Пилот взаймы для Императора

— Подстрекатели — твоих рук дело? — спросил Люк. Вейдер откинулся в кресле и многозначительно подышал под маской. Люк закатил глаза. — Отец, серьезно. Кто сметы носил и матерился, что финансов на вооружение в обрез? А целый завод угробили! Мерное дыхание смолкло. Вейдер снял маску, помассировал переносицу. — Люк. Ты сам подписывал сметы. Ротана стратегически важна. — Ладно, это не ты. Но точно экзамен. Финансы финансами, но согласись, подозрительное стечение обстоятельств: переворот на важном объекте, я случайно лечу весь красивый с инспекцией, попадаю в заложники... Вейдер посмотрел как на идиота. — Ладно, не успеваю попасть в заложники. Но, отец! — Веление Силы, сын. Нет, я не шучу, — Вейдер шустро выставил перед собой ладони в перчатках. Тяжелый плащ соскользнул с локтей. Люк проследил за его взглядом — на свои руки — и стиснул зубы: на кончиках пальцев плясали крошечные голубые разряды. Пожаловался: — Щекотно. Вейдер пожал плечами. — Терпи. У меня еще и жжется, потому что броня не полностью теплопроводна. — Но ты обрабатываешь ожоги? М-м, ладно, — Люк стушевался. — Короче, твой Вампа сказал, что будет летать со мной, если ты прикажешь. Вейдер вскинул бровь. — И если я захочу, — послушно добавил Люк. Вейдер молчал выжидательно, и пришлось закончить: — Нет, я не хочу. Ты не должен летать один. Лицо отца изменилось: затвердели скулы, взгляд похолодел. Люк заторопился: — Не спорь. Я все понимаю, но и тебе нужен телохранитель. А у меня Тени — они даже круче: летают, одаренные, дерутся всем, что плохо лежит. И почти никто не знает их в лицо. Вейдер побарабанил по подлокотнику. — Аналитики посчитали, — глухо сказал он, — что инспекция на заводе — самая благоприятная по исходу покушения. И вероятность применения тобой Силы для атаки — наибольшая. Можешь влепить молнией, я привычный. Люк с шипением потер пальцы, погасив щекотные разряды. — Это она? — спросил, внутренне застывая. — Темная сторона? Вейдер выпрямился так резко, что Люк отшатнулся, и рявкнул: — Хватит ныть! — осекся, глядя в упор, выругался неразборчиво. Вытянул руку ладонью вверх: — Держи. Просто возьми меня за руку, на этот раз без подвоха, Империей ты уже правишь. Люк осторожно коснулся шероховатой кожи перчатки. Теплая... — Давай свою молнию. Ну? В горле пересохло. Люк закашлялся. Вейдер наклонил голову, взглянув исподлобья: ясно, твердо и безмятежно. — Просто изобрази молнию. А то решу, что ты зря хвастался. Давай, сын. И да, у меня есть бакта на все случаи жизни. Люк облизнул сухие губы. Это какой-то тест. Отец учил его — на всем, что под руку подвернется, в том числе на себе. Но чтобы так... Люк сосредоточился. Поймал состояние, как на Ротане: есть цель, нет эмоций. Прикрыл веки. Пальцы опалило щекоткой, запахло озоном. Раздался треск. — Прекрасно, сын, — послышался ровный голос, и Люк шарахнулся назад, рефлекторно и по-детски пряча руки за спину. — Папа, — выдохнул он и замер, когда лицо Вейдера на долю секунды смягчилось. Но тут же голубые глаза взглянули привычно строго. — Ничего смертельного, Люк, — на черной перчатке остался след, будто окалина. Этого не может быть. Сам же говорил про теплопроводность. Вейдер усмехнулся с непривычной теплотой. — Скажи, ты хотел убить? Сам. — Что? Нет! — Причинить боль? — Нет, конечно! — Вот и хирурги не хотят. И артиллеристы. И... — Я понял, — перебил Люк, не желая больше примеров. — Понял — прекрасно. Вейдер лениво вытянулся в кресле, водрузив маску на колени. — Кстати, если меня шарахнуть молнией, все-таки будет больно. Убить тоже можно. Если поставить себе такую задачу. Люк поежился, но постарался принять невозмутимый вид под отцовским взглядом. В голубых глазах плясали смешинки. — Ты хотел на СИДе полетать, верно? — спросил Вейдер. — Еще как, — просиял Люк. — теперь же можно. А то раньше: имперская машина, а ты ж джедай... — Вампа натаскивал мне «Черную эскадрилью». — Он — командир, — кивнул Люк. — Просто скажи, кто будет охранять тебя, пока Вампа делает вид, что тренирует Императора? — Он и будет тренировать, — без улыбки ответил Вейдер. — А я, пожалуй, на Теней посмотрю. А то их по рукам пускали — кто только не командовал. Айсард была не худшим вариантом. В Силе они лояльны и счастливы, их затачивали под службу именно Императору, но сам понимаешь. Люк представил уровень подготовки гвардейцев-Теней, их количество и, задумавшись, знаком выразил согласие. И замер, осознав, что в личной беседе машинально использовал жесты Палпатина. Вейдер хмыкнул. Поднялся, перехватил шлем по-гвардейски, на локоть, и плавно опустился на колено. — Мой Император, я санкционировал операцию на Ротане и не уведомил вас. Поставил под угрозу вашу жизнь. Готов понести наказание. Люка словно ошпарило. Он сцепил пальцы, подавив проклятую щекотку. Сел прямо, глядя на склоненную голову... главкома. — Я ожидал, что вы скажите: это больше не повторится, лорд Вейдер. — Простите, мой Император, — ответил тот и больше ничего не добавил. Люк мысленно сосчитал до пяти. Потянулся Силой — и наткнулся на глухой блок. В груди противно заныло. Люк отступил, а потом, прикрыв глаза, ударил — точно, рассчитанно, по слабым точкам ментального щита, — ведь это Вейдер учил его, как закрываются ситхи. Тот вздрогнул. И щиты вдруг пали — почти в момент контакта, полностью, и Люк увидел. Страх. Страх не боли, не предательства или того, что Люк сильнее, не опасение, что тот не справится, — но жгучее беспокойство, что сын... не захочет. Не станет настоящим правителем, потому что не посчитает нужным. Не примет власть и весь клубок проблем страстно, от души, всем сердцем. Не сделает Империю своей. А еще отец действительно считал, что ситхом Люку не бывать. Не верил — просто знал. Это чувство умиротворяло; на нем зиждился фундамент, монолит и опора внутреннего мира для человека, который стоял сейчас на коленях и... ждал. В груди свернулся холод. Люк медленно выдохнул. Он вдруг понял, что отец не шутил: молнии, боль, что угодно от рук сына, лишь бы он — Император — стал Императором и все было не зря. Люк встал. — Лорд Вейдер. Сдайте полномочия главкома адмиралу Прайду на двое суток. Вас проводят в карцер. Отец не пытался закрыть сознание, и Люка затопило мощной волной облегчения, замешанного на том самом спокойствии: все идет как надо. У Галактики есть правитель. — Да, мой Император, — ровно ответил Вейдер. Но не поднялся. — Можете идти, — сквозь зубы сказал Люк. Сам он закрывался в Силе так плотно, как умел. Вейдер легко поднялся, развернулся по-военному и вышел из кабинета. Люк мысленно велел дежурному гвардейцу-Тени проводить главкома к зашифрованному терминалу связи и в карцер на верхнем уровне. Со всем уважением. Обхватил голову руками и сполз на пол. Проклятье. Будь проклят Палпатин, не совладавший с Темной стороной и бросивший свое государство, будь проклят Альянс, который не понял, что его использовали, и пусть икается в Силе банде светлых джедаев, которые оказались слишком светлы, чтобы помочь Вейдеру победить спятившего ситха и решить проблему быстро. Все бы случилось иначе. Кто доверит правление мальчишке? Вейдер стал бы наследником сам. Или официальным регентом, на худой конец, — и Люк бы спокойно выучился и привык к требованиям и порядкам. И к отношениям с отцом. Нормальным. Он застонал вслух, впиваясь ногтями в кожу головы. Кто они? Имперский военный и повстанец, отец и сын, Император и главком, и между ними — пропасть на двадцать лет тишины. Пустоты. Неведения... Все годы отец сражался сам. В одиночку. Люк застыл. Осознание отдалось резью под сердцем: Вейдер всегда был один. Когда он защищал то, что дорого, одиночество лишь множилось. Люк вскочил и распахнул сознание, нащупав связь с отцом, потянулся отчаянно, жадно, не скрывая бури эмоций: ему так нужен, так невозможно дорог обретенный, потерянный и снова найденный отец, и нет, становиться Императором, чтобы ему угодить, Люк не станет. Но только Император сможет защитить лорда Вейдера, поэтому Люк им будет. Чего бы это ни стоило. «Я буду рядом всегда. Папа». Пару секунд ничего не происходило, а потом Люк ощутил волну тепла, как когда-то, очень давно, под вой сирен на Звезде смерти. В глазах защипало. «Программа по восстановлению „Тяжелого машиностроения Ротаны“ на твоем датападе, сын». Люк, улыбаясь, проморгался и Силой подтянул датапад. Выкладки, обоснование, предложения. «Я бы внес пару изменений, отец. Как насчет обсудить за обедом?» «Обедали мы как-то с Трауном в карцере, — задумчиво протянул Вейдер. — Правда, не во дворце, а на флагмане...» «Так, анекдоты на десерт». «Слушаюсь, мой Император». Люк тихо рассмеялся. Вызвал по связи Слай Мур и попросил: — Найдите, пожалуйста, Черного-11 с «Неустрашимого». Пусть составит мне график тренировочных полетов. Он в курсе задачи. — Да, ваше величество, — без тени эмоций ответила та. Прежде, чем погрузиться в программу по восстановлению завода на Ротане, Люк лично проверил меню обеда и добавил набуанский цветочный чай, который нравился отцу. Ситхи и недоджедаи могут иметь свои маленькие радости. Общие на двоих.