Мы - двуличие!

***

***

Прошла уже неделя с момента, как Кёджуро лежит в больнице. Его посещали друзья, но видеть он их особо не хотел, особенно после третьего дня. Каждый день вечно шумные люди, приходящие к тебе…проще говоря, это немного раздражало, ведь мужчина желал лишь покоя, либо того, чтобы пришло только его солнышко. Но как говорят: «Много хочешь — мало получишь». Ни того, ни другого огненный мужчина не получил до шестого дня. Это был, пожалуй, лучший момент в его жизни: к нему в палату входит с букетом цветов его «цветочек». У Кеджуро душа в пятки успела уйти и вернуться раз так пять, пока его возлюбленный шёл до койки, на которой лежал наш больной. -Здравствуйте, учитель. — пытаясь сохранить спокойствие, говорил парень с вишнёвыми волосами, и, протянув букет, улыбнулся. За два дня до этого. -Танджиро, твою ж налево! Ты просто ОБЯЗАН пойти к нему! ОБЯЗАН, ПОНИМАЕШЬ?! — орал на всю школу Зеницу. -Нет, ни за что! — с виду вечно спокойный парень, который и мухи не обидит, отвечал криком на крик. Сказать, что одноклассники парней аху…офигели от этого, не сказать ничего. Парень, чьи волосы были похожи на вино, выбежал из класса и помчался на крышу так быстро, как только мог, но Хашибира всё же был сильнее и быстрее мальчишки, поэтому догнать его не составило большого труда. Придя на крышу, синевласый отправил сообщение в их личную беседу. Когда все пришли, а подтянулся ещё и младший Шинадзугава, снова начались уговоры. -Давай же! — уже не выдержал и Иноске. -Давай-давай-давай! — начал подбадривать и Генья, который обычно ничего подобного не делает. Ему и не плевать, и лезть в это сильно не хочет, просто наблюдать со стороны, в большинстве случаев, его устраивает. Он сам погряз в своих желаниях, как в де…: чувствовать что-то подобное по отношению к своему родному брату равносильно смерти, ибо ты понимаешь, что об ответных чувствах и думать не стоит. -Так, всё, перестаньте! Схожу я! Честно! Даже цветы куплю, наверное… — все фразы были произнесены громко и чётко, а вот последняя шёпотом, посему никем не услышана, кроме Зеницу, он то парень с острым слухом. -А что насчёт вас, ребята? У вас что-нибудь наклёвывается? — с ехидной улыбкой спросил «златовласка». -У меня всё так же, как и раньше. А что вы хотели? Я в который раз вам говорю, что не может у нас с Санеми быть никаких отношений, кроме тех, что есть между братьями. Он никогда не будет любить меня так же, как люблю его я… — с глубокой печалью сказал младший Шинадзугава. -Генья, может всё намного проще, чем ты думаешь? Может ты ему нравишься? В любом случае, может стоит попробовать признаться? — начал было размышлять Танджиро. -Чья бы корова мычала. Мне, значит, говорит: «признавайся», а сам уже который год сохнешь по учителю, который ведёт ненавистный тебе предмет, и рассказать не можешь. Я всё понял, засранец. -Давайте не будем ругаться? Что насчёт тебя, кабан? -А что я? Я ничего! -Ага, как же. Мы видим, как ты смотришь на Аой. -На эту девчонку, похожую на мамочку? Ну не. -Перестань отрицать. По тебе всё видно, Иноске. — спокойно говорил Танджиро. В это же время за дверью. -О чём они там говорят? Обо мне что ли? — думала про себя Канзаки, прячась за дверью, ведущей на крышу. — Ох, ну и задам же я им трёпку. — Стоило ей начать выходить из своего укрытия, как послышался крик Хашибиры. -ДА, ЛЮБЛЮ Я ЕЁ, ЧТО ВЫ МНЕ СДЕЛАЕТЕ? НО…Но Аой никогда не будет любить такого оболдуя, как я. Мне прекрасно известно, какие парни её привлекают. Для меня в её сердце нет места. -Иноске… — Послышалось позади парня. Когда он повернулся, то увидел ошарашенное лицо девушки, стоящей в открытой двери… Сердце обоих пропустило удар: у Аой из-за признания в ответных чувствах, а у Иноске из-за того, что теперь благодаря ему их дружба разрушена, что он не сможет быть рядом с ней. -Э…это не то, что ты п… — парень запнулся, увидев слёзы с улыбкой на лице. — Ты почему плачешь? Зачем? -Я…я тоже тебя люблю… Минутный шок каждого из присутствующих. Никто не говорил. Все, как самые настоящие идиоты, сидели на крыше с открытыми ртами. Их мысли читались по лицу: «ЧЕГО?!» Синевласый не успел ничего сказать своей возлюбленной, потому что стоило ему начать вставать, как девушка развернулась на сто восемьдесят градусов и, чуть не упав с лестницы, побежала «куда глаза глядят». Иноске, извинившись перед друзьями, погнался за ней. -Вы тоже это слышали? — в явном шоке спросил Зеницу. -Ага… — будто находясь где-то в прострации ответили оставшиеся два парня. Уже пять минут они сидели в полнейшем шоке, пока из «транса» их не вывел голос Танджиро. -Слушай, Зеницу, мы всё говорим о наших отношениях, чувствах, а ты про свои не заикаешься даже. Что за несправедливость? -А, ну…мне пора! — уже было сорвался с места кареглазый, но его схватил за руку младший Шинадзугава. -О, нет, дружище, ты нам всё расскажешь. — с ухмылкой самого Сатаны сказал Генья. Буквально пнув Агацуму обратно на пол крыши, как бы парадоксально это не звучало, они начали смотреть на него испытывающим взглядом. -Ладно-ладно! Танджиро, только не злись… -На что я должен злиться? — и тут до него дошло. — НЕЗУКО?! -Я…извини… -Так это же замечательно! Я очень рад! И только офигевший от жизни Генья сидел с каменным лицом, размышляя о том, что только его любовь действительно может остаться неразделённой. -Завидую я вам. — сказал младший Шинадзугава, смотря в пол, пока эти двое прыгали от счастья. -Генья… — произнесли они хором. -Нет, всё в порядке. — он встал, улыбнувшись, и ушёл, оставив своих друзей наедине. Тем временем возле старых классов. -Не подходи ко мне! Не беги за мной! — кричала Аой, пытаясь убежать от Хашибиры. -Да почему? -Я не хочу тебя видеть! — эти слова заставили Иноске остановиться. -Хорошо, я уйду, раз ты так этого хочешь. — развернувшись на пятках, он пошёл к лестнице на первый этаж Аой тоже перестала бежать, когда оглянулась, увидела уходящего от неё Хашибиру. -Нет… — она осознала, что своими словами ранила своего возлюбленного в самое сердце. — Иноске, я просто не могу смотреть тебе в лицо! Я очень сильно смущаюсь, когда делаю что-то подобное. Даже не дослушав толком, парень оказался рядом с девушкой. Он обнял её и произнёс такую желанную фразу: -Я тебя не отпущу. Никогда. — шептал он ей на ухо из-за чего у Аой пробежали мурашки по спине, а ноги перестали держать. — Эй, не смей тут сознание терять! Не смей! Но душа голубоглазой уже была на седьмом небе от счастья, посему слышать она его не могла. Иноске поднял её на руки. Каждая девушка мечтает о том, чтобы её носил на руках, как принцессу, возлюбленный. И мечта Аой сбылась. -Так, давай зайдём сюда. Просто, насколько я помню, медсестра и учителя ушли… Он аккуратно открыл дверь в старый, забытый всеми класс, но увиденное повергло и его, и пришедшую в себя Аой в ужас…