his last letter.

Следующие дни для Драко проходили в бешеном, но однотипном ритме: дом — клуб — дом. Кажется, он уже потихоньку начал привыкать к такому круговороту жизни. Забини беспрекословно выполнял все просьбы своего босса и был по большей части занят тем, что происходит в зале и находился постоянно у всех на виду, в то время как настоящий владелец был полностью погружён в документооборот и практически всё время проводил в своём кабинете. Дела шли в гору, причём максимально стремительно, и юношам пришлось привлечь ещё несколько проверенных людей на постоянную работу в клубе, но и это не било по карману, хотя Драко это не заботило от слова совсем. И вот настал долгожданный выходной, который Драко решил взять только тогда, когда был полностью уверен в том, что без него не произойдёт ничего сверхъестественного. Но если в рабочей сфере всё хорошо, то в личной обязательно должно было что-то случиться. Именно так и считал юноша с платиновыми волосами, когда проснулся ранним утром, наскоро приняв душ спустился на первый этаж для того, чтобы позавтракать на своей, теперь уже любимой, террасе. Как ни странно, погода располагала для этого. Приятные лучи солнца сразу же окутали юношу, когда он выбрался на улицу, но поскольку время было совсем раннее, то и тепла практически не чувствовалось, за то свежесть и лёгкая прохлада была до мурашек блаженной. — Это ли не есть доброе утро. — мысленно проговаривает сам себе Драко и занимает своё привычное место в плетёном кресле, попутно вдыхая аромат свежезаваренного кофе, что исходил из чашки, которую блондин держал в руках. Прикрыв глаза, парень откинулся на спинку кресла и полностью расслабился, но и это не продлилось долго, поскольку откуда-то из-за спины послышался тихий хлопок. — Фрэнки, только не говори, что ты решил мне испортить настроение. — лениво сказал Драко, не открывая глаз. — Я лишь принёс почту, Хозяин. — делая несколько шагов к креслу Малфоя, проговорил домовик своим привычно приглушённым тоном. — Оставь на столе. — махнув в сторону свободной рукой, отозвался Драко и наконец распахнул серые глаза, мимолётно окинув эльфа взглядом. — Что-то ещё? — Боюсь, что да, сэр. — раскладывая несколько писем на столе по мере их важности и оставляя одно в маленьких руках, сказал Фрэнки. — Вы должны взглянуть на это. — Салазар, только не говори, что это то, что я думаю. — заметив на пергаменте печать Министерства Магии, не скрывая раздражения, сказал блондин и, уже ставя на стол чашку из которой так и не успел сделать и глотка, протянул руку, куда домовик незамедлительно вложил письмо. — У них там чуйка что ли? Ни на день раньше, ни позже. — Наверное, это что-то важное. — сложив ушки пролепетал эльф и, не дожидаясь ответа от своего хозяина, растворился в воздухе, оставляя слизеринца наедине со своими мыслями. Предчувствие от том, что если одно идёт хорошо, то другое по-любому пойдёт иначе, не обмануло юношу и, пока он распечатывал конверт, то невероятное чувство настороженности с небывалой силой возрастало, где-то в глубине его сознания. Но ведь не может быть всё настолько плохо, верно? « Малфой, я надеюсь ты перестал злоупотреблять огневиски и готов встретиться со мной. Дело крайней важности иначе я бы не стал настаивать, посему я прибуду к тебе домой в 11:30, сегодня.

Глава Аврората: Г.Поттер. »

— Серьёзно, мать твою? — бросая пергамент в сторону разочарованно говорит Драко и шустро глядит на наручные часы. Стрелки показывали 11:24, что только ещё больше выводило из себя слизеринца. — Надеюсь, это действительно, что-то важное, иначе Авада в его тупую голову обеспечена. Понимая, что времени осталось в обрез и Избранный вот-вот появится на территории владений слизеринца, Драко, не став терять и секунды, решил привести себя в более подобающий вид и сменить свои пижамные штаны, в которых рассчитывал провести свой выходной на что-то подходящее к этой нежданной встрече, и отправился обратно в свою комнату, где наспех распахнув шкаф, выбрал одежду. Как ни странно, выбор в который раз пал на более маггловский стиль и уже через несколько минут по лестнице спускался на вид самый обыкновенный человек в белой футболке и серых спортивных штанах. Ну не костюм же носить дома, да ещё и в жару. Заскочив на кухню, блондин включил чайник и направился в гостиную, где предположительно и должен появиться нежеланный гость с минуты на минуту. И, как только блондин занял кресло, удобно в нём устроившись, по всей комнате сверкнула вспышка зелёного пламени, и в камине появился Гарри Поттер собственной персоной. — Ты всегда такой пунктуальный, или сразу меня выбесить решил? — усмехнулся Драко, решив, что лучше сразу показать всё своё недовольство присутствием гриффиндорца в его доме. — А ты всегда такая заноза в заднице, или только со мной так разговариваешь? — не уступая блондину, отозвался Гарри и, смахивая с тёмной мантии мелкие пепелинки, двинулся в помещение, попутно рассматривая гостиную. — Оставь эти попытки и давай ближе к делу, Поттер, у меня нет времени на это. — закатив глаза, бросает Драко и внимательно рассматривает своего гостя. Судя по его нервным движениям и бегающим глазам, тот был не настолько уверен в себе, как например в школьные годы, когда они пересекались, а это могло значить лишь то, что сейчас будет крайне отвратительный диалог. — Что ты знаешь о приговоре своего отца? Насколько я понял, ты сбежал в самый разгар битвы. — заходя издалека, начал говорить гриффиндорец, присаживаясь на соседнее кресло. — Кроме того, что было в Пророке - ничего. — решив не лукавить, проговорил Драко, не совсем понимая при чём тут вообще Люциус. — Значит, ты вообще ничего не знаешь. — проведя ладонью по лицу, ответил Гарри и, отведя взгляд, продолжил. — Тогда я введу тебя в курс дела и ты всё поймёшь. — негромко вобрав в лёгкие воздуха, Избранный перевёл беспокойный взгляд на блондина и столкнулся с ним взглядом. — Твоего отца приговорили к двадцати годам Азкабана, но ты и сам знаешь, что такой ранее влиятельный человек не мог остаться без хороших друзей, ну или без тех, кого он успел подкупить. За несколько дней до открытия "Иллюзии" Кингсли вызвал меня в свой кабинет и оповестил, что старший Малфой требует моей аудиенции и это, мягко говоря, было не самой радостной новостью... — Ближе к сути, Поттер, я начинаю засыпать от скуки и твоего унылого голоса. — с сарказмом перебил его Драко, стараясь за этим скрыть подступающее волнение, ведь тема разговора была не из приятных и он по-прежнему не понимал, что от него хочет Гарри. — Хорошо-хорошо! — закатывая глаза, отозвался темноволосый. — В общем, мы не знаем, каким образом, но твой отец смог добиться пересмотра дела и суд назначили на вторник, то есть через два дня и, как я понял, ты - наш единственный шанс добиться признания его виновным во всех деяниях, а иначе... — взъерошив ладонью и без того беспорядочные волосы и собираясь с мыслями, Гарри отвёл взгляд в пол. — Иначе он просто выйдет на свободу. Драко потребовалось несколько секунд для того, чтобы переварить информацию и почему-то ему казалось, что Поттер всё равно что-то не договаривает, ведь попросить его выступить, как свидетеля в суде можно было и в письме, а тут личная встреча, да и в голосе гриффиндорца он отчётливо слышал волнение, которое пока что не было оправдано сказанными словами. — И сколько вы хотите добавить ему? Ещё двадцать? — держа эмоции в узде, спокойным, ровным тоном спрашивает Малфой. — Не совсем... — явно нервничая и понимая, что такое просить вообще не стоит и зря он вообще сюда пришёл, отвечает Гарри. — Свобода или Поцелуй Дементора, Малфой. — на выдохе заканчивает Мальчик-который-выжил. Вдох. Блондин старается до последнего убедить себя, что ему просто послышалось и он поднимается с места, начиная ходить по гостинной туда-сюда. Мысли, словно разбитый пчелиный улий, зароились в голове, и каждая из них была абсолютно противоречивой. Да, он ненавидел отца, чёрт, да он бы сам при удачной возможности кинул в него Непростительное, но это были лишь мысли, а не реальность. Выдох. Драко останавливается и взгляд серых, темнеющих с каждой секундой, глаз скользит по Поттеру, а тот в свою очередь, будто выпал из реальности и превратился в игрушечного, неподвижно сидит и, кажется, даже не моргает. Чего он ждёт? Согласия? — Ты ебанулся? Хотите, чтобы я убил своего же отца? — на этот раз эмоции не удалось держать под контролем, а злость, которая начинала бурлить внутри слизеринца, вот-вот станет осязаемой. — А вы значит, святоши, не можете справится даже с одним Пожирателем? Как вы вообще победили Тёмного Лорда, если не можете без помощи усадить виновного в Азкабан?! — Ты же ненавидишь его, Малфой! Просто подумай, что он уже сделал с твоей жизнью и подумай, что он сделает, когда окажется на свободе. Тем более, после Азкабана не каждый возвращается в здравом уме, вспомни только свою покойную тётку. Что будет, если и Люциус потеряет рассудок? Ты же первый попадёшь в этот круговорот, и никто не знает, чем это всё... — Заткнись. — предупреждающе сказал Драко, понимая, что ещё чуть-чуть, и ситуация выйдет из под контроля. — Ты хочешь снова быть у него на побегушках, как паршивый щенок? — продолжал давить по самым оголённым, будто высоковольтный провод, точкам Гарри и поднялся с места, вставая напротив слизеринца и устремляя взгляд зелёных глаз прямо на него. — Заткнись, Поттер. — практически шёпотом отзывается Малфой, и видит Мерлин, его тон был почти один в один с шипением змеи. — Ты снова потеряешь всё. — тем же шёпотом говорит Гарри. — Ты снова станешь пешкой. И это стало последней каплей в терпении Драко, эмоции взяли верх и, попутно со всплеском злости и обиды, его рука сжимается в кулак и со всей силы вбивается в лицо напротив. Гарри, не ожидающий подобной выходки от блондина, не успевает увернуться, и удар приходится прямо по носу. Слышится хруст кости, а следом за ним по коже Избранного струйками начинает стекать кровь, каплями пятная мантию. — Пошёл вон. — всё ещё сжимая руки в кулаках, отчётливо говорит Драко. Почему-то он был уверен в том, что драка не будет развиваться дальше, и Поттер понимает, что попросту перешёл ту грань, которой нельзя касаться. — Ты и сам понимаешь, что выбора нет. — рукой закрывая разбитый нос, проговаривает Гарри и, не став ждать ответа, скрывается в камине, тихо пробормотав нужный ему адрес, и только когда языки зелёного пламени полностью поглотили гриффиндорца, Драко закрывает лицо ладонями и так остаётся стоять на месте, абсолютно не зная, что ему делать дальше. Было по истине абсурдно взвешивать все за и против того, что предложил Поттер, но оставлять без внимания, в очередной раз пуская всё на самотёк, не хотелось. Ещё совсем недавно Драко думал, что пережил тёмные времена своего существования, но жизнь будто насмехается над ним и подкидывает всё новые и новые испытания, будто он без этого мало дерьма хлебнул. Продолжая стоять столбом на одном месте посреди гостиной, Драко совсем не обратил внимания, что в камине снова загорелась яркая вспышка, но на этот раз это был не Поттер, оно и к лучшему. Лишь когда по помещению отчётливо раздался звук вышагивающих об пол каблуков, Малфой убрал ладони от лица и перевёл взгляд на источник звука. — Эм, привет? — негромкий девичий голос окончательно выбросил блондина из размышлений. — Мерлин, что с тобой? — подходя ближе, окидывая слизеринца взглядом и заметив кровь на его руке, проговорила Астория. — Это... Ничего страшного. — пряча руку за спину, наконец-то подал голос юноша. — Ты что-то хотела? — Ты забыл? — наигранно надувая губы и останавливаясь в одном шаге от него, сказала Тори. — Малфой, блин. — Забыл что? — удивлённый взгляд, направленный на девушку, кажется, только усугубил ситуацию. — Я заходила к тебе в клуб позавчера и ты сказал, что мы проведём твой выходной вместе. — пока тот собирал свои мысли и думал, что ответить, Гринграсс не теряла времени и с лёгкостью схватилась за локоть блондина, заставляя того показать ей руку. — Что это? — рассматривая уже порядком опухший кулак и мелкие капли крови на бледной коже, спросила девушка. — Чёрт, я и вправду забыл. — понимая, что не помнит этого диалога от слова совсем, потому что был слишком занят для того, чтобы слушать. — Это сломанный нос Поттера. — ухмыльнувшись, он мягко переплетает свои пальцы с её, не обращая никакого внимания на ноющую боль. — Прости, я в последнее время по уши в работе и голова забита совсем другим. Близость с ним всегда моментально сносила ей крышу и всё остальное, чтобы там ни было, сразу, будто по волшебству, отходило на задний план. Драко был для неё необъяснимым притяжением, и оказавшись в его власти раз, она больше никогда не сможет выплыть из этого омута. Взгляд опускается на их руки, его как всегда прохладные, словно снег, да и по цвету подходили, и её практически такие же, только на пару градусов теплее. Слабая улыбка касается лица девушки, но всё-таки интерес никуда не пропал, только вот не было никакой уверенности в том, что Малфой вот так просто всё расскажет. — Не хочешь поговорить об этом? — совсем тихо, будто боясь спугнуть или разрушить момент, говорит Астория и заглядывает в глаза, которые всегда были будто стальными. И как он это делает? — Он заслужил то, что получил. — уверенно отвечает Драко и, сделав шаг, опускается в кресло, затягивая хрупкую девушку за собой и плавно усаживая её на свои колени, а та и не была против. Малфой не знал, в какой именно момент забил на свои же собственные ранее принятые решения и всё же позволил этой девчонке забраться в его голову. Он знал о её чувствах ещё со школы, но никогда не испытывал чего-то подобного по отношению к ней, но и сказать, что Астория всегда была ему безразлична тоже не мог. Тогда почему бы не попробовать побыть счастливым хотя бы несколько минут? Просто быть с человеком который питает к тебе самые невероятные чувства и постараться не разочаровать её в ответных? Конечно, придётся много работать над собой и всё-таки в какой-то мере впустить её в свой маленький мир, но разве от этого будет кому-то хуже? Вряд ли. — В этом я и не сомневалась. А зачем он вообще приходил? — поудобнее устроившись на коленях юноши, походя на совсем ещё маленькую девочку в сильных руках, спросила Гринграсс, попутно одной рукой обхватывая блондина за шею и неспеша забираясь пальцами в платиновые волосы. Невольно Тори поймала себя на мысли, что это первый раз, когда они наедине и так близко к другу, при этом ни один из них не пьяный. Это было непривычно, но безусловно приятно. Конечно, ей было максимально важно узнать за что шрамоголовый получил по морде, но куда сложнее было бороться с разгорающимся внутри желанием, и кто знает сколько пройдёт времени прежде чем она сорвётся. — Отец добился пересмотра дела, и Поттер хочет, чтобы я выступил свидетелем, что подтвердит его полноценную вину, а если я откажусь, то Люциус будет свободен. — на одном дыхании выпаливает Драко и становится легче, пусть даже он и не сказал самого главного. — Да ты шутишь... — голос девушки дрогнул, а взгляд зелёных глаз столкнулся с серым и сразу стало ясно, что ни о каких шутках не может быть и речи. — Ему же дали двадцать лет, как вообще это возможно? — Я не знаю, Тори, но, как сказал Поттер, у него остались какие-то связи и я их единственный шанс. — руки сами собой обвили талию девушки и притянули её ближе к себе, так он чувствовал себя спокойнее. — Я не знаю, что мне делать, понимаешь? — уткнувшись носом в тонкую шею и тут же вдыхая аромат роз, исходящий от девушки, почти шёпотом проговаривает Драко. Услышав его последние слова и осознав, в какой ситуации снова оказался блондин, Астория нахмурилась. Слишком уж много сваливается на плечи этого парн. И как он с этим может спокойно спать? Находясь в крепкой хватке, она и не думала шевелиться, прекрасно зная, насколько тяжело ему даются эмоции и то, что он так запросто поделился с ней своими переживаниями, было уже чем-то невообразимым. Пальцы продолжали перебирать его волосы, давая понять, что она рядом, что он не должен переживать всё в одиночку. — Когда будет заседание? — шёпотом спрашивает она. — Во вторник. — не поднимая головы, отзывается Драко, дыханием касаясь её шеи, что моментально вызывает мурашки по всему телу, и Тори слабо дёргается. — Ты чего? — Мы что-нибудь придумаем, слышишь? Справимся со всем вместе. — слишком уж уверено прозвучал голос слизеринки, хотя Драко знал, что это ложь, соблазн на секунду притвориться и поверить в это был очень велик. — Не в тему, но мне щекотно, прости. — Вот это уж точно не в тему. — и, не видя его, она чувствует, как он улыбается. — Давай мы только сейчас не будем об этом думать, всё-таки у меня выходной и я ничерта не хочу проводить его в этом настроении. — Драко всегда оставался загадкой для всех вокруг и иногда складывалось впечатление, что внутри у него есть какой-то переключатель эмоций, и, когда ему вздумается, он просто делает щелчок, сменяя одно настроение на другое, что и произошло сейчас. — А чего ты хочешь? — на выдохе спрашивает она, чувствуя, как удары сердца значительно быстро увеличиваются. Вместо ответа губы блондина мягко касаются нежной кожи девушки и Тори забывает, как дышать, сосредоточившись на его действиях. Проложив дорожку коротких поцелуев по открытой части шеи и ключице, Драко в очередной раз улыбнулся, вновь замечая, какую реакцию вызывают, казалось бы, незначительные прикосновения. — Я и не знал, что ты такая... Чувствительная. — оторвавшись, он заглядывает в её глаза, но не видит в них привычного изумрудного оттенка, только черноту зрачка. — Всё настолько... — Просто помолчи, ладно? — уже окончательно перестав сопротивляться своим желаниям, она берёт его лицо в свои ладони и жадно впивается своими губами в его, подтверждая его мысли насчёт того, что всё действительно настолько плохо. Не успев ответить, Драко оказывается в плену её губ, отбрасывая все посторонние мысли в дальний ящик своего сознания, решив полностью растворится в этих минутах, которые посвятит только одной светловолосой слизеринке. Не разрывая поцелуя, он поднялся вместе с ней на руках с неудобного кресла и сделал несколько шагов в сторону лестницы, но чертовски не был уверен, что сможет дойти до спальни, потому что крышу начало окончательно сносить, а Тори только добавляла масла в огонь, плотно обхватив ногами его бёдра. — Если ты не перестанешь, я трахну тебя прямо здесь. — разорвав поцелуй, Драко увидел, как в глазах девушки будто черти разыгрались, а на щеках выступил румянец, который только добавлял ей сексуальности. — А я ничего и не делаю. — закусив припухшую нижнюю губу, невинно говорит Гринграсс и лишь сильнее прижимается к блондину, сквозь бельё чувствуя, насколько сильно он хочет её. — Сама напросилась. — почти что прорычал Драко и с ноги открыл находящуюся позади них дверь на кухню. Несколько шагов и слизеринка оказывается усаженной на стол, пока руки Малфоя изучают ее бёдра, попутно забираясь под платье. Не теряя времени, тонкие пальцы Астории забираются под футболку блондина и уже через секунду ненужная одежда отлетает куда-то в сторону. Робкий оценивающий взгляд и она обвивает руками его шею, притягивая к себе для нового поцелуя. Ощущая жар, исходящий от него, она с концами теряет рассудок, позволяя ему делать с ней что угодно. Пальцы слизеринца неспеша поглаживают внутреннюю сторону бёдер девушки, будто бы специально раздразнивая её ещё больше, хотя, казалось бы, она уже была готова взорваться в его руках, и когда Тори поняла, что он решил поиграться с ней, то ответный ход был сразу же переведён в действия, в виде укуса того за губу. Тихо прошипев от боли, Драко одним движением руки отводит её белье в сторону и чертовски медленно проводит пальцами по самой чувствительной точке, заставляя жалобный стон слететь с губ слизеринки. — Что-то не так? — скрывая улыбку, спрашивает Малфой, продолжая круговыми движениями массировать её. — Мстишь, да? — сощурив глаза и двинувшись чуть вперёд навстречу его руке, проговорила девушка. — Ничего я не делаю. — хохотнув, блондин убрал руки и, подцепив уже порядком надоевшее на теле слизеринки платье, потянул его вверх, после отбросил его туда же, куда ранее отправилась его футболка. — Ты красивая. — Неужели нужно было ходить рядом с тобой голой, чтобы это услышать? — усмехнулась светловолосая, пряча за улыбкой смущение. В очередной раз вместо ответа он лишь хмыкнул и подался вперёд, заставляя упереться руками на стол и чуть откинуться назад, открывая ему ранее недоступные участки тела. Драко не соврал, когда сказал о красоте, ведь на самом деле её маленькое тело с идеальной нежной кожей было прекрасной комплекции. Не слишком большая грудь, которая высоко вздымалась от её дыхания и плоский живот. Казалось бы, обыденность, но ему она казалась какой-то особенной. Склонившись, он покрыл каждый сантиметр её тела влажной дорожкой поцелуев, периодически пропуская меж пальцев её соски и чуть сжимая в ладони грудь. Тори до последнего старалась вести себя тихо, но с каждым новым прикосновением это становилось сложнее. Воздуха категорически перестало хватать, превращая её дыхание в рваные вздохи. Единственное, что ей хотелось больше всего - это чувствовать его в себе, и кажется, Драко будто бы по волшебству прочёл её мысли, потому что уже через секунду их последняя одежда была выкинута на пол. Столько раз она представляла этот момент в своей голове, но до сих пор осознание реальности терялось где-то в глубине её мыслей. Глазами она изучила каждую его частичку тела, стараясь запомнить каждый шрам, а их было немало, каждую родинку, которые слишком забавно смотрелись на такой слишком бледной коже. Мысленно она поняла, что теперь только лишь ещё больше влюбилась в этого человека, а он кажется не заметил её задумчивости и последующей улыбки на лице. Выдох и он резко входит в неё. Совсем не успевая сдержаться, Астория громко вскрикивает и понимает, что на глаза навернулись слёзы, а былое бешеное желание сменилось жгучей болью внизу живота. Мерлин, какая же она идиотка, потому что и вовсе забыла рассказать ему об этом. — Тори... — пряча эмоции куда подальше, говорит Драко. — Тихо, даже не думай что-то говорить. — быстро перебивает она его и, принимая обратно сидячее положение, не позволяет ему двинуться с места. — Просто продолжай, всё хорошо. — мягко коснувшись губами его губ, она плавно отстраняется, возвращая контроль Малфою. Несколько мгновений Драко не шевелился, давая девушке свыкнуться с новыми ощущениями. Конечно же, правильнее было не слушать сейчас лежащую под ним слизеринку и на этом всё закончить, но, когда она заглянула в его глаза, он понял, что вряд ли когда-нибудь сможет ей отказать, и только поэтому он вновь начал двигаться, на этот раз медленно и мягко, чтобы не причинить ей новый поток боли. Тори тихо выдохнула и кивнула на внимательный взгляд Малфоя напротив. Неужели ему не наплевать? Решив, что сейчас не самое лучшее время для этих мыслей, светловолосая начала слабо покачивать бёдрами в такт движениям слизеринца. От былой резкой и ноющей боли практически не осталось и следа, лишь небольшой дискомфорт, но и он с каждым новым движением внутри неё превращался в ничто, и уже через несколько минут с губ Астории сорвались первые, насыщенные удовольствием, стоны. Драко упёрся руками о стол по обе стороны от девушки, продолжая контролировать процесс и сдерживаться, насколько это было вообще возможно в данной ситуации. Задав медленный темп, он то и дело поглядывал на Тори, каждый раз убеждаясь, что с ней всё в порядке. Почему-то то боялся вновь увидеть её слёзы, но когда до его ушей донесся её первый стон, то и все мысли в голове блондина растворились. Помещение стремительно заполнялось рваными вздохами, огрызками фраз, которые ни один из них не контролировал, и Драко почувствовал, что вот-вот подойдёт к финишу. Тори полностью откинулась на стол, спиной чувствуя прохладу, и этот контраст разгорячённого тела и холода погружал девушку в новые и новые ощущения. Уже позабыв обо всём, она старалась двигаться в унисон с ним и, через миг мышцы начали стремительно сокращаться, пока с губ сорвалось предательское... — Люблю тебя. Малфой, проигнорировав последнюю фразу, хоть и отчётливо слышал её, медленно вышел из девушки и шустро нашёл свою волшебную палочку, пока Тори приходила в себя. Несколько очищающих заклятий и от только что произошедшего не осталось и следа. — Прости, это... — пролепетала Астория, когда до её разума дошло, что именно она сказала и теперь надо было каким-то образом выкручиваться. — Случайно вырвалось, ничего серьёзного. — Хорошо. — кратко кивнув в ответ и стараясь не смотреть в сторону всё ещё обнажённой девушки, отозвался Драко и взмахом волшебной палочки отлевитировал платье Тори ей в руки. — Эм, ты хочешь чего-нибудь? Вода, чай, виски? — шустро одеваясь, спрашивает Малфой и запускает ладонь в платиновые волосы, приводя их в относительный порядок. — Нет. — слишком резко проговаривает светловолосая, попутно спрыгивая со стола и накидывая на себя платье. — Мне на самом деле нужно домой, обещала ланч отцу. — добавила слизеринка и внутренне надеялась, что блондин не раскусит её ложь. Слабость быстро окутывала тело и ровно стоять на ногах не было никаких сил, поэтому девушка облокотилась о стол и негромко вздохнула, попутно стараясь привести мысли в порядок и сообразить, что же ей делать дальше. Ведь то, что она не думая произнесла под конец, могло поставить точку в их ещё пока непонятных отношениях. Драко в свою очередь действовал рефлекторно. Конечно, первым делом о подумал о том, что Тори поступила неправильно, когда промолчала о своей девственности, но по итогу всё прошло более, чем хорошо, верно? Возможно, и не стоит тогда трогать эту тему. А «люблю» - это просто выброс эмоций и не более того, ведь она сама сказала, что это не серьёзно. Мысленно кивнув самому себе, блондин наконец позволил себе заглянуть в глаза девушки и коротко улыбнуться. — Возвращайся потом. — сделав шаг вперёд, он оказался напротив светловолосой и осторожным движением руки заправил выбившуюся прядь волос обратно за ухо Тори. — И нам все же придётся кое-что обсудить. — Да, я понимаю. — пряча взгляд куда-то в пол, тихо сказала Гринграсс. — Тогда до вечера? — Эй... — подцепив кончиками пальцев подбородок слизеринки, блондин всё же заставил её посмотреть ему в глаза. — Всё в порядке. — был это вопрос или утверждение, понять сложно, он и сам не знал, что именно подразумевал. — До вечера, Драко. — одним движением руки она убрала его ладонь от себя и, вновь устремив взгляд перед собой, двинулась в сторону выхода с кухни, оставляя Малфоя наедине со своими мыслями. Как и ожидалось, он не пошёл за ней, поэтому Тори шустрыми шагами добралась до камина и лишь на секунду задержалась около него, позволяя всем мыслям в один раз затмить её светлую голову. Первым делом вернулась обида, та самая, что была ещё в далёкие года в Хогвартсе, когда Драко отверг её. Но сейчас же было всё по-другому, тогда почему на душе всё ещё паршиво? Гринграсс понимала, что слизеринец далеко не тот человек, который может чувствовать в той же мере, что и она. Понимала, что отношения с ним больше будут походить на временное пользование. Но даже осознание не перекрывало её наивность в том, что он мог бы измениться. Мог бы, если бы хотел. Проведя ладонью по лицу, Тори вошла в камин. Конечно, домой она не собиралась, но и оставаться здесь не было никакого желания, поэтому, не долго думая, она тихо произнесла адрес той самой квартиры в Косом Переулке, где оставалась на каникулах. Только там она могла подумать и собрать себя заново. Драко слышал, как сработал камин, а значит Астория покинула его дом. Было ли это хорошо? Он не знал, как и не знал, как именно ему сейчас нужно реагировать на всё произошедшее. Последний раз окинув взглядом кухонное помещение и убедившись в том, что всё нормально, юноша невольно поддался воспоминаниям, возвращаясь в тот день, когда для него и Астории всё было кончено. «. . . Тёмные коридоры Малфой-мэнора всегда пугали и завораживали своей таинственностью любого, но только не здешних жителей, которые всегда считали это жуткое на вид место своим домом. Драко неспеша брёл по второму этажу по направлению к кабинету отца, который несколько минут назад отправил к юноше домовика с приказом незамедлительно явиться к нему для какого-то очередного наиважнейшего разговора. Негромко вздохнув и продолжая идти, слизеринец закатал рукав белой рубашки и окатил взглядом своё предплечье. Вот уже несколько дней бледная кожа была очернена черепом и змеёй, и теперь перед юношей закрылись все двери жизненного пути, кроме одного, того, который он совсем не хотел выбирать. Подходя к цели, Драко быстренько привёл себя в порядок и закрыл метку тканью. Точно также он закрыл и собственный разум, не позволяя эмоциям взять над собой контроль. Всё же не зря он частенько проводил вечера в компании Беллатрисы, которая считай добродушно обучала его окклюменции и легилименции. Но какой в этом толк, если от себя убежать не получится никогда? Замявшись лишь на секунду около двери, Драко мысленно сосчитал до пяти и легонько коснулся костяшками дубовой двери. — Войди. — приглушённо послышалось в ответ. Слизеринец всегда мог распознать настроение отца даже с одного простого слова, главное подчеркнуть, в какой именно манере оно было сказано и то, что сейчас он услышал, не внушало в светлую голову юноши абсолютно никакой радости. Резко и уверенно, а это значит лишь то, что за этой дверью Драко услышит либо очередные нравоучения, либо того хуже — своё чёртово задание на период обучения. Плавно толкнув входную дверь, блондин сделал несколько шагов внутрь помещения и тут же пробежался по кабинету глазами, ища Люциуса. Тот в свою очередь восседал за столом и даже бровью не повёл, когда в помещении появился его сын. Всегда статный и ухоженный Малфой-старший, сейчас всё больше походил на статую. Под глазами плотно залегли сине-чёрные мешки, а от былого надменного взгляда осталась лишь усталость, но стоит признать, даже сейчас он держался более, чем уверенно, всеми доступными способами скрывая свое истинное состояние. — Отец, ты хотел меня видеть. — равнодушно проговорил Драко и остановился напротив стола, внимательно разглядывая своего собеседника. — Присядь. — жестом указав на стул, отозвался Люциус и поднял взгляд, серые глаза столкнулись с точно такими же серыми и в обоих невозможно было ничего прочитать. Удивительно, будто смотришь в собственное отражение. Надо сказать, это могло испугать кого угодно, но только не Малфоев. — Скверно выглядишь, избавься от этого. — О моём внешнем виде будем разговаривать? — выполняя приказ и присаживаясь на свободный, но тем не менее неудобный стул, тут же парирует Драко. — Как наследник, ты должен всегда соответствовать статусу, а твоя незаправленная рубашка и расстёгнутые верхние пуговицы говорят о небрежности и невоспитанности.— строго отчеканил Люциус, не сводя взгляда с сына. — Я не на приёме, а дома, и тут могу выглядеть так, как сам того желаю, отец. — стараясь не повышать голоса, говорит блондин и лишь на секунду закатывает глаза. — Мне нужно готовиться к отправлению в Хогвартс, поэтому, если у тебя всё, то я пошёл. — Что ж, пока есть дела важнее твоего внешнего вида. — негромко отозвался тот. — Получив метку, ты полностью подтвердил свою преданность Тёмному Лорду, но он желает убедиться, что от тебя есть польза, поэтому передал мне твоё задание, которое ты без споров выполнишь. И чем быстрее, тем лучше, Драко, иначе мы все будем мертвы. Юноша лишь успел сглотнуть комок, который подступил к горлу и сразу же отвёл в сторону взгляд. Слова отца не предвещали ничего хорошего, а задание от Лорда уж тем более. Мысли упорно стучали в голову, а от нервов сердце было готовы выпрыгнуть из груди, но нужно было держаться. Показать, что ты не маленький мальчик, который ничего не может, кроме как струсить. А значит Драко сделает всё, чтобы спасти свою семью и самого себя, чего бы ему это не стоило. Мысленно блондин старался успокоить себя, но видит Мерлин - это было чертовски сложно. Еле заметно он кивнул, давая понять Люциусу, что весь во внимании и готов услышать свой приговор. — Ты должен убить Альбуса Дамблдора, Драко. — слишком уж спокойно сказал отец и движением руки открыл один из ящиков в столе, выудив оттуда какой-то предмет, наспех завернутый в серую тряпку. — Передашь ему вот это, но сам не трожь, и дело будет сделано. — положив предмет на стол, дополнил старший. — Убить? — не веря своим ушам, переспрашивает юноша, даже не обратив внимания на предмет, оставленный на столе. Все его мысли были забиты глупой надеждой на то, что отец пошутил в своей идиотской манере, он даже был готов поверить в то, что его обманул собственный слух. — Как я по-твоему должен убить самого сильного мага на свете, когда даже сам Тёмный Лорд не смог с ним справиться? — У тебя нет выбора, Драко. — строго обрывает поток вопросов Люциус и взглядом указывает на стол. — Это - твоё решение. — добавляет он. — Помимо этого... — О, то есть это ещё и не всё? — с сарказмом говорит Драко, понимая, что эмоции уже весьма трудно держать под контролем, и он всё больше и больше поддаётся подступившей панике. — Драко, прошу тебя, выслушай. Помимо этого, я успел позаботиться о твоём успешном будущем. Даже в случае провала, Лорд вряд ли убьёт тебя, а вот если с нами что-то случится... — Люциус отвёл взгляд, понимая, что сейчас окончательно поставит точку. — Нет, нет, нет. — выставляя вперёд ладони, останавливает Малфой. — Я ничего больше не хочу знать, мне и этого хватит сполна. — было очевидно, что отец всё равно наплюет на его просьбу, но попытка не пытка, как говорится. — В любом случае, провалишься ты или нет, после победы мы свяжем наш род с Гринграссами. Документы уже подготовлены, дело только за датой. — тон, не терпящий возражений, и Драко только и оставалось, что повиноваться. — А теперь можешь подготовиться к отъезду. Ступай. — после этих слов Люциус поднимается из-за стола и, последний раз глянув на сына, обращается чёрным дымом и покидает поместье, наверняка выполнять очередную прихоть Тёмного Лорда, но, честно сказать, блондина это интересовало в последнюю очередь. Поэтому, как только отец покидает кабинет, он закрывает ладонями лицо и позволяет слабости вырваться наружу. Несколько минут Драко провёл неподвижно, полностью погрузившись в себя и осознание того, что ему предстоит сделать. Ни одна мысль в голове не сулила хорошего выполнения задания, и всё это мирно приходило либо к его смерти, либо к смерти его родителей. Через осознание пришло и принятие, ведь выбора у него всё равно не было. Какой тогда смысл терзать себя попытками разобраться, или же найти другой выход, когда в конце концов всё придет к тому, что ему придётся убить Дамблдора? А третьей стадией стала старая добрая ненависть, и именно с ней Драко не мог просто так справиться, не мог просто затолкать её в глубину сознания, или же куда-то ещё. Поэтому, единственное, что оставалось - это позволить ей выбраться наружу. Возможно, хоть так станет чуточку легче существовать. Абсолютно не видя ничего перед собой, он поднимается с убого стула и, даже не думая, хватает его и швыряет в стену. Тот разлетается на мелкие части и с грохотом падает на пол. Этого мало. Нужно что-то ещё. Взгляд расфокусирован, поэтому блондин действует на ощупь. Кажется, это был шкаф с документами отца. Что же, прекрасно. Немного усилий и предмет оказывается повален, а документы с шелестом разлетаются в разные стороны. За своими действиями Драко и не заметил, как магия начала активно концентрироваться во всём теле, с минуты на минуту готовясь к выбросу, но кто сказал, что его это вообще будет заботить? За шкафом и документами полетели и пергаменты, что были аккуратно сложены на столе Люциуса. После этого блондин останавливается и закрывает глаза. Тело окутывает приятным теплом, взявшимся не пойми откуда. Мгновение, и в комнату вырывается невидимый поток магии слизеринца, схожий со смерчем, сметая буквально всё на своем пути и превращая кабинет старшего Малфоя в полный хаос, который вряд ли возможно привести в изначальное состояние без помощи магии. Стало ли после этого легче? Нет. Появились разве что слабость и магическое истощение, а мысли до сих пор оставались неизменными, только теперь их можно было держать в узде и не давать эмоциям выхода. Среди погрома Драко заметил ту самую серую тряпку, с невесть чем внутри. — Посмотрим, насколько ты моё решение. — откинув несколько щепок в сторону, блондин поднимает предмет и сразу же прячет его во внутренний карман пиджака, после чего на лице появляется болезненная полуухмылка от содеянного, и он покидает кабинет Люциуса.

* * *

Для большинства учеников Хогвартса новый учебный год был радостью, но не для блондина, который сейчас, не обращая ни на кого внимания, сидел за столом змеиного факультета и пытался заставить себя хотя бы немного поесть. Аппетит пропал ровно в тот момент, когда он вышел из кабинета отца после их последнего разговора. Вместе с аппетитом пропало и желание жить, как таковое. В Большом Зале, как и всегда, все без остановки трепались, обсуждали свои каникулы, делились впечатлениями и наслаждались возвращением в любимую школу. По правую руку от Драко сидела Панси и воодушевлённо вела беседу с Дафной, которая мирно устроилась в объятиях Забини. Естественно, это не укрылось от любопытных зевак, успевших собрать свежие сплетни. Возможно, при иных обстоятельствах Драко бросил бы несколько язвительных, но без сомнения беззлобных, по отношению к другу, комментариев, но сейчас он молчал. Молчал с тех пор, как покинул Хогвартс-экспресс, забив на всё своё окружение. Кто-то обижался, кто-то пытался понять, но абсолютно ни одна душа не знала истины. Лениво обведя взглядом всех присутствующих, Драко наткнулся на презрительный взгляд зелёных глаз Поттера. Кажется, только Избранный не мог спокойно жить и обязательно совал свой длинный нос, куда не просят. Зрительный контакт затянулся, потому что Малфой и не собирался отводить взгляда, но, на удачу одного из них, перед ними кто-то прошёл, загораживая обзор, что не слишком расстроило. Выслушивать догадки о том, кто тут Пожиратель Смерти, Драко уж точно не хотел. Девушка со светлыми волосами и змейкой на мантии присела напротив слизеринца, но не собиралась нарушать тишину. Даже младшие курсы знали, что Малфой игнорировал абсолютно всё живое вокруг себя, и не решались с ним заговорить Кто знает, чем это могло закончиться? Одним движением хрупкой руки она двигает в его сторону кубок с тыквенным соком, чем привлекает внимание блондина. — Не утруждайся. — равнодушно бросает Драко и поднимается с места. Находиться здесь не было никакого смысла, да и болтовня, которая не стихала и на секунду, могла быстро довести до головной боли, которой в последнее время и без того хватало. Взгляд сверху вниз на младшую девчонку Гринграсс, и Малфой покидает Большой Зал.

* * *

За несколько учебных недель, что прошли незаметно для Малфоя, юноша создал для себя небольшой список мест, где проводил время. Утро, естественно, на уроках, ночи же были отданы редкому сну и Выручай-комнате, а вот вечера... Вечера Драко часто стал проводить на Астрономической башне. Только там можно было оставить все свои проблемы на несколько недолгих минут и просто насладиться подступающим вечером в полном одиночестве. Прохладный ветер окутывал тело, от чего пробегали мурашки, но это было, пожалуй, даже приятно. Устроив руки на дряхлые, поношенные временем перила, блондин устремил взор вдаль, где отчётливо можно увидеть заход горячего солнца за горизонт. Кажется, время в такие мгновения останавливалось, будто кто-то нажал на паузу и разрешил замереть в этой секунде, когда появляется надежда, что ещё не всё потеряно, что есть шанс на нормальную жизнь, что темнота в конце обязательно сменится светом. Но это лишь миг, который невозможно удержать в руках. Прикрыв веки, пропуская сквозь лёгкие воздух, Драко не заметил, как позади послышались тихие шаги каблуков по лестнице, а ещё через несколько секунд позади него появилась девушка, которая знала, что он будет здесь. — Ты можешь поговорить со мной? — негромко начала она и встала по правую сторону от блондина, точно также, как и он, устроив руки на перила и смотря куда-то вперед. — Нам не о чем говорить. — ни один мускул не дрогнул на лице слизеринца, а взгляд даже не сместился, будто он до сих находится здесь один. — Мне есть о чём. — уже более уверенно произнесла девушка и повернула голову в сторону собеседника. Ни одной эмоции, как и всегда, закрыт для всех. — А кто сказал, что мне это интересно? Проваливай, Гринграсс. — привычный тон, к которому давным-давно привыкли все его знакомые, и по-прежнему полное игнорирование присутствия девушки. — А тебе кроме самого себя вообще что-то интересно? Когда ты последний раз узнавал как дела у Забини, или почему Паркинсон уже вторую ночь плачет в туалете Миртл? Ведь только у тебя есть проблемы, да? Не строй из себя мученика, Драко. Тебе не идёт. — приподняв одну бровь, выпалила девушка, совершенно не ожидая той реакции, которая последовала. Что-то внутри слизеринца щёлкнуло, что-то тёмное, а слова девушки сыграли с его сознанием злую шутку, и уже в следующую секунду ледяная рука блондина сомкнулась на тонкой шее слизеринки, и та оказалась буквально в ловушке между стеной и юношей. Пальцами он чувствовал, как ускоряется её пульс. Надави он чуть сильнее, и её жизнь закончится, так же быстро, как произнести «Люмос». Пристальный взгляд в зелёные глаза, которые со стремительной скоростью наполняются слезами, и ухмылка, которая появляется на лице Малфоя. — Ты ничего обо мне не знаешь, Гринграсс. — лениво растягивая каждое слово, проговаривает Драко и надавливает чуть сильнее, совсем немного, но этого хватило, чтобы в глазах напротив промелькнул достаточный страх. — Что стоит для Пожирателя Смерти жизнь одной жалкой девчонки, как думаешь? — Отпусти, мне больно. — хрипя, отзывается Астория и упирает ладони в грудь юноши. — Ты с ума сошёл. Приди уже в себя, Драко. — первый раз она видела его таким, когда тёмная сторона полностью взяла контроль над ним, и, кажется, он совсем перестал бороться. Хоть и было до ужаса страшно, что её жизнь оборвётся вот так, из-за неудачного разговора, она просто не могла позволить ему уйти в темноту окончательно, когда кажется все остальные, кто был ему близок, давным-давно забили или просто делают вид, что все в порядке. Боль в шее становилась практически невыносимой, от чего пришлось подняться на носочки, чтобы хоть как-то ослабить его хватку. Кажется, сработало, но надолго ли? — Я не сошёл с ума, Астория. — отвечает он, впитывая исходящий от неё страх в себя. Пожалуй, ему это даже нравилось. — Я же говорил, не утруждайся, Астория. Оставь меня в покое, не лезь туда, куда не просят. Но тебе, видно, всё равно, а раз так, то придётся пойти иным путем. — Я не могу оставить тебя, не могу. — голос девушки переходит на шёпот, совсем-совсем тихий, а воздуха в лёгких остаётся всё меньше и меньше. — Ты не понимаешь... — Не смей... — пальцы сжимаются на горле сильнее. — Я люблю тебя. — последнее, что произносит девушка, и перед глазами наступает темнота. . .» — Какого чёрта ты простила меня, Гринграсс? — картинки воспоминания вылетели из головы так же быстро, как и появились там. Прошло уже несколько лет с того момента на Астрономической башне, с того момента, когда он практически лишил её жизни, но в последний момент дал заднюю, просто бросив её там. Конечно, сейчас можно было найти множество объяснений его поступку, или же сказать, что у него был выбор, и он мог повернуть события иначе, но сделанного не вернёшь. Остаётся только просматривать картинки прошлого, попросту принимая содеянное. Как бы там ни было, только сейчас Драко наконец стал понимать, почему девушка так стремительно ушла из его дома. В очередной раз он причинил ей боль своими действиями ,и пусть он даже не догадывался об этом. Но воспоминания вызвали и другие, не менее сейчас важные чувства. Люциус. Кто знает, что было бы если б он в тот день в своём кабинете не сказал о женитьбе? Не сказал, что решил всё наперёд? Тогда бы и Астория не пострадала, потому что Драко не стал бы воспринимать её, как засланного отцом персонажа, и понял бы сразу, что чувства этой девушки более чем настоящие, а не отлично сыгранные. Запустив в голове цепочку событий, которые были совершены, в юноше вновь начала разгораться давно позабытая ненависть, и пусть спонтанно, пусть чертовки не к месту, было принято одно из роковых решений. Быстро он поднялся на второй этаж, где наобум надел свой лучший официальный костюм, который, кажется, состоял из всевозможных оттенков чёрного, и, глянув на себя в зеркало, направился к камину: — Министерство Магии. — слетает с губ блондина, и языки зелёного пламени моментально утягивают слизеринского принца.