Теперь я вернулся

      Мчались недели и парни были совершенно, абсолютно счастливы. Ибо по несколько дней жил у Чжаня и говорил, что готов насовсем переехать к нему, но всё откладывал разговор с домашними. Они строили совместные планы, Чжань уже заканчивал учёбу и параллельно работал дизайнером, по выходным много рисовал, а Бо ему позировал, дурачась и показывая язык, в итоге, они заваливались на кровать. Тогда уже Ибо был художником, медленно раздевая любимого, он брал мягкую кисть и дразнил его, водя по соскам, затем не спеша спускался к паху и проводил кончиком кисти по щёлочке его члена, заставляя Чжаня выгибаться и стонать от невероятных ощущений. Бо познакомил Чжаня со своими друзьями. Его компания производила впечатление грубоватых, распущенных людей, любивших развлечения, деньги и славу. Ибо представил его как своего мужчину. Чжань чувствовал себя очень неуверенно, но как ни странно, они его приняли и он легко влился в необычный коллектив. — Я люблю тебя, Бо, — шептал Чжань подходя лишь к одному единственному парню из этой тусовки, лениво и сексуально опиравшемуся на свой внушительный чёрный байк. Его длинные ноги, обтянутые дорогими джинсами, свободно распахнутая кожаная куртка, танцующие капельки в мочках ушей невероятно возбуждали Чжаня, сводили с ума до мурашек и дрожи в ногах. — Не думал, что так бывает. Как будто бы знал тебя всю жизнь, мой милый. — отвечал ему Ибо, поднимая пальцем подбородок и касаясь поцелуем уголка губ. Чжань не хотел вспоминать, чем закончилось его недолгое счастье. Хотел навсегда вырезать из памяти эти поистине чёрные месяцы, а потом и годы его невыразимой боли. Судорога пронзила тело и датчики запищали, вызывая в палату медперсонал. Доктора суетились вокруг него с приборами, уколами и капельницами, и вскоре, Чжань вновь забылся в беспокойном сне. Ему очень хотелось убежать от своих мыслей об Ибо, хотелось забыть то, что уже никогда не забудешь, Чжаню хотелось перерезать тонкие нити, что держали его тело здесь и уйти… Наступало время потерь… Их «мы» не осталось в тот момент, когда родители Ибо узнали об их связи. Они прекрасно знали о том, что Ибо гей, но не могли допустить серьёзности их союза, их настоящей любви. Для Ибо была выбрана карьера модели и актёра и его родные шли к своей мечте. Родители хотели для Ибо блестящего будущего и в него никак не вписывался Чжань, со своей глупой любовью. Они решили их разлучить, даже если для этого им придется пройтись по чьей-то жизни, и в ход пошли радикальные методы. Они наняли людей для того, чтобы инсценировать жестокую попытку ограбления, и на какое-то время удалить Чжаня из жизни Ибо.       В один из дней Чжаня нашли связанным и избитым, без документов и одежды, он был без сознания от вколотой ему наркоты, брошенный в мусорный контейнер, возле забегаловки в одном из неблагополучных районов города. С утра девушки официантки пошли выносить мусор и, услышав стоны, забеспокоились. Обнаружив голого, связанного мужчину, они не испугались и позвонили в полицию. Очнувшись, Чжань мало, что помнил и не мог назвать свое имя. Полиции ему тоже нечего было сказать. Мозг отказался вспоминать издевательства и начисто стёр его память и всё то, что сделали с Чжанем. Память постепенно возвращалась и, выйдя через полтора месяца из больницы, Ибо он не обнаружил. Их дом был пуст и выставлен на продажу, а телефон отключён. Стараясь хоть что-нибудь узнать, он пришёл к друзьям Бо, и они, отводя взгляд, заговорили растерявшемуся Чжаню о новых отношениях Ибо, а один из юношей, отозвав его в сторонку, протянул письмо. — Слушай Чжань, забудь его и эту говённую семейку. Они уехали отсюда, говорят в Корею. Его родители давно планировали переезд, а он тебе даже не сказал, всё хвастался нам, что закадрил натурала. Знаешь, Ван Ибо, как был шлюхой так и остался, да и с тобой тогда на спор познакомился. Возьми, полюбуйся на его недавние фото. Пока тебя не было, он неплохо развлёкся. Кровь отхлынула от лица, Чжань побледнел и пошатнулся. На фото стояла недавняя дата, и его Ибо, с широкой улыбкой обнимающий длинноволосого красавчика. — Ты давай, крепись, начни новую жизнь, не ищи его. Не достоин он тебя. Парень похлопал его по плечу и ушёл. Чжань вытащил из конверта белый листок, на котором почерком Бо было написано несколько строк: «Чжань, хорошо что тебя нет, и нам удастся избежать выяснения отношений лично. Я всё обдумал и решил, что мы с тобой очень разные во всём, включая возраст. Я слишком молод для серьёзных отношений. Давай оставим всё в прошлом. Прощай и забудь меня.» Вот и всё… Осталось только захлопнуть книгу о своей первой любви. Мир для него изменился, стал чёрно-белым и острым словно лезвие. Какую ценность может иметь жизнь без Него? Одинокие ночи заставляли принять то, что ему никчёмному и несовершенному нашли замену. Скорее всего то, что он принял за любовь, была банальная, ничего не значащая для Ибо интрижка. Но, что делать с сердцем, которое до сих пор трепещет, словно тонкие крылышки мотылька, при мысли о Нём? Иногда он всё-таки ждал чуда, ждал весточки от любимого. Прошёл год и он увидел его. Сияющего и прекрасного, ворвавшегося в мир с экранов телевидения. Ибо смотрел на него с рекламных плакатов, билбордов, афиш, сверкая счастливой улыбкой и тогда Чжань сгорел и рассыпался пеплом. Он никогда не смотрел его шоу и фильмы, в которых Ибо снимался — это было слишком больно. Иногда хотелось улететь подальше, в другой город, в другую страну, континент. Нет! К далёким звёздам и галактикам, раствориться и исчезнуть в вакууме. Научиться другим языкам, другому восприятию, убежать от себя, разрушить замкнутый цикл боли. Самое сложное — отпустить надежды и научиться жить без него. «Ты, теперь, будешь моим единственным…» Надежды полностью разбились, когда он узнал о свадьбе Ибо. Весть об этом событии привела его в такой шок, что он вломился к своему другу поздним вечером, промокший и невменяемый, с паникой в остановившихся глазах. Он отвёл Чжаня на кухню и усадил в угол. Жена приятеля деликатно ушла, наскоро собрав закуску и оставив их наедине с алкоголем. Этим летом, земля ушла из-под ног и нечем стало дышать, если бы не родители, то он бы пропал. Чжань ничего им не говорил, не желая расстраивать, но видя его состояние, мама и отец заволновались, забрали его к себе в город, старались поддерживать и не оставлять одного, даже записали на одно из многочисленных шоу начинающих исполнителей, где он неожиданно имел успех. И постепенно начал карьеру певца. Один. Давно один, хотя окружён людьми. Мелькающие лица, события, концерты, летящее время и… Снова утро. И снова одиночество. Не хотелось вставать только за тем, чтобы выполнить одни и те же заученные манипуляции. Нет желания вырываться из оков серого мира для того, чтобы разрисовать его своим позитивом. Движение по инерции. Ему хотелось, чтобы на вопрос: «Как твои дела?» и заученный ответ: «Всё нормально», хоть кто-нибудь заглянул в глаза и попросил: «Скажи правду, что на самом деле ты чувствуешь …» Когда-то, он прочёл в одной книге, что самураи делали себе харакири не для того, чтобы показать героизм и мужество, а потому, что иногда жить становится настолько больно, что меч, рвущий внутренности приносит облегчение. Теперь он понял, что это правда.