Осколки

Это было странное ощущение прохода через врата. В одно мгновение они были глубоко внутри обширной сети пещер, а в следующее воздух сменился прохладным ветерком под солнечным небом. Рапунцель протянула руку и позволила солнечному свету согреть её ладонь, обхватив её пальцы, как будто он мог удержать девушку. Густая зелёная растительность окружала их, а извилистая тропинка вела к гигантской каменной стене, где располагался единственный путь сквозь неё через простой вход у основания. Статуи, вырезанные прямо из самого камня, стояли по обе стороны, и это напомнило Рапунцель о скалах Кото. Короли и королевы прошлого молча стояли, наблюдая за землёй внизу. Однако эти статуи не были королевскими. По крайней мере, насколько могла судить Рапунцель. На самом деле, она не была уверена, кто они такие. Воины? Боги? Их лица были выветрены, выветрены веками, пока они не стали безымянными гигантами в мире смертных. Но в то время как скалы вокруг них были здоровыми и зелёными, земля была покрыта тонким слоем коричневой каменной пыли и несколькими небрежно расположенными валунами. Казалось, что на земле вообще ничего не росло, растительность карабкалась по чему угодно, только не по земле. Когда они подошли к стене, чувства Кассандры начали покалывать, и она ощутила, что что-то не так. Её взгляд метнулся к вершине утёса, но она ничего не увидела, и всё же по какой-то причине ей показалось, что за ними наблюдают. — Мне это не нравится, — пробормотала она, — Здесь слишком тихо… Тихий рокот выразил её беспокойство, и земля под их ногами начала дрожать. — Рэпс, назад! — крикнула она, сама едва успев убраться с дороги, когда земля под ними начала подниматься. Камень размером с человеческую голову поднялся из пыли и завис в воздухе. На его поверхности были странные письмена, которые светились глубоким зловещим фиолетовым цветом. Внезапно другие камни начали двигаться, когда их притянуло к мягко пульсирующему камню, а затем они начали обвиваться вокруг него. Оно росло, кусочки собирались в группы и формировали конечности… голову… хвост… Глаза Рапунцель расширились. — Э-э… Кэсс? Все инстинкты Кассандры начали предупреждающе кричать, когда гигантское каменное существо поднялось выше на четырёх ногах, отбрасывая на подруг тени. Он повернул голову в сторону, затем массивные каменные челюсти широко раскрылись и издали рёв, похожий на звук тысячи боевых рогов. — Беги! Кассандра помогла Рапунцель подняться на ноги, и они побежали как раз в тот момент, когда гигантский коготь врезался в землю. Сила удара отправила их в полёт по воздуху, когда камни и грязь взорвались позади них. Повинуясь инстинкту, Кассандра притянула принцессу к себе и обняла её так, чтобы, когда они упали на землю, она поглотила удар. Они остановились, и она застонала, стряхивая пыль с волос. Боль пронзила её руку, но она отодвинула её на задний план. Она пристально посмотрела на монстра, который направлялся к ним, и сказала сквозь стиснутые зубы: «Я ненавижу магию». — Что это за штука? — спросила Рапунцель. — Каменный монстр. Действительно большой каменный монстр. Идём, идём, идём! Кассандра подтолкнула её вперёд, когда существо дернулось и взмахнуло хвостом. — Как нам его остановить? — крикнула Рапунцель, вскидывая руку, чтобы прикрыть голову, когда на неё посыпались осколки камней. — Я не знаю! Я никогда раньше не сражалась с гигантским каменным монстром! — ответила Кассандра. Дикие идеи начали проноситься у неё в голове, и она сортировала их по практичности. Самым очевидным было попасть в сердце или в голову. Насколько она могла судить, у этого существа, так сказать, не было сердца, что оставляло только один вариант. Отрежьте голову, и тело само упадёт. — Нам придётся добраться до головы, — сказала она принцессе, — Опустить до нашего уровня, может быть, для этого сначала ослабить ноги. Теперь, когда у неё был план действий, ей нужен был способ его выполнения. Её глаза осматривали окружающую обстановку в поисках чего-нибудь полезного, вообще чего угодно. Там были скалистые выступы, несколько утёсов с хорошими наблюдательными пунктами, горстка валунов… хорошие оборонительные позиции, но не так много путей для нападения. — Рэпс, не могла бы ты подняться на один из этих утёсов и сказать мне, видишь ли ты что-нибудь… агх, я не знаю… что-нибудь, чем мы могли бы заманить это существо в ловушку или, предпочтительней, какое-нибудь оружие как гигантский топор, который мы могли бы использовать, чтобы разрубить его пополам? — Я этим займусь. Они побежали в противоположных направлениях, Рапунцель направилась к скалам, а Кассандра позволила стихийному монстру преследовать её по открытой местности. Она перекатилась как раз в тот момент, когда земля позади неё содрогнулась от очередного удара. К тому времени, как она поднялась на ноги, она схватилась за руку от боли. Она замедляла ход, и прямо сейчас это было опасным недостатком. — Эй, ты, глупый волшебный каменный гигант! — поддразнила Кассандра. У тебя должна быть какая-то слабость… Если бы был способ, которым она могла бы отколоть ему ноги, тогда она смогла бы добраться до головы. Однако с этими когтями, махающими из стороны в сторону, подобраться ближе казалось не только невозможным, но и невероятно глупым. Но если и была одна вещь, которую она усвоила, так это то, что большие штуки намного медленнее. Поэтому Кассандра побежала. Существо повернуло голову и взревело с такой силой, что Кассандра почувствовала вибрации в груди. Когда его тело начало поворачиваться, она была уже на полпути к его спине, но затем произошло подёргивание, за которым последовало размытое движение, и Кассандра поняла, что, хотя она была под неудобным углом, чтобы когти могли дотянуться до неё, она была в идеальном диапазоне для его хвоста. Он метнулся к ней, и её глаза расширились, а мозг приказал ей прыгнуть (!) в то время как её инстинкты подсказывали ей пригнуться (!) что привело к тому, что её тело откинулось назад, скользя боком по земле. Такое решение спасло ей жизнь, хвост взметнулся над её головой, едва не задев. Скольжение Кассандры прекратилось как раз вовремя, чтобы увидеть, как элементаль повернул своё тело лицом к ней. Торопливо выдохнув в грязь, Кассандра поднялась на ноги и возобновила свой отчаянный спринт. Небольшая тропинка вела к уступу, откуда Рапунцель могла видеть большую часть местности внизу. Он был пуст, если не считать отвесных каменных стен, нескольких диких лоз, статуй, которые стояли на страже у арки, и редких… О! То, что надо! Вдоль края утёса лежало множество камней, начиная галькой и заканчивая массивными плитами и валунами гигантских размеров. Подойдя к ближайшему из них, Рапунцель положила на него руки. Он был теплым от солнца и, скорее всего, пролежал на этом самом месте неисчислимые столетия. — Извини, камушек, но мне нужно, чтобы ты пошевелился! Сказав это, Рапунцель подтолкнула его. Валун, однако, не согласился с её просьбой. Он упорно стоял там, где стоял всегда, и отказывался сдвинуться с места, просто потому что принцесса приказала ему это сделать. Она прижалась к нему плечом и вдавливала в него своё тело, её босые ноги проскальзывали и оставляли следы на земле, но он по-прежнему не двигался. Должен же быть какой-то способ получить рычаги воздействия, которых мне не хватает… На выступе лежала гроздь виноградных лоз, и к Рапунцель внезапно пришла идея решения проблемы. Быстро работая руками, она связала стебли лозы вместе узлами, обернула один конец вокруг валуна, затем поискала точку опоры. Чуть выше и справа впереди выступала плита под углом, который, казалось, вполне подходил для её цели. После восемнадцати лет практики с семьюдесятью футами волос она метко метнула лозу и наблюдала, как она обвилась вокруг плиты. Она ухватилась за конец и быстро дернула его. А теперь начиналась самая интересная часть… Рапунцель быстро взглянула через край, отмечая местоположение существа, а также примечая, где была Кассандра. Если бы элементаль переместился ещё немного на… — Кэсс! Она помахала рукой, надеясь привлечь её внимание. Под ней Кассандра отклонилась в сторону и перекатилась под горизонтальным ударом когтя гиганта. — Кэсс, подведи его поближе к утёсу! Ближе! Нет, бли… Берегись! Принцесса поморщилась, когда Кассандра прижалась спиной к скале, а затем в последнюю секунду отклонилась в сторону, когда гигантские каменные челюсти уже готовились опуститься на неё. Сейчас! От удара скала содрогнулась, и валун начал двигаться. Рапунцель изо всех сил потянула лианы на себя, и большой камень заворчал в знак протеста, затем она пнула его одной ногой, и с помощью рычагов лиан и вибрации от удара он перекатился через край и упал. Кассандра услышала грохот и нырнула в сторону как раз в тот момент, когда валун обрушился на голову элементаля. Сила удара отбросила его на землю, и он издал могучий рёв, который разнёсся по воздуху, и Кассандра почувствовала, как он сотряс её кости. Когда пыль начала оседать, Кассандра смогла разглядеть очертания существа… и увидела, как он зашевелился. — Рэпс, он не мёртв! — крикнула она и бросилась бежать в то же мгновение, когда он ударил хвостом. Она пригнулась как раз вовремя, но её обдало камнями, когда удар пришёлся в скалу позади неё. Рапунцель увидела, как существо поднялось, и не знала, что делать. Если гигантский валун не смог остановить его, что тогда вообще могло? С вершины утёса она поискала другие варианты, но не нашла ни одного. Тьфу! У этого существа должна быть какая-то слабость… Вспышка цвета привлекла её внимание, и именно тогда она увидела это. Когда пыль рассеялась, Рапунцель увидела совершенно новую трещину на макушке головы элементаля, и внутри что-то было… пульсировавшее глубоким фиолетовым светом. И она вспомнила… первый камень, появившийся из земли, пульсировал таким же свечением. Должно быть, это то, что управляло существом. — Кэсс! — позвала она, — Его голова! На макушке! Но её подруга её не слышала. Но… если бы Кассандра увидела это своими глазами… Ах, да! Она тогда бы точно знала, что делать! Рапунцель ещё раз оглядела утёс и подобрала с земли несколько камней размером с ладонь. Откинув руку назад, она прицелилась и метнула один из снарядов в элементаля. Он жалко приземлился на каменную броню зверя, но она не пыталась повредить его, просто привлекала его внимание. Ещё один камень попал ему в подбородок, а за ним и следующий… следующий бросок попал ему прямо в глаз. Зверь взвыл, повернул голову и уставился прямо на Рапунцель, и её сердце упало, пришла мысль, что, возможно, она не продумала свой план до конца. Что она творит? Разум Кассандры закричал, когда она увидела, как Рапунцель забрасывает монстра камнями. Но когда один из них попал ему в глаз и зверь обратил своё внимание на принцессу, Кассандра, наконец, заметила. На макушке у него была трещина, из которой исходило слабое фиолетовое свечение. Валун всё же нанёс какой-то ущерб. Однако существо больше не обращало на Кассандру внимания и вместо этого пыталось взобраться на скалу, чтобы достать Рапунцель. Он изогнул хвост дугой наверх, и принцесса отпрыгнула в сторону в ту же секунду, когда он проделал глубокую трещину на скалистой платформе, взметнув в воздух пыль и обломки. Когда хвост снова поднялся, Кассандра увидела свой шанс. Она обнажила свой меч и бросилась на монстра. Её ботинки скользили по камню, когда она пробегала по его хвосту и спине, и она задавалась вопросом, может ли элементаль чувствовать её шаги, если она просто муравей на спине медведя гризли. Существо снова взревело и вцепилось когтями в скалу, и Кассандра внезапно откинулась назад. Рука чисто машинально метнулась и схватилась за одну из бронированных пластин, и Кассандре удалось удержаться. Как только он немного угомонился, она подтянулась и продолжила подъём. Она достигла макушки его головы и занесла свой меч, но когда она собиралась нанести удар, элементаль дернул головой в сторону, и она поскользнулась. Её ноги подогнулись, и она соскользнула вниз по его макушке. Она отчаянно пыталась зацепиться за что-нибудь, за что можно было бы ухватиться, и её пальцы зацепились за два куска бронированного камня, когда её ноги уже болтались в воздухе, она вздохнула, её сердце бешено колотилось. Когда она повернула голову, то увидела гигантский светящийся глаз, уставившийся на неё в ответ. Низкий рокот начал нарастать в горле монстра. Твою ж… Прежде чем она смогла поднять свой меч, существо разжало челюсти, повернуло голову и швырнуло Кассандру на землю. Её тело подпрыгнуло один раз, затем резко остановилось, и она закашлялась пылью и почувствовала, как что-то внутри неё пульсирует от боли, то, что, вероятно, никогда раньше не испытывало боли. Хотя это был впечатляющий провал, она преуспела в одном: она привлекла внимание существа, и оно направлялось прямо к ней. Элементаль, скорее всего, больше не повернётся к ней спиной, поэтому она знала, что ей придётся придумать другой способ добраться до его головы. Подъём на вершину утёса мог сработать, но это подвергло бы Рапунцель опасности. Там, наверху, ей было безопаснее, и Кассандра хотела, чтобы так и оставалось. Нет, должен был быть какой-то другой способ преодолеть это… Не обращая внимания на боль, пронзившую всё её тело, Кассандра вскочила на ноги и бросилась в сторону в то же мгновение, когда ещё один гигантский коготь обрушивался на неё сзади. Когда она стряхивала каменную пыль с волос, ей в голову пришла идея. Она побежала, оттаскивая его от скал на открытое место. Когда она была достаточно далеко, она вложила свой меч в ножны, затем повернулась и посмотрела на существо, её руки нервно сгибались. Зверь зарычал, и Кассандра почувствовала, как гул отозвался в её груди, но всё же она осталась стоять на месте. Гигантский каменный коготь, в конце концов, рухнул вниз, и Кассандра едва успела вовремя отпрыгнуть в сторону. Она должна была оставаться рядом, чтобы это сработало… Как только существо выпрямилось, Кассандра подбежала и бросилась ему на руку, и в следующее мгновение она поняла, что всё её тело прижато к камню, который поднимается вверх, готовясь нанести новый удар. От силы стремительного ускорения Кассандра чуть не потеряла сознание, но как только конечность достигла своей вершины, она отпустила её, и внезапно оказалась в полёте. Нет, не в полёте. Невесомость длилась один восхитительный миг, а затем она начала падать. Кассандра вытащила свой меч и направила его вниз, схватив его обеими руками. У неё была только одна попытка. Лучше бы мне не просчитаться. Стиснув зубы, она бросилась на зверя, а затем вонзила свой клинок в расщелину. Сталь ингварри ужасно заскрежетала, скользя по камню, но, в конце концов, нашла свою цель, вонзившись в пылающий фиолетовый камень внизу. Была искра, когда из разлома вырвался свет. Зверь издал пронзительный вой и запрокинул голову, но Кассандра изо всех сил вцепилась в рукоять своего клинка. Он яростно метался из стороны в сторону, а затем с протяжным низким воем врезался в землю, из которой появился. При падении в воздух поднялся гигантский столб пыли, а затем всё стихло. С легкой искрой её меч выскользнул на свободу, пурпурная молния лизнула его острие. Кассандра хватала ртом воздух, её тело было наполнено адреналином, который медленно угасал, оставляя её измученной и замедленной. Грохот падающих камней заставил её поднять глаза, и она подумала, что существо снова поднимается, но нет, это была Рапунцель, торопливо спускающаяся со скалы. Кассандра соскользнула со зверя и приземлилась с ворчанием. — Кэсс, это было потрясающе! Ты в порядке? Кассандра подняла руку и потратила несколько мгновений, чтобы отдышаться и очистить лёгкие от пыли, а Рапунцель задалась вопросом, серьёзно ли она ранена. Но Кассандра только улыбнулась и, когда, наконец, смогла заговорить, просто сказала: «Я не могу… дождаться… чтобы рассказать… ингварри… об этом». Когда элементаль был побеждён, не осталось ничего, что могло бы помешать им пройти под статуями через ворота, опутанные виноградными лозами. Под арками была длинная, гладкая дорожка, достаточно большая, чтобы более двух дюжин фургонов могли удобно разместиться в ряд, а по обе стороны от неё журчала красивая лазурная вода, питаемая водопадами высоко над головой. Вместе с эхом космоса журчащая вода создавала успокаивающую мелодию, которая успокаивала адреналин в их венах. Это был пейзаж, достойный отдельной картины, и хотя Кассандре ничего так не хотелось, как остыть и смыть пыль со своей кожи, она знала, что у них нет времени. В глубине души она знала, что там, где был один волшебный монстр, вероятно, было больше. — Кэсс! Это изумительно! — Рапунцель вздохнула, — Это не напоминает тебе о Затерянной лагуне? По правде говоря, многое напоминало Кассандре лагуну. Каждый раз, когда лунный свет падал на поверхность пруда, когда звёзды сверкали, как отражение светящихся камней под водой, когда ветерок веял влажной землёй в летний день… О да, это хорошо ей напомнило. — Да, отчасти так и есть, — тихо ответила она. По какой-то причине всё, что она хотела сделать в этот момент, это вернуться к тому времени, когда они впервые нашли лагуну. Их тайное место. Воспоминания о ночах, проведенных тайком, как пара беглецов, крадущихся в лес и разгадывающих тайны в темноте, заполнили её разум. Тогда всё казалось таким идеальным. Легче, расслабленнее. На те несколько украденных мгновений они были свободны. — Давай двигаться дальше. Мы почти на месте, — сказала она. Они прошли сквозь густую листву джунглей, которая фильтровала солнечный свет в лучи, которые мягко проглядывали сквозь листья, создавая узоры на земле. По мере того, как они приближались к концу дорожки, свет в конце становился больше, ярче, пока… — Вау, — завороженно выдохнула Рапунцель. Вокруг них возвышались каменные стены, покрытые пышной зелёной растительностью. Они стояли на краю котловины под скалистым выступом, который казался таким маленьким в гигантском мире. Водопады высоко вверху ловили солнце, и когда они проливали туман в воздух, отражая лучи, казалось, что они льют свет даже в бездну далеко внизу. Он ниспадал каскадом по всем краям, как будто природа пыталась заполнить пропасть, не подозревая, что это невыполнимая задача. Длинная каменная тропа тянулась перед ними через бесконечное ущелье и указывала им на каменные башни. А там, в центре, были развалины Эд Астриума. Величественные колонны из белого мрамора с такой замысловатой резьбой, что было почти невозможно поверить, что это сделано руками смертных, что нельзя было стопроцентно гарантировать. Идеально обработанные колонны поднимались в воздух, как руки богов, и обвивались вокруг золотых куполов, которые ярко сверкали на солнце. Руины стояли так видно, идеально убаюканно, как будто это было потерянное сокровище, которое мир пытался спрятать, и, в некотором смысле, так оно и было. И хотя само сооружение было великолепным, на самом деле у них перехватило дыхание от того, что скрывалось за ним. Колонны, купола и шпили мягко покоились в массивных каменных руках великана. Время не было доброжелательно к нему, и пальцы были потрескавшимися и сломанными, но то, что осталось, всё ещё держалось. Руки грациозно изгибались за башнями, и там, глядя сверху вниз, как мать смотрит на ребенка, было женское лицо. Половина его была оторвана, её правый глаз и щека лежали на земле среди груды обломков. Круги, которые, казалось, висели в воздухе, окружали её голову, как ореолы, придавая ей ангельский вид. Или, возможно, это было больше похоже на корону, своего рода символизируя королеву-мать. То, что осталось от её выражения, было нейтральным, но любящим, с губами, которые, казалось, хотели изогнуться в улыбке, но не могли. Её высокие скулы создавали угловатое лицо, которое было одновременно успокаивающим и царственным. — Я… — начала Рапунцель, но любые слова, которые она могла бы сказать, не казались достаточно сильными, чтобы описать то, что она видела. Пристальный взгляд женщины… Это была любовь. Это была печаль. Это было так много вещей одновременно, и это что-то всколыхнуло в Рапунцель. Как будто эта каменная женщина смотрела сверху вниз на то, что причинило ей вред, с выражением, которое говорило «Теперь ты можешь быть спокоен». Кассандра положила руку на плечо принцессы, и это вернуло её к реальности. — Мы почти на месте, Рэпс. Было трудно отвести глаза, но она это сделала. Каменный мост, который дугой вел к, казалось бы, плавучему острову посередине, сиял над бескрайним пространством внизу. Это была не естественная вещь, а скорее вырезанная и отполированная земными руками вещь практичного дизайна, но, тем не менее, красивая. Рапунцель украдкой взглянула за край и увидела, что туман, отбрасываемый водопадами далеко внизу, создавал впечатление парения в воздухе высоко над облаками. Это было просто захватывающе. Не было ни охраны, ни часовых. Никого похожего на элементаля, с которым они столкнулись. Возможно, какая-то древняя магия, защищавшая руины, решила, что любая храбрая душа, сумевшая пройти мимо их существа, сделанного из камня, заслуживает награды внутри руин. Однако эта мысль вызвала у Кассандры большие подозрения. Как только они переступили порог, волна тяжести накрыла Кассандру, и холодный страх окутал её. Магия. Но это было нечто большее. Это было похоже на дуновение иголок, лёгкое покалывание её кожи, как статическое электричество после вспышки молнии. Казалось, что что-то испытывало её. Затем ощущение исчезло. Она взглянула на Рапунцель, которая смотрела на свои руки так, словно тоже это почувствовала. Но что бы это ни было, оно прошло, и принцесса ничего не сказала. Белый мрамор под ними был безупречен, и по какой-то причине казалось грехом ходить по нему покрытыми пылью ногами. Это место, эти руины… Лишь звёзды знают, как долго они стояли пустыми. Быть первыми людьми, вошедшими в них… это казалось большой честью. Впервые Кассандра почувствовала, что ей не нужно доставать оружие, поэтому она оставила его спящим в ножнах. Просто знать, что они были там, было достаточным утешением. Они поднялись по каменным ступеням на самый верх, и открывшаяся перед ними панорама внушала благоговейный трепет. Но сейчас они не могли позволить себе оглядываться назад. Конец поисков лежал перед ними. Сапоги Кассандры эхом отдавались по пустым коридорам, в то время как босые ноги Рапунцель мягко ступали рядом с ней. Белые каменные колонны по обе стороны создавали открытое пространство, откуда они всё ещё могли видеть окружающий их бассейн. Прохладный ветерок обвевал монументальные колонны, и Рапунцель могла слышать убаюкивающий гул водопада и вдыхать землистый туман его брызг. Там были дверные проёмы, но не было дверей. Зал был открыт и приветствовал их внутрь, и Кассандра и Рапунцель вышли из дневного света в Зал Небожителей. Комната была создана для гигантов и пульсировала приглушенным светом, как будто дремала. В углу мерцали огоньки, которые плели узоры в воздухе, время от времени меняя цвет. Это напомнило Рапунцель тронный зал или, возможно, даже духовное святилище. Величественные колонны выстроились по периметру, окруженные красивым иностранным шрифтом. Вдоль стен были символы небес, которые украшали гладкий фасад, рассказывая историю с плеядами небесных светил, историю, написанную звёздами. Там, в дальнем конце комнаты, высоко над землей парил водопад, полностью состоящий из звёзд, которые грациозно ниспадали каскадом. Огни танцевали вокруг друг друга в космическом танце, а затем соединялись с бассейном внизу только для того, чтобы снова возродиться наверху, но в другой форме. На вершине пульсировал свет, нежный, как сердцебиение, и галактики и туманности создавались, падали, разрушались и создавались заново в считанные мгновения. Рапунцель не могла отвести глаз. Это было так красиво… Но среди сияния созвездий и неземной эстетики остальная часть комнаты была пуста. Ни алтаря, ни пьедестала, ни трона. Там ничего не было. Вообще ничего. Кассандра обвела глазами комнату в поисках чего-нибудь, чего угодно, но единственное, что она увидела, были древние письмена, написанные на звёздном языке и похожие на созвездия, которые кружились по стенам. Как только свет проходил над определенными камнями, они начинали светиться, а затем тускнели и замирали, поскольку именно свет заставлял их вращаться внутри и снаружи. Магические сферы почти падали на гостий одна за другой. Их были десятки… Нет, их было гораздо больше. На каждой имелось изображение, а под ним подпись тем же древнейшим языком. Но когда свечение переместилось чуть в сторону, на стене появились… два знакомых символа. Солнце и луна. На фасаде были вырезаны солнечная капля и лунный камень, а под ними их заклинания на их оригинальном древнем языке и многое другое. Возможно, их история. Это были сценарии, которые плавали и величественно кружились друг с другом, переплетаясь, как две руки, держащиеся вместе. Кассандра провела пальцами по углублению капли солнца и символам под ним. Однако изображение лунного камня… Гигантские выбоины испещрили камень, как будто по нему в припадке ярости прошелся массивный коготь. Чистое насилие, изуродовавшее изображение, оставило видимой только половину символа луны, остальное было потеряно под этой злой неизвестной рукой, которая разорвала камень на части, звёзды знают, как давно. Кассандра положила руку на отметины и почувствовала, как в ней снова поднимаются тот же гнев и беспомощность. Если здесь и была зацепка, которая помогла бы им найти последний оставшийся кусочек лунного камня, то она была уничтожена. Они проделали весь этот путь напрасно. Она стукнула кулаком по стене и крепко зажмурилась. Было бесполезно проклинать судьбу, которая привела их туда, но она всё равно это сделала. — Кассандра, всё в порядке, — сказала Рапунцель, положив руку ей на плечо. — Что нам теперь делать? — тихо спросила Кассандра. — Я не знаю. Рапунцель оглядела комнату с её меняющимися золотыми огнями, которые заставляли стены искриться, и с водопадом из туманностей и галактик. Это было так красиво. — Я бы хотела посидеть и посмотреть на звёзды. Это было сказано так невинно, но Кассандра сразу же поняла, что это было. Последняя просьба. Она повернулась к Рапунцель с отчаянием в глазах и положила руки ей на плечи. — Я собираюсь найти ключ, зацепку, что-нибудь. Здесь должно быть что-то… — Кассандра… — Я не позволю тебе умереть, — сказала она с лёгкой дрожью в голосе. Руки на плечах Рапунцель напряглись, и Кассандра не смогла сдержать муки, которая отразилась на её лице. Если Рапунцель сдалась, что оставалось Кассандре? Принцесса посмотрела ей в глаза и увидела глубину её страха, и ей захотелось избавить от него. Кассандра убрала руки с плеч, но когда они соскользнули вниз по её рукам, Рапунцель схватила их. — Кэсс… — начала она, но что-то остановило её. То, как Кассандра смотрела на неё… печаль, страх, отчаяние, чувство, что она провалила эту последнюю миссию, пронзили Рапунцель. Она не хотела, чтобы это было последнее, что она увидела на таком прекрасном лице. — Я посмотрю у водопада, а ты, если хочешь, можешь проверить другую сторону комнаты, — сказала она с улыбкой. Кассандра кивнула. — Мы что-нибудь придумаем, — уверенно сказала она, а затем неохотно вынула свою руку из руки Рапунцель. В то время как Кассандра двигалась по другой стороне пространства в поисках подсказок, Рапунцель наблюдала за фонтаном звёзд и задавалась вопросом, действительно ли это было на самом деле. Было ли наивно с её стороны надеяться? Подумать только, что все её путешествия закончатся «долго и счастливо»? Может быть, это было то, которое в конце концов этого не сделает. Но нет, она не могла так думать. Что бы ни случилось, что бы ни уготовила ей судьба, какая бы история ни привела её сюда… История… Сунув руку в сумку, пальцы Рапунцель нащупали скомканный пергамент, и она вытащила свиток. Свиток Кассандры. Тот, который дал ей Хранитель. Тот, который она выбросила. Она посмотрела на Кассандру, которая проверяла стены, колонны, всё и вся в поисках чего-то, что могло бы помочь. Она не сдастся. Пока Рапунцель жива, она продолжает искать способ вылечить её, и принцесса не могла не улыбнуться решимости её подруги. Пергамент казался таким хрупким в её руках, и на мгновение Рапунцель заколебалась. Но почему? Она поняла, что ответ был довольно прост: если она прочтёт это, то узнает что-то о прошлом Кассандры, чего та сама не знала, и это было похоже на полное предательство её доверия. Но что, если это было что-то, что ей нужно было знать? Может имя её биологического отца? Или… или что, если Готель украла её так же, как украла Рапунцель, и, может быть, у Кассандры где-то там была семья, семья, которая любила её и скучала по ней? Разве это не то, что Кассандра заслуживает знать? Рапунцель прикусила нижнюю губу, потом решила, что да, оно того стоит. Поэтому она медленно развернула свёрток и начала читать…

<><><><><>

Тёмное Королевство Ветер сдул плащ Готель в сторону, отчего по её спине пробежал холодок. Или, может быть, это обещание власти заставило её вздрогнуть. Находясь так близко, она могла чувствовать магию, исходящую изнутри каменного сооружения, и ощущать её в воздухе. Это было трудное путешествие, и она слишком долго находилась вдали от «солнечной капли», но Готель была полна решимости. Её сны были наполнены бесконечными насмешками Зан Тири над ней за то, что она не смогла стать настоящей Вечной за свою долгую жизнь, но это мотивировало её ещё больше. Она была совсем не похожа на Мэттьюса или Шугарби, которые полностью отдали себя во власть демона. Нет. Она нашла свой собственный путь к бессмертию, каким бы непродолжительным он ни был. Но, глядя на дворец теней перед собой, она знала, что этого больше не будет. Лунный камень в сочетании с солнечной каплей даст мне силу жизни и вечную молодость… Она многое выучила у этого человека Квирина, и, в конце концов, он даже ничего не понял. Им было так легко манипулировать. Заклинание, которым она его околдовала, даже не позволяло ему вспомнить её или их разговор. Глупый человек совершенно не обращал внимания на секреты, которые он раскрывал. Быстро двигаясь, Готель использовала свою магию, чтобы получить доступ во дворец и скрыться во тьме. Для такого большого помещения здесь было на удивление пусто, если не считать случайного слабого голубого свечения, которое исходило по всем коридорам. Мощная сила притягивала её, как магнит, ведя по извилистым коридорам всё ближе к свету. Она взывала к ней вибрациями, напоминавшие биение сердца. Внезапно послышалось эхо шагов. Прислонившись к стене, Готель нырнула в тень. Они становились всё ближе. Быстрые, тяжелые шаги. Мужчина, догадалась Готель. Затем он исчез из поля зрения. Да, гигантский мужчина с суровым лицом быстро шёл по коридору, на спине у него были слои меха, а в руке он держал большой топор. — Кто здесь внизу? — прогремел он, описывая своим оружием дугу, словно проверяя невидимых духов. Вполголоса Готель начала шептать: «Спрячь меня в тени; Зренье, звук и мысли. Покажи этому человеку, что здесь нечего искать; Раскрой те проблемы, что мешают спать». Она согнула пальцы и провернула запястье, воздух завибрировал с частотой, которую не мог услышать ни один человек. Будучи настолько уверенным, что незваный гость находится где-то поблизости, мужчина продолжал красться по коридору, пока шум не заставил его остановиться. Это был звук детского смеха. Он быстро повернулся, взяв оружие на изготовку. Нервный взгляд скользнул по тёмным коридорам, и Готель едва расслышала его шепот: «Гораций?» Она не могла видеть, какое видение вызвал его разум, но что бы это ни было, его лицо исказилось от муки, невыразимая печаль заставила уголки его рта опуститься, а глаза затуманиться. Человек делает странные вещи, когда думает, что его никто не видит, например, позволяет слезам свободно течь по его лицу. Преследуемый видениями того, что могло бы дразнить его измученный разум, он тихо сказал прерывающимся голосом: «Мне так жаль, сынок. Я… Я тебя так люблю. Пожалуйста, прости меня». Он закрыл лицо руками и издал сдавленный всхлип, а затем быстро вышел из коридора. Готель закатила глаза. Я думала, он никогда не уйдет. Итак, теперь… Лунный камень был близко. Она следовала его притяжению, позволяя ему направлять её. Скользя по боковым проходам, Готель добралась до прихожей и прошла сквозь неё… Вот он. Лунный камень. Готель была очарована. Вся осторожность исчезла, когда она уверенно шагнула к свету. Так близко… Он окутал её прекрасным бледно-голубым светом. Это была сила, которая таила в себе неограниченные возможности. И то, что она сможет сделать… И это принадлежит ей. Она протянула руку, испытывая отвращение к тому, какой иссохшейся она стала из-за того, что так долго находилась вдали от солнечной капли. Неважно. Лунный камень всё это исправит. Она начала напевать: «Камень от луны, дай мне свою силу; Соединись с подарком, цветком солнечной капли. Запусти ход стрелок времени в обратном направлении; Принеси мне дух, чистейший и невинный. Вырасти из своей силы, извечной истины; Подари мне молодость, одолжи свои дары!» Она подняла палец, чтобы коснуться камня и… Последовала вспышка ослепительного света, и Готель вскрикнула, чувствуя себя так, словно из неё вышибло дух. Да! Это сработало! Сияние померкло, и когда она снова смогла видеть, подняла руку к лицу… и с ужасом увидела, что она всё ещё сморщенная и потрескавшаяся. Что? Нет! Почему это не… Готель посмотрела на лунный камень. — Заклинание было совершенным! — прокричала она ему. Гнев разгорелся в её животе, и она снова потянулась к камню… Но потом она услышала топот сапог, бегущих по коридору. Пора было уходить. Она в последний раз с укором посмотрела на лунный камень, затем завернулась в плащ и исчезла. Всё это было напрасно. Долгое путешествие, затраты на использование такого количества магии, постоянно снижающаяся эластичность её кожи! Зря! Где-то в глубине её сознания Зан Тири смеялся над ней. Ты не настоящий Вечный. Поэтому она объявила войну своему скромному маленькому коттеджу. Книги летали по воздуху, а горшки разбивались в таком приступе ярости, которого Готель не знала уже много веков. Гнев цеплялся за неё, как упрямый любовник, и отказывался отпускать. Он задушил её, лишил воздуха из лёгких и заставил упасть на колени… Внезапно она почувствовала, что её тошнит. Это было странно, поскольку за все столетия её жизни её никогда раньше не мутило. Это успокоило бурю в её сознании и сосредоточило её агонию на одной конкретной точке. Она схватилась за живот и внезапно поняла, почему заклинание не даровало ей молодости. Заклинание сработало, просто не так, как она ожидала. Она была беременна. Чуть менее девяти месяцев спустя Готель родила здоровую девочку. Ребёнок посмотрел на неё прекрасными серо-зелёными глазами и увидел мать. Готель посмотрела на неё сверху вниз и увидела второй шанс. — Ты моё дитя от лунного камня, Кассандра, — проворковала Готель, — Да, это так. И ты будешь использовать свою магию, чтобы помочь своей матери навсегда остаться красивой. Но судьба, как и волшебство, часто бывает не такой, какой мы ожидаем. Ребёнок, как со временем выяснила Готель, не обладал магией. Независимо от того, как пристально она наблюдала за ней в течение многих лет, в ней никогда не было ни капли божественного. Обычный ребенок. Счастливый и здоровый, но обычный. А это было совсем не то, чего хотела Готель.