yesterday

ко всему можно привыкнуть — это самая поразительная и одновременно внушающая ужас часть жизни. сколько бы человек не терял, он всё равно со временем забывал о том, что можно иначе. а если потерь становилось слишком много, человек не сдавался, как бы ни хотелось. он мысленно обращался к себе со словами: «ты чувствовал это прежде, и каждый раз ты переживал это». и в этот раз всё обязательно должно было быть точно так же, верно? но для дина этот раз казался нескончаемой пыткой. вся разница была в том, что кас не просто умер, как до этого, не от физических ранений. кас обменял свою жизнь на жизнь дина. сделки — вещь неприкасаемая, тут нельзя было просто щёлкнуть пальцами и вернуть всё на свои места, как бы ни хотелось. первые дни было совсем сложно. дин с трудом передвигался по бункеру, чувствуя, как потеряли тонус его мышцы после месяцев пребывания в этом подобии комы. он едва мог впихнуть в себя еду, которая на вкус была абсолютно никакой, постоянно лежал на кровати у себя в комнате. и почти не спал, лёжа всю ночь с закрытыми глазами, даже не дремал. в один из вечеров сэм долго и пристально смотрел на него, пока дин не спросил, собирается ли брат наблюдать за тем, как он спит, будто сэму вовсе нечем заняться кроме созерцания дина. тот как-то странно отвёл взгляд в пол, словно и вправду собирался это делать. когда свет был погашен и дин закрыл глаза, стало тихо. он не слышал ничего, не было ни голоса, ни шагов, ни любых других звуков, которые сообщали бы о том, что сэм рядом. вероятно, он ушёл спать. но это пугало просто до чёртиков. в голову вновь прокрались вопросы, которые мучали его последние пару дней. что если дин не сможет проснуться? что если он не поймёт, надо ли ему просыпаться? дин почувствовал, что просто не может лежать и ничего не делать. матрас казался слишком жёстким, подушка была неправильной температуры, любая поза — чертовски неудобно. сначала он просто сел, смотря в темноту, к которой глаза всё ещё не привыкли. страшно не было. в детстве дин, как и все маленькие дети, боялся темноты. но это было так давно, в таком раннем возрасте, что он помнил лишь небольшие образы. наверное, ему было около трёх, когда его пугало то, что может таиться в темноте. всевозможные монстры, сущности, разных видов и размеров, которые утаскивали куда-то. но когда ты знаешь, что существует, а что лишь жалкие выдумки киноиндустрии, когда ты знаешь, что не всё истории правдивы, часть из них просто истории, знаешь, как бороться с монстрами, как их убивать, тогда ты больше не боишься темноты. страх, любой страх, приходит от неизвестности. ты боишься потерять кого-то — ты просто не знаешь, как будешь жить без них. ты боишься смерти — ты просто не знаешь, что будет после. люди боятся того, чего не понимают, чего не знают, так было всегда. дин встал с кровати, понимая, что уже не уснёт. он сделал несколько кругов по комнате, а затем сел на пол, опираясь спиной на кровать, и подтянул колени к груди. было в этой позе что-то успокаивающее. дин просидел так несколько часов, как ему показалось. он не рискнул смотреть на время. когда не знаешь, который час, легче не придавать этому ужасающую символичность. он не хотел знать, сколько осталось до рассвета, до того момента, как проснётся сэм. может, сэм проснётся и раньше. может, его мучали кошмары? дина бы точно мучали. он бы представлял, как кас улыбается ему перед тем, как уйти куда-то. дин бы не поинтересовался куда, это же кас. спросил ли сэм? наверное, нет. а потом кас просто исчез. «пусть это будет не конец», — мысленно произнёс дин. он закрыл глаза, вспоминая лицо каса, каким он видел его в последний раз. кастиэль сжимал его плечо и запястье так сильно, что только думая об этом, дин едва осязаемо вновь чувствовал эти прикосновения. «пожалуйста, это не может быть концом». он не попрощался. это было неважно, дин привык, что смерть не даёт последних слов. но последнее, что он сделал, что он действительно сделал, не разговор во сне, а то, что было до, — он избил каса, он сказал ему держаться подальше и пообещал убить. была ли метка каина оправданием? дин не знал. он даже не думал об этом. он даже не думал о касе вообще ровно до этого момента. что тот чувствовал? сколько раз дин спрашивал, как у каса дела, действительно, как кас себя чувствовал, а не всё это «как там охота на очередную хрень?» один? не было уверенности, что даже это количество наберётся. возможно, дину стоило думать об этом раньше. «мне жаль, кас, — подумал он. — мне правда жаль, слышишь?» дин не знал, куда попадали ангелы после смерти. рай был вариантом сомнительным, а он ни разу не догадался спросить у каса, что будет, если однажды он умрёт насовсем. может, они просто исчезали. забвение и всё такое. нет, кас определённо не заслуживал забвения. «да, кас заслуживал жизни, но он умер. он умер, пора перестать думать о том, что он может вернуться. не тот случай», — дин вздохнул. ложная надежда — самое худшее что может случится с человеком. разочарование пожирает изнутри. кас не вернётся. у них не было возможности тратить на горе недели, они могли только ещё больше погрузиться в работу, что обычно и делали. потому что от того, что они кого-то потеряли, люди вокруг не перестали умирать. их всё ещё нужно было спасать. дин встал с пола и лёг на кровать. простыни были холодными. это приносило одновременно чувства спокойствия и одиночества. он уставился в потолок, надеясь там что-то разглядеть. но здесь не было теней, скачущих среди проникающих сквозь окна лучей лунного света. и дин не мог отвлечься на них, забывая о времени, в надежде, что вскоре ему наскучит это, и он захочет спать. сон всё никак не шёл. дин вновь встал с кровати, прошёл пару кругов по своей комнате. она вдруг оказалась такой маленькой, что в ней стало сложно дышать. он открыл дверь, стараясь пропустить внутрь как можно больше воздуха. но дело было далеко не в воздухе, и дин это, конечно, знал. одно дело думать об этом, совсем другое — признаться себе чётко и точно, без возможных неверных трактовок. все эти описания огромной чёрной дыры внутри, которые дин никогда не понимал, вдруг обрели смысл. он рассыпался. ситуация вышла из-под контроля и приобрела непоправимые последствия. дин медленно вдохнул холодный воздух, поступивший из коридора, а когда легче не стало, усмехнулся. у него был план. он собирался начать с вызова кроули, который должен был знать про сделку, если она была. но этот план должен был подождать до завтра. в этом плане должен был участвовать ещё и сэм. но когда хоть что-то в их жизни шло по плану? хоть раз? незачем было нарушать старую традицию. дин шёл по коридору, не торопясь. до рассвета было далеко, до утра — ещё дальше. сэм слишком устал, говорил он себе, сэм не узнает, когда он проснётся, всё уже закончится. конечно, потом однажды дину придётся рассказать о том, что он сделает сейчас, но это волновало меньше всего. в хранилище нашлись все нужные ингредиенты, и дин даже успел удивиться, но потом вспомнил. сэм и кас тоже понадеялись на этот вариант, поэтому здесь было абсолютно всё, что необходимо. спускаться туда, где они когда-то держали кроули совсем не хотелось, в голове всё ещё были достаточно свежи воспоминания о собственном исцеление в этом месте. прошло уже больше года, почти полтора, но находится там в одиночестве, пускай и недолго, не было желания дин искал подходящую комнату недолго и, включив свет в очередной, обнаружил, что она достаточно большая и пустая. он потратил почти двадцать минут на то, чтобы нарисовать на полу правильный символ. затем дин расставил свечи и собрал все необходимые ингредиенты в какую-то миску, которую прихватил на обратном пути на кухне. следующим шагом была кровь дина. конечно, он делал это не впервые, но с последнего раза прошло время, и совсем забылось, что резать себе ладонь ради этого — абсолютно неприятно, и вдобавок довольно больно. дин поджёг спичку и бросил её в миску, содержимое которой тут же вспыхнуло. он вздохнул и сел прямо на пол, собираясь ждать, но в этом не было необходимости. — спящая красавица очнулась ото сна? — произнёс кроули с наигранным удивлением. он взглянул на дина, всё ещё сидящего на полу. — да, метка тебя, конечно, потрепала знатно, — задумчиво добавил он. —что-то нужно или ты решил вспомнить нашу старую добрую дружбу? признай, нам было хорошо вместе. — ты в курсе всех заключаемых сделок? — перешёл сразу к делу дин, не имея сил и желания отвечать на комментарии от короля ада. — допустим, — ответил он. — думаешь, лось заключил сделку, вот ты и вернулся? нет, к сожалению, его душа в сохранности и его полном распоряжении. да и обычной сделкой такое проклятье нельзя разрушить. — а кас? — что-то случилось с нашим ангелочком? дин вздохнул и опустил взгляд. это было так унизительно. у него не было сил, чтобы нормально стоять. у него даже не было ангельского клинка или чего-то, что может ранить кроули, на всякий случай. он просто подорвался посреди ночи, цепляясь за надежду всё быстро исправить. думал, пара слов, просьба, и кас вернётся. но кроули не знал, что с ним. скорее всего, не знал. смысла врать у него не было, что изменится от правды? а если был? и решение вновь ускользало прямо из пальцев, вновь, чёрт возьми, всё шло к чертям. кас не вернётся. дин знал это, но отказывался верить. потому что всегда оставалась маленькая надежда на то, что всё будет в порядке. — дин? — мне нужна сделка, — перебил он кроули. — сделка? — почти растерянно повторил тот. — да, я хочу продать свою душу. давай, я же знаю, ты этого давно ждёшь. — без обид, но твоя душа нам не нужна, — он усмехнулся. — мало ли, ещё какой-нибудь ангел спуститься в ад, чтобы спасти тебя. одного раза хватило. — мне нужна чёртова сделка, — повторил дин. — мне нужно, чтобы ты вернул его. — кого? — не притворяйся, что не знаешь, — дин с раздражением поднял взгляд. — верни каса. ты должен знать, что случилось. он заключил сделку. он куда-то ушёл, исчез, а потом я очнулся. он обменял что-то на мою жизнь. ты должен знать, что с ним случилось. ты должен знать, — последние слова прозвучали почти с мольбой, и дину вновь стало стыдно. он был слаб, он ничего не мог сделать. он не мог спасти каса, он не смог даже себя спасти. — дин, это вне моей компетенции. я не могу вернуть кастиэля, если он заключил сделку. нельзя менять жизни друг на друга. а даже если бы можно было, он заключил сделку с кем-то вышестоящим. это не ад, это что-то другое. это намного сильнее и могущественнее, если оно может разрушить проклятье метки каина. даже если бы я хотел, я бы не смог его вернуть. если бы дин не был трусом и эгоистом, если бы он послушал своё подсознание в образе мэг, если бы он проснулся сразу же, касу бы не пришлось умирать. всё было бы как прежде. как в старые добрые. возможно, всё было бы хорошо впервые за многие годы. но дин подумал: «им будет лучше», как будто не знал, что кас и сэм не остановятся. кроули исчез, не сказав ни слова, словно понял, что он тут больше не нужен. дин взял миску, в которой теперь остались только обгоревшие остатки и пепел, и поднялся с пола, опираясь на стену. нужно было всё убрать. стереть знак у него сил не хватит, это дин понял сразу же. но выбросить весь мусор он сможет. дин вышел в коридор, выключив свет в комнате, и закрыл дверь. в коридоре было так тихо, что дину показалось, будто он один в бункере и в целом мире. дин выронил миску, она звонко ударилась о пол и чудом не разбилась. всё содержимое высыпалось на пол, и дин встал на колени, пытаясь собрать всё обратно, словно это было самой важной в его жизни задачей. надо было всё убрать, чтобы сэму не пришлось этого делать, чтобы потом не пришлось ничего объяснять. чтобы всё было чисто и правильно, чтобы держать ситуацию под контролем. дин чувствовал, как слёзы застилают глаза. нельзя было плакать, это бы значило, что он не в порядке. но всё же хорошо. они придумают план, они вернут каса. они всегда находили способ. может, в этот раз просто нужно было немного подождать. — дин. — всё хорошо, всё хорошо, я сейчас всё уберу, отнесу и пойду спать. всё в порядке, — пробормотал он, сгребая пальцами остатки травы и прочий мусор. — дин. — а завтра мы найдём способ решить все остальные проблемы. и мы вернём каса. вернём обязательно, всегда же возвращали, правда? и в этот раз тоже получится, обязательно получится, — на полу осталось совсем немного сора, но дин никак не могу собрать его весь, он постоянно выспался из пальцев. — дин, — сэм встряхнул его за плечи, заставляя поднять взгляд. — перестань. мы уберём это всё потом, слышишь, — он взял миску из пальцев дина и отставил её на пол. — я не могу, — выдохнул дин. — я не могу. я ничего не могу. я не знаю, что я должен делать, чтобы вернуть его. у меня едва хватает сил, чтобы пройтись по коридору. я ничего не могу. сэм, что если он не вернётся? сэм не ответил, он притянул дина к себе, обнимая. дин вцепился в его футболку, словно это могло помочь, могло вытащить их со дна, на котором они оказались. дин уткнулся лицо сэму в плечо, оставляя на ткани мокрые следы. он не мог остановиться. слёзы текли сами. дин начинал злиться на себя, пытался успокоиться, но потом слёзы накатывали с новой силой. ничего не получалось. в конце концов он сдался и просто позволил себе плакать в плечо брата, неважно, насколько это был слабый поступок. — мы разберёмся с этой проблемой, — тихо произнёс сэм. — мы вернём каса, я тебе обещаю. и когда мы его вернём, всё закончится. а сейчас тебе нужно отдохнуть. слышишь? дин кивнул, чувствуя, как его постепенно отпускает. — прости меня, я не должен был обвинять тебя, — произнёс он охрипшим голосом, потом почистил горло и продолжил: — ты не виноват ни в чём, сэмми. — никто не виноват, — ответил он. сэм помог ему подняться и довёл до комнаты. дин в который раз за этот день почувствовал себя бесполезным. когда за сэмом закрылась дверь, он вновь остался в темноте и решил, что стоит поспать. может, утром он проснётся с решением проблемы? дин закрыл глаза, веки оказались тяжелее, чем он думал. кажется, он всё же хотел спать, просто не мог из-за количества мыслей. в этот раз тишина не пугала, она успокаивала. была какая-то странная уверенность, что всё будет в порядке. возможно, дин чувствовал, что он больше не одинок. что где-то там есть сэм, который поможет ему. который пообещал, что они обязательно вернут каса. как ни странно, но дин верил ему, верил намного больше чем себе. «мы вернём тебя, кас, — неуверенно подумал дин, не зная мог ли кастиэль услышать его там, где сейчас был. — мы вернём тебя, просто подожди немного. ещё совсем немного».

***

следующее утро было просто замечательным. дин чувствовал, что сил прибавилось за ночь. он выдохнул с облегчением, понимая, что не видел снов, что он действительно проснулся. в бункере словно стало на пару градусов теплее. дин прошёл по коридору, не опираясь на стены. он остановился в дверях кухни, наблюдая, как сэм заваривал кофе, на столе уже стояла готовая яичница. сэм поставил кружки на стол и, сев, улыбнулся самому себе. он выглядел отдохнувшим за эту ночь, хотя спал точно меньше дина. конечно, было бы легче, если бы ему пришлось заваривать три кружки, но скоро, совсем скоро, ему и правда придётся это делать. осталось только придумать план. с кроули не получилось, такое случается, но оставались ещё ангелы. пусть кас говорил, что они ослабли, но это кас, они должны касу, они помогут спасти его. — когда ты научился готовить? — спросил дин, на что сэм лишь закатил глаза. не то чтобы яичница была верхом кулинарного искусства, но дин так скучал по этому, что просто не сдержался, чтобы не поиздеваться. еда оказалась вкусной, действительно вкусной. весь мир казался ярче и светлее. откуда взялась эта непонятная уверенность в том, что впереди только хорошее, дин не знал, но всё вокруг вдруг обрело смысл. он словно родился заново. — рад, что у тебя хорошее настроение, — улыбка сэма была неуверенной, словно стоило заговорить об этом, как дин опять превратится в ходячий труп и будет молча бродить по бункеру, пугая сэма своим появлением из-за угла. — настолько хорошее, что думаю, нам стоит заняться охотой, — ответил он. — охотой? — переспросил сэм. — ну, знаешь, найти лёгкое дельце, направить энергию в верное русло, пока она есть. быть может, там где-нибудь будет работать симпатичная официантка, страшно представить, сколько месяцев я не... — всё, хватит, я не хочу про это слушать, — прервал его сэм. — закончим с этим, — он ткнул вилкой в свою тарелку, — и поищем дело, раз уж тебе хочется. — ты не поверишь, как... — начал дин, но сэм недовольно взглянул на него: — заткнись, я не собираюсь портить себе аппетит мыслями об этом. оставшуюся часть приёма пищи они провели в молчании. потом сэм уткнулся в ноутбук, а дин вернулся к себе. убедившись, что брат занят, он с минуты поколебался, но затем запер дверь, потому что не хотел, чтобы сэм прервал его или просто увидел за этим занятием, сел на край кровати и закрыл глаза. «кас, — дин почувствовал себя полным идиотом, который верит в какие-то непонятные выдумки. — надеюсь, ты слышишь меня. надеюсь, ты в порядке. я попробую помолиться другим ангелам, вдруг они услышать и помогут как-то тебя вернуть. у тебя же ещё остались друзья на небесах, верно? ханна, кажется, так её звали? она может помочь. она обязательно поможет. мы все будем просто безумно счастливы, когда ты вернёшься». его мысли прервал стук в дверь. — я нашёл дело в луизиане, — дин вздохнул. снова чёртова луизиана. — давай заканчивай и собирайся. их ждала луизиана. отстойный штат. весь этот джаз, отвратительно жаркая погода. а теперь ещё и напоминание о сне, о касе. почему сэм из огромного количества вариантов наткнулся на дело именно там? дин вздохнул и встал с кровати. не страшно — это всего неудачное место. быть может, судьба увидит символизм в том, чтобы именно там они смогли вернуть каса? тогда это место станет самым счастливым. он достал из-под кровати рюкзак и начал собираться в дорогу. — ладно, луизиана, так луизиана.