Куда душа тянется

      Джессике искренне нравился Сэм. Возможно, она даже могла сказать, что любит его все больше день ото дня. Умный, высокий, добрый, с приятным голосом и внешностью, с четко поставленными целями в жизни, что были схожи с ее — Сэм отражал в себе идеал того человека, с которым хотела бы быть рядом Джесс. Когда они начали чаще проводить время вместе, девушка была рада. Сэм умел поднять настроение, умел сострадать и давать советы в сложных жизненных ситуациях, он умел принимать ее заботу и искренне ей радоваться. Прогулки по паркам, посиделки в кафе и скрытых от глаз большинства людей местечках Стэнфорда — такое времяпрепровождение грело душу. Да, Джесс любила Сэма и потому видела, что с ним происходит в последнее время.       Очень часто периферийным зрением она замечала, как парень смотрит в одну точку, задумчиво листает страницы книг, по которым они готовились к сессиям, но не вникает в суть текста. Сэм часто улыбался лишь тогда, когда кто-то смотрел на него, явно не хотел беспокоить. Он умело делал вид, что все хорошо, смеялся и шутил как обычно, обнимал и целовал в макушку по прежнему, но было во всем этом что-то неправильное, странное. Словно он не был уверен ни в чем, что делает, но все равно продолжал звать на свидания, стремясь заполнить все свое свободное время.       Честно, отчасти было обидно. Джесс не понимала, что творится с Сэмом, а когда спрашивала, тот лишь отмахивался: ничего, никаких проблем. Она не могла ни помочь ему, ни дать совет, ни попытаться решить проблему, которой якобы не было. А Сэм и сам прекрасно знал, что ранит девушку, но ничего не мог с собой поделать. Он нуждался в ком-то, кто заполнит пустоту, выедающую его душу изнутри, ком-то, кто поможет не сорваться и не наделать глупостей. И в то же время он испытывал стыд за то, что вроде как использует любимую девушку. Сэм терялся в этих ощущениях все то время, пока пил таблетки, пока не видел Гавриила, а сейчас ситуация стала и того хуже. Но отступать было некуда.       Сэмюэль захлопывает бархатную коробочку с кольцом внутри и сжимает ее в руке. Сегодняшний день они провели всей компанией, а перед тем, как разойтись по домам, Джесс спросила у Гейба, есть ли здесь приятные рестораны. Сэм идею поддержал, а Гавриил довольно быстро порекомендовал пару заведений. Порывшись в интернете, Сэм с Джесс выбрали одно, заказав на вечер столик. Винчестер сомневался. Вчерашний вечер и его порыв не лезли из головы, как бы он не выгонял, но это лишь подстегивало к решительным действиям: уж лучше пускай пути назад не будет, верно? Тогда и метаться не придется. Сэм убрал коробочку в карман брюк и обернулся на окликнувшую его Джесс.       Длинное платье в пол с красивым вырезом, те самые сережки, купленные вчера, красиво уложенные волосы — девушка была просто прекрасна, настолько, что у парня дух перехватило на несколько секунд. Джесс в свою очередь покрутилась перед ним, довольно улыбаясь, и поправила вьющиеся волосы.       — Джесс, ты просто… — у Сэма слов не хватало на то, чтобы описать всю ее красоту. Он неопределенно махнул рукой, заставив Джессику засмеяться.       — Спасибо, ты тоже ничего, — она подошла к нему, целуя в уголок губ и поправляя на парне пиджак с рубашкой. — Готов? Я уже вызвала такси, машина скоро подъедет.       — Всегда, — Сэм чуть улыбнулся.       Ресторан Гавриил предложил на славу. Весь зал блестел, переливался и, казалось, состоял целиком из отражающих поверхностей. Сэм, чаще всего обедающий в небольших забегаловках, не мог насмотреться на обстановку, то и дело оглядываясь. Хорошо, что с ними не было Дина, иначе бы они его потеряли на несколько часов, учитывая количество зеркал повсюду. Официант подошел сразу же, как они сели за столик, быстро принял заказ и, принеся два стакана воды на время ожидания, чуть поклонившись, удалился, оставив пару наедине. Разговор начался с обсуждения этого ресторана, после самого города, затронули даже кофейню Гавриила, сойдясь на мнении, что здесь хоть и роскошнее, зато там уютнее.       Вскоре принесли заказы и вино. Сэм, выпив пару бокалов, нервничать меньше не стал. Не каждый же день делаешь любимой девушке предложение. Та его часть, что была подавлена доброй порцией таблеток перед выходом, до сих пор пыталась достучаться до него и убедить, что все происходящее сейчас — одна большая ошибка, но парень ее тактично игнорировал, убеждая себя, что это исключительно его выбор и его жизнь, и никаким высшим силам не дано решать за него, кого любить и на ком жениться. Когда темы для бесед на какое-то время кончились, Сэм, собравшись с мыслями, выдохнул.       — Джесс…       — Сэм, — они сказали одновременно, почувствовав неловкость и засмеявшись. — Давай, ты первый.       — Нет, давай ты, — для Сэма это был шанс немного отсрочить волнительный момент.       — В общем… Я хотела серьезно поговорить, — парень чуть напрягся. После таких слов обычно ничего хорошего не говорят. — Мы встречаемся уже несколько месяцев, и я правда счастлива, ты не подумай, но… — она неловко улыбнулась, опуская взгляд в тарелку и гоняя по ней горошек вилкой. — В последнее время я заметила, что ты изменился. То есть, это нормально, когда люди меняются со временем, да и мы начали отношения, не удивительно, что мы немного изменились, но твои изменения заставляют меня волноваться, — она чуть помедлила и все же подняла вновь глаза на парня. — Сэм, я хочу знать, что происходит. Как твоя девушка, как человек, который тебя любит.       Сэм не знал, что ответить. Учитывая его намерения на этот вечер он не мог сказать, что у него есть соулмейт, связь с которым он пытается прервать при помощи таблеток и максимальной отстраненности, но и врать Джесс тоже выше его сил. Он и так достаточно замалчивал, и к чему это привело? К еще большему количеству вопросов, к тому, что заставил Джесс волноваться. И когда? Сейчас, когда он уже решил перекрыть себе все отступные пути. Сэм повел плечами и потер переносицу. Выбора не было.       — Я… — он запнулся, не зная, как преподнести эту новость. — Джесс, прости, мне надо было сразу тебе рассказать, я поступил, как идиот, скрыв это. У меня появился соулмейт. В августе, кажется, но!.. — он приподнял руку, не давая ей что-либо сказать. — Это ничего не значит, правда, мы с ним заключили договор и все хорошо! Ему это не нужно, а у меня есть ты, я люблю тебя, Джесс, правда.       — С ним? — задумчиво повторила девушка. — Так это… Парень? — казалось, она выделила только то, что ее интересовало из всего бурного монолога Сэма.       — Да… — тот пропустил горький смешок, сделав пару глотков вина из бокала.       — Сэм, скажи. Это Гавриил? — Сэмюэль едва не подавился тем же вином.       — Откуда ты узнала?       — Значит, все же он, — Джесс улыбнулась и Сэму показалось, что даже облегченно. — Сэмми, я люблю тебя, и я не слепая. Ты наблюдаешь за ним каждый раз, когда думаешь, что он не видит. Сегодня на катке и в торговом центре тоже. То, как ты смотришь, тебя выдает. Твой взгляд такой теплый и… грустный, — она чуть склонила голову, протянув руку через стол и сжав ладонь парня.       — Прости… — Сэм знал, что девушка права, и оттого было паршиво.       — Не извиняйся, Сэм, — Джесс чуть царапнула ногтем его по коже руки, но не так сильно, чтобы доставить дискомфорт. — Я уже говорила — я правда тебя люблю и поэтому хочу, чтобы ты был счастлив. Даже если не со мной, все равно. Я хочу, чтобы ты улыбался, Сэм. Искренне, — последнее уточнение буквально ударило под дых. Винчестер считал, что у него получается скрывать свое подавленное состояние так же хорошо, как это получается у Дина иногда. — Я вижу, куда тянется твоя душа. К нему.       — Если бы только ему это было нужно, — Сэм откинулся на спинку стула. На душе стало почему-то легче от слов Джесс.       — А откуда ты знаешь, что ему это не нужно? — девушка чуть прищурилась, накалывая на вилку пару листьев салата и указывая ей на Сэма. — Ты, Сэм Винчестер, очень много думаешь, и очень много лишнего. Он тянется к тебе.       В памяти всплыл инцидент из торгового центра, когда, пока они гуляли, Гейб якобы нечаянно коснулся руки Сэма, списав это на то, что его просто толкнули. А ведь Сэм тогда еще подумал, что в центре не так уж много людей, которые могли бы толкнуть Гейба. И на катке, когда Гавриил провел пальцами по воротнику куртки парня, задев шею. Тогда он сказал, что просто смахнул снег, а Сэм и разбираться особо не стал… И как только можно настолько слепым быть. В душе заискрилась надежда, что, может, зря он так волнуется?       — Черт, Джесс… — Сэм запрокинул голову, жмурясь и потирая виски.       — Да, да, Сэмюэль, ты слепой, — девушка засмеялась, подозвав официанта и попросив принести им еще одну бутылку вина. — Иди сегодня вечером к нему. Как закончим с ужином.       — У него Кас, — Сэм чуть пожал плечами. На самом деле, по большей части он искал отговорки, чтобы не делать все настолько быстро.       — Ничего, я позвоню ему и попрошу заночевать сегодня с Дином, — Джесс загадочно улыбнулась.       — В его с Бальтом номере всего две кровати — односпальная Дина и двуспальная Бальтазара, — Сэм невольно улыбнулся тому, как Джесс закатила глаза.       — Бальт шастает по барам и клубам до утра, поверь, вряд ли он им сильно помешает.       — Погоди… — Сэм чуть нахмурился, а Джессика ей богу услышала, как в его голове шумят шестеренки, сопоставляя факты и складывая пазлы. — Не-ет… — парень нервно рассмеялся, с надеждой глядя на девушку.       — Вы, Винчестеры, все такие профаны в отношениях или только ты? — она едва не смеялась, глядя на озадаченное лицо Сэма.       — Черт, Дин! — Сэм возмутился слишком громко, неловко переглядываясь с потревоженными посетителями ресторана. — Почему он мне не сказал? — добавил он тише.       — Потому что у тебя своих заморочек выше крыши, ждал подходящего момента, — девушка пожал плечами.       — А кто еще знает? — парень потер шею.       — Бальт, Чарли, Гарт, мистер Кроули… — Джесс загибала пальцы.       — Все, кроме меня… Кроули?!       Джессика звонко засмеялась, прикрыв губы ладонью. Остаток вечера прошел не так плохо, как ожидал Сэм. Джесс искренне интересовалась тем, каково иметь соулмейта, и чем они связаны. Когда Сэм сказал, что может ощущать боль Гейба, у девушки быстро все сошлось в голове и та поняла, почему все-таки у Сэма так болела рука тогда в августе. Парень лишь кивнул, смущенно улыбаясь. Не думал он, что его так хорошо поймут, боялся, что Джессика разозлиться на него, оттолкнет, обвинит, но сейчас ему было как-то легко и в коем-то веке комфортно. В конце вечера Сэм посадил Джесс на такси, еще раз поблагодарив за ее поддержку и слова, а сам задумался, набрать ему Гавриила перед тем, как приехать, или не стоит. В конечном счете решил устроить сюрприз, надеясь, что тот вообще дома.       Ехать на такси было достаточно долго. Из-за снегопада образовались пробки, так что поездка затянулась чуть ли ни на час, в течении которого Сэм дико нервничал. А что, если все это зря? Может, стоит повернуть назад? Нет, ну к черту, сам же хотел перекрыть себе пути к отступлению. Да и что ему даст его трусость? Очередные месяцы пустоты и апатии? Нет уж, увольте. Да и к тому же, если даже Гавриил откажет ему, это все равно будет ответом, так ведь? И не придется больше мучиться сомнениями. Где-то ближе к концу поездки Сэм едва не вскрикнул от неожиданности, когда щеку обожгло звонким шлепком. Он чуть коснулся саднящего места, достав быстро телефон и включив фронтальную камеру. На коже медленно проступал красный след от пощечины, что навивало не самые приятные и обнадеживающие мысли. Но отступать уже поздно.       — Извините, мы можем ехать быстрее? — обратился он к таксисту.       — Я тебе что, волшебник что ли? — огрызнулся тот. — Вон, пробка какая.       — Тогда найдите объездной путь, мне срочно надо… Домой, — последнее слово прозвучало удивительно тепло, и Сэм подумал о том, что давно он не говорил о доме так, как сказал сейчас. — Я доплачу, — парень порылся в кошельке и решительно передал таксисту купюру в сто долларов. Тот замялся ненадолго, но все же принял деньги, оглядевшись и вырулив практически по бордюру на какие-то задворки.       Через десять минут машина остановилась у многоэтажки. Сэм быстро поблагодарил и вышел из автомобиля, направляясь в сторону дома. Номера квартиры Винчестер не знал, Гейб планировал пригласить друзей в гости только завтра, но войти в подъезд помогла девушка, пулей вылетевшая из-за двери. Сэм только нахмурился: что-то тут явно не чисто. Быстро выведав у Каса по телефону номер квартиры и этаж, парень зашел в лифт, стягивая шапку и нервно поправляя волосы. Почувствовал себя школьницей перед встречей с главным кумиром всей школы, честное слово. Длинный коридор и тишина давили, еще и щека до сих пор болела после пощечины, полученной через Гавриила. Видимо, алкоголь неплохо нейтрализует действие таблеток. Найдя, наконец, нужную дверь, он замер на несколько секунд, а после выдохнул и все же постучал, неуверенно, но достаточно громко.       На пороге объявился Гавриил не сразу, а секунд через сорок точно, когда Сэм уже собирался стучать повторно. В стельку пьяный, в одних брюках да халате, он явно не ждал больше гостей, но при виде Сэма пьяно улыбнулся, опираясь неловко о дверной косяк и складывая руки на груди. Как и ожидалось, на щеке у него красовался красный след от ладони.       — Свидание не задалось? — Сэм с удивлением почувствовал, как закипает в нем ревность.       — Твое, видимо, тоже, — не растерялся Гейб, вздергивая брови. — Что, отказалась выходить за тебя?       — И дальше собачиться будем? — парень уже начал сомневаться в том, что не зря сюда пришел.       — Ну, если Джесс вызвонила Каса среди ночи, чтобы ты сообщил мне, что мои дела в любовном плане идут очень плохо, то можем еще пару часиков здесь проторчать, я сегодня, как видишь, свободен, — Гавриил указал на след от пощечины.       — Ясно. Я пошел, — Сэм развернулся и уже собирался сделать шаг, как почувствовал, как Гавриил тянет его за ткань куртки. Не сильно, но ощутимо, не давая уйти.       — Я не спал с ней, — коротко констатировал Гейб. — И таблетки не принял. Ты идиот, ты в курсе? Законченный, невыносимый придурок. Черт, я же… — Сэм замер, ожидая конца предложение. Сердце бешено билось о ребра, кровь отлила от рук, пальцы покалывало от волнения и холода. Наконец, Гавриил шагнул ближе, упираясь лбом между лопаток парня и вдыхая запах его дешевого пряного одеколона. — Я люблю тебя.       Сэм прикусил губу, чувствуя, как по телу разливается заново то тепло, что он почувствовал при первом их рукопожатии. От груди к рукам, ногам, голове, окутывая уютом и спокойствием. Гейб не желал отстраняться. Все так же держался за куртку, только теперь куда крепче, не смея двигаться или что-то говорить. Они так и стояли, в коридоре многоэтажки, под какую-то попсу из-за до сих пор открытой двери в квартиру Новака, черт разберет сколько времени. До тех пор, пока Сэм не решился обернуться. Гейб тут же его отпустил, стараясь выпрямиться и сделать вид, что ничего не говорил, улыбнуться, да только то ли общее состояние, то ли количество выпитого алкоголя этого сделать не позволили. Сэм чуть толкает его в сторону квартиры, заставляет переступить порог и заходит сам, закрывая за ними дверь. Гавриил смотрит с недоумением и какой-то опаской, словно ожидая, что его сейчас побьют.       Но Сэм и не думает бить или кричать. Он аккуратно касается щеки Габриэля, той, на которой остался отпечаток от ладони, обводит аккуратно, чтобы не причинить боль, заводит руку дальше, проводя за ухом, спуская к шее и чувствуя, как под подушечками пальцев бешено колотиться пульс Гейба. Тот наблюдает, ждет, и неосознанно как-то ластиться чуть к чужим прикосновениям. Он шагает снова ближе, а после тянет за галстук парня, заставляя наклониться безвольно от неожиданности, и целует, не давая и шанса подумать.       По телу снова пробегает приятный электрический разряд, заставляя сердце пропустить пару ударов, а после застучать раза в два быстрее прежнего, пытаясь восполнить пропуски. В голове царит святая пустота, белый шум, а Сэм тянет Гавриила уже сам к себе ближе, позволяет себе углубить поцелуй, не встречая никакого сопротивления. Он отстраняется лишь на секунду, смотрит в карие мутные глаза и целует снова. Гейб отвечает сбивчиво, зарываясь пальцами уже в волосы парня, царапая нечаянно затылок и улыбаясь хитро тому, как тот вздрогнул, краснея. Попадание с первой же попытки — это, конечно, сильно, и то ли тут сыграл стаж в отношениях, то ли родственность их душ. Сэм нехотя отстраняется, но далеко Гейба не отпускает, придерживая за руку, словно боясь, что тот вот-вот сбежит.       — Я тебя тоже люблю, Гейб.