Осколки

Медицинская помощь в Вардаросе была… ну, в лучшем случае сомнительной, и Кассандра была почти уверена, что человек, который осматривал ногу Юджина, был городским мясником. То, что он появился в забрызганном кровью халате, мало успокоило Юджина, но, тем не менее, мужчина сделал почти приличную работу по обездвиживанию конечности, что помогло облегчить боль. Короткая беседа с Куэйдом подтвердила, что на запад направляется торговый караван, и Юджин договорился, что поедет с ними. За определенную цену, конечно. Это было больше, чем Кассандра хотела потратить, особенно потому, что эти деньги не шли на припасы или новый меч, или что-то полезное. Из-за этого и ночи в гостинице у них катастрофически не хватало денег. «Просто великолепно, — с горечью подумала она, — Прошла неделя, а мы уже нуждаемся в деньгах. Эта поездка обернется катастрофой». Раздалось несколько криков боли, когда торговцы помогли Юджину забраться в фургон, и она увидела, как к ним подбежала Рапунцель. Было очевидно, что она всё ещё злится на Юджина, но все ещё любит его и, в конце концов, простит. «Поправка: эта поездка уже катастрофа». Кассандра поковыряла засохшую кровь на плече и решила, что всё выглядит нормально, всего лишь царапина, и посчитала это моментом заботы о себе. Ей приходилось переживать раны и похуже. По крайней мере, лезвие не было покрыто ядом. Или магией. Или пчелиными феромонами. «О, за этим было бы забавно понаблюдать», — подумала она. Может быть, ей удастся уговорить Куэйда, одолжить ей немного… И её мысли перетекли в нелепость. Как только Юджин устроился на заднем сиденье, Рапунцель взяла его за руку и слабо улыбнулась. — Позаботься о своей ноге, ладно? Ощущение в груди никак не проходило, и он понимал, что совершил ошибку и что просто извиниться не поможет. Но он всё равно должен был попытаться. — Рапунцель, мне очень жаль, — сказал он печально, — Пожалуйста, мы можем поговорить об этом? Я не хочу возвращаться в Корону, зная, что ты злишься на меня. Принцесса вздохнула, прядь иссиня-чёрных волос упала ей на глаза. Если бы она не была такой зловещей, то выглядела бы на ней поразительно красиво. — Я не злюсь, я… расстроена, — сказала она и задумалась, есть ли на самом деле между этим разница, — Мне не нравится, как ведёт себя мой отец. Это просто кажется таким иррациональным. — Он очень любит тебя, Рапун… — Но это неправильный способ показать это, — быстро возразила она, — Заточение, изоляция, недоверие… Я не могу так жить, Юджин. Только не снова. Слова вырвались из её сердца, и она кое-что поняла и… нет, она отложит это на потом. Сейчас это было уже слишком. Этот разговор так морально истощал её, а ей нужно было отдать другим ещё столько энергии. Рапунцель наклонилась, легонько поцеловала Юджина в лоб и поднесла руку к его щеке. — Поправляйся, и мы поговорим об этом, когда я вернусь, хорошо? Подняв руку, чтобы встретиться с ней, Юджин прижал её ладонь к своей коже и кивнул. Когда фургон тронулся с места, бесконечные сценарии заполнили разум Рапунцель, и она начала думать обо всех путях, по которым могла бы пойти её жизнь. Для любого, кто думал о бесконечных возможностях, это было приглашением к безумию. Каждый краеугольный момент её жизни разветвлялся на дюжину различных направлений, и она начала задаваться вопросом… Что, если бы я никогда не прикоснулась к чёрным камням и мои волосы никогда бы заново не отрасли? Что, если бы мы никогда не соединили солнечную каплю и лунный камень? Что, если бы в ту ночь в моё окно вошёл не Паскаль, а какое-нибудь другое существо? Что, если бы Готель всё ещё была жива, а я всё ещё была бы в башне? А что, если бы меня нашёл не Юджин, а Кассандра? Последняя мысль эхом отозвалась в её голове и отдалась в сердце. Внезапно она отвернулась от повозки и оглянулась на подругу, которая почёсывала раненое плечо и, чего не знала Рапунцель, думала о пчёлах. Никому не было смысла играть в игру «А что, если?», потому что вопросов меньше не становилось. — Ты готова? — спросила Кассандра, когда Рапунцель подошла к ней. Принцесса кивнула, склонив голову под тяжестью каких-то очень тяжелых мыслей. Тот факт, что она не была такой же бодрой, как обычно, беспокоил Кассандру, но она знала, что принцесса пережила настоящий эмоциональный вихрь за последние двадцать четыре часа. Во-первых, она думала, что Кассандра тяжело ранена. А потом появился мужчина, которого она любила, и сломал себе ногу, как дерзкий идиот. Но как бы ей не было неприятно видеть Рапунцель в таком печальном состоянии, у Кассандры не нашлось волшебных слов утешения для неё. Она просто не была хороша в таких вещах. Может быть, она взбодрится, когда они вернутся на дорогу. Иногда единственное, что могло изменить настроение — это немного отвлечься. — Пошли, — сказала Кассандра, садясь в седло. Не говоря ни слова, Рапунцель сделала то же самое.

***

Ностальгия по посещению Вардароса рассеялась, как утренний туман, когда они пересекли перевал и подошли к развилке дороги. Много лет назад караван шел направо, но теперь Кассандра вела их налево, и Рапунцель невольно представляла, как мимо них проходят призраки их юных «я». Отчаяние поднялось в её груди, она хотела бы рассказать им, что ждет их впереди, предупредить, помочь им избежать ошибок, которые на самом деле уже были совершены. Но она не могла, и когда их лошади пошли в одну сторону, а призрак каравана — в другую, Рапунцель не могла не заметить более молодую версию себя и Кэсс, которые ехали впереди чуть в стороне, улыбаясь и смеясь, как будто у них не было никаких забот. И вот так их путешествие повернуло в неизвестность, и она не знала, готова ли она к этому.

***

Несколько дней спустя, когда Кассандра проверила их местоположение и добралась до платного моста, она поняла, что они на правильном пути, хотя и немного отстают от графика. Они спешились и подошли к мосту, где стоял большой, но скучающий человек, опираясь на гигантский топор. Когда они приблизились, он преградил им путь. Кассандра протянула руку к принцессе, и Рапунцель непонимающе уставилась на неё. — Что? — спросила принцесса. — Нам нужны деньги, чтобы воспользоваться мостом, — сказала Кассандра. — С чего ты взяла, что у меня есть деньги? Кассандра посмотрела на неё в полном недоумении, приподняв одну бровь. Очень медленно и ровно она объяснила: «Твоя семья очень богата. Они дали тебе денег перед нашим отъездом. Ты использовала часть из них, чтобы отправить Юджина обратно в Корону». — Э-э, на самом деле я использовала всё что было, чтобы отправить Юджина домой. Подожди, у тебя что, нет денег? — Похоже, у меня есть деньги?! — сказала Кассандра, махнув рукой на свою изношенную и рваную одежду, грязные сапоги и испачканный плащ. Она знала, что у них мало денег, но не думала, что они уже закончились. — А что ты обычно делаешь, когда тебе нужно что-то купить? Кассандра вздохнула и помахала рукой в воздухе, прежде чем положить её на лоб. — Случайная работа здесь и там, может быть, принесет одно-два вознаграждения. Рапунцель сцепила руки и подпрыгнула. — О, давай сделаем это! Пойдем и заработаем нам награду… Кассандра ущипнула себя за переносицу. У неё начинала нарастать головная боль, и звали её Рапунцель. — Рэпс, ты, кажется, не понимаешь, что вещи, которые я делаю на дороге, опасны. Особенно охота за головами. Принцесса уперла руки в бока и наклонила голову. — Что? Ты хочешь сказать, что я не могу с этим справиться? — Мы не будем делать это прямо сейчас, — поспешно сказала Кассандра, — Мы найдем другой способ. На протяжении всего разговора сборщик пошлин молча стоял перед ними. Затем со злой усмешкой и скрипучим голосом он сказал: «Есть и другие способы заплатить…» Не успел он закончить фразу, как к его сердцу внезапно прижался клинок. Не было слышно ни шипения стали, ни трепета ткани… клинок просто появился. — Не стоит, — процедила Кассандра сквозь стиснутые зубы, и мужчина посмотрел на неё с удивлением в глазах и спокойно поднял пустую руку. Но милая невинная Рапунцель просто не понимала бурной реакции своей подруги. — Кэсс, подожди, если есть другой способ перебраться… — Это не то, что он имел в виду, — сказала она, слегка подтолкнув лезвие вперед, прежде чем убрать его, — Пойдем. Похоже, им придется проделать долгий путь в обход. Объезд обойдется им ещё в неделю, а это значит, что они будут рассчитывать на свои запасы на случай непредвиденных ситуаций, и вот так они отстают от графика и испытывают нехватку припасов. Кассандра сердито провела рукой по волосам и прокляла свою удачу. А раз так, то почему бы не искусить судьбу? «Может ли это стать ещё хуже?» — подумала она. — Что с тобой, Кэсс? — спросила Рапунцель у неё за спиной. «По-видимому, может». Быстро обернувшись, Кассандра спросила: «Что насчет меня?! Охота за головами — это не весело, Рэпс! Ни то, ни другое не играет на руку неряшливому охраннику. Агх, ты не понимаешь!» — Чего не понимаю, Кассандра? — Рапунцель ответила так же горячо, — Я уже бывала в дороге. Я в этом не новичок. — Здесь опасно, а ты не принимаешь это всерьез! Разочарование росло в её груди, и она начала горячо гореть. Когда разговор начался, она была слегка раздражена, но теперь эмоции переросли во что-то большее и грозили закипеть. Невеселый смешок вырвался из её горла. — Ты думаешь, я всё это время развлекалась? Как будто это был один большой отпуск для меня? Она ткнула себя пальцем в грудь: «Я выжила, Рэпс». Слова вертелись на кончике языка принцессы, но, взглянув в глаза подруги, она остановилась. Её гнев не шел ни в какое сравнение с гневом Кассандры, о чем бы они ни спорили, но что-то было в этих серо-зелёных глазах, и она отчаянно хотела знать, что именно. — Я хочу знать, — вслух произнесла Рапунцель. — Знать что? — сердито спросила Кассандра. Но Рапунцель не собиралась отступать. — Я хочу знать, что ты пережила. Почему здесь так опасно, Кэсс? Давай, подготовь меня к реальному миру. Вызов повис в воздухе, и Кассандра поняла, что у неё есть выбор: она может сказать Рапунцель ужасную правду, и тогда, возможно, она наконец поймет её опасения, или она может молчать и позволить Рапунцель победить и думать, что Кассандра просто слишком остро реагирует. Вместо этого она придумала третий вариант. — Ты хочешь, чтобы я подготовила тебя к реальному миру? Хорошо. Она стащила Фиделлу с тропинки рядом с ровным травянистым полем и жестом подозвала Рапунцель. Принцесса подошла осторожно, но с явным любопытством. Пожав плечами, Кассандра сняла со спины ножны и бросила их на землю. Они со звоном приземлилась у ног принцессы. — Подними их. Рапунцель бросила быстрый взгляд на седло Макса, и Кассандра поняла, чего она хочет. — Нет. Никаких сковородок, — сказала Кассандра, — Ты больше не в башне. Подними меч, Рэпс. Когда принцесса заколебалась, Кассандра вспыхнула и возненавидела себя за это. — Я только что убил Кассандру. Её тело на другой стороне поля. Теперь есть только ты. Кассандра испытывала её, и если было что-то, что Рапунцель ненавидела, это были испытания. Не после всего, через что она прошла. Она грубо схватила рукоять и вытащила клинок. Он не был ужасно тяжелым, но чувствовался громоздким в руках Рапунцель, в руках художника, а не бойца. Он отягощал её руки, оружие острое, тяжелое с бесконечными возможностями и смертельным потенциалом. Затем Кассандра вытащила свой длинный нож и шагнула вперед. Гигантским движением плеч Рапунцель подняла меч перед собой как раз в тот момент, когда Кассандра нанесла удар. Звук скрежущего металла наполнил их уши, когда Кассандра провела своим длинным ножом по лезвию меча, а затем толкнула его, заставляя Рапунцель отступить. Принцесса задрожала и пошатнулась, но удержалась на ногах, но Кассандры уже не было перед ней. Она почувствовала, как палец мягко скользнул по её шее, словно лезвие скользнуло по горлу, и низкий голос прошептал ей на ухо сзади: «Тебе нужно быть быстрее». Это прикосновение заставило Рапунцель вздрогнуть. Она повернулась, размахивая мечом, но Кассандра уже исчезла. Рапунцель снова повернулась и увидела, что подруга стоит в трех шагах от неё, опустив нож. — Моя защита ослабла, — холодно сказала Кассандра, — Используй своё преимущество. Поэтому Рапунцель сделала два шага и отвела клинок в сторону. Она описала дикую дугу и промахнулась мимо подруги на несколько футов, но на самом деле Рапунцель не пыталась ударить Кассандру. Она была просто разочарована ею, и по какой-то причине размахивание острым тяжелым предметом казалось хорошей идеей. Сведя плечи вместе, она снова подняла клинок вверх, но инерция была слишком велика, и лезвие по дуге устремилось вниз слишком быстро. С глухим стуком острие меча вонзилось в землю. — Давай, Рэпс! Кэсс мертва! Теперь ты борешься за свою жизнь! Потребовалось два рывка, чтобы освободить клинок от земли, и развернуться. Кассандра подначивала её, и принцессе не нравилось, что это срабатывало. Стон сорвался с её губ, и она качнулась вперед, но внезапно быстрый удар Кассандры отправил лезвие в траву. Рапунцель тяжело дышала, на лбу у неё выступили капельки пота. Она сердито посмотрела на Кассандру. — Это не так-то просто, Рэпс, — ровным голосом сказала Кассандра и вонзила кончик длинного ножа в землю, словно точку в конце предложения. Потом она повернулась и пошла прочь. — Куда ты собралась? — спросила Рапунцель, пытаясь отдышаться. — Мне нужно остыть, — бросила Кассандра через плечо. За линией деревьев слышался шум бегущей воды. Маленький ручеек впадал в большой лазурный бассейн, деревья вокруг него делали воду почти бирюзовой. Кассандра сбросила сапоги и брюки, затем сердито сбросила рубашку и прыгнула в воду в одном нижнем белье. Ледяной холод ударил ей в лицо и лишил дыхания. Она погрузилась под воду и вытянула шею вверх, свет сверкал сквозь воду, как бриллиантовые нити. Только когда её легкие начали гореть, она поднялась на поверхность. Ручейки воды побежали по её лицу, и она резко выдохнула, посылая капли в воздух. «О чём я только думала?! — упрекала она себя, поднося руки к лицу, чтобы вытереть остатки воды. Но она не убрала руки и прижала ладони к глазам, — Черт! Просто… Гррр!» Её руки с грохотом опустились, и она шлепнула по воде. Маленькие волны танцевали на поверхности, затем медленно, мягко оседали, и вода снова становилась гладкой, как будто её никогда не беспокоили. Кассандра думала, что знает пределы своего гнева, но всегда удивлялась самой себе. Она всё испортила. Зашла слишком далеко. Всё быстро разваливалось, и она не знала, как это исправить. Не зная, что ещё делать, она позволила себе снова скользнуть под воду. Нетрудно было выяснить, куда делась Кассандра. Она продиралась сквозь кусты, как дракон, и её следы были отчетливо видны. Но когда Рапунцель нашла её одежду на берегу озера, она задумалась, где же на самом деле её подруга. Вода была спокойной, если не считать мелкую зыбь появляющуюся на поверхности тут и там, и лес был спокоен, редкое пение птиц нарушало безмятежный пейзаж. В этот момент раздался всплеск, и Рапунцель увидела, как Кассандра вынырнула из воды и медленно пошла к берегу. Вода каскадом стекала по скульптурным плечам, обвивалась вокруг бицепсов, пересекала замысловатые линии предплечий и стекала по кончикам пальцев. Вода тянула её за ноги и замедляла движения, делая её мощные шаги вперед похожими на движение львицы, её бедра покачивались, а мышцы живота двигались в идеальной координации. Она подняла руку и провела ею по волосам, и Рапунцель вдруг замерла и увлечённо обратила взор на загорелые руки девушки и то, каким образом солнечные лучи попадают на их сияющую кожу. Когда Кассандра подняла глаза, она была поражена, увидев там Рапунцель, и заколебалась, но только на мгновение. Она выбралась на берег, надела брюки, потом, не говоря ни слова, схватила рубашку и повернулась спиной к Рапунцель. И тогда Рапунцель увидела это. Среди капель воды, стекавших по её мускулистой спине, виднелся большой неровный шрам, который тянулся от правого плеча до левого бедра. Кожа выглядела так, будто её сшили в некоторых местах в титанических усилиях, чтобы помочь ей зажить. Но результат был ужасен. Может быть, это был художник в ней, но по какой-то причине Рапунцель хотела проследить узор шрама пальцами, почувствовать кожу под ним, провести по каждой вершине вдоль спины Кассандры. Но затем внезапно он был покрыт тканью, когда Кассандра натянула рубашку через голову, и Рапунцель резко вышла из задумчивости. Любые гневные слова, которые могли остаться в её сознании, исчезли и сменились внезапным пониманием. Рапунцель сделала несколько шагов, её босые ноги слегка касались мягкой земли, и она протянула руку и положила её на плечо подруги. Она почувствовала, как мышцы Кассандры напряглись от её прикосновения. — Как это случилось? — тихо спросила она. — Жизнь в дороге, — кратко ответила Кассандра. Очень осторожно Рапунцель спустила руку с плеча Кассандры вниз и обхватила ее пальцы. — Кэсс, мне так жаль. Почему ты просто не сказала мне? После быстрого заплыва рука Рапунцель была такой теплой. — Это долгая история. Принцесса ободряюще сжала её руку. — У нас нет ничего, кроме времени, — сказала она и почувствовала, как пальцы Кассандры нежно обхватили её руку в ответ.

***

После всех волнений этого дня они решили разбить лагерь на поляне. Костер потрескивал, трещал и исполнял свой мерцающий гипнотический танец. Кассандра смотрела на дикое пламя и чувствовала некое родство с ним, точно зная, как горячо что-то может гореть. Она знала, что Рапунцель терпеливо ждет и даст ей столько времени, сколько ей нужно. Но как вообще начать? Дело было даже не в том, с чего начать… как она могла рассказать всё Рапунцель? Кассандре казалось, что легче удержать боль, чем разделить её. Наконец Кассандра закрыла глаза и просто сказала: «Я не могу». Было бы чудом, если бы принцесса поняла, но она не ожидала этого. И всё же она была удивлена, когда почувствовала успокаивающее прикосновение к своей руке. — Когда будешь готова, знай, что я буду рядом, — сказала Рапунцель. Одарив подругу грустной улыбкой, она подошла к своей постели и легла. Впервые за долгое время Кассандра поймала себя на том, что думает о вещах, которые так старалась забыть. Но трудно было забыть то, что было написано на собственной коже.