Найденыш по имени...

***

« Ритуальное бюро "Ваншэн"». « консультант Чжун Ли».       Чайльд уже затер эти наскоро написанные строчки до дыр. Он буравил их взглядом вторые сутки кряду. Все, приехали.       Если немногим ранее неприязнь к Чжун Ли потихоньку начинала угасать, то сейчас она встрепенулась с новой силой. Ему что, правда придется сделать это? В смысле... Пойти к нему первым? Попросить об услуге, не дождавшись извинений? Ай, да к лешему извинения! Что, если бывший архонт даже не пожелает видеть его, и укажет на дверь, едва завидев? А ведь он может! Чжун Ли никогда не был особенно резким человеком, но иногда, на памяти Тартальи, он становился до невыносимого прямолинейным. Так что, если?..       Дракончик на плече тихо зевнул и миролюбиво боднул Чайльда в щеку. Тот даже и не заметил, как, задумавшись, сжал подлокотник кресла с такой силой, что он аж заскрипел.       Предвестник выдохнул и откинулся на спинку мебели. Все, приехали.       Ещё ему только поволноваться осталось перед встречей со знакомым. До такого Чайльд, на своей памяти, опускался впервые. Помотав головой, он преувеличенно оптимистично, дабы не было слышно сиплость в голосе, заявил: – Ладно, Золотце, мы найдем этого старого каменного засранца. Но только ради тебя, понял меня? Дракончик лишь тяжко вздохнул и опустил голову, а его собеседник подытожил: – Эх, совсем ты меня не ценишь...

***

      Немного обсудив текущее положение дел с Екатериной, и сдав спящего– что-то он с этим подозрительно зачастил– дракончика ей под присмотр, Чайльд направился отмечать свой честно выпрошенный выходной.       Хряпнуть эдак сто-двести грамм для смелости не позволяли совесть и субординация, которые были привиты общими стараниями Кати и Золотца за последние несколько недель, поэтому Тарталья, немного помотавшись, наконец решился идти прямо и по адресу.       Хорошо, что хоть в этот раз визит в похоронное бюро получался одиночным, и на том спасибо. Изначально Екатерина в штыки воспринимала любую попытку Чайльда выйти из банка вне компании дракончика, но с недавнего времени своё мнение она успела поменять. Большинство сотрудников банка начали замечать странности за зверьком– тот стал гораздо менее активным, мало ел, все больше времени дремал и отсыпался у Тартальи на плече. И это – буквально за несколько дней; пока хозяин зверушки активно шёл на поправку, сам Золотце сбавлял обороты. И если изначально на фоне громко цокающего костылем Чайльда это было почти незаметно, то сейчас... Коллективным разумом было принято решение не тюкать зверька лишний раз, да дать ему отоспаться как следует. Глядишь, в норму придет. А Чайльд, несмотря на Катино чисто родительское желание опекать, уже был далеко не ребёнком. Поэтому, его с горем пополам снова начали отпускать в одиночку.       Похоронное бюро встретило Предвестника отнюдь не траурной атмосферой. Его хозяйка, сидящая верхом на приемной стойке, что-то читала, грызла лотосовые семечки и заполняла отчетный журнал одновременно. Даже после довольно громкого хлопка дверью, голову она так и не подняла, продолжив заниматься своими делами, поэтому Чайльду пришлось её позвать, тем самым заявив о своём присутствии: – Мисс Ху Тао?       Девушка подняла взгляд, вопросительно прищурившись, но, разглядев знакомую фигуру, она радостно осклабилась: – Ой, здрасте, Чайльд. Ты это, проходи на кухню. Я закончу и подойду.       Спросить, почему его посылают подальше, Тарталья не успел– разглядел ещё, как минимум, три макушки, что-то усердно пишущих. Такие явно были бы не прочь погреть уши, если бы им представилась такая возможность, поэтому, молча кивнув владелице, он проследовал вглубь здания уже знакомым коридором.       Похоронное бюро было очень странным местом. Вроде бы относительно небольшое, но видят Архонты, сколько же всего здесь было поупрятано! Чего стоят только три складских помещения, две крупных мастерских и комнаты-кабинеты для несменяемых сотрудников! Про ванные даже говорить не приходилось, а сколько было понатыкано маленьких кладовок да чуланчиков, ууу... Во многом, здание было обязано нынешней управительнице– Ху Тао считала, что уж если двум смертям не бывать, а одной не миновать, то жизнь надо жить красиво, как в последний раз. А коли при этом еще и на работе приходится оставаться до поздней ночи, то пусть уж эта работа будет максимально комфортабельной, за что сотрудники пели ей хвалу и дифирамбы. Вот взять, к примеру, эту самую кухню.       Еды тут, естественно, было не навалом, зато все необходимые предметы для её приготовления имелись. Конечно, иногда они страдали от неуëмного шила в руках их хозяйки, но тут уже только посочувствовать можно– Ху Тао сжигала кухню несколько раз, и это только на памяти Тартальи. Но даже после таких экспериментов все здесь прекрасно функционировало. На верхних полках, вдалеке от загребущих ручонок директрисы, всегда располагалась целая коллекция чая, а во втором шкафу слева обычно находились местные сладости.       Сейчас они стояли в аккуратной вазочке на столе, за которым Чайльд успел расположиться.        Директриса похоронного бюро прибежала очень скоро, успев по пути закинуть в мусорник ножку от лотоса и схватить большую сувенирную кружку, наполненную чем-то весьма сомнительного содержания.       Ху Тао была весьма интересной девушкой. Одной из немногих, кто мог переплюнуть по части заговорить и обезвредить даже Тарталью в его лучшие годы. Поэтому с ней стоило быть осторожнее, и держать доминирующую позицию в диалоге, что, к сожалению, удавалось нечасто. Но хотя бы попытаться стоило. – Как бизнес? Процветает? – вежливо поинтересовался Тарталья. Девушка уселась на край стола, отхлебнула своей бодяги, как эту жижу про себя обозвал Тарталья, и фыркнула: – Твоими стараниями да. Я такое обычно не говорю, но с твоим приездом сюда у нас поприбавилось работы. Ни на что, конечно, не намекаю, но я была бы рада видеть тебя почаще. – оно и понятно. За то количество трупов, которое Чайльд оставлял за собой, очень неплохо приплачивали похоронному бюро господа из группировки Цисин. В их интересах было отсутствие окровавленных трупов на поверхности, в интересах Ваншэн был заработок, а в интересах Тартальи были убийства. Замкнутый круг и все в плюсе– у Цисин очки репутации среди народа и презентабельный пейзаж, похоронное бюро полностью спонсировалось правящей верхушкой, а за Чайльдом попросту подтирали следы: – Ну ладно, что мы все обо мне да обо мне... Как там Чжун Ли?– внезапно огорошила его вопросом Ху Тао. Предвестник даже не сразу сориентировался: – А? – Ну, он же продолжает с вами сотрудничать, да?– пустилась в размышления Ху Тао, – Видимо, куда-то отправился? В экспедицию, да? В общем, на работе последний раз я его видела ну... Давно, он тогда что-то про Соленые Земли говорил. Я ему тогда еще отпуск оформила, чтобы не волноваться особо. Но без него немного тяжко. Не знаешь, когда обратно вернется? – М, не-а. – девушка снова прищурилась. – Погоди, но вы же раньше вдвоем ходили? Рассорились что ли? – Чайльд лихо и в подробностях припомнил их последний разговор. – Э... Да нет, наверное? – прибегнул он к любимой фразе большинства снежнян, предназначенной для полной деморализации впадающих в ступор представителей других регионов. Но Ху Тао не обратила на это внимания, снова сделав глоток. – Не думала, что он позволит себе так легко сдаться. У него же вроде были серьёзные намерения на твой счёт, он даже про палочки говорил. – А что не так с палочками? – в этот раз прищурился уже Предвестник. Припомнить момент 'дарения' тоже труда не составило. Уж слишком многозначительно на них поглядывал повар Мао в тот момент, уж слишком очевидно восторженно визжала Сян Лин, стоило ей отойти от посетителей, и уж слишком довольным выглядел Чжун Ли, когда Чайльд согласился принять палочки. Все что-то понимали, один Тарталья не понимал ничего.       После той, решающей ссоры, полностью разорвавший их отношения, вернувшись в свою комнату в смятенных чувствах, он демонстративно закинул подарок на самый верх комода. Выкинуть так и не решился. Вот только и забыть не мог. Окончательно разобрался он со своими эмоциями только тогда, когда Золотце будто бы случайно скинул коробку с палочками прямо ему на голову во время заполнения документов и чаепития в кресле со сломанной конечностью. Сентиментальности Чайльда в тот период можно было только позавидовать, поэтому тогда он, по его же заверениям, «сам придумал, сам поплакал, сам посмеялся». И поэтому палочки сейчас лежали у него во внутреннем кармане, ожидая неизвестно чего. – Ну... Зависит от того, подарил ли он тебе их в итоге, или нет. – хмыкнула Ху Тао. – Если ты про это, – Предвестник продемонстрировал небольшую часть коробочки, – то, можно сказать, да, подарил.       Этого хватило. Глаза у Ху Тао округлились, она чуть не подавилась только что выпитой бодягой. Откашлявшись, она севшим голосом восторженно присвистнула: – Охо-хо! Да ну! Неужели он на это решился! Вот это да! – сейчас она жутко напомнила ему Сян Лин. И дело вовсе не в том, что большинство жителей Ли Юэ казались классическому выходцу из Снежной на одно лицо, нет. Просто эмоции, которые она сейчас выдала, были абсолютно идентичны эмоциям юной кулинарки. И Чайльд снова ничего не понимал: – Да на что? – Ху Тао с важным видом чисто по-товарищески похлопала его по плечу и вальяжно протянула: – В общем, насчет ссоры теперь не переживай, Чжун Ли у нас парень отходчивый, глядишь, поостынет, извинится придет. А там уже как три поклона* делать будете, позовете, хорошо?       Сказать, что Чайльд ничего не понял из этого монолога, это не сказать ничего. – Пх... Ага, придет. Конечно. И... Три поклона? Что еще за три поклона?– озадаченно выгнул бровь молодой мужчина. – О, это... Ммм, одну секунду, в Снежной есть аналог этого, просто немного забыла, ммм... Я обязательно вспомню. А как вспомню, так скажу. – девушка закинула кружку из-под допитой бодяги на поднос, где стояло уже четыре таких ёмкости, и собиралась сказать что-то еще, когда из глубин коридора раздалось неутешительное: – Мисс Ху Тао! Клиент!       Та тут же слетела со стола и порхнула по направлению к выходу, шутливо отсалютовав собеседнику: – Ой-ей, прости, мне пора! Не забывай, для тебя у нас есть персональная скидка на случай чего!       Тарталья молча помахал ей в знак прощания и, закинув в рот карамелизованную семечку лотоса из вазочки и направился в противоположную сторону– в сторону чёрного выхода.       То, что ему было нужно, он уже уточнил. Солёные земли значит Солёные земли.

***

До места назначения Чайльд так и не добрался.       В том самом районе, где он недавно повстречал археологиню, Тарталья случайно наткнулся на Путешественника.       Скорости, с которой тот удирал от несущегося к нему на всех парах детеныша геовишапа, можно было только позавидовать.       Но также позавидовать можно было и точности ударов, которыми Итэр в мгновение ока разделался с монстром, стоило тому только приземлиться.       Только Путешественник наклонился за положенным ему трофеем, Тарталья, не удержавшись и воспользовавшись ситуацией, прокрался за спину и сделал громкое 'Бу!' прямо на ухо.       У Итэра смешно дернулся глаз, когда парень, резко отшатнувшись, отскочил, взявшись за меч, а консерва истошно завизжала. Лишь осознав, что перед ними не очередной противник, а всего лишь один покатывающийся со смеху Чайльд, Паймон сменила испуг на гнев и возмущенно забранилась. Путешественник же заметно расслабился, даже оружие убрал. Молча поздоровавшись с Тартальей за руку, он знаками осведомился, что тому внезапно понадобилось. – Чжун Ли? – удивленно переспросила в ответ на сбивчивые объяснения вновь сменившая гнев на милость Паймон,– Мы оставили его на островах Гуюнь. Может, потом ушёл куда, стоит уточнить у Сяо. Он все тут знает! А зачем он тебе? – Помнишь, у меня зверушка появилась? – Дракон? Ага. – Так вот, это не дракончик, а человек на самом деле. Там что-то случилось, я не до конца понял, но не суть. Мне дали контакты Чжун Ли и сказали, что, мол, он может помочь Золотцу. А этот... В общем, как сквозь землю провалился. Вот теперь хожу, ищу. На каком, говоришь, из островов вы его оставили?.. – ...

***

      Добирался до островов Чайльд довольно весело. Сначала на планере, а потом на своих двоих, по воде. Вернее, вплавь, но там уже как везло– иногда попадались интересные такие волны, на которых душа Тартальи не выдерживала и вместо классического плавания можно было лицезреть не самый плохой серфинг на частично прогнивших досках.       В общем, было весело. Такого выброса адреналина у Чайльда давно не было.       Карабкаться по отвесным скалам Предвестнику понравилось меньше. Гораздо меньше. Он даже подумывал плюнуть на все и воспользоваться глазом Порчи, который позволил бы взлететь на гору в мгновение ока, но все же врожденное упрямство победило, и он таки забрался на указанную незадачливой парочкой скалу.       Как раз здесь его поджидала подлянка.       Следы пребывания Чжун Ли обнаружились мгновенно, не успел Предвестник как следует осмотреться. Правильно, четко сложенный, чтобы не осталось лишних складок потом, верхний коричневый пиджак сиротливо лежал на валуне. А рядом, у самого края, кучкой валялись другие элементы верхней одежды.       « Он что, разбежавшись, спрыгнул со скалы искупаться? » – было первой мыслью Предвестника, промелькнувшей на подкорке сознания. Автоматически он представил эту картину и тут же замотал головой– фантазия вместе с полуобнаженным Чжун Ли тут же побежала куда-то не туда, а мозговая деятельность все еще была нужна здесь, чтобы как следует разобраться в произошедшем.       Помедлив пару секунд и прогнав настойчивые образы, Тарталья присел на корточки и, не постеснявшись, протянул руку к чужой кремовой рубахе. Тут же ему в глаза бросилась едва заметная, но ощутимая деталь. Пыль. Вернее, не совсем пыль– каменная крошка, такая, которая может появиться только после дробления булыжника или ему подобного. Ей оставалось покрыто все вокруг, несмотря на ветер, а одежда была посыпана ей особенно щедро. Чайльд не удивился высыпавшейся из поднятой им рубашки целой горке пыли, тут же рассеявшейся по ветру. В остальной одежде, включая брюки и даже ботинки, обнаружились такие же странные скопления пыли, а рядом нашлась и резинка, которой предпочитал закалываться Чжун Ли. Не то, чтобы Тарталья был любителем поковыряться в чужом белье, но леший его подери, сейчас все выглядело максимально странно!       На всякий случай Предвестник еще раз осмотрел пространство рядом. Пусто. Резинка, одежда, фальшивый глаз Бога, пыль. И больше никаких следов.       Дело пахло керосином. Либо это снова была очень качественная постановка со стороны Чжун Ли, не понятно, на что направленная, либо... Либо что-то тут произошло. Что-то странное. Не влезающее ни в какие рамки. То, до чего Чайльд не мог додуматься самостоятельно, как бы ни пытался.       Повздыхав, и не найдя ничего лучше, чем сложить вещдоки в непромокаемую котомку, Тарталья отправился проверять последнюю зацепку.

***

      К Хранителю Якше идти было, мягко говоря, довольно стремно. Строго же говоря, ссыкотно.       Тарталья прекрасно понимал, что после того, что он учинил в пристани Ли Юэ несколькими месяцами ранее, ему вряд ли стоит расчитывать на благосклонность Адептов. Особенно этого. Якс был одним из самых преданных подчинённых Властелина Камня, и блюл контракт о защите города едва ли не ретивее всех. Не то, чтобы Чайльд опасался спарринга– нет. В любой другой момент он бы с радостью бросился в бой. Но сейчас перед ним стояла четкая цель– и Сяо был к ней единственной ниточкой.       Вызнать от хозяев постоялого двора Ваншу, где проживает Адепт, было делом несложным. Сначала они, конечно, насторожились– какие дела у того могут быть с Фатуи, а потом подумали и решили, что раз уж так настойчиво ищут аудиенции, значит действительно нужно. А потому сменили гнев на милость.       Застать Сяо в указанном хозяевами месте удалось сразу и без промедлений– тот сидел на перилах балкона и медитировал. Потому Чайльд весело улыбнулся– хоть один из пунктов его плана шёл по плану. – Эй, мистер Адепт-Сяо-как там тебя дальше по статусу. – м-дя, вышло немногим более грубо, чем планировалось. К счастью, вышеназванный даже не обратил на это внимание, лишь чуть-чуть повернув голову на звук. – Чего тебе? – послышался абсолютно равнодушный голос. Если бы Тарталья физически не чувствовал угрозы, исходящей от этого молодого человека, то мог бы сказать, что, может быть, он не так враждебен, как казалось ранее. – Местные говорили, что ты там, вроде бы, высоко сидишь и далеко глядишь, да? Значит я к тебе по твоему профилю. Ты не знаешь, где Чжун Ли? – сразу перешёл он к сути. – Зачем тебе Почтенный Архонт? – Да так, поговорить хочу. А еще спросить, почему он вещами разбрасывается и на работе стабильно не появляется. – пойти с козырей явно было лучшим решением, которым располагал сейчас Тарталья. По крайней мере, Сяо вздрогнул и порывисто обернулся; от былого равнодушия в голосе не осталось следа: – О чем ты? – Да так, ни о чем. Да вот только пиджак с жилеткой в наше время стоят немало, а волосы незавязанными он сам предпочитал не носить. И, тем не менее, часть его комплекта одежды была найдена на одном из островов каменного леса Гуюнь.– с этими словами он бросил как бы невзначай расстегнутую котомку прямо под ноги собеседнику, и полюбовался, как вытягивается лицо Адепта при виде обсыпанного пылью и крошкой лацкана пиджака. Посмаковав подавленное было движение ладонью, нервно дернувшийся уголок рта, Тарталья, усмехнувшись, процедил. – Ну так как, не подскажешь мне, где искать твоего Архонта? Сяо прерывисто вздохнул, спрыгнув с перил и подавшись в сторону Предвестника, в глазах заплясали опасные огоньки. Он явно размышлял, принимая во внимание предоставленные ему факты, но, в конце концов, видимо, сдался. – Я не знаю, что ты задумал, Чайльд, но тебе я помогать не собираюсь. Можешь передать все, что тебе нужно, через меня.       Тарталья поспешил заверить того в своей непредвзятости. Ему было приятно выводить Адепта из себя, но пора бы и честь знать. Он солнечно улыбнулся: – Пх, успокойся. Единственное, что я от него хочу, это помощь одному человеку. Он был довольно сильным гео пользователем раньше, а потом, ну... Попал под проклятие. К Чжун Ли меня направила Сорайя, никаких рабочих или тому подобных интересов у меня в этом нет и не было, только личная заинтересованность. Ну так как, поможешь?..       К концу монолога Сяо уже успел привести себя в порядок. Он скрестил руки на груди, взгляд снова засиял льдом. Голос звучал чисто и холодно:       – Если Почтенный Архонт захочет поговорить с тобой, он сам тебя найдет. До этих пор не смей докучать ему.       Вот же упрямец. Видит же отсутствие результата, и все одно своё гнет...       И тут Чайльда осенило. – Подожди, ты сказал, что можешь ему кое-что передать? – Что? – тут же насторожился Адепт. – Вот это.– Тарталья немного поколебался, вынимая из внутреннего кармана писанину. Некоторое время назад дракончик пытался что-то сообщить Чайльду, но у того не было ни единого шанса. – Я, честно, не понимаю ни слова, может он чего разберет. А вещи я, пожалуй, пока возьму себе. – он удачно подцепил мыском сапога котомку и закинул её обратно на плечо. – Пусть приходит сам, если захочет забрать.       Сяо проигнорировал выпад с сумкой, и, лишь забрав листок, отчаянно нахмурился. – Это еще что за шутки? Кто это написал? – Золотце... – пожал плечами Тарталья. – Какое еще Золотце? – Ну, дракончик... Погоди, ты знаешь, что здесь написано? – Мне... Мне нужно увидеть его...– да, что-то маска холода уж слишком быстро снова слетела с лица Сяо. Ишь, как глаза забегали сразу. – Золотце? – недоумевающе выгнул бровь Тарталья. – Да. – Зачем? – Не спрашивай. – Хорошо, я не буду. – примиряюще махнул рукой Чайльд.– Но взамен ты должен будешь помочь мне увидеться с Чжун Ли.       Во взгляде Адепта сверкнула сталь: – Ты смеешь ставить мне условия? – Да. – в этот раз Чайльд не собирался уступать. Сяо машинально потянулся к копью, ладони Предвестника сжались, готовые сформировать водяные клинки, и... – Я подумаю. А теперь иди и не докучай мне. Я найду тебя сам, как только приму окончательное решение. – так же быстро, как и раньше, Адепт отвернулся, показывая, что разговор закончен. Чайльд едва не скрипнул зубами от разочарования, но вовремя взял себя в руки.       Ничего.       Своё он ещё отвоюет! – Вот и ладушки. Чао!       На душе было досадно. Погано. Единственная ниточка к Чжун Ли оказалась слишком своенравной и завязалась узелком. Да еще и на входе в банк его встретила взволнованная Екатерина с Золотцем в руках. Тарталья еще по дороге чуял что-то совсем недоброе. Все, приехали.