Его сокровище

      Хотя желания просыпаться не было никакого, а тело продолжало стонать из-за стрессов и напряжений, к которым прибавлялись травмы, полученные в ходе взаимодействия с мифическим живым организмом, Кэйа был вынужден подняться с первыми лучами солнца. Ему предстояло сделать ещё много работы по обустройству нового «жилища», а заодно разобраться с говорящей рыбой, обиженно дувшейся под корнями. Когда вчера он вылавливал жителя сказок из водоёма, то совершенно не думал о том, что собирается с этим приобретением делать. В голове звучал призыв наивного ребёнка, пускающего слюни на человека с рыбьим хвостом. Ради этого капитан пересёк ни один океан и потратил ни одну тысячу монет, чтобы укомплектовать любимый корабль и обновить команду. Однако теперь, с тяжеленной рыбой на руках, с потопленной «Прекрасной Еленой», оставленный где-то на необитаемом острове он растерянно пожимал плечами и понимал, насколько глупой была вся эта затея. Даже если бы хоть одна из легенд оказалась правдой, она не смогла бы вытащить капитана обратно в человеческий мир. Но зато как ликовало самолюбие! Поймать живую русалку! Глядя на упрямо молчащего пленника, парень не мог сдержать улыбки. Он не собирался потакать чужим закидонам, поэтому предпочёл молчать, пока рыжий первым не подаст голос. Опасения, мучившие его перед сном о том, что русал умудрится порвать сковывающие путы и задушить мучителя, не оправдались, поэтому пират расслабился и позволил себе покинуть небольшой лагерь, чтобы прошерстить знакомый берег на наличие полезных вещей с корабля. За пару часов блужданий он наткнулся на несколько целых шмотов верёвок, бесполезный отсыревший пистолет и полупустую бочку солонины. Мясо парня особенно порадовало, и он поспешно приволок находки к дереву, слегка перекусив по дороге. Там капитан сразу обратил внимание на след, тянувшийся от ямы узника. Рыбный приятель, видимо, решил сбежать, но на первой же корневой преграде повернул обратно. Запах солонины тут же привлёк внимание неудачливого беглеца, но при взгляде Кэйи он нахмурился и отвернулся, продолжая играть в молчанку. Чтобы непокорный герой не слопал запасы еды во время гордого одиночества, бочку юноша упрятал подальше. Он попытался разобраться и с пистолетом, но быстро понял, что это бесполезно, да и пороха достать было неоткуда. Пришлось его просто выкинуть. Пока солнце не успело войти в полную силу, капитан ещё немного поизучал песчаные дюны, но нашёл только доски и клочки ткани паруса. Русалки в бухте упоминали каких-то стражей. Наверное, те хорошенько почистили последствия крушения и разобрали интересные и полезные вещицы по домам. А так было бы приятно получить хотя бы тупенький поломанный ножичек, но пришлось смириться и возвращаться с пустыми руками. Теперь, когда берег был зачищен, перед выжившим открывались красоты и секреты местной природы. Ему очень не хотелось рисковать и пробовать на вкус незнакомые плоды, тем более, что теперь в запасе имелось немного солонины, так что эту часть Кэйа оставил на потом, рассчитывая на помощь хвостатого товарища. Последний продолжал дуться, подобно ребёнку, так что хозяину лагеря пришлось всё-таки брать инициативу на себя. Встав к дереву лицом и глядя вверх на крону, он тяжело вздохнул.       — Эх, Кэйа, тяжело тебе будет на острове.       — Мне неинтересно твоё имя, — тут же послышалось сзади. Русал только и ждал подходящего момента, чтобы вставить что-нибудь высокомерно пренебрежительное, и вот он звёздный час настал. Настоящий ребёнок!       — Разве я говорил с тобой? — удивлённо спросил пират, поворачивая голову, но тут же морщась от боли в шее. Неплохо бы было сейчас отхлебнуть из бутылки рома, чтобы поправить здоровье, но таковой в песке не обнаружилось, что приблизило пострадавшего на несколько больших шагов к депрессии.       — Ты обещал развязать меня, — недовольно напомнил рыжий и поднял руки, демонстрируя лианы.       — Да, но потом я вспомнил, как ты пытался меня задушить, а затем угрожал выпотрошить, и передумал, — юноша пожал плечами. Ещё сильнее оскорблённый русал снова оскалился и ушёл в игнор до самого вечера. Не отвлекаемый больше ничьими требованиями Кэйа походил по округе, изучая тропы, оставленные местным зверьём; натаскал листвы для спального места и пособирал ещё больше фруктов. Остров этот, хоть и был необитаемым, оказался достаточно приятным и гостеприимным. За всё время парень не встретил ни одного крупного хищного зверя, представляющего опасность. В основном тут проживали причудливые птицы и пресмыкающиеся (преимущественно цветные ящерицы, все меньше ладони), пару раз он замечал некрупных обезьян или лемуров, быстро скрывающихся в кронах при появлении чужака. Обильна земля оказалась и пресной водой, что было весьма странно. Кэйа долго принюхивался к источникам, пытаясь убедиться в их безопасности и пригодности для питья. Последние сомнения развеивались, когда он обнаруживал лягушек или зверей, приходивших на водопой. К сожалению, у парня совсем не имелось никаких сосудов, поэтому приходилось пользоваться свёрнутыми чашечкообразными листьями и крупными бутонами цветов, правда от некоторых вода меняла вкус и цвет, так что Кэйа их сразу выкидывал. Пока он ходил туда-сюда, хвостатый молчал, лишь изредка кидая грозный взгляд. Капитан на это реагировал милой улыбкой, так что обиженный сразу отворачивался. Только вечером пират позволил себе присесть и спокойно погреться у огня. Приятная атмосфера или здравый смысл заставили-таки рыбное недоразумение оттаять.       — Эй, Кэйа, водоросль ты сгнившая, и долго планируешь меня так держать? — хотя начало звучало не слишком дружелюбно, пират решил поощрить инициативу и одобрить использование имени.       — Ну, пока не умру или не выберусь с острова. Мне же нужна компания, чтобы с ума не сойти. Всегда мечтал о личной русалке, — насмешливо отозвался хозяин положения, прикрывая глаза, чтобы сполна насладиться ароматом сочных фруктов. Ответ пленника явно не устроил, ибо сзади послышалось недовольное бултыхание.       — Тебе голову отсекло кораллом? Я не игрушка!       Чтобы рыжий не выплескал из ямы всю воду в порыве возмущения, пришлось парню отложить свой скромный ужин и подняться. Возвышаясь над бунтующим с уставшей улыбкой, он поздно заметил, что хвостатый успел освободить руки, видимо, перекусив лианы своими акульими зубищами. Резкий скачок назад не дал необходимого результата, потому что рыбина среагировала быстрее и схватила пирата за ногу, роняя того на землю. Стоило Кэйе в очередной раз больно удариться головой о землю, скользкая туша уже навалилась сверху и оскалилась, демонстрируя своё главное оружие. Парень, не подумав, резко выставил перед лицом руку, как делал однажды в детстве, защищаясь от соседской собаки. Пёс тогда от страха вцепился в кисть, но быстро ретировался, когда мальчишка закричал; русал же испуганно отстранился, как в прошлый раз, когда слишком сильно сдавил шею упавшего. Впрочем, даже его замешательство в этот раз не помогло. Из-за невыносимой головной боли юноша едва мог соображать, какой там двигаться! Заметив это, морской житель быстро схватил обе руки пострадавшего и впечатал их в землю, сильно сдавив, подводя лицо с набором острых лезвий к самому носу капитана.       — Ты отнесёшь меня обратно, иначе я размажу твою голову по корням!       У парня перед глазами всё плыло, слова воспринимались через одно, а мысли в голове танцевали, словно после нескольких бутылок алкоголя. Картинка стабилизировалась раньше всего остального, поэтому сорвавшаяся с губ фраза совсем не предполагалась хозяином:       — Пожалуй, ты тоже симпатичный, — брошенная глупость позволила Кэйе вернуть способность мыслить, и, очнувшись, он не без удивления обнаружил перед собой ошарашенной красное то ли от злости, то ли от смущения лицо чешуйчатого.       — Ты… не смей терять рассудок, пока не вернёшь меня в воду!       Относительно соображающий пират, понимающий безвыходность положения, решил применить свою любимую тактику, действующую обычно на юных девиц.       — Попроси, как следует, тогда, возможно, я тебя отпущу.       Рыжий ещё сильнее покраснел, почти сливаясь со своими волосами, и сжал зубы. Он видел, в каком состоянии пребывает его единственное средство передвижения, и остерегался применять силу, но чувство собственного достоинства требовало убить наглеца на месте. Поэтому русал колебался, не зная, что предпринять дальше. В конце концов он сдался и освободил «охотника на мифы», но последний не спешил вставать, понимая, что любое движение сейчас может привести к полной отключке. Его медленные движения раздражали нетерпеливого пленника, но он помалкивал ровно до того момента, пока не увидел что-то в чужих волосах. Кэйа мог только наблюдать, как беспокойство на лице юноши сменяется уверенностью, как напрягаются покрытые слизью мышцы, как рука снова тянется к его горлу. Наблюдать, но не препятствовать, ибо все силы были направлены на то, чтобы уже в сотый раз за пару дней не скопытиться на месте. Пират почти слышал хриплое дыхание смерти над своим ухом, но позже он понял, что это была лишь иллюзия, порождённая уставшим мозгом. Крепкие пальцы знакомо сомкнулись на шее, последовал довольно резкий и неприятный рывок, и русал впился в губы капитана, агрессивно пропихивая в чужой рот свой мягкий рыхлый язык. Такой опыт порадовал бы в другой ситуации, но сейчас парень думал только об острых зубах и каких-нибудь иных способах убийства, практикующихся русалками. Около тридцати секунд рыбина держала свою жертву, пока последняя не почувствовала странный прилив энергии и не оттолкнула рыжего, поражаясь резкому улучшению состояния. Кэйа удивлённо несколько раз сжал и разжал кулаки, чувствую, как мышцы наполняются силой, похожей на ту, что он обладал год назад, когда таскал ящики с корабля на берег и обратно; затем он проверил шею, переставшую болеть, и голову, с которой пропали все шишки и повреждения (осталась только кровь, засохшая ещё со вчерашнего утра, и свежая, появившаяся в результате падения).       — Неужели реально работает? — недовольно прошипел затихший русал, наблюдая за чужой реакцией. Капитан тут же поднял на него взгляд, требуя пояснений, но мгновенно опомнился и отдёрнулся подальше, чтобы безопасно подняться. Хотя рыжий больше не выглядел агрессивно, парень приметил лежащую рядом палку и напрягся, готовясь схватить её в случае надобности.       — Что ты сделал? — строго спросил Кэйа, абсолютно не доверяя морскому чудовищу. Последний лишь хмыкнул и ударил хвостом по воде.       — Как следует попросил, — ответил он, выставляя вперёд руки. — А теперь в море. Живо!