Ты мой кошмар

— МакГонагалл написала, что встретит нас у ворот школы, — шёпотом сказал Гарри, сидя на корточках возле поваленного дерева близ Запретного леса. — Нам нужно обойти дементоров, иначе они привлекут слишком много внимания, и тогда мы точно не пройдём незамеченными, — добавил Рон, стряхивая с плеч осыпавшиеся ёлочные иголки. Гермиона промолчала, потому что она просто не понимала, как они, совсем ничего не продумав и подробно не обсудив, смогли отправиться на задание совершено неподготовленными. Она была крайне возмущена их безрассудством, но её мнение потеряло свой вес в глазах Гарри, и он наотрез отказался подождать хотя бы день, чтобы всё как следует обдумать. Так что Грейнджер старалась не паниковать на ровном месте, ведь иначе — конец. Если у них всё получится, и при этом никто не умрёт, проникновение в Хогвартс можно будет считать чудом. Но, к сожалению, Гермиона уже давно не верила в сказки, и она прекрасно знала, что везение не способно длиться вечно. Но мальчики решили и подумали, раз им везло столько раз, значит, повезёт и в этот. К несчастью, в жизни всё совершенно иначе. Она вообще сомневалась, что они смогут попасть в Хогвартс незамеченными. Реддл хоть был крайне самолюбив и беспечен во многих вещах, но он знал, что не стоит недооценивать Хогвартс, и это была одна из причин, почему Грейнджер пребывала в ужасе от того, что он мог приготовить тем идиотам, что решатся туда проникнуть. Возможно, она превратилась в чересчур пессимистичную и критичную особу, но это не отменяло того факта, что так рисковать глупо. Том утратил прежнюю бдительность, а Гарри решил воспользоваться его временной слабостью, забывая, что нельзя идти на поводу у ярости. А Поттером двигали именно ярость и ненависть. Он погряз в отвратительных чувствах, особенно после смерти Люпина, утратив ту свою важную часть, отвечающую за дальновидность и, собственно, сам разум, прежде не позволяющий ему творить так много глупостей за раз. Гарри так сильно и отчаянно хотел отомстить, что уже не видел опасности и того, к чему всё-таки может привести его забывчивость. Гарри оказался до ужаса упрям и очень злился на неё, поэтому не слушал, думая, что она сомневается в нём и Ордене. Но всё было не так. Гермиону просто пугала перспектива потерять своего друга и того самого мальчика, которого она раньше знала. Её прежний мир давно рухнул, и Гарри, на чём и держалась эта основа, — упал с постамента. Он всегда был для неё примером и братом, но насколько же изменились их жизнь, взгляды, мнения, что она больше не видела в нём прежнего мальчика со шрамом. Гермиона сама изменилась, и это ещё сильнее загоняло в тупик, ведь возврата к прошлому нет. Люди боятся того, чего не понимают. Особенно когда что-то подобное происходит с их жизнью. Вот и Грейнджер оказалась в похожей ситуации, не представляя, как из неё выбираться. — Так, ладно, нужно идти. Мы не можем сидеть здесь целый день, — пробормотал Гарри, немного наклоняясь вперёд, чтобы посмотреть, в каком конкретном месте собиралось больше всего дементоров. — Они никого не трогают, — озадаченно прошептал Рон, осматривая ближайшую территорию перед глазами. — Они просто летают и… ничего. — У них есть приказ не трогать Пожирателей, но как только мы перешагнём через сигнальные чары, у них появится цель, — Гермиона впервые подала голос с тех пор, как они спустились с крыльца дома номер двенадцать. — Под мантией-невидимкой мы все не поместимся, нужно как-то прошмыгнуть, — предположил Рон, хмурясь. Гермиона сдержала раздражённый вздох. Вот именно поэтому она настаивала на тщательно продуманном плане, а не «абы как». Это было просто смешно — выбирать, как им проникнуть в школу непосредственно возле самой школы. Они точно пожалеют, что решили положиться только на свою гриффиндорскую живучесть. — Можно попробовать разделиться, а потом встретиться у ворот. Тогда, даже если кого-то из нас обнаружат, то остальные смогут отвлечь внимание, — Гарри повернулся к ним лицом с очень неуверенным взглядом, пожимая плечами. Дурацкий план. Она едва не высказала свою мысль вслух. Гермиона прикрыла глаза, радуясь, что смогла удержать рот на замке. Им ещё ссор не хватало, когда они непосредственно находятся на территории, где потенциально могут умереть. Она крепче сжала палочку в руке, надеясь, что та поможет ей получше абстрагироваться от надвигающегося напряжения, начинавшее сковывать всё тело. — Давайте сделаем так, — Рон согласно кивнул, подавая Поттеру мантию. — Гермиона, наложишь на меня дезиллюмиционные чары, а то они у меня не очень хорошо получаются. — Ладно, но нужно действовать быстро. Их необходимо обновлять, и если ты не сможешь этого сделать, то тебя поймают за секунду. И ещё, — она нахмурилась, поджимая губы, — чары не скрывают от дементоров. Мантия может скрыть от них хотя бы в теории, но чары… — У нас нет выбора, — строго произнёс Гарри. — Если сейчас мы вернёмся на Гриммо, то больше такой возможности не представиться. Большинство Пожирателей на собрании. Защита не такая сильная, как обычно. МакГонагалл тоже не будет рисковать во второй раз. — Гарри, я всё очень хорошо понимаю, но чары вряд ли спасут от обнаружения дементором. Это слишком большой риск, — Гермиона свела брови на переносице, умоляюще смотря на друга. — Нужно хотя бы придумать план побега. — Гермиона, — Поттер поправил очки на носу и внимательно, с остротой посмотрел на неё, — ты права, это опасно. Но ты только вспомни. Мы всегда рисковали и сейчас должны сделать то же самое, иначе так и будем сидеть на Гриммо и чувствовать себя бесполезными. А насчёт плана побега — если что-то пойдёт не так, то встречаемся здесь же и трансгрессируем. Если кого-то схватят, будем действовать по обстоятельствам. — Наверное, стоит поторопиться, — Рон склонил голову набок, следя за передвижениями дементоров. — Всё, идём, — скомандовал Гарри, накидывая на себя мантию. Гермиона открыла рот, не зная, что делать. Гарри не послушал её, что не помешает им здорово облажаться. Она с горечью промолчала и не стала говорить, что в их дурацком плане всё может пойти не так. Прошептав заклинание, они с Роном растворились на границе лесной чащи, становясь абсолютно невидимыми. Уизли пошёл вслед за Гарри, сутулясь, чтобы не задеть ветки деревьев. Гермиона обхватила древко палочки, чувствуя, что грудь спирает от страха и паники. Она чувствовала себя буквально как первокурсница, задержавшаяся в библиотеке, боясь, что её поймают и накажут. А может, ещё и отнимут баллы. Грейнджер усмехнулась — наказанием здесь станет явно не чистка котлов. Если их поймают, повезёт просто выжить. Они медленно двигались вперёд, стараясь не шуметь и не издавать лишних звуков. Вход в деревню был в нескольких метрах, когда Гарри едва не наткнулся на Пожирателя смерти, охраняющего ворота в Хогсмид. Здоровый, двухметровый Пожиратель смерти оказался похоже больше на великана, чем на человека. Всё его лицо было в шрамах, а один глаз закрывала чёрная повязка. Гарри чуть не упал, когда мужчина подрезал его, подходя к воротам. Они мгновенно остановились, ожидая, что произойдёт нечто необычное, но Пожиратель просто стоял на одном месте и, кажется, вообще не замечает ничего вокруг себя. Его взгляд был направлен строго вперёд, и он толком не шевелился, лишь его чёрная мантия развевалась от слабого ветра. Гермиона ощутила, как её палочка в руке трясётся от нервозности. Она почти перестала дышать, опасаясь, что она может всё испортить. Через ворота Гарри прошёл первым, окончательно пропадая из поля их зрения. Прежде они могли понять, где он находится благодаря годам наблюдения за мантией, а теперь, когда Поттер отделился от них, Грейнджер в полной мере осознала, насколько же они неподготовлены. Но времени переживать об этом попросту не осталось. Рон уже отправился вслед за Гарри, и она оказалась одна посреди улицы, в нерешительности стоя и глядя на охранника ворот. Отмерев, Гермиона медленно и аккуратно стала шагать, стараясь не наступить ни на какую ветку, ни на ещё что-то хрустящее под ногами. Когда ворота в Хогсмид и огромный Пожиратель смерти остались позади, она позволила себе выдохнуть, тут же чуть не задохнувшись от ужаса. В паре метров от неё проплыл дементор. Гермиона сглотнула, со страхом признавая, что глупо застыла на месте, где каждый может врезаться в неё, поэтому она поспешила взять себя в руки и начала передвигать ногами, пытаясь не свалиться в обморок от ужаса. Дементоры всегда вызывали у неё кромешный ужас. Изначально у неё плохо получался патронус, но, когда Гарри ещё только начал обучать их этому заклинанию во время занятий ОД, она трудилась день и ночь, чтобы не быть последней, кто освоит столь сложную магию. Оглядываясь по сторонам, Гермиона заметила, что большинство Пожирателей, оказавшиеся не на собрании, в это время банально прохлаждаются, и определила несколько знакомых лиц, когда проходила мимо «Сладкого королевства». Пока она приближалась к школе, ей не встретился ни один дементор на пути, не считая того, что пролетел в небольшой близости. Гермиона не знала, как объяснить всё происходящее, если только не чудом. Если им повезёт и в этот раз, то смело можно будет утверждать, что они настоящие баловни судьбы. Грейнджер обновила чары невидимости, испуганно увидев, как её кроссовки стали рябить, почти утратив свою магическую прозрачность. Она уже почти подошла к воротам Хогвартса, когда позади себя услышала какую-то суматоху. — Ты слышал? — сказал кто-то за её спиной, достаточно громко, из-за чего Гермиона решила обернуться. — Да, это дементоры? — спросил второй, более молодой Пожиратель. — Хрен знает, — последнее слово поглотил туман, начавший расползаться на всю округу со стремительной скоростью. Грейнджер ускорилась и вскоре побежала, стараясь обогнать туман, из которого появлялось всё больше дементоров. Вот почему их было не так много на посту. Они плодились, как грибы после дождя. Пересекая границу между территорией деревушки и Хогвартса, она упала на колени от быстрого бега, тяжело дыша. Обычно она никогда не передвигается с настолько стремительной скоростью, ненавидя бег и всё, что с ним связано, из-за чего сейчас лёгкие натурально горели от недостатка кислорода. Встав на ноги и отряхивая ткань джинсов на коленях от грязи, Грейнджер огляделась. Она очень надеялась, что мальчики уже добрались до школы и ждали её вместе с МакГонагалл, ведь если они застряли в тумане, то вряд ли им удалось выбраться. Поднимаясь выше, приближаясь к мосту, ведущий в Хогсмид, она думала о том, что сделает, когда вернётся на площадь Гриммо. Первым, пришедшим в голову, оказался сон. Прошлую ночь ей никак не удавалось поспать из-за множество мыслей и страхов, проснувшихся в голове, не дающих расслабиться. Они всё глубже проникали в её сознание и атаковали разум с особым наслаждением. Наконец-то её взгляду предстали остроконечные башни, и на сердце сразу потеплело от воспоминаний, которые непроизвольно замелькали перед глазами, вызывая совершенно разные эмоции. Некоторые из них оказались с налётом грусти, другие — исключительно счастливые. Именно в этом месте она столько приобрела, и именно здесь может столько потерять. Несмешная ирония горько улыбнулась, если бы смогла. Гермиона тряхнула головой, не позволяя себе скатиться в уныние. Последняя неделя и так прошла ужасно, а теперь она ещё и самостоятельно копает себе чёртову могилу под названием «апатия». Недалеко от главных ворот, ведущих в школу, стояла профессор МакГонагалл в своей остроконечной шляпой, смотрящая по сторонам и хмуро наблюдающая за туманом вдалеке. Грейнджер, увидев своего любимого преподавателя, едва не расплакалась. Минерва так сильно постарела за эти два года, что казалось, будто она отдавала всю свою энергию на защиту и спасение учеников. Она приносила в жертву своё благополучие, чтобы обезопасить детей. Остановившись в нескольких шагах от профессора, Гермиона сглотнула, пытаясь восстановить дыхание и эмоциональную стабильность. Ну, хотя бы частично. Услышав звуки движения подле себя, МакГонагалл, не глядя на неё и ни на что конкретное, шёпотом спросила: — Мисс Грейнджер, это вы? — Да, — так же тихо ответила она. — Отлично, все в сборе. Идёмте, — Минерва развернулась и повела их через двор школы, к главному входу. Возле неё прошелестела мантия и раздался взволнованный голос Гарри. — Ты чего так долго? Мы уже начали волноваться и хотели пойти за тобой. — Я едва не напоролась на дементора, а потом чудом унесла ноги, когда усилился туман, — едва слышно ответила Гермиона, чуть не споткнувшись о собственные кроссовки, от волнения запутавшись в ногах. — Туман? Получается, когда мы будем уходить, дементоров может быть в два раза больше? — тихо сказал Рон ей в другое ухо, наступая Грейнджер на ногу. — Чёрт, Рон! — Гермиона зажмурилась от боли, с трудом сдерживая слёзы. — Прости! — виновато воскликнул он. — Молодые люди, если вы не хотите быть пойманными, то будьте добры соблюдать тишину, — строго сказала МакГонагалл, не оборачиваясь к ним и идя вперёд, словно за ней не шагали трое бывших учеников, которых разыскивает вся Англия. Они медленно передвигались по холодным и пустынным коридорам Хогвартса, постоянно оглядываясь по сторонам. Учеников видно не было, из-за чего появилось стойкое ощущение, что все как будто бы специально вымерли перед их приходом. Гермиона с тоской глядела на любимую школу, заменявшую ей дом, где с ней случилось столько всего и хорошего, и плохого. Она с грустью рассматривала пугающую мрачность, поселившуюся среди этих величественных стен и колонн. Когда они прошли мимо библиотеки, она краем глаза увидела, что та почти пуста. Большинства книг просто не оказалось на своих привычных местах, и некогда богатое знаниями помещение превратилось практически в вымирающую пустыню. Грейнджер не удержалась и, когда они миновали библиотеку, тихо спросила: — Профессор, а почему так мало книг в ?.. — Потому что их изъяли. Не очень удобно командовать людьми, которые хоть немного умнее бесполезного горшка. Пожиратели смерти сожгли половину редких фолиантов, оставшиеся ещё со времён основателей, — сухо ответила профессора. Трудно было не заметить, как глубоко МакГонагалл переживала случившееся со школой, но, вопреки своим словам и испытываемым эмоциям, она поджала губы и подняла повыше подбородок, чтобы не показать, как сильно её расстраивало происходящее. Они прошли почти весь путь, когда увидели, что на них стремительной тучей надвигался Снейп. Гарри выругался под нос и едва не направил палочку на этого ублюдка, но Гермиона, вовремя услышав шум, недовольно шикнула на него, стараясь не произносить ни звука. МакГонагалл остановилась посреди коридора, с раздражением взглянув на Северуса и недовольно поинтересовалась: — В чём дело, директор? Снейп выглядел как обычно. Всё те же немытые сальные волосы. Чёрная одежда, обнимающая его, как тёмная и глубокая ночь. Тот же острый, как бритва, взгляд, видевший тебя насквозь. Гермиона смотрела на бывшего профессора зельеварения, почему-то вспоминая слова Драко о том, что он догадывается, кто может быть шпионом Ордена. Сейчас ей в голову приходила лишь кандидатура Снейпа. Если это действительно он, то очень многое сходилось. — Мне доложили, что сегодня сигнальные чары не такие сильные, как прежде. Вот я и решил поинтересоваться у вас, не знаете ли вы, в чём дело? — Северус вскинул брови в ожидании ответа с каким-то подозрением в глазах. — Ну что вы, директор, — высокомерно ответила Минерва. — Я не покидала сегодня школу, да и всю предыдущую неделю тоже. Насколько мне позволяет моя старческая память, как раз по вашему приказу. Поэтому боюсь, что у меня нет ответа на ваш вопрос. — Да вы что? — он холодно усмехнулся и резко посмотрел на Гермиону под чарами невидимости с торжеством в глазах, отчего она вздрогнула. — Хотите сказать, что это не вы устроили небольшой переполох на границе с Хогсмидом? — Нет, директор, — приторно сказала МакГонагалл, коротко улыбнувшись. — Но я могу предположить, что некоторые ученики просто не очень хорошо поняли тему, которую преподавала им профессор Кэрроу. Кажется, они проходили, как уничтожить нечисть, вот по ошибке и перепутали парочку Пожирателей с невинными существами. С кем не бывает, верно, директор? Гермиона едва сдержала смешок в груди, прикрывая рот ладонью. Она ещё никогда не видела, чтобы МакГонагалл так откровенно издевалась над Северусом, но, видимо, за столько времени работы в школе с разными директорами её оказалось уже ничем не испугать. Снейп глядел прямо на неё во время разговора с профессором трансфигурации и только после последних слов Минервы перевёл взгляд на место, где, предположительно, стоял Гарри. Грейнджер проследила за глазами профессора и чуть не задохнулась от ужаса, сжимая кулаки. Ботинки Рона едва заметно начали мерцать и появляться словно из воздуха. Северус вернул внимание МакГонагалл, с ядом обращаясь к ней, игнорируя тот факт, что на территории школы находятся нежелательные лица. — Надеюсь, в следующий раз вы сможете объяснить ученикам, на кого стоит нападать и направлять палочку. — Разумеется, — Минерва почти пропела своё обещание, и не менее язвительно, чем Снейп, улыбнулась ему, возобновляя их процессию вперёд. Гермиона уже хотела обернуться и посмотреть, как далеко от них находится профессор, чтобы обновить чары Рона, как заметила, что он взмахнул палочкой, и ботинки Уизли снова растворились и слились с окружающей обстановкой, становясь невидимыми. Снейп что-то пробурчал себе под нос и, взмахнув чёрной, как крыло ворона, мантией, продолжил свой изначальный путь. Больше действий Снейпа никто не увидел, и Грейнджер с трудом сдержала торжествующее восклицание в груди. Она знала. В шоке приоткрыв рот, Гермиона еле как заставила себя двигаться дальше. Если не это доказывает, что Снейп является шпионом Ордена, то она не знала, что ещё может подтвердить её теорию. Возможно, он просто позволил им войти в замок. Ведь если он в состоянии шпионить за Реддлом, то трое подростков и один профессор не станут для него проблемой. Гермиона автоматически перебирала ногами, следуя за МакГонагалл, совершенно сбитая с толку, пытаясь соединить все кусочки пазла воедино. К сожалению, у неё было не так много времени для полного анализа, когда они остановились недалеко от двери, ведущей в темницы. Филч просто обожал пугать их этими дверями, будто он только и мог, что угрожать однажды подвесить провинившегося ученика за большие пальцы. — Теперь именно здесь держат всех привидений, — сказала МакГонагалл, оборачиваясь и проверяя, нет ли кого-то за их спинами. — Боюсь, мне нужно идти. У меня занятие, и, если я не появлюсь, это будет слишком подозрительно. — Большое спасибо вам, профессор. Вы даже не представляете, как нам помогли, — Гермиона улыбнулась, когда увидела на лице Минервы грустное выражение. — Удачи вам, — прошептала она, сворачивая в коридор и удаляясь от них всё быстрее. — Давайте, нельзя терять ни минуты, — Гарри толкнул дверь, замерев на пороге. — Чёрт, я едва не свалился вниз. Там лестница. — Тогда по очереди и аккуратно, — Рон замкнул их шествие и подождал, пока Гермиона спустится хотя бы один пролёт. После он закрыл дверь с обратной стороны и стал догонять их. Лестница оказалась крайне извилистой и вела вниз, почти как горка. Ступени в некоторых местах проваливались, иногда и вовсе отсутствуя. Они постоянно спотыкались и ругались, когда ноги погружались в пустоту и их приходилось вытаскивать, держась друг за друга. В итоге, они потратили слишком много времени, чтобы просто спуститься, а солнце уже взошло, из-за чего нервы потихоньку стали сдавать у всех. Гарри и Рон пару раз огрызались друг на друга, но Гермионе чудом удавалось остановить их пререкания. Преодолев последнюю ступеньку, Грейнджер вдохнула с облегчением, оглядываясь назад, чтобы убедиться, что мальчики не свернули себе шеи. Гарри, всё ещё находясь под мантией-невидимкой, недовольно сказал: — Мы столько времени потратили на спуск сюда, — он глубоко и тяжело дышал, вытирая пот с лица. — Если это окажется напрасным… — Не окажется, у нас нет выхода. Нам необходимо сделать всё сегодня, — Гермиона распустила волосы, заново собирая растрёпанные кудри в хвост. — Ты же сам это говорил. Рон споткнулся и чуть было не налетел на Поттера, вовремя притормозив, лишая Гарри возможности ответить ей. Они переглянулись и молча начали двигаться в темноте, замечая только решётки пустующих камер. — Зачем запирать привидений? Они же могут проходить сквозь стены, — непонимающе спросил Рон. — Дело не в камерах, Рон, а заклинаниях, которые их там удерживают, — спокойно ответила Гермиона, параллельно произнося заклинание обнаружения. — Кроме нас, живых здесь нет. — Значит, Пожиратели нас точно не поймают, — обнадеживающе произнес Уизли, ухмыляясь. Они прошли ещё несколько метров, прежде чем услышали шорох, а после и звонкие голоса. Переглянувшись между собой, они вскинули палочки и повернули налево, видя перед собой всех привидений Хогвартса в одной камере. — Здравствуйте, — произнёс Гарри, совершенно сбитый с толку. Гул прекратился, и все взгляды некогда живых людей обратились на них, но не увидев, кто с ними поздоровался, все переполошились. — Сэр Николас, это Гарри Поттер, — он снял мантию, и Гермиона последовала его примеру, взмахивая палочкой, возвращая им с Роном видимость для окружающих. — Гарри Поттер! — Гарри Поттер? Со всех сторон большой тюремной камеры послышались восклицательные и вопросительные оклики и вздохи, пока Почти Безголовый Ник не подплыл ближе к решёткам, чтобы лично убедиться в том, что за гость к нему пришёл. — Гарри, Гермиона, Рон! Вы не представляете, как я рад вас видеть! Знаете, ходили слухи, что вы погибли. Как я переживал, это были ужасные несколько… — Сэр Николас, мы тоже очень рады видеть вас, но мы пришли сюда, потому что нам нужна помощь, — нетерпеливо перебил Гарри. — Нам нужно поговорить с призраком башни Когтевран. Мне нужна её помощь, чтобы уничтожить Тома Реддла раз и навсегда. После слов Поттера в мрачном помещении повисла тишина. Привидения молча, с каким-то сомнением и волнением, а также и с восхищением смотрели на Гарри, продолжая удерживать необъяснимую таинственность. Внезапно к решётке приблизилась Серая Дама, грустная и какая-то невыносимо далёкая, вызывая у Гермионы странное сочувствие. Она внимательно вглядывалась в лицо Гарри, ожидая его дальнейших слов. — Здравствуйте, вы Елена, верно? Дочь Кандиды Когтевран? — Да. Чем могу быть вам полезна, молодой человек? — она глядела на гриффиндорцев свысока, говоря излишне величественно для обстановки, в которой находилась. — Нам нужно узнать, какой предмет вашей матери являлся такой же реликвией, как и диадема? — Зачем вам это нужно? — с каким-то упрямством поинтересовалась Елена, подозрительно оглядывая ребят. — Том Реддл, называющий себя… — Я знаю, кто он такой! Не нужно произносить его имя! — воскликнула Серая Дама, становясь на одну секунду похожей на хладный труп. — Простите, — ошеломлённо произнёс Гарри, беря себя в руки. — Эта вещь попала в руки Редда, и он создал… наделил её тёмной магией. Если мы уничтожим этот предмет, то будем на шаг ближе, чтобы убить его. — У моей матери было много вещей, которые она могла наделить… чем-то особенным. Но боюсь, что самой могущественной являлась именно диадема, и вряд ли мистер Реддл стал бы охотиться за другими, — Серая Дама отвела глаза, явно что-то скрывая. Но тут к ней резко приблизился Кровавый Барон, заставив Гермиону вскрикнуть от неожиданности и его жуткого выражения лица. Он остановился вплотную к Серой Даме и грубо зашипел ей на ухо, но так, что все слышали каждое его слово. — Скажи правду, Елена. — Я не могу… — Скажи правду! — его крик отрезвил её и напугал одновременно. Серая Дама прикрыла глаза и безэмоционально сказала: — Я украла диадему моей матери и спрятала в Албании. Когда мистер Реддл учился в Хогвартсе, я рассказала ему о ней, и он создал из неё то, о чём вы говорили. Она здесь, в замке. Там, где всё спрятано, — Елена медленно растворялась в воздухе, буквально через секунду пропадая из их поля зрения. — Извините её, она очень эмоциональна, но с ней всё будет хорошо, — с улыбкой сказал Сэр Николас. — В месте, где всё спрятано, — шёпотом пробурчал Гарри, раздражённо зарываясь пальцами в волосы. Гермиона лихорадочно думала, о чём же шла речь, как догадка пронзила её мозг, ударяя по голове. Она посмотрела на Поттера в не себя от возбуждения и опустила ладонь ему на локоть. — Гарри, Выручай-комната! Именно там находится диадема, — радостно сказала Грейнджер. Глаза Поттера остекленели, будто он сам наконец-то кое-что понял. Рон переглянулся с Гермионой, аккуратно кладя руку на плечо друга, немного сжимая его. — Гарри, всё нормально? — Я её видел. Она была там. Прямо у меня под носом, — шептал Поттер, полностью уйдя в себя. Он с шоком посмотрел на друзей, моргая, возвращаясь в своё тело. — Идёмте! — Большое вас спасибо, Сэр Николас! — крикнула Гермиона на бегу. — Мы обязательно поможем вам выбраться. — Не за что, моя дорогая. Не стоит переживать, нам уже не сто лет, мы подождём, — почти Безголовый Ник помахал им на прощание, грустно улыбаясь. Гарри взбежал по лестнице, совершено не обращая внимание на те неудобства, которые доставили им немало проблем при спуске. Гермиона и Рон кинулись за ним, не только чтобы не отстать, но и остановить его, не давая совершить какую-нибудь импульсивную глупость. — Гарри, подожди, — она уже здорово запыхалась, находясь в шаге от того, чтобы выплюнуть свои лёгкие. — Некогда, нам нужно в Выручай-комнату! — крикнул Поттер, забывая про опасность, ожидающую его на каждом углу в величественном замке. — Гарри, стой! — Гермиона резко остановилась, отчего Рон врезался прямо ей в спину. — Слышишь, стой! Нам нельзя так просто выбежать в коридор и отправиться в Выручай-комнату. Нам нужно подумать. Поттер недовольно остановился, поворачиваясь к ним лицом. Он тоже запыхался и весь покраснел. — Мы не можем терять время… — Гермиона права, Гарри. Нужно поговорить, нельзя вот так бросаться в пекло, — Рон обошёл Грейнджер и встал между ними. — Крестраж — это диадема Кандиды Когтевран, так? — они синхронно кивнули, и Уизли продолжил: — Она находится в Выручай-комнате, там, где всё спрятано, верно? — Да, но нам нужно решить, кто именно пойдёт туда, — Гермиона сосредоточенно свела брови на переносице, перекинув свою сумочку через плечо, начиная искать там всё, что может им хоть как-то помочь. Перуанский порошок мгновенной тьмы. Удлинители ушей. Батончики. Всё не то. Она раздражённо выдохнула, смотря на мальчиков. — Меч у тебя собой? — спросил Гарри со страхом в глазах. — Конечно, Гарри, ты что?! — она посмотрела на него со всем скептицизмом, будто он задал ей непотребный вопрос. — Но Рон прав, не стоит идти всем вместе. Мало ли что может случиться. — Да что?.. — Гарри, нужно, чтобы кто-то остался на стрёме — это важно, если мы не хотим, чтобы нас схватили. — Ладно, кто будет охранять двери? — Поттер по очереди оглядел друзей, переступая с ноги на ногу. — Давайте я, — предложил Рон. — Ты отдашь мне мантию, и если будет какая-то опасность, то я что-нибудь уроню. Как Крэбб с Гойлом делали это на шестом курсе, помните? — он улыбнулся, вспоминая школьные будни и детские проблемы, тогда казавшиеся настоящей трагедией. Но потом на его лице поселилась грусть, когда он вспомнил ещё одного человека. Гермиона видела, как Рон быстро и глубоко задумался, предполагая, что он подумал о Лаванде. И неудивительно. Школьные стены всегда несли в себе гораздо больше печали, чем радости. — Ладно, идёмте, — сказал Гарри, вытаскивая из кармана мантию и передавая её Рону. Они поднялись по лестнице — гораздо спокойней, чем когда спускались в подземелье — и, толкнув дверь, оглядели коридор. — Чисто, — Рон выдохнул и накинул на себя мантию. Он сделал несколько шагов вперёд, заглядывая за угол. Через минуту он помахал им рукой, вылезшей из-под мантии. — Давайте. — Идём, — приказал Гарри, и Гермиона наложила на них чары невидимости, ступая за ним максимально осторожно и как можно тише. Она не знала почему, но её преследовало какое-то странное чувство, поселившееся в животе ещё накануне их сумасбродной вылазки в Хогвартс. Будто что-то плохое просто обязано случиться. Такое с ней уже было, когда они грабили Гринготтс. Тогда Гермиона тоже сходила с ума от паники и страха, но сегодня тревожное ощущение оказалось ещё сильнее и губительнее, в прямом смысле мешая ей двигаться. Заглушая бредовые бредни в своей голове, Гермиона шагала за Гарри, который, достав карту из заднего кармана джинсов, внимательно смотрел на передвигающиеся точки в замке, прикидывая, как им быть дальше. Он полностью сконцентрировался на карте, и весь его вид говорил о крайней степени решительности. — Чёрт, — прошептал Гарри, резко остановившись посреди коридора. — Что такое? — Гермиона посмотрела по сторонам, жалея, что у неё нет возможности увидеть карту самой. — Пожиратели. Несколько незнакомых и Крэбб с Гойлом, — Гарри провёл рукой по лбу, начиная жутко нервничать. — Разве они уже вернулись с собрания? — её голос начал слегка дрожать, ведь то самое тревожное чувство, не дающее ей нормально дышать, торжествующе и саркастично рассмеялось в груди. — Видимо, да. Может, они просто пили в «Кабаньей голове», чёрт их знает, — прошипел Гарри, ища глазами точку Рона на карте. — Как они далеко от нас? — В другом коридоре, — и словно в подтверждение слов Поттера, практически за стеной от них, раздался оглушительный смех Крэбба, который они знали очень хорошо, не раз в прошлом морщась от противных звуков, напоминающих хрюканье свиньи. — Идём, мы должны успеть, — Гарри свернул карту и схватил её за руку, потянув в сторону Выручай-комнаты. Гермиона быстро перебирала ногами, паникуя и одновременно заглушая дурацкое чувство где-то в области сердца, что сжимало его в холодные тиски. Она обернулась, надеясь, что за ними нет хвоста. Несмотря на то что они были невидимы, обнаружить их в безлюдном коридоре проще простого, но у неё оставалась надежда, что Крэбб с Гойлом и другие Пожиратели смерти не обладали хотя бы средними умственными способностями. Преодолев нужное расстояние, Гарри остановился напротив дурацкого гобелена и закрыл глаза, представляя нужное им место. Грейнджер с паникой глядела в сторону коридора, откуда доносились голоса и смех, и молилась, чтобы они успели войти в комнату до того, как Пожиратели повернут за угол. Ещё секунда, и двери распахнулись перед ними, впуская внутрь комнаты. Поттер потянул Гермиону за руку и втащил в помещение, не замечая, что Пожиратели уже увидели открытые двери и побежали в их направлении, стараясь попасть туда с ними одновременно. Они почти успели ввалиться вслед за Гарри и Грейнджер, но комната в последний момент захлопнула двери у них перед носом, оставляя стоять с тупыми выражениями лица. Упав на колени, Гермиона всем телом чувствовала, как колотится сердце в груди, прикладывая руку к грудной клетке, пытаясь успокоиться и не спеша вдохнуть и выдохнуть. Перед глазами всё плыло, и, прикрыв веки, она начала глубоко дышать, чтобы не потерять время, необходимое им на поиск крестража. — Чёрт, они нас видели, — обречённо сказал Гарри, помогая ей встать и выпрямиться. Она отряхнула свои несчастные коленки и посмотрела на огромную кучу непонятных предметов, хаотично наваленных друг на друга. Стулья. Книги. Гобелены. Пустые портретные рамы. Чего здесь только не было. — Гарри, мы здесь проторчим как минимум несколько дней, — прошептала она, находясь в шоке от увиденной картины, снимая с них чары невидимости. Из-за её переживаний они и так держались с перебоями. На шестом курсе Гермиона часто посещала Выручай-комнату, но она никогда не видела подобного захламления и бардака. Не видела всего того, что в ней хранилось. Веками. — Акцио крестраж, — сказал Поттер, поднимая палочку, но даже через пару минут ничего не произошло, и он опустил руку с древком вдоль тела. — Кажется, это совершенно не работает в отношении крестража, — Грейнджер прошла немного вперёд, идя по прямой своеобразной дороге, выискивая глазами диадему. — Как она выглядела, когда ты её нашел? — Так же, как и на картинках. Как на статуях, ничего необычного, — Гарри шёл за ней по пятам, также смотря по сторонам. — Ты слышишь его? — она обернулась к другу, который остановился и напряжённо стал к чему-то прислушиваться. — Гарри? Он с затаённым ужасом поднял на неё глаза и, схватив за запястье, толкнул за колонну спрятанных вещей, вместе с ней прижимаясь в куче странного барахла. Буквально через пару секунд двери Выручай-комнаты снова распахнулись, пропуская внутрь Крэбба и Гойла. — Выходи, Поттер! Мы знаем, что ты здесь! — заорал Винсент, противно ухмыляясь. — У нас для тебя есть маленький рыжий подарочек. — Рон, — Гарри дёрнулся, но она остановила его. — Что? — шёпотом уточнил он, с неподдельным страхом, застывшим во всём теле, вглядываясь в её лицо. — Если ты нападёшь на них, нас всех поймают. А так у нас есть небольшое преимущество, и мы можем спасти Рона, — тихо сказала Гермиона, держа друга за локоть. Поттер согласно кивнул, внимательно прислушиваясь к тому, что происходило в паре шагов от них, изо всех сопротивляясь желанию взять и развязать дуэль или элементарную и банальную драку. — Ты уверен, что они сюда зашли? — уточнил Гойл, нервно озираясь по сторонам. — Мы же видели, как они забежали сюда. Да и полудохлик Уизли под Империо вряд ли бы соврал, — Винсент толкнул Рона, и тот упал на пол безвольной кучей, полностью отключаясь. — Тогда пойдём, — Грег свернул в совершенно противоположную от них сторону, ругаясь себе под нос, откидывая с дороги попадающиеся под ноги предметы. Крэбб последовал примеру товарища и также стал пробираться через наваленные друг на друга вещи, двигаясь с остервенением и жаждой кого-нибудь убить. Следя за бывшими однокурсниками, Гермиона облегчённо выдохнула, прикрывая на секунду глаза, когда они скрылись из виду. Гарри повернулся к ней и кивком указал в сторону Рона, задавая молчаливый вопрос. Она посмотрела на Уизли, безжизненно лежащего и уткнувшегося лицом в пол, не представляя, как до него добраться так, чтобы их точно никто не заметил. Грейнджер аккуратно прошла мимо Поттера, медленно двигаясь в сторону друга, затаив дыхание. Гарри следил за ней глазами, прикрывая спину, держа палочку наготове. Она опустилась рядом с Роном, прощупывая пульс у него на шее, и когда пальцы ощутили характерные сокращения, она выдохнула, показывая большой палец Поттеру, демонстрируя, что всё хорошо. Приготовившись произнести нужное заклинание, способное привести Рона в чувство, Гермиона застыла, когда двери комнаты снова распахнулись, и внутрь вбежали Перси и Чарли. Гермиона вытаращила на них глаза, забывая про всё остальное. — Что вы тут делаете? — Гарри выскочил из своего укрытия, пребывая в не меньшем шоке, чем она. — Вас пришли спасать, — строго сказал Чарли. — Мама проснулась, нашла ваша записку, и все запаниковали. Потом мы узнали, что вы в Хогвартсе. МакГонагалл сказала, что вы уже должны были вернуться на Гриммо. — Как вы прошли мимо дементоров? — выдохнула Гермиона. — МакГонагалл открыла нам камин на одно перемещение, — Перси наклонился к Рону, пробормотав заклинание «Оживи». — Это бред какой-то, — Гарри зарылся рукой в волосы, ни черта не понимая. — Вас быть здесь не должно. Это опасно. — Да что ты? — саркастично спросил Чарли. — А вам рисковать можно, да? Сейчас это уже абсолютно неважно. Что вы ищете? — Долго объяснять, к тому же… — Ты посмотри, какой улов, Гойл? Вот Тёмный Лорд обрадуется, — выскочил из-за угла Крэбб, направляя на них палочку с торжествующей и сальной улыбкой на лице. Рон со стоном поднялся на колени, держась за голову, не в силах даже открыть глаза от боли в черепе. Гермиона придерживала его за локоть, стараясь не свалиться без чувств в обморок, упростив Пожирателем свою поимку. Всё, что происходило перед глазами, походило на глупый несмешной сон. Она мечтала просто зажмуриться, желая, чтобы всё это оказалось чей-то больной выдумкой. — Ты прав, Крэбб, он будет счастлив, — алчно сказал Гойл, надвигаясь на них с другой стороны, загоняя в ловушку. — Нас пятеро, а вас двое. Силы неравны, не находите? — Чарли ухмыльнулся, резко вскидывая руку с палочкой, атакуя Гойла. — Остолбеней. Грегори отлетел, врезавшись в гору затерянных вещей, заставляя их отлетать в разные стороны, в итоге оказавшись погребённым под ними. — Гойл! — взревел Крэбб, переводя нах них взгляд с примесью ярости и оскалившись, крикнул. — Авада Кедавра! Чарли увернулся и потянул за собой Перси, падая на пол. Они стали отбивать атаки Крэбба, который отныне совершенно себя не контролировал, посылая лучи заклинаний в разные стороны, кажется, окончательно озверев. — Гарри! — крикнул Чарли, чудом увернувшись от ещё одной Авады. — Ищете то, что вам нужно, и уходим! Поттер решительно кивнул, помогая Гермионе поднять Рона, только что пришедшего в себя и отчаянно мотающего головой, пытаясь вернуть зрению чёткость. Они закинули руки друга себе на плечи, двигаясь в диаметральную от Крэбба сторону, явно забывшего про них и отправляющего различные тёмные заклинания в братьев Уизли. — Гарри, ты слышишь его? — прошептал Рон, моргая и уже более уверенно стоя на ногах. — Да, он здесь. Недалеко от нас, — глаза Поттера метались между рядами непонятных предметов и бесконечного количества никому не нужной мебели, ища крестраж — Рон, что произошло? — спросила Гермиона, выискивая взглядом диадему и слыша крики Винсента и Чарли, которые пока очень хорошо отвлекали внимание никудышного Пожирателя от них. — Я был под мантией… — он тряхнул головой, вспоминая. — Потом услышал крики. Когда они начали бежать за вами, я снял мантию и попытался их задержать, но никто из них мне не поверил, и они сразу наложили на меня Империо. Я помню, что Крэбб с Гойлом моментально меня узнали и отослали других Пожирателей. Они говорили, что не хотят делиться наградой. — Ну конечно, — пробурчала Гермиона, отодвигая дверцу какого-то поломанного шкафа, видя лишь пугающую пустоту. Рон откинул в сторону табурет, залезая в сундук, копаясь в нём, но безрезультатно. Оказалось весьма тяжело искать диадему, когда они знали, что практически в нескольких шагах от них сражаются их близкие с Пожирателями смерти. Хоть Крэбба и Гойла вряд ли можно было назвать достойными соперниками, но это не делало их менее жестокими и яростными убийцами. А большего и не надо. — А где Гарри? — Уизли повертел головой в поисках Поттера, замечая его недалеко от Исчезательного шкафа. Они переглянулись и преодолели расстояние, разделявшее их с Гарри, вставая рядом с ним. Поттер держал в руках какой-то предмет, глядя исключительно на него, почти не шевелясь и никак не реагируя на стоящих поблизости друзей. Гермиона обернулась, всё сильнее чувствуя надвигающуюся опасность, борясь с желанием бросить всё и поскорее убраться отсюда. Она ненавидела себя за то, что превращалась в параноика, но ничего не могла поделать с этими проклятыми нервами, изводящими её не хуже Круцио. — Гарри? — Рон положил руку на плечо друга, замирая. — Это она, — прошептал Поттер, проводя большим пальцем по камню посередине. Внезапно за их спинами раздался резкий стук, а затем и крики. Через секунду перед ними показались запыхавшиеся Чарли и Перси, которые оба придерживали себя за левый бок, с одинаковыми выражениями боли на лицах. — Что случилось? — Гермиона кинулась к ним, смотря на распространяющиеся по их одежде пятна крови. — Эти придурки просто кидали заклинания в разные стороны, но некоторые отскочили и попали прямо в нас, — пробормотал Перси. — Вы нашли то, что искали? — Да, можем уходить. Что вы сделали с ними? — Гарри крепко сжал в руках диадему, будто опасался, что она исчезнет. — Мы связали их. Нам хватит времени выбраться, пока они будут выбираться из пут, — прохрипел Чарли, становясь бледнее обычного с каждой секундой всё больше и больше. — Быстрее, они без помощи долго не протянут, — Гермиона развязала верёвочки сумки, доставая несколько склянок с зельем и подавая их раненым. — Выпейте, здесь обезболивающее. — Вы… чувствуете? — Рон нахмурился, шмыгая носом, пытаясь понять, что за запах стал распространяться по комнате. — Бежим, скорее! — Перси толкнул Рона вперёд, чтобы тот резче перебирал ногами. — Что такое? — сказал Гарри, помогая Гермионе придерживать Чарли. — Кто-то из этих идиотов вызвал Адское пламя, — крикнул Перси, задыхаясь от быстрой ходьбы. И словно в подтверждение его слов в помещении раздался оглушительный вой огненного зверя. Пламя стремительно охватывало всё, что оказывалось на его пути. Оно сжирало древние книги и старинную мебель. Красные языки облизывали предметы декора. Крики Крэбба и Гойла сильно ударили по перепонкам, и Гермиона ускорилась, придерживая Чарли, надеясь не сгореть заживо в разрушительном пламени. Чарли уже стал мертвенно-бледным, в отличие от Перси, который подгонял Рона вперёд, ещё и подталкивая всех остальных к выходу из комнаты. Держа в руке диадему, Гарри терялся между паникой и ужасом перед возможной смертью. — Быстрее! — крик Перси заглушило пламя, которое едва не отрезало Гермиону и Гарри от остальных. Двери комнаты распахнулись, и Рон выбежал вперёд, уже ожидая их за пределами помещения, махая им рукой. Он сильно кашлял, но когда увидел, что Перси бросился помогать Гарри и Гермионе донести Чарли, побежал за ним. Гермиона передала вторую руку Чарли Рону и выскочила за территорию бушующей стихии, падая на колени и задыхаясь от гари в лёгких. Через секунду Поттер упал возле неё, кажется, едва не выплёвывая некоторые органы. Обернувшись и вставая на ноги, чтобы помочь остальным донести Чарли, Гермиона была готова броситься к ним на помощь, но Перси строго посмотрел на неё и вытолкнул Рона из комнаты в последний момент, когда языки пламени поглотили его и брата. Двери захлопнулись, пока был слышен только дикий вой огненных извержений. — Диадема, она… — Гарри стал искать её подле себя, и не находя, стал паниковать. — Гермиона, ты не видела? — его голос хрипел, но в остальном он был помешан только на диадеме, что выдавало его незнание случившегося. Она упала на колени в полном шоке от того, что произошло, зажимая ладонью рот. Слёзы полились из глаз, пощипывая обгорелую кожу, причиняя неприятные ощущения, и Грейнджер даже не слышала слов Гарри, способная сейчас лишь плакать, зная, что это всё из-за них. Из-за их дурацкого плана. А ещё было ясно, что им необходимо убираться отсюда. — Идёмте, — жёстко отрезала Гермиона, заставляя себя подняться на ноги. Рон всё ещё лежал на спине на каменном полу, стараясь отдышаться с лёгкой улыбкой на губах, думая, что у них получилось и найти крестраж, и выбраться живыми из пекла. Он поднял голову, демонстрируя яркое веселье на измазанном гарью лице и рассмеялся. — У нас получилось! — он вскинул руку вверх, оглядываясь в поисках братьев. — Стойте… А где Перси и Чарли? Уизли смотрел по сторонам, ища их взглядом, медленно догадываясь, чем на самом деле обернулся их чёртов непроработанный план. Гермиона шмыгнула носом, что привлекло внимание Рона. Он удивлённо посмотрел на неё, моргая, застыв в полулежачем положении. — Гермиона?.. — в его голосе послышался только шок и внезапно свалившийся на плечи страх. Гарри перевёл взгляд на закрывшуюся дверь, задыхаясь от осознания. Он зажал рукой рот и всхлипнул, уставившись на свои грязные джинсы. Рон последовал примеру Гарри, начиная буравить взглядом дверь. В его глазах образовалась пустота, а на лице — сплошное неверие. — Они что?.. — он больно прикусил себе губу, сдерживая крик. Глаза заслезились, и влага начала размывать грязь на лице. — Они… — Рон… — Гермиона вытерла рукой слёзы и потянулась к другу, но тот оттолкнул её, бросаясь к двери. — Нет, они живы! Нужно только открыть дверь, — пробормотал он, одержимо пытаясь найти шанс на то, что его братья живы. И всхлипы вперемежку с криками ярости вырывались из его рта, пока понимание и ужас, умноженный втрое, не свалился ему на голову. — Рон, пожалуйста, нам нужно уходить, — Гермиона умоляла его отойти от дверей, но Уизли вырывал свои руки, отшатываясь от неё. — Ты не понимаешь! Они там! Они живы! Живы! — Рон ударял кулаками по неприступной двери, даже не замечая боли. Его руки превратились в кровавое месиво, но ему было всё равно. Слёзы лились из глаз, заливая всё лицо. — Рон, пожалуйста, нас поймают. Мы должны вернуться, — она пыталась оттащить его за плечи, но её силы не шли ни в какое сравнение с мужскими, наполненными сейчас гневом и страданиями. Гарри, всё ещё пребывая в полном шоке, встал и опустил руку на плечо Уизли, разворачивая его к себе лицом и посмотрел в голубые глаза. — Мы уходим, — тихо, понимающе, жёстко. Гермиона всхлипнула, смотря, как Рон опускается на колени и скукоживается от боли.

***

Они ввалились без сил на площадь Гриммо, все в копоти и грязи. Гермиона задыхалась от мерзкой боли под рёбрами, ведь от Хогвартса до Хогсмида им пришлось бежать как никогда быстро. Они отбивались от Пожирателей, переполошили всю школу, но смогли выбраться. Правда, не все. Воспоминание о случившемся вызывало слёзы, уже успевшие высохнуть на щеках во время бегства из некогда родной школы. Она зажмурилась от боли в боку и груди от осознания гибели Чарли и Перси, прислоняясь спиной к стене и сползая по ней на пол, не обращая внимание на крики Миссис Блэк в портретной раме. Рон расфокусированным взглядом глядел на стену, явно находясь не здесь. Гарри посадил его на пол рядом с Гермионой, а сам упал на свободное место, с пустотой в глаза пялясь на свои ботинки. Наверху послышались голоса, и кто-то стремительно начал спускаться по лестнице, а потом все обратили внимание на хлопки дверью и взволнованный голос миссис Уизли. Она выбежала из кухни, вытирая руки о старый фартук. Увидев еле живого сына, она бросилась к нему, обнимая за шею и целуя в щёки, но Рон никак не реагировал, его взгляд казался абсолютно мёртвым. Следом за Молли показался Артур, и он с облегчением прижал руку к груди, смотря на своего сына, но его взгляд мгновенно стал бегать ко коридору, ища Чарли и Перси. Он открыл рот, собираясь задать вопрос, но жена опередила его. — Мои дорогие, вы целы? С вами всё хорошо? Рон, ты в порядке? — следом Молли сжала руку Гарри, осматривая его тело в поисках ран, но когда она поняла, что кого-то не хватает, то выпустила его ладонь с горечью на лице. — А где Чарли и Перси? То, каким голосом она это спросила, заставило Гермиону прижать руку ко рту, чтобы заглушить вопли, рвавшиеся из груди. Джинни сбежала вниз по лестнице, впиваясь радостным и волнительным взглядом в лицо Гарри, когда прозвучал ещё один вопрос со стороны Молли: — Где мои мальчики? Артур посмотрел в стену, выше макушки Молли, и закрыл глаза, понимая, что случилось. — Где мои мальчики? Рон, где они? Гарри? — она посмотрела на Поттера слезящимися глазами, ожидая, что он разобьёт её страхи в прах, но Гарри поднял взгляд, и Молли закричала. Она прижала руки к голове, сидя на коленях возле Рона, рыдая навзрыд. Артур с мокрыми глазами встал и притянул женщину в свои объятия, крепко сжимая её тело, утыкаясь носом в её макушку. Молли кричала и звала Чарли и Перси, вырываясь из рук мужа, который трясся от внутренней агонии, молча переживая своё горе. Джинни осела на последнюю ступеньку, всё ещё не понимая, что случилось. Она ошеломлённо смотрела на Гарри, видя на дне его глаз правду, а потом перевела взгляд на брата, и слёзы покатились по её щекам, спускаясь к губам. Она зажмурилась, и её плечи затряслись. — Мои мальчики! Они… погибли… Погибли! — закричала Молли, царапая руки Артура — её крик звучал в перепонках Гермионы. — Они не вернутся… Не вернутся. Артур! Они мертвы! Поттер поднялся со своего места и осторожно подошёл к Джинни, потянувшись к ней руками, но она вздрогнула и отскочила от него, как раненый зверь. Она заплаканными глазами глядела на Гарри, мечтая услышать, что Чарли и Преси живы, но он покачал головой, и Уизли всхлипнула так, что всё её маленькое тело покачнулось, практически падая в руки Гарри. Он обнял девушку и мягко провёл рукой по её волосам, прижимая ближе к своей груди, размазывая свои слёзы по рыжей макушке. Рон не шевелился. Он, казалось, даже не дышал. Только смотрел на то, как плачет его мать, полностью погружаясь в свои гнев и ненависть. Каждый его вздох был пропитан этим чувством, и каждый взгляд впредь существовал, только чтобы воплотить в будущем свою месть. Гермиона плакала тихо. Она просто тряслась всем телом, вспоминая обречённый взгляд Перси, когда он посмотрел на неё в последний раз и толкнул брата за дверь, спасая ему жизнь. Грейнджер смотрела на Молли и боялась пошевелиться, начиная винить себя за то, что Чарли и Перси так и не вернулись к матери. Она рассматривала все произошедшие события под лупой, думая о том, что всё могло сложиться по-другому, если бы они продумали план. Если бы она на этом настояла, а не стала бы обижаться на Гарри. Но, на самом деле, виноваты они все. Их силы и везение были небезграничны, а они забыли об этом. В результате сполна поплатившись. Молли рыдала, и её лицо стало красным и опухшим от слёз, но такие неудобства не идут ни в какое сравнение, когда ты понимаешь, что твоих детей больше нет. Когда ты понимаешь, что даже не сможешь их похоронить и прийти на их могилы, желая пообщаться с иллюзией. Когда ты понимаешь, что больше никогда не увидишь их и не понянчишь их детей. Артур смаргивал слёзы, стараясь держаться, но сил на это практически не осталось. Он дышал лишь для того, чтобы не оставлять жену одну. Ему тоже хотелось кричать и крушить все стены, но он не мог позволить себе подобной роскоши. Он был нужен Молли, поэтому заставлял себя дышать ради неё. Гарри закрыл глаза, глубоко вдыхая запах волос Джинни. Молоко и мёд. Домашние запахи, обычно возвращающие ему самые счастливые воспоминания, но сегодня они напомнили Поттеру о том, что он несёт за собой смерть. Это была его идея, и это он сглупил, заупрямившись и никого не послушав. Это Гарри убил Чарли и Перси. Это из-за него семейство Уизли плакало на полу площади Гриммо и едва не задыхалось от горя. Это из-за него образовалось столько проблем. Это из-за него людям приходится страдать. Гермиона подняла взгляд на Поттера, увидев на дне его глаз такую чистую, концентрированную ненависть и ярость ко всему живому, что испугалась, насколько эти чувства в нём сейчас могут быть опасны. Она сделала вдох, стараясь вновь вернуть себе дыхание.