Adele's syndrome

      Как же темно… Я провалился в черноту, что делать? Я потерян… Вновь потерян…       Я дышал так быстро как только мог. С болью в груди. С болью от воздуха, что обжигал холодом мои легкие, я бежал. Мне приходилось бежать. Я не знал, где я. Все было темно, лишь белая луна освещала этот лес. Черный не проглядный лес, где все деревья казались черными. Туман и луна хоть чуть разбавляли его в серые тона. Тона, которые переливались в желтоватый цвет. Куда не смотри, видишь темноту отдающую в грязно-желтый. Куда я попал? Куда бежать!? Я не знал… Я просто бегу в надежде найти просвет. Страх сам накрывал меня, я чувствовал свое бессилие. Я ненавидел. Ненавидел мир, за то, что произошло. Ненавидел себя, за то, что не предотвратил. Нет… Вранье. Перед кем я оправдываюсь? Я ненавидел лишь из за своего бессилия. Я слаб был перед своими принципами. Перед своими тараканами, которых я прятал от мира. Кто мог думать, что я лишь сейчас начну открывать себе свою правду? Лишь сейчас я начинаю понимать, где было вранье, а где правда.       Черные вороны пролетели над моей головой. Легкие не позволяли мне больше бежать. Страх проник в мое сердце и окутывал меня. Панический страх… Раскрытые от ужаса глаза смотрели по сторонам ища причину этого страха. Лишь после я понял, почему мне страшно. Эта чернота слишком сильно схожа с теми семью годами одиночества. Я боялся своей тёмной стороны. Я хотел убежать от этих воспоминаний. Я боялся, что однажды он может меня поглотить. Лишь пока я в обществе, я остаюсь собой. Откуда у меня этот страх…?       Панический ужас заставил меня бежать дальше, как вдруг я увидел перед собой силуэт. Силуэт неизвестного животного, что было в три раза крупнее волка. Черный силуэт не хотел проявляться полностью, но я уже и без этих очертаний понял, кто передо мной. (Долго искал внешность Арахабаки. В некоторых артах псов я находил примерное обличие Арахабаки, но лишь примерное. Взял это обличие лишь потому что оно явно подходит по канону, ведь Чуя упоминался во время большого взрыва, как неизвестный зверь, стоящий на четырех лапах. В мифологии же, Арахабаки выглядит иначе. Не придирайтесь.) Силуэт становился все четче и четче, пока не появились очертания массивной морды. Не длинные черные рога на голове с волчьими ушами. Хвост был длинный и толстый. Сильные лапы кончались когтистыми пальцами. Голубые злые глаза и красные светящиеся узоры на шерсти. Он злобно смотрел на меня. Я не мог пошевелиться. Я увидел свою темную сторону. Нет, надо бежать! Я хотел убежать, но не мог. Куда бы я не побежал, он все равно будет моей частью. Он это - я, а я это - он. Принять… Невозможно. Я бессилен. Я кажусь для всех сильным и не сломимым. Все верят в это, кроме меня. Даже сейчас. Я не поверю себе. Я вновь был бессилен. Но разве это не тот самый шанс изменить все? Изменить хотя бы что то в себе? Стать сильнее. Я уничтожу свое бессилие, я поверю себе, хотя и не верю в эту веру.       Я постарался избавиться от своего страха перед этим могучим зверем. Я бесстрашно посмотрел в его голубые глаза и непоколебимо подошел ближе, показывая свою силу перед ним. Пока я в сознании, ему не овладеть мною. Яркая вспышка света озарила это, богом забытое, место и заставило меня открыть глаза уже в своей реальности. Сон? Но почему все равно темно? Я лежал, судя по всему, на кровати. А судя по ощущениям, на моих глазах была плотная повязка. Руки были прикреплены наручниками к чему то, стоп. Я был на кровати… Но на всех кроватях не было никаких прутьев. Ни на одной. Где тогда я? Не став долго мыслить, я решил попытаться выбраться отсюда с помощью дара. Попытка активировать не увенчалась успехом. Не понял… Но почему у меня не работает дар? Ответы на все вопросы я получу видимо скоро, ведь сейчас я слышу неспешные равномерные шаги в свою сторону. – Малыш Чу, проснулся?, – Бархатным голосом начал шатен.       – Дазай! Что происходит!? Отпусти меня!, – Воскликнул я, но, честно, сомневался, что этот идиот меня отпустит.       – Ох, нет-нет, Чуя. Я не могу тебя отпустить., – Невинно продолжал парень. Он подошел ближе к кровати и сел на ее краешек., – Ты не представляешь, как сильно я люблю тебя. Как сильно я хотел, что бы и ты меня любил. Ты будешь меня любить. Ты не сможешь без меня жить, я буду тебе важнее воздуха, как и ты мне. – Он говорил словно был заворожен.       – Дазай, ты болен!? Это не ты, так не должно было произойти! Ты ведь должен понимать, что это все бред!, – Поспешно начал пытаться донести до него суть. Это было слишком сильно похоже на какую то болезнь. Я не разбирался, но "важнее воздуха"…?       – Я не болен, с чего ты это взял? Я абсолютно здоров. Сейчас я всего лишь счастлив, что ты теперь будешь со мной. Теперь то ты не уйдешь…       – Уйду! Я все равно уйду! Я не останусь с тобой, я тебя в больницу отправлю, там ты подлечишься! Может в рассудок придешь!, – Я не позволил ему договорить. Это поведение и слова меня сильно выводили, как вдруг мне прилетела сильная пощечина.       – Не смей это говорить. Ты не уйдешь. Ты останешься. Ты будешь жить со мной всю жизнь. Пока мы не умрем. Мы умрем вместе., – Грубо высказал он мне тихим голосом, заставляя меня запомнить эти слова до конца жизни.       Я не шевелился. Мне не было больно, я просто был в пребывании шока от такого действия со стороны Дазая. Мы могли подраться, но почему то сейчас этот жест меня больше не злил. Не злил, но обижал. Как вдруг, я почувствовал, как тело парня пришло в движение. Матрас сильнее продавился, что не внушало доверия. Я не мог узнать, что он делает, но кожой лица я смог определить, что он навис надо мной. Его дыхание заставило меня нервничать и попытаться уйти от него. Повернув голову в бок, я почувствовал некую свободу от этого, но слабое чувство свободы было утерено, ведь бинтованная рука парня легла мне на щеку и заставила вернуть голову в исходное положение. Я хотел оказать сопротивление, но не смог. Он все равно заставил. Попытавшись возразить, мои губы накрыл поцелуй. Вздрогнув всем телом, я попытался отвертеться от поцелуя, но тот держал меня за подбородок, не давая надежды на побег. Дадзай начал углублять поцелуй, желая проникнуть глубже. Я противился и воссоздавал жалкие попытки не отвечать, но все тщетно. Заглатывая мою губу, он смог проникнуть в мой рот языком. Я ответил тому на поцелуй. Но почему то шатен стал осторожничать, будто не верил, что я мог так быстро сдаться. Не важно. Мне и этого было достаточно. Охотно открывая рот, помогая углубить поцелуй, я схватил того за нижнюю губу. Заглотив ее, я тут же сильно укусил. Почувствовав металлический вкус на языке, я отпустил раненую губу домогателя и начал хватать воздух, возвращая свое равномерное дыхание. Осаму же, тут же, после укуса отстранился от меня. Я не видел его, но знал, что он сейчас держится за губу, пытаясь понять на сколько сильно она прокушена.       – Вот же сука. Чуя не хочет себя хорошо вести? Может тебе зубы повыбивать? Или намордник одеть?, – Озлобленно говорил мафиози.       – А сам то! Хули язык распускаешь! Кто тебе дал право меня целовать!? Отсоси у серни, пидорас!, – Я орал во все горло. Это уже действительно бесило. "– Даю клятву, выберусь отсюда, набью морду. Даже без дара, я способен это сделать. "       Подозрительное молчание шатена пугало, но почему то, этот страх быстро пропал. Видимо злость перекрывала все чувства, что были слабее. Наконец-то, парень подал признаки жизни. Он схватил меня за волосы и приподнял. Повязка слетала с моих глаз, я не сразу смог все разглядеть. Было мутно и непривычно, но одно я заметил точно. Дадзай был очень злым. Я никогда не видел его в таком гневе. Нет, он не орал, не психовал, не делал то, что делают обычно люди. Он давил своим взглядом на меня. Напряжение темной аурой исходило от его тела. Он сдерживался… Я озлобленно посмотрел на него, не пропуская этот взгляд. На меня он действует, но сейчас, сейчас я был злым.       – Тебе очень повезло, что сегодня я добрый. В обычный будний день ты за это получил бы., – низкий голос выдавал все его желание мне треснуть. Удивительно, что человека, которого я столько лет знал оказался не тем, кем был., – Насладить же своей новой жизнью. Не заставляй меня злиться на тебя. Я не хочу тебя наказывать, но мне придется это делать. Тебе придется жить по моим правилам. Тебе будет сложно… Но это ради нашего блага. Одно из правил, следи за своим языком. Ты не отделаешься в следующий раз одной пощечиной. Я позабочусь о том, что бы в будущем твой грязный ротик не смог больше так грубо со мной разговаривать. О мате ты тоже можешь позабыть.       Разойдясь в злобном оскале, желание рвать того в клочья, мечтая высказать все. Осаму отпустил мои волосы и перенес плавно руку к моей шее не крепко сжимая ее. Посмотрев на мои губы, переводя свой томный взгляд обратно к моим глазам., – Ты согласен со мной? Или хочешь что то сказать мне?       Верно, сейчас я не в том положении, что бы не соглашаться с тобой., – Согласен…, – Отозвался чуть хриплый голос из моих уст.       – Как же я рад это услышать., – Расплылся шатен в удовлетворительной улыбке и ослабив хватку, вновь коснулся моих губ. Нежно и кратко поцеловав меня, он отпустил мою шею и сел. Рука ушла от шеи, но легла мне на грудь, чуть гладя.       – Дазай..?, – Я чуть испуганно посмотрел на него., – Что ты… Делаешь…?       – Расслабься, Чу, тебе будет хорошо. Ты будешь кричать., – ласково сказал мафиози. Рука спустилась ниже и начала лезть мне под рубашку.       – Дадзай, остановись! Я же тебе потом руки пообламываю!, – Плевать я сейчас хотел на правила! Плевать на всё и всех, но это уже не вписывалось ни в какие рамки!       – Ну Чуя… Мы же только что договорились о правиле., – Разочарованно проныл парень., – Ты так хочешь, что бы я тебя потом наказал..? Не думаю, что ты мазохист.       – Вот именно, что я не мазозист! Я не хочу быть выебанным сейчас!!! Какой нормальный человек будет хотеть что бы его ебали!?, – Но тот меня не слушал. Рука вылезла из под рубашки и приняла другую позицию. Расстегивая рубашку, темноволосый парень игнорировал меня., – Осаму, блять!       - Чуя… Прошу, фильтруй речь…, – Неугоманивался мафиози.       – Да, епта, мне сейчас кристаллически похуй на речь! Если ты меня не выебешь за фильтровку базара, то ок! Хорошо! Я буду следить за речью!, – Я уже шел на уступки. Лишь бы уговорить этого болвана. Сердце от страха билось сильнее. Становилось душно от мыслей, хочу слегать глоток воздуха. Глоток, что бы он дал мне сил, сил жить. Желание умереть перерастало желание жить.       – Я буду рад, если ты начнешь следить за речью, но награда за это будет отсутствие наказания., – Со спокойной душой отвечал шатен, мило глядя на рыжего., – Я давно это хотел, чиби Чу. Теперь ты мой. Теперь у меня есть воля действий. Ты ничего с этим не сможешь поделать. Смирись и полюби, ты… Любишь меня. Просто пока не понял этого. Поймешь.. Совсем скоро поймешь., - Сладко говорил мечтающий парень. Наконец, тому удалось расстегнуть рубашку Чуи и увидеть оголенное тело парня. Оценивая это, он положил руку на талию, чуть гладя. Смотрел так… Будто не верил, что теперь этот человек его. Человек.. Которого он так долго добивался, спустя столько времени, стал его. Я закусил губу и пытался ее прокусить, что бы сконцентрироваться на боли прокуса. Но это не так помогало, как хотелось бы. Тело предательски реагировало. Я попытался скинуть его руку со своей талии, но тот сел мне на ноги, не давая даже надежду на спасение.       – Дазай… Прошу… Я все сделаю.. Не насилуй меня только.., – Последнее, что я решил попробовать молить. Молить его. Пусть это и трата времени, но все же. Но он проигнорировал его, сделаю вид, что не услышал. Он был занят. Он продолжил свои ласки. Шатен навис надо мной и попытался поцеловать меня, но я сдал губы, не давая тому и шанса, но тот взял мой сосок и сжал его. Вдруг из моих уст донесся сдержанный стон. Дазай ждал его и не став медлить, настойчиво стал целовать, сминая мои губы. Он так и не отпускал мой сосок, продолжая его ласкать. Прикрыв глаза я попытался хватать воздуха, но поцелуй не позволял мне схватить достаточно воздуха. Вдруг язык парня проник внутрь, пытаясь изучить мой рот. Рука же начала оглаживать уже саму, вздымающуюся от возбуждения и нехватки воздуха, грудь. Пытаясь сплести языки, шатен закрыл глаза, желая насладиться этим поцелуем. Перестав целовать, он начал спускаться ниже, оставив мои красные горячие губы. Мокрые поцелуи добрались до моей шее. Я приоткрыл рот, ведь воздух лучше поступал именно через него. Взгляд я устремил в потолок и старался думать о чем то другом. Пытаясь забыть, что я тут. Пытаясь внушить себе, что это не со мной. Завлечь сознание другой реальностью. потеряться в своем мире. Но с каждой новым прикосновением, с каждым новым поцелуем я возвращался обратно сюда, будто выбрасывали из той реальности, в которую я пытался попасть. Член начинал набухать. Чувствую руки на своей талии, они поглаживали и иногда ее сжимали. Но это не так сильно меня тревожило, как ощущение на шее. Это… Засос..? Осознание пришло не сразу. Лишь тогла, когда почувствовал свободу Кожи из засасывания в чужой рот.       – Теперь ты точно мой~, – прошептал мягким голосом на моё ушко темноглаз. И расплывшись в довольной улыбке, он перебрался к моей груди с мокрыми поцелуями.       Просьба остановится не даст никаких надежд. Терпи. Но какой нормальный человек будет терпеть. Есть идея. Я знаю как отбить у того желание что то делать со мной. Лучше избей. Да.. Лучше избей.       Я продолжал терпеть. Подпущу ближе к себе. Пускай так, я дорого заплачу за эту выходку. Но не лучше уж огоебсти, чем потом жалеть о потерянной девственности. Осаму спустился ниже, лаская мой живот. Мерзко. Но тело реагирует. Ему приятно. Сознание давно отделилось от чувств. Оно покинуло рамки приятных ощущений, оставшись при своем мнении о реальности происходящего. Трезво размышляя над этим.       Бинтованная рука скользнула к моим бредрам, пройдясь по ним. Невольно заскулив, я приказал себе замолчать. Но как это возможно, когда ты уже возбудился от ласк садиста.       Судя по всему, он услышал мой сдавленный стон, ведь оторвался от ласк и бросил на меня победный взгляд.       – И что это было, малыш Чу?~, – Бархатный, ласковый голос донёсся до меня. Мне стало тут же мерзко от самого себя, что позволяю такое вытворять с собой., – Неужели то тебе приятно? Тебе ведь нравится. Не ври мне~, – Сказал Дазай и вернулся к незаконченному делу.       Но я уже не хотел терпеть. Это последняя капля.       Я чувствовал свободу ровно с того момента, когда он привстал с моих ног, что бы поцеловать. С того момента, он меньше стал за ними следить.       Сильный удар, что пришелся тому в Живот, заставило того отпрянуть, и схватится за него обеими руками. Я не жалел силы. Я все вложил в этот пинок.       Некая радость и облегчение мимолетно посетили мою душу, но зная.. Что это не тот Дазай, которой пропустит этот пинок мимо взгляда и просто выкинет пару язвительных комментариев мне в ответ. Это тот Дазай, от которого уже не знаешь, что ожидать. Он не мог стоять ровно, поэтому держится об угол стола, скручиваясь от боли. Но боль заметно его отпускала, ведь перестал быть таким напряжённым. Он бросил на меня взгляд, вызвав во мне страх о последствиях.       Он начал приближаться ко мне и резко схватил за горло, сдавливая его. Я не мог больше дышать, но сейчас... Главное успокойся. Ведь тогда меньше шансов задохнуться.       – Чуя не может лежать спокойно? Ты не знаешь кто тут главный? Ты не понял в каком ты положении? Кто. Дал. Тебе. Право. Поднимать на меня ноги. А что если тебе их сломать?, – Угрожающе, но сдержанно говорил пристально смотрящий мне в глаза парень. Воздуха не хватало, я задыхался. Но тому было явно плевать. Он сдавил горло лишь сильнее, пока я не был на грани отключки. Едва стоило отключится, как он отпустил шею. Начав дышать, я зашелся в сильном кашле. Но так быстро не отделался. По выражению лица было видно, что он что то задумал. Он не собирался так поосто меня прощать за этот поступок. Он приблизился к моим ногам и смотрел на них. Сердце забилось сильнее.       – Т.. Ты...хочешь их.. Сломать..?, – Дрожащим голосом спросил.       – Пока нет. Но знай. Если твои шаловливые ножки еще мне помешают, я их сломаю. Но все равно сделаю задуманное. Тебе не выгодно такое положение. И ты это должен сам понимать., – Серьезно ответил Дазай, приближаясь к мне. Руки не стали ложится никуда, им хотелось избавить меня от штанов. Я был согласен с ним. Да. Сломанные ноги не выгодны буду мне в дальнейшем.. Но они заглушили бы чувства. Но какова гарантия, что он не захочет повторить это завтра? Может завтра я сбегу уже.       Ловкие руки уже почти стянули с меня штаны, оставляя полуобнаженным перед томными глазами мучителя. Погладив мою ногу, он перевел взгляд на меня, наблюдая за реакцией. Я отвернулся.       – Обиделся?), – Улыбается шатен. Но вдруг начал оглаживать внутреннюю часть бедра. Заставив меня закусывать губу.       Не став медлить, темноволосый парень снял с меня боксеры, оставив без одежды и вовсе. Я хотел возмутиться, но в чем был смысл. Матери не матери, это не помогает. Пинай, не сопротивляется, пока это ничего не меняет.       – Какой ты послушный, Чуя~ Звук открывающего тюбика дал понять о то, что тот открыл смазку. Но вдруг стало подозрительно… Он не стал меня бить, но тогда как он отразит мой пинок… Осознание пришло ровно в ту минуту, как Осаму уже разделся и обмазал свой член смазкой, находить уже у моей дырки. Испуганный взгляд был ровно устремлен в глаза Габена. Но тот лишь усмехнулся, давая положительный ответ. Он догадался. Иыдруг резко до положины зашел в меня, бросая меня в крик от боли.       – Прошу прошу прошу.. Дазай.. Нет! Мне больно!, – С закрытыми глазами кричу в потолок. Но тут по моей мокрой от слез щеке прошла теплая рука.       – Шшшш...Тихо.. Успокойся, все хорошо. Боль пройдет, любимый. Она пройдет. После твоего пинка прошла? Да. Значит и у тебя пройдет., – Успокаивающе тихо сказал парень, нежно улыбнувшись в конце. Я смотрел на того заплаканными умоляющими глазами.       Но гордость не позволяла меня просить о жалости. Судя по взгляду шатена, он ждал, что я буду просить, но не услышав желаемого, продолжил свои действия. Он пробирал во мне путь напролом, принося адскую боль. Я старался терпеть, но слезы сами заливали подушки. Порвав все к чертям, я боялся открыть уже глаза. Мое лицо начали целовать.       – Все хорошо. Расслабься. Все хорошо. Слышишь, Чу?, – И вдруг тот начал робко двигаться внутри, принося смешанные чувства. Боль перемешивалась с чем то приятным и было не понятно, мне больнее или приятнее. Но.. Это лучше. Я бы не смог жить с той мыслью, что мне было приятно.       Я положил голову на бок, не делая смотреть никуда, кроме стены. На щеках сам по себе появился румянец. Дазай это замечал. Боль действительно начала утихать, давая место другому чувству. Губа уже была прокушена, но я продолжал сдерживать стоны. Прикрыв глаза, я старался сосредоточиться на слабо ощутимой боли, которая еще чувствовалась. Но стоит сосредоточится, я терялся в пространстве и невольно расслаблялся, позволяя телу реагировать как надо. Осаму не терял времени. Он жаждет услышать мои стоны, ведь поэтому значительно ускорил темп. Воздуха не хватает. О Господи… Приятно.. Но нельзя наслаждаться этим! Держи себя в руках. Мафиози закинул мои ноги себе на спину, впиваясь в мои губы, втягивая в поцелуй. Я неохотно отвечал, как вдруг он проник своим языком в мой рот. Но я не решался его больше укусить. И позволял.. Позволял издеваться.       – Ха~, – Нехватка воздуха заставила меня отстранится от поцелуя, откинув голову назад.       Парень начал посасывать мой кадык, переходя к шее с покусываниями. А рука взяла мой член, неспешно начиная двигаться. Большой палец нажал на головку. Произашел первый громкий стон, а после и вовсе не мог сдерживать стоны полностью, все чаще они стали вырваться из моих уст, заполняя помещение. Напарничек не собирался ускорять темп, хотя дырочка уже ухотно принимала и требовала больше. Оставив мой член, он взял мой сосок и сжал его.       – Ах!~, – Выскользнуло из моего рта громкий стон, лаская уши мучителя.       Второй сосок он взял в рот, вызывая еще один протяжный стон и немного заставляя меня прогнуться в спине.       Наконец он начал ускорять темп, желая слышать стон за стоном. Желая принести больше удовольствия нам. Себе он сможет.. А сможет ли мне? Сомневаюсь.       – Срывай свой голос.. Ради меня., – Пусть голос и был спокоен, в нем отчётливо было слышно, как он хотел надавить на меня. В голосе чувствуется властность.       Мне уже все равно было. Проси не проси, но голосовые связки действительно начинали болеть. Рука освободила мой сосок, просколив по моим рёбрам к талии и остановилась на ягодице, оглаживая ее, захватывая бедро.       – Мм..Ха..а.ах~, – Уже не стесняясь стонал шатену. Тот тоже постанывал, но едва заметно. Все постанывания были сдавленными и сдержанными. Член внутри начал увеличиваться из за чего начал задевать простату, заставляя мое тело дрожать.       Увеличив темп, член стал долбить по простате, здавляя меня кричать от удовольствия. Тело задрожало сильнее и я кончил, прогнувшись в спине, запачкав семянем себя и живот шатена. Следом внутрь кончил и Дазай, наполнив меня своим семенем.       Он остановился и чуть отдышавшись, вышел из меня, оставив меня на кровати отходить. Осаму стоял у стола и обтирал себя, влажными салфетками, после чего быстро оделся и подошел ко мне. Вытерев меня, он одел боксеры, застегнул рубашку и отстегнул наручники. После чего взял мое податливое обмякшее тело на руки и понес прочь из подвала. Я никуда не смотрел. В голове была пустота, факторы реальной жизни меня не возвращали в сознание.. Сознание и реальность... Потеряно.       Птица не будет петь в клетке. Непорочные белые крылья не раскроются вопреки хозяину. Будет она гибнуть в неволе. Так и погибнет она не почувствовав в минуты своей смерти прекрасной свободы.