарелки с едой. Прямо сейчас, когда они вдвоём смотрят друг на друга за пустым отгороженным ото всех столиком, это уже слишком. — Я напишу тебе, где и когда, как только это решится, — говорит ему Лань Ванцзи. — О, — Вэй Усянь понимает, что у него всё ещё нет номера Лань Ванцзи. — Мне нужен… твой номер. — О, но он у меня уже есть… — Лань Ванцзи останавливается, и кончики его ушей краснеют. — У меня есть твой номер, — признаётся он. — С твоего веб-сайта. Мне нужно было попросить менеджера связаться с тобой. — Ты искал меня в сети! — говорит он. — Я должен был, — Лань Ванцзи упрямо замирает. Он скрещивает руки. — И тебе повезло, что я заметил. У сайта неподходящий дизайн. Я порекомендую тебе хорошего веб-дизайнера, чтобы разобраться с этим. Невероятно. — Что? — бросает Вэй Усянь. — Ты сейчас назвал мой веб-сайт неподходящим? — У тебя там нет актуальных работ. Больше собственных фотографий на разных этапах жизни. Не удивлюсь, если трафик очень мал. — Прошу прощения? — вскрикивает Вэй Усянь. Его веб-сайт выглядит очень мило, спасибо большое. Он сам создал его шесть лет назад. Возможно, он немного безвкусный и… ох, шесть лет без обновлений. И Лань Ванцзи предельно точен в отношении трафика, но ему не нужно об этом знать. — Это мой сайт! И, конечно, я должен хранить там фотографии самого себя. Я очарователен. Лань Ванцзи закрывает глаза. Затем он открывает их и пристально смотрит. — Они должны смотреть не на тебя. Только на твои работы. Неудивительно, что там недостаточно трафика. — Эй, я никогда не говорил, что трафика недостаточно! — Не кричи в ресторане. Теперь дай мне свой телефон, я оставлю тебе свой номер. — Я его не хочу, — по-детски отвечает Вэй Усянь. — Вэй Ин, не будь ребёнком. Дай его мне. — Нет! Лань Ванцзи тянется через стол. Отбрасывая его руку, Вэй Усянь прижимает телефон к груди. Нахмурившись, Лань Ванцзи опускается коленями на татами, чтобы достать до него. Вэй Усянь поднимается на четвереньки и переходит в угол татами. Лань Ванцзи вздыхает. И пока Вэй Усянь смотрит широко раскрытыми глазами, тот встаёт на четвереньки и ползёт вокруг стола, чтобы добраться до него. В один момент это захватывает весь его мозг, Лань Ванцзи почти готов схватить его. Переходя к действию, Вэй Усянь движется вокруг противоположной стороны стола. Лань Ванцзи следует за ним. Наконец мучительно закатив глаза, он всем телом подаётся вперёд и прижимает Вэй Усяня к краю татами, на котором он сидит. Ох. Первое, что осознаёт Вэй Усянь, — что Лань Ванцзи силён. «Вот каково это — оказаться зажатым футболистом мирового класса», — думает он. Даже одной рукой он удерживает Вэй Усяня за плечо так крепко, что все движения напрасны. Второе, что он понимает, — он уронил телефон в сторону, и никто из них не обратил на это внимания. Третье, что он замечает, — Лань Ванцзи смотрит прямо на его губы. — Я… — хрипит он, но понятия не имеет, что на самом деле пытается сказать. Голова, кажется, набита ватой. Затем ширма позади них смещается, и внезапно два официанта с тарелками суши смотрят на Лань Ванцзи, лежащего на нём на татами в очень дорогом ресторане. Первый официант вспыхивает и немедленно задвигает ширму. Быстро ускользнув от Вэй Усяня, Лань Ванцзи отодвигает ширму и зовёт их вернуться. Вэй Усянь переползает к своей стороне стола, пока они раскладывают еду со всё ещё красными лицами. Оставшееся время они едят молча. Еда великолепна — Вэй Усянь насытился тюторо и домбури, мыча от удовольствия, когда облизывал палочки для еды. Воцарилась приятная тишина, но вместе с тем возник новый лёгкий блеск напряжения, пока они обменивались взглядами во время еды. Или, быть может, Вэй Усянь только представил всё это. Он действительно, действительно не может дождаться, когда попадёт домой. Когда они заканчивают, один из официантов приносит планшет, где расписывается Лань Ванцзи. Похоже, он оплачивает счёт, потому что в следующую секунду уже поднимается на ноги, снова надевает маску и солнечные очки. Вэй Усянь следует за ним к выходу. В машине Вэй Усянь поворачивается к нему. — Лань Чжань, — спрашивает он тихо. — Почему ты приехал в Китай? Он не может сказать, как реагирует Лань Ванцзи, лицо которого окутано темнотой. Машина трогается с места, мимо несутся бесконечные ряды фонарей и автомобильных фар. — Благотворительный матч, — отвечает Лань Ванцзи несколькими мгновениями позже. — Несколько промо-фотосессий для наших спонсоров. — И что ты делаешь сейчас? — давит на него Вэй Усянь. — Прямо сейчас. Ресторан. Со мной. И завтра снова. А-Юань. — Остальная часть команды приземлится сегодня для фотосессий с китайскими спонсорами нашего клуба. Они договорились о тренировке завтра, чтобы использовать время, потому что до финала Лиги чемпионов осталось две недели. Вэй Ин, я не… — Ты должен тренироваться прямо сейчас! — выкрикивает Вэй Усянь. — Две недели до игры. Я знаю, насколько сфокусированным ты должен быть. Ты должен быть на поле, в зале… Не тратить своё время со мной и А-Юанем. — Я не трачу своё время, — говорит Лань Ванцзи, и Вэй Усянь удивлён внезапной суровости в его голосе. — С Вэй Ином это никогда не… Вэй Усянь поражённо молчит, у него перехватывает дыхание, пока он ждёт, что Лань Ванцзи продолжит. — Когда я увидел тебя… — тихо говорит Лань Ванцзи, и в тусклом свете уличных фонарей Вэй Усянь мельком видит, как пристально он смотрит на него, а затем отводит глаза, прежде чем договорить: — Когда увидел тебя с А-Юанем, я… Я подумал, что он драгоценность. Я… Да. Я почувствовал любовь к нему и потому захотел исполнить любое желание, какое только было в моих силах. Кажется, он схитрил и сказал не всё, что хотел. Но, похоже, он не собирается говорить что-то ещё. Вэй Усянь обнаруживает, что улыбается. — Ах, у А-Юаня есть такой эффект, правда? — говорит он мягко, думая о ребёнке. — Однажды он обхватил мою ногу, и мне конец. Кстати, он сделал это и с тобой так быстро, — раздражённо вздыхает он. — Это должно было быть только нашим! Он так быстро сделал это и с тобой, я ревную. Губы Лань Ванцзи чуть дёргаются. Он отворачивается к окну, и Вэй Усянь показывает на него трясущимся пальцем. — Ты! — вскрикивает он обвиняюще. — Улыбаешься из-за А-Юаня! Ах, этот мальчишка уже разбивает сердца. Не могу поверить, что трёхлетний ребёнок более талантлив в этой игре, чем я. Он откидывается на сиденьи, глядя в потолок. — Лань Чжань, ты знаешь, что я чаще всего ищу через приватный режим браузера? — он фыркает от смеха. — Порно? Фурри? Нет, это усыновление. Лань Ванцзи резко вздыхает. — Да, — говорит Вэй Усянь, сардонически улыбаясь и поворачиваясь к нему. — Усыновление. Смешно, правда? Вэнь Цин — его законный опекун из чувства долга после смерти его родителей, но она никогда не хотела быть матерью. К счастью для него, она ответственная и умная. А я? Мне двадцать четыре, я с трудом могу вспомнить, что нужно пить четыре стакана воды в день и платить налоги. — Вэй Ин… Я видел вас с А-Юанем. Ты мог бы быть отличным отцом. У Лань Ванцзи снова это глупое милое выражение лица, и у Вэй Усяня болит в груди. Но он грустно улыбается Лань Ванцзи. — Вэнь Цин получила престижный грант в Японии. Знаешь, что это значит? Ей нужно будет усыновить А-Юаня, и она заберёт его с собой. — Вэй Ин… Автомобиль останавливается. Вэй Усянь открывает дверь и выходит, повернувшись только для того, чтобы натолкнуться на Лань Ванцзи. Как он смог так быстро оказаться на его стороне? В тот момент, когда ему нужно сориентироваться, Лань Ванцзи аккуратно вытаскивает его телефон из рук. Он поднимает его и поворачивает, чтобы тот распознал лицо Вэй Усяня и разблокировался. Затем он открывает «Контакты» и вводит номер своего телефона. — Это было необходимо? — возмущённо бормочет Вэй Усянь. При мысли о том, что в его телефоне снова будет номер Лань Ванцзи, ему хочется лечь, уткнувшись лицом в подушку. — Крайне, — коротко отвечает Лань Ванцзи. Закончив, он достаёт карточку из бумажника. Он перехватывает руку Вэй Усяня и, повернув ладонью вверх, кладёт на неё телефон и карточку, прежде чем отступить обратно к машине. *** Вернувшись в квартиру, Вэй Усянь наполняет ванну и лежит в ней, пока не морщится кожа на ногах. В почтовом ящике есть несколько писем от потенциальных клиентов, которые он бегло просматривает в телефоне и решает, что займётся ими утром. Не сейчас, когда его мозг похож на кашу. Дважды. Он дважды обнаружил, что почти поцеловал Лань Ванцзи. Поцеловал Лань Ванцзи. Ужасно до содрогания представлять романтичный сценарий с таким скучным человеком, как Лань Чжань. Может, со всплеском возбуждения тоже. Но это лишь детали. Он запрокидывает голову, стукаясь о плитку, и рычит. Он скучал по своему другу. Чувствовал себя преданным, злым и раздражался на себя за гнев. А теперь тот вернулся, и его глупое тело просто ошибается, принимая все эти конфликтующие эмоции за влечение. Всё это испытание не могло закончиться достаточно скоро.