У меня теперь семья.

Чуя довольно развалился на диване. Никого нет — полная тишина! И ближайшие пять часов ничего ее не нарушит. Хлопнула входная дверь — вернулся Дазай. Он потоптался в коридоре, зашёл на кухню, и не найдя Чую, направился в гостиную. Чуя лежал на диване, и мысленно прикидывал, когда же Дазай вернётся в комнату, и обнаружит там его. Примерно через пару минут Дазай наконец нашёл своего супруга. Он снял добрую половину одежды и разлёгся рядом, обнимая возлюбленного за талию. Чуя повернулся к нему лицом, и аккуратно поцеловал его. Дазай притянул его ближе углубляя поцелуй, желая продлить минуты близости с любимым мужем. Напоследок куснув губу парня, Чуя отпрянул, дразня. Дазай вздохнул и шлепнул Чую по пухлым ягодицам. Тот лишь игриво захихикал, словно нашкодивший ребёнок. — Ну Чу, хватит играть, а то накажу. — Это лишь больше развеселило Накахару, и он ответил, стараясь посильнее взбесить Дазая. — Ну накажи меня, ты же помнишь, чем в прошлый раз дело кончилось. — Чуя! — предупреждающим тоном начал Осаму. — Дазай, я хочу ласки. — заявил Чуя. Это сработало. Дазай лизнул шею мужа, одной рукой забираясь под футболку. Чуя нежно выдохнул, откинув голову, прося большего. Оставим их наедине... Тем временем Акутагава с ног сбился. Буквально пару минут назад Ацуши заявил : — Хочу клубнику и селёдочки! — « селёдочка» в холодильнике нашлась, а вот где взять клубнику зимой...но отказать любимому он не мог. Неужели во всей Йокогаме не найдётся килограмма клубники? Наконец он нашёл один магазин, где на прилавке ещё осталось немного клубники. И теперь он на всех парах мчался домой, чтобы порадовать возлюбленного желанным. Он чуть не уронил эту клубнику раз пять, пока поднимался по лестнице на восьмой этаж, ведь ленивые работники так и не подняли свои жопы с диванов и не отремонтировали лифт. Ворвавшись в квартиру он победно поднял над собой клубнику и... едва не выронил клубнику в шестой (мать его!) раз. Ацуши довольно разлёгся на диване, мирно сопя. Акутагава аккуратно закрыл входную дверь, томно вздыхая. Теперь ещё переносить это чудо на кровать. Поставив клубнику на стол, Акутагава вернулся в гостиную, и кое-как поднял на руки мирно спящего тигра. Перенести — легко сказать, трудно сделать. Рюнеске пришлось пересмотреть свои приоритеты. Раньше он считал, что тяжелее пакетов с продуктами ничего нет, а теперь...Хотя, неудивительно. Столько всего съесть за последние две недели. Наконец, он справился. Тигр перевернулся во сне, причмокивая губами, словно сосал сосочку. Не удержавшись, Рю прилёг рядом, поглаживая серебрянные пряди. Ацуши приоткрыл глаза и уставился на возлюбленного. — О... Аку.. — Прости, солнышко. Я не хотел тебя будить. Я пойду... — Нет, полежи со мной. — Ацуши состроил « щенячьи глазки», которые можно было переименовать на « тигрячьи». Акутагава покорно улёгся рядом, снимая кофту и уличные брюки. Его парень обвил его руками и притянул к своей груди, как маленького ребёнка. Он едва удержался от поцелуя в ключицы. Ацуши манил его к себе с самой первой встречи, возможно поэтому они сразу не поладили. Минут через пять его тигрёнок снова мирно засопел. Акутагава улыбнулся и сполз к животику, покрывая его влажными поцелуями. Всё-таки, это того стоило.