Люди нового мира не скучают по Jump’у

       - ... ты говорил, что ездил в Африку изучать эболу. Кто помог тебе? Финансово.       Сенку слушал неторопливую речь собеседника и мягко улыбался. Несмотря на тему обсуждения, спокойная беседа позволяла на время забыть разногласия и почувствовать понимание. Он ощущал себя свободно и знал: чем бы ни закончился их разговор, никакого вреда ему не причинят.        - Я знаю, к чему ты клонишь, - напомнил он. - Отчим.        - Во взрослой жизни грант получить тяжело. Их выдаёт правительство, если есть бюджет, или компании, если твои исследования «подтвердят» полезность того, что они производят или продают. Другими словами, если они смогут использовать твои исследования в качестве рекламы. Была создана культура потребления, придумана несуществующая ценность...       Цукаса говорил о многих вещах, о существовании которых Сенку знал и о которых предпочитал лишний раз не задумываться. Как и прежде, он считал, что будущее за наукой, но не предполагал, что прогрессу могут целенаправленно мешать. В его представлении это не было возможным.        - ... урезали бюджет на здравоохранение и образование. Врачи не спасали всех. Царило всеобщее равнодушие, погоня за общественным одобрением в социальных сетях, которое превратили в количественную величину. Важные новости терялись в информационном шуме...       Сенку на миг уловил в его голосе изменение интонации и понял: здесь определенно было нечто личное, и он, помня историю сильнейшего старшеклассника после его первой разбитой статуи, завершил этот паззл.        - Ты занимался наукой, жил в уюте и вряд ли замечал всё это. И вряд ли заметил бы после, поскольку твою деятельность активно спонсировали. Хорошо, что у тебя всё так было. Только ты, желая пробудить всех людей, не задумываешься, как они будут жить в этом мире.        - А ты, - мягко уточнил Сенку, не прекращая улыбаться, - никогда не ошибался в своих решениях?       Цукаса промолчал; его настроение, резко сменившееся со спокойного на хмурое, передалось и молодому учёному. Тишина между ними длилась долго, и Сенку, разморенный горячей водой, не мог после сказать точно, услышал он ответ сквозь дрёму, или слова ему просто приснились:        - Есть кое-кто опаснее меня. И есть кое-что, о чём ты пока что не знаешь. Я предотвращу возможность жертв, насколько смогу.       ***       После того, как Сенку отправили в изобретательную и велели не высовываться («До тех пор, - таинственно заявил Аки, - пока твоя вина не будет доказана или опровергнута»), он обнаружил, что свёрток с дарами из деревни Ишигами исчез, и впал в размышления. На его вопросы и уточнения больше не отвечали, зато развеяли опасения насчёт возможности встречи с копейщиком: из-за того, что Хьёга признавал только достойных его видения игроков-бойцов, в «хозяйственную часть» цитадели, где разместили неказистую постройку для молодого учёного, заходить брезговал. Единственное, угрозу представляла его спутница, розоволосая гимнастка Хомура: она, по словам Юкио, была способна двигаться бесшумно даже для его тонкого слуха, а потому лучник отправился присматривать за ней.       Лишённый наблюдателей и возможности участия в событиях, Сенку некоторое время анализировал полученную информацию о происходящем в «царстве силы» и за его пределами, обдумывал свои дальнейшие шаги, вспоминая основные моменты разговора с сопротивлением:        - ... марафон тоже для этого был?        - Конечно. И за тобой присматривали, и за своими. Мы пытались выяснить, поддерживает ли кто из цитадели Хьёгу, поэтому, отправив тебя на источники, Цукаса разбил нас на рабочие группы, где находились и доверенные люди, и мирные, и предполагаемые диверсанты.        - Мы можем об этом тебе говорить как и Юкио, - заметил тогда Тау, - поскольку предводитель не против. Но мы не знаем, что случилось на источниках. После того, как Хьёга избил нашего товарища за неповиновение и ушел от твоего двойника, он, как и предполагалось, засомневался и отправился к горячим ключам. Мы надеялись, что на этом всё и разрешится, но увы. Что там произошло, знает только Минами. У нас не было возможности связаться с ней. Получается, ничего для тебя, учёный, не изменилось. Ты ведь знаешь, кто главный интерес предателя?       Безусловно, Сенку знал, и знание это не обнадеживало.       ***       Занятия, достойные его внимания, закончились; караульных вроде как тоже не было: ночью его никто не беспокоил сказаниями у костра, но и уснуть Сенку не мог. Слова Юкио о том, что Цукаса и Хьёга, несмотря на старшинство и видимое равенство в убеждениях, преследуют разные цели, заставили задуматься о том, почему ему изначально всё не рассказали и почему его сделали лишь приманкой, которая могла бы вывести предателя из тени, а не действующим лицом, способным реально помочь. С другой стороны были жители деревни, замешанные в этом; телефон, когда он с Хромом и Магмой уходил в экспедицию за материалами, не был до конца готов, они не успели передать его Тайджо и Юдзурихе, а потому вопрос связи оставался открытым. В чем суть сделки между империей силы и деревенскими, о чём они договаривались с Хьёгой и на каких условиях? И почему его не поставили в известность, если их широкий жест в виде дарения его Цукасе на деле, если верить сопротивлению, оказался шагом к спасению? И о чём думают эти чёртовы идиоты, устраивая в каменном веке ложе для свиданий, не имея в распоряжении средств контрацепции, толковых врачей и простейшего понимания того, что они ещё не готовы к рождению новой жизни в условиях аборигенской пляски?..       Сенку не уловил момент, когда его размышления об истинных мотивах друзей ушли в сторону предположений о практике акушерства в дикой природе, а в мысли о последствиях неясных договоренностей тайных заговорщиков ворвалась изящная блондинка, обнимающая руку сильнейшего старшеклассника, и желающая ему, Сенку, доброго утра, и интересующаяся у него, Сенку, хорошо ли ему спалось на широкой постели, ведь она, Минами, собирается разделить её с...       Этот бред следовало немедленно остановить, и Сенку, испытывая иррациональное раздражение к девушке, которую не знал, желая прийти в чувство, ударил кулаком стену.       Если чужое счастье беспокоит тебя, то это тво...       Тупость, улыбался он, вспомнив амбала, который был готов крушить всех и каждого, не разобравшись в ситуации, передается воздушно-капельным путем.       Это точно не его проблемы, это никогда его не касалось и не должно касаться. Он заложник каменного века и людей, рассматривающих его как... Рассматривающих его как...       Тут он внезапно понял, что ощущает на себе чей-то пристальный взгляд. Сенку медленно убрал ноющую от напряжения и удара руку за спину, будто стараясь скрыть несвойственные ему слабость и эмоциональность, и осторожно повернулся к окну. Там, на фоне проясняющегося неба, темнела маленькая округлая фигурка. Заметив, что её обнаружили, она кувырком спрыгнула на пол, и сердце Сенку, предвкушающего последствия этой встречи, приятно ёкнуло.        - Мне так жаль, что мы не смогли всё объяснить сразу! - в срывающемся шёпоте слышались едва сдерживаемые слезы. - Я так счастлива, что нас не обманули, что ты жив и в порядке! Сенку! - всхлипнула она, и молодой учёный был готов сам прослезиться от искренности в её старательно-тихом писке. - Детектив Суйка... Пришла на помощь!