Теперь я вернулся

      У Ван Ибо давно своя жизнь. Со своими удачами и поражениями, печалями и ненавистью. Только вот любви в ней нет. И вряд ли будет, ведь он отвергает её с каждым днем всё больше, задвигая в самый тёмный угол. Он издевается над любовью, разбивает сердца и смеётся над ней. Его единственная любовь не принял его, посчитав их отношения грязными и порочными. Время летело незаметно с той поры, как он получил от него письмо с извинениями и просьбой всё забыть. В тот день они с ребятами хотели поехать на пикник. Все уже были в сборе, кроме Чжаня. Он ждал его нервно покусывая губы, словно что-то предчувствуя. Шумная компания уехала, отпуская в его сторону весёлые, непристойные шуточки и просьбы поторопиться. Он отмахнулся от них и вновь набрал номер Чжаня, и вновь ему никто не ответил. — Ибо, хорошо, что ты не уехал, — окликнул его парень из их компании, — у меня к тебе есть разговор. Слушай, я виделся с Чжанем. Он просил передать для тебя письмо, не хотел долгих разговоров по телефону. Чжань уехал из города и сказал, что между вами всё кончено, больше не звони и не ищи его. — Как? — только и смог вымолвить Ибо. Он не мог поверить, ведь ещё вчера у них всё было хорошо, у Чжаня сегодня должен быть выходной и они планировали эту поездку. — Ибо, я же не раз говорил, натуралов не изменишь. Недавно видел его с девчонкой, не хотел тебе говорить, чтобы не расстроить, но раз уже это произошло, то вот, полюбуйся. Он поднёс к его глазам телефон и Ибо увидел Чжаня крепко прижимающего к себе девушку. — Забудь ты его. Он тебя не достоин. — Ничего не понимаю, — Бо смотрел невидящими глазами, в которых застыли предательские слезы. Ибо развернул небольшой листок и увидел его прекрасный почерк: «Прости Ибо, но я всё обдумал и понял, что отношения с мужчинами не для меня. Давай оставим всё в прошлом, я больше не хочу об этом вспоминать. Прощай, не ищи меня.» Словно шквал сумасшедшего ветра и ледяной дождь обрушился на него с небес. Мысли подобно порвавшемуся парусу беспомощно трепыхались и разлетались. Мелкой дрожью пробежал по телу озноб и захотелось укрыться под под одеялом. Всё кончено. Даже прочитав несколько строк письма Ибо не поверил. Каждый день ходил к нему домой в надежде застать, пока не встретил около квартиры бабушку с сумками продуктов. — Милок, съехал он, не ходи сюда, квартира теперь продаётся, вчера вот покупатели были… — Бабушка, а куда, не знаете? — Нет, милый, не знаю, видела как вещи увозил, да агенты по продажам приходили. Ибо никогда не испытывал такой опустошённости. При мысли о том, что он никогда не увидит Чжаня, душа разрывалась от боли и отчаянья, ему хотелось упасть и зарыдать. Родители добавляли горечи, постоянно повторяя: «А мы ведь говорили, что не нужно тебе с ним водиться, но ты не послушал. Уж побольше твоего на свете пожили, в людях разбираемся.» В результате буквально за пару дней было принято решение о переезде, и семья быстро собиралась. Ибо взял с собой: документы, телефон и ноутбук, остальное без Чжаня — лишь ненужная обуза, не имеющая смысла. Он попросил родителей дать ему время перед отъездом, и гулял по местам, где они были счастливы. «Милый мой, мне так хочется опустить голову на твоё плечо и закрыть глаза, чтобы весь мир исчез, оставив лишь нас двоих и тепло твоего дыхания. Я хотел бы вместе с ветром послать тебе свой поцелуй, пусть он ласково прикоснётся к твоим сладким губам. А я? Я заключу наши встречи в рамку, которая остановит время…» Через несколько часов они покинули город. Время летело… Случайные связи, встречи, расставания, взлёт в карьере, слава, успех — у него было всё. Ибо сменил неимоверное количество мужчин, никогда не слыша слов отказа и перепробовал женщин — всё ж таки нужно узнать, на что променял его Чжань. Так пролетел год, потом второй… Ради рейтинга и хороших контрактов пришлось пойти на фиктивный брак. У него было всё, кроме Чжаня. Вместо лиц своих партнеров он представлял Его. Его нежные губы, бархатную родинку, блестящие каплями чёрной ртути глаза. Он любил его и ненавидел. Ненавидел за то, что он вдруг посмотрел на него с афиш, телевидения, социальных сетей — такой прекрасный, идеальный и чужой… «Вернись ко мне. Я буду ласкать твои волосы, поцелую твои ресницы, я растянусь туманом по шёлку твоей кожи, хочу смотреть в сияние удивительных глаз. Я хочу видеть, как ты закроешь глаза и со стоном запрокинешь голову, а я прикоснусь губами к твоей шее, поймаю мочку ушка и осторожно войду в тебя. Ты примешь меня, любимый, впустишь в своё тело и от захвативших ощущений всхлипнешь, а я поймаю твой выдох поцелуем. Услышу хриплое дыхание и буду двигаться быстрее, ещё быстрее и глубже. Мой сладкий, любимый, моё счастье… Сердце разрывается на лоскутки, я люблю тебя, люблю…» Прошло уже достаточно времени, чтобы раны зажили, но нет, не заживают. Возможно, просто перестали кровоточить. Ибо сладко потянулся и спустил ноги с кровати, собираясь вставать, но его талию настойчиво обвила рука и ласкаясь скользнула к лобку. — Пожалуйста, давай ещё разок? — с надеждой попросил мужской голос, — ты просто офигенный, можешь делать со мной всё, что захочешь. Ибо покосился на пустую коробочку, лежащую на полу и снял руку. — Презервативы закончились. — Мы можем и без них, я недавно прошёл проверку. — Никогда, — отрезал Бо, — собирайся, мы опоздаем на площадку. Он стоял посреди безликой гостиничной комнаты, сжав чашку с остывающим кофе. Хотелось размахнуться и разбить её о белую стену так, чтобы тёмная, густая жижа оставила грязную кляксу, такую же отвратительную, какой становится его душа. Никому не нужно знать, как он пережил эту ночь, забывшись в разврате, каков будет завтрашний день и какой будет остальная жизнь. Не узнает об этом и Чжань. Ему ведь это не нужно, он ушёл. Теперь Сяо лишь фантом, смотрящий на него с экранов. Он так и не узнает, что пальцы выводят на запотевшем стекле его имя, а усталая душа шепчет в ночи слова любви. В перерыве он, наконец, ушёл в гримёрку. С трудом отвязавшись от настойчивых ухаживаний партнера и утомленный бесконечными дублями поцелуев с актрисой, которые операторы словно специально просили повторить, щебеча вокруг него: «Нужно, чтобы зрители почувствовали страсть! Вам комфортно, господин Ван? Может быть, увлажнить губы гелем со вкусом клубники? Смогли бы вы сделать второй дубль лучше первого?» «Тьфу!» — Скривился Бо и достал телефон, собираясь позвонить, но заметил значок полученного сообщения. Открыв мессенджер, он увидел настойчивую просьбу о встрече от старого приятеля. Ибо не виделся с ним после того, как он передал письмо от Чжаня. Он назначил встречу на вечер и весь день нервно гадал, о чём же пойдет разговор. И вот сейчас, сидя в полутёмном зале ресторана гостиницы, Ибо, стиснув кулаки и собрав всю волю в кулак, пытался осмыслить информацию и не убить всех тех, кто сломал им жизнь, пытаясь нести однобокое добро. — Мне нет оправдания и прощения, но я хочу чтобы ты выслушал меня, — начал разговор его собеседник, как только Ибо сел напротив, — Чжаню сейчас очень плохо, этого не говорят по телевидению и в социальных сетях, но он в больнице, и я думаю, ты имеешь право знать всё про вас. Он никогда тебе не изменял и не уходил. Чжань тоже получил письмо о том, что ты не хочешь дальнейших отношений. Но все письма были искусной подделкой. Твои родители наняли людей, чтобы поссорить, зародить ненависть и разлучить вас, придумав охренительные, гениальные схемы. — Эти люди избили Чжаня, якобы с целью ограбления. Но на деле они просто били его ногами и издевались. А потом накачали наркотой и бросили в контейнер для мусора умирать. Повезло, что его нашли официанты и вызвали парамедиков. Врач сказал, что он несколько дней был в коме и потерял память. — О Боже… — После того, как Чжань вышел из больницы ему подкинули липовое письмо с твоим прощанием и показали редактированную фотографию, на которой ты с мужчиной. — Откуда ты знаешь? — Откуда? Потому, что нам всем заплатили, и это я показал фото и отдал ему письмо, так же как и тебе, якобы от Чжаня. Я постоянно говорил ему о том, как хорошо ты живёшь и встречаешься с разными мужчинами. Чжань долгое время в общем ни с кем не разговаривал и заперся дома, а известие о твоей свадьбе подкосило его ещё больше. Ты бы видел, что с ним творилось! Сяо Чжань так сильно любил тебя, что едва не сошёл с ума. Если бы не его родители и начавшаяся карьера, то он бы сломался. Ибо, он этого не заслужил. Никто не заслуживает такого. Нельзя так с людьми. И я не могу больше с этим жить. Прости меня, что пошёл на поводу у твоей семьи. Вот его новый адрес и адрес больницы. Мужчина пододвинул к нему стикер с адресами и, не прощаясь, быстро ушёл. Ибо хотелось кого-нибудь убить. Расквасить в кровь лицо и потоптаться на нём, впечатывая в асфальт. Он обманывал себя все эти долгие годы, жил на обломках мечты, танцевал на углях своих измен, а ведь всего то нужно было вернуться. «Боже, как стыдно, как теперь оправдаться перед любимым, где искать ответы на вопросы, которые невозможно задать…» Ибо позвонил в больницу и узнал, что у Чжаня появились некоторые улучшения, он сейчас в пограничном режиме, после которого могут отключить от аппарата. «Даже если он переживёт вентиляцию легких, то будет очень слаб, — сообщил ему врач из отделения интенсивной терапии, — первое время не сможет заниматься совершенно обычными вещами: принимать ванну, готовить еду не говоря уже о работе. Чем дольше он подключён к аппарату, тем больше последствий, а также выше риск заразиться другой инфекцией, поэтому ему нужна будет помощь и уход.» После этого, Бо взял биту и поехал к родителям. Там он доступно объяснил, что будет, если они ещё раз вмешаются в его жизнь и отношения, оставив после себя разрушенный дом и перекошенное от страха лицо отца, с расплывающимся лилово-красным синяком под глазом. В экстренном режиме разобрался: с рабочим графиком, перенёс и сдвинул всё, что только можно было, на другие даты, отснял оставшиеся сцены, стараясь с первых дублей сделать эти грёбаные, страстные поцелуи, через адвокатов послал жене, с которой он никогда не жил, документы о разводе и, покидав вещи в сумку, полетел к Чжаню. «Держись, мой хороший, я уже близко.»