"Сумерки: Затмение" Фильм 3

Я ехал домой, не обращая внимания на мокро поблескивающую под солнцем дорогу. Думал о той лавине информации, которую на меня обрушил Минато, и пытался как-то в ней разобраться. Несмотря на перенапряжение мозгов, на душе полегчало. Я увидел улыбку Минато и вытащил на свет божий все секреты… проблемы от этого не исчезли, но хотя бы уменьшились. Правильно сделал, что съездил повидать Минато: я ему нужен. И судя по всему, думал я, прищуриваясь против солнца, никакой опасности и в помине не было. Он появился из ниоткуда. Еще минуту назад в зеркале заднего вида на залитом солнцем шоссе было пусто. И вдруг на моем хвосте повис серебристый «вольво». – Вот черт! – простонал я. Подумал, не остановиться ли, но у меня не хватит духу прямо сейчас с ним встретиться. Я-то рассчитывал, что будет время подготовиться… да и Кенто будет рядом и смягчит удар. По крайней мере, при Кенто он не станет на меня орать. «Вольво» следовал за мной всего в нескольких дюймах позади. Я не сводил глаз с дороги. Трус до мозга костей, я поехал прямиком к Алеку, ни разу не встретившись со взглядом, который прожигал дыру в моем зеркале заднего вида. «Вольво» ехал за мной, пока я не затормозил возле дома Веберов. Он не остановился, а я не поднял глаз. Не хотел видеть выражение его лица. Как только «вольво» исчез из виду, я бегом помчался по короткой подъездной дорожке к дверям. Не успел я постучать, как Бен уже открыл дверь, будто стоял в прихожей. – Привет, Вальт! – удивленно воскликнул он. – Привет, Бен! А Алек дома? Вдруг он забыл о наших планах? Я поморщился от мысли, что придется ехать домой пораньше. – Конечно, – ответил Бен, и тут же на лестнице появился мой друг: – Вальт! Бен заглянул мне через плечо: мы оба услышали приближающуюся машину. Звук меня не испугал: этот мотор затарахтел и замолк с громким выстрелом из выхлопной трубы. Ничего похожего на мурчание «вольво». Должно быть, тот самый гость, которого дожидался Бен. – Остин приехал, – сказал Бен, когда к нему подошел Алек. С улицы послышался автомобильный гудок. – Пока! Я уже по тебе скучаю! – заявил Бен, обнимая Алека за шею и поворачивая его лицо, чтобы смачно поцеловать. Через секунду Остин опять загудел. – Пока, Алек! Я тебя люблю! – закричал Бен и вылетел мимо меня за дверь. Слегка покрасневшый Алек пришел в себя и махал вслед, пока Бен и Остин не скрылись из виду. Потом повернулся ко мне с унылой улыбкой на лице. – Вальт, спасибо, что согласился помочь. От всей души спасибо. Ты спас меня не только от неизлечимой травмы пальцев, но и от двухчасового просмотра бессмысленного, ужасно переведенного боевика. – Он облегченно вздохнул. – Рад, что удалось тебя выручить. – Я немного успокоился. У Веберов все так обыденно. Простые человеческие драмы Алека странно меня успокоили. Хорошо хоть где-то люди живут нормальной жизнью. Я поднялся за другом наверх в его комнату. По дороге Алек отпинывал в сторону разбросанные игрушки. В доме царила необычная тишина. – А где твои? – Родители повезли близнецов в Порт-Анжелес на день рождения. Мне даже не верится, что ты и правда согласился мне помочь. Бен притворился, что у него рука болит. – Алек скривился. – Да ладно, ерунда, – ответил я и тут вошел в комнату Алека и увидел стопки конвертов. – Ничего себе! Алек повернулась ко мне с извиняющимся видом. Теперь понятно, почему он откладывал это до последнего и почему Бен нашел предлог увильнуть. – Я думал, ты преувеличиваешь, – признался я. – Если бы. Ну что, не передумаешь? – Ладно, давай уж, чего там. У меня целый день свободен. Алек поделил стопку пополам и положил адресную книжку матери на стол между нами. Какое-то время мы сосредоточенно работали, и в комнате слышалось только тихое шуршание ручек по бумаге. – А чем сегодня занят Шу? – поинтересовался Алек через несколько минут. Моя ручка с силой врезалась в конверт, который я надписывал. – Кен приехал домой на выходные. Вроде бы они собирались пойти в поход. – Ты говоришь так, будто не уверен, что они пойдут. Я пожал плечами. – Тебе повезло, что у Шу есть друзья, с которыми он может ходить в походы. Не знаю, что бы я делал, если бы не Остин. С ним Бен может заниматься всеми этими мальчишескими штучками. – Да уж, меня на природу как-то не тянет. И мне за ними в жизни не угнаться. Алек засмеялся. – Я тоже предпочитаю сидеть дома. На минуту он сосредоточился на своей стопке конвертов. Я написал еще четыре адреса. С Алеком никогда не возникает надобности заполнить молчание бессмысленной болтовней. Как и Кенто, он не считает паузы неловкими. Однако, подобно Кенто, Алек иногда слишком наблюдательный. – У тебя все в порядке? – тихо спросил он. – Ты как будто нервничаешь. Я смущенно улыбнулся. – Что, так заметно? – Да вообще-то не очень. Скорее всего, Алек врет, чтобы меня не расстраивать. – Можешь не говорить, если не хочешь, – успокоил он. – А если тебе нужно выговориться, то я слушаю. Я собирался сказать: «Спасибо, не стоит». В конце концов, у меня слишком много секретов, которые я должен хранить. И я не могу обсуждать свои проблемы с обычными людьми: это будет нарушением правил. И в то же время мне внезапно и необъяснимо захотелось именно этого: поговорить с обычным дружгом, пожаловаться на жизнь, как любой нормальный подросток. Эх, мне бы такие простые проблемы! К тому же хорошо бы пообщаться с кем-то, не имеющим отношения к этой заварушке между вампирами и оборотнями, чтобы взглянуть на вещи со стороны – непредвзято. – Не буду лезть не в свое дело, – пообещал Алек, с улыбкой склоняясь над конвертом. – Да нет, – ответил я. – Ты прав. Я и правда нервничаю. Это… из-за Шу. – Что-то случилось? С Алеком легко разговаривать. Когда он задает такой вопрос, я уверен, что это не из нездорового любопытства и не в поисках сплетен, как сделал бы Джек. Алек не безразлично, что я расстроен. – Он на меня злится. – Он? На тебя? Не может быть! – сказал он. – За что злится-то? Я вздохнул: – Помнишь Минато Минари? – А! – Да. – Он ревнует, – сказал Алек. – Нет, не ревнует… Мне следовало бы заткнуться. Такие вещи объяснить невозможно. Но мне все равно хотелось продолжать разговор. Я и не думал, что так соскучился по нормальному человеческому общению. – Шу думает, что Минато… ну, типа плохо на меня влияет. Вроде как… опасен для меня. Ты ведь знаешь, как сильно я вляпался несколько месяцев назад… Вообще-то это все такие глупости! К моему удивлению, Алек покачал головой. – Ты чего? – спросил я. – Вальт, я видел, как на тебя смотрел Минато Минари. Могу поспорить, что на самом деле Шу ревнует. – С Минато у меня не такие отношения. – У тебя-то, может, и не такие, а вот у Минато… Я нахмурился. – Минато знает, как я к нему отношусь. Я ему все сказал. – Вальт, Шу всего лишь человек. И будет относиться к этому как любой другой парень на его месте. Я поморщился. На это сказать мне было нечего. Алек похлопал меня по руке. – Ничего, пройдет со временем. – Надеюсь. У Минато сейчас трудный период. Я ему нужен. – Ведь вы с Минато в довольно близких отношениях? – Как брат и брат, – согласился я. – А Шу он не нравится… Нелегко это, наверное. Интересно, как бы Бен на такое отреагировал? – задумался он. Я слегка улыбнулся: – Как и любой другой парень на его месте. Алек ухмыльнулся: – Скорее всего! Потом он сменил тему. Алек не из тех, кто лезет в душу, и, похоже, почувствовал, что я не стану – не могу – продолжать разговор. – Я вчера получил распределение в общежитие. Конечно же, мне досталось самое дальнее от колледжа! – А Бен уже знает, где будет жить? – В самом ближнем. Вечно ему во всем везет. А ты как? Уже решил, где будешь учиться? Я уставился на свои корявые закорючки на конверте. На секунду меня отвлекла мысль о том, что Алек и Бен поступили в университет Вашингтона. Через несколько месяцев они уедут в Сиэтл. Станет ли там безопасно к этому времени? Переедут ли новорожденные вампиры в какой-нибудь другой город? И где-то в другом месте, словно в фильме ужасов, горожане будут содрогаться, читая заголовки газет. И не по моей ли вине появятся эти заголовки? Я попытался стряхнуть с себя наваждение и слегка помедлил с ответом: – Наверное, поеду на Аляску. Там есть университет в Джуно. – На Аляску? – удивился Алек. – Правда? Ну то есть, это здорово. Просто я думал, что ты поедешь… ну, в более теплое место. Я рассмеялся, все еще не сводя глаз с конверта. – Да уж. Форкс радикально изменил мои взгляды на жизнь. – А как же Шу? У меня екнуло сердце, но я все же посмотрел на Алека и улыбнулся: – Шу холода на Аляске тоже не пугают. Алек улыбнулся: – Ну еще бы! – И вздохнул: – Это так далеко. Вряд ли ты сможешь часто приезжать домой. Но хоть писать-то мне будешь? Я приуныл. Может, не стоило сейчас так сближаться с Алеком? И все же не будет ли еще печальнее, если я упущу эти последние шансы? Я стряхнул с себя грустные мысли и ответила шуткой: – Если буду в состоянии печатать после этого! – Я кивнул на стопку надписанных конвертов. Мы засмеялись, и стало легко болтать о предметах и специальностях, пока мы дописывали остальные адреса: мне надо было всего лишь не думать об этом. В любом случае, на сегодняшний день у меня есть заботы поважнее. Я даже помог Алеку наклеить марки на конверты: уходить было страшно. – Как рука? – спросил Алеу. Я сжал и разжал пальцы. – Думаю, что снова смогу ею пользоваться – когда-нибудь. Внизу хлопнула дверь, и мы обое подняли глаза. – Алек? – послышался голос Бена. Я попытался улыбнуться, но губы дрожали. – Ну что ж, пожалуй, мне пора. – Оставайся, если хочешь. Хотя, скорее всего, Бен собирается рассказать мне весь фильм – во всех подробностях. – Да нет, пора, а то Кенто будет волноваться. – Спасибо за помощь. – Вообще-то, мне понравилось. Надо нам как-нибудь устроить что-то вроде этого. Собраться на мальчишник. – Непременно! В дверь спальни постучали. – Бен, заходи, – разрешил Алек. Я встал и потянулся. – Вальт! Ты остался в живых! – мимоходом бросил мне Бен и сел на мое место рядом с Алеком. Потом внимательно посмотрел на плоды наших трудов. – Молодцы! Жалко, что все уже сделано, а то я бы… – Он замолк и внезапно перешел к оживленному рассказу: – Алек, ты пропустил все на свете! Такой классный фильм! Там последняя драка, все так срежиссировано, просто с ума сойти! И там один такой парень, ну в общем, это надо видеть! Алек бросил на меня многозначительный взгляд. – Увидимся в школе! – нервно хихикнул я. – Пока, – вздохнул Алек. К пикапу я шел, настороженно оглядываясь, но улица была пустынна. Всю дорогу домой я беспокойно проверял все зеркала, но серебристый «вольво» нигде не показывался. Перед домом его тоже не было, хотя это ничего не значило. – Вальт, ты? – позвал Кенто, когда я открыл дверь. – Привет, па! Кенто я нашел перед телевизором в гостиной. – Ну, как дела? – Хорошо, – отозвался я. Не имеет смысла что-то скрывать от Кенто: все равно Аро скоро все расскажет. Кроме того, новости его обрадуют. – С работы меня отпустили, так что я съездил в Ла-Пуш. На его лице не отразилось должного удивления: Аро уже все рассказал. – Как дела у Минато? – с притворным равнодушием поинтересовался Кенто. – Хорошо, – ответил я тем же тоном. – А к Веберам ты ездил? – Ага. Надписали все конверты. – Молодцы! – Кенто широко улыбнулся. Странно, что он так внимательно меня слушает: ведь по телевизору идет игра. – Я рад, что ты сегодня провел время с друзьями. – Я тоже рад. Я поплелся на кухню в поисках какого-нибудь занятия. К сожалению, Кенто уже вымыл посуду после обеда. Несколько минут я стоял на кухне, не сводя глаз с яркого пятна солнечного света на полу. Оттягивать до бесконечности невозможно. – Пойду позанимаюсь, – мрачно объявил я и пошел наверх. – Потом поговорим! – крикнул мне вслед Кенто. «Если выживу», – подумал я. Я аккуратно прикрыл дверь спальни и только потом повернулся. Конечно же, он был там: стоял у стены напротив меня, в тени возле открытого окна – с каменным лицом и в напряженной позе. И молча сверлил меня взглядом. Я сжался, ожидая лавины, но ничего не случилось. Он просто молча не сводил с меня глаз – может, слишком разозлился, чтобы разговаривать? – Привет, – наконец выдавил я. Его лицо казалось вырезанным из камня. Я досчитал до ста, но он так и не шелохнулся. – Ну… в общем, я жив-здоров, – начал я. Из его груди вырвалось рычание, но выражение лица не изменилось. – Ничего страшного не произошло, – пожал я плечами. Он пошевелился: закрыл глаза и зажал переносицу правой рукой. – Вальт, – прошептал он, – ты хоть понимаешь, что я чуть было не перешел границу? Чуть не нарушил договор, чтобы пойти за тобой? Ты знаешь, к чему это могло привести? Я поперхнулся, и он открыл глаза – холодные и темно-красные, как огонь. – Ты бы не сделал этого! – Слова прозвучали чересчур громко. Я старался не повышать голос, чтобы не услышал Кенто, но мне хотелось кричать: – Шу, они воспользуются любым предлогом, чтобы начать драку. Они будут вне себя от радости. Ты не должен нарушать правила! – Может, не только им охота подраться. – Хватит! – оборвал я. – Вы заключили договор – вот и придерживайтесь его! – Если он тебя обидит… – Перестань! – рявкнул я. – Об этом можешь не переживать. Минато неопасен. – Вальт! Ты не в состоянии судить, кто опасен, а кто нет. – Я знаю, что за Минато переживать не надо. Ни мне, ни тебе. Шу заскрипел зубами. Руки сжались в кулаки. Он по-прежнему стоял возле стены, и мне ужасно не нравилось такое расстояние между нами. Я глубоко вдохнул и шагнул к Шу. Он не пошевелился, когда я обхватил его руками. Теплый вечерний свет проникал в окно, и от этого кожа Шу казалась особенно холодной. И весь он был словно ледышка – замерзший и неподвижный. – Прости, что заставил тебя так волноваться, – пробормотал я. Он вздохнул и немного расслабился. Положил руки мне на талию. – «Волноваться» – это мягко сказано, – проворчал он. – Сегодняшний день тянулся бесконечно долго. – Тебе не полагалось об этом знать, – напомнил я. – Я не рассчитывал, что ты так рано вернешься с охоты. Я посмотрел ему в глаза и наткнулся на его напряженный взгляд. И только тут заметил, что глаза у него слишком темно-красные, с фиолетовыми кругами вокруг. Я неодобрительно нахмурился. – Когда Луи увидел, что ты исчез, я вернулся, – объяснил Шу. – Не надо было этого делать! Ведь теперь тебе снова придется уехать. – Я нахмурился еще сильнее. – Я могу подождать. – Вот еще глупости! То есть, конечно, я знаю, что Луи не мог видеть меня с Минато, но ты-то должен был знать… – А я не знал! – оборвал меня он. – И не жди, что я разрешу… – Что значит, не жди? Именно этого я и буду ждать! – Это больше не повторится. – Вот именно! Потому что в следующий раз ты не станешь так нервничать! – Потому что следующего раза не будет! – заявил Шу. – Но ведь я понимаю, что тебе нужно уезжать, хотя мне это и не нравится… – Это разные вещи. Жизнью я не рискую. – И я тоже! – Оборотни опасны. – А я так не думаю. – Вальт, я не намерен это обсуждать. – И я тоже! Его руки снова сжались в кулаки – я чувствовал их на спине. – Ты действительно только о моей безопасности беспокоишься? – вдруг вылетело у меня. – Что ты имеешь в виду? – недовольно спросил он. – Ты не… – Теория Алека казалась все глупее. Я не знал, что сказать. – Ну, я имею в виду, ты ведь не станешь меня ревновать? – Ревновать? – Я серьезно! – Ну еще бы, в этом нет ничего смешного. Я подозрительно нахмурился. – Или… дело вообще не в этом? Может, дело в какой-нибудь глупости вроде «вампиры и оборотни – смертельные враги»? Или это просто избыток тестостерон? Его глаза вспыхнули. – Все дело только в тебе! И мне нужно одно: чтобы ты был в безопасности. Черный огонь в его глазах не оставлял места сомнениям. – Ладно, – вздохнул я. – Поверю тебе. Но я хочу, чтобы ты знал: я не играю в эти ваши дурацкие игры врагов и друзей. Я нейтральная страна – Швейцария. И отказываюсь участвовать в территориальных спорах мифических созданий. Минато для меня член семьи. Ты… я бы не сказал, что ты любовь всей моей жизни, потому что надеюсь, что буду любить тебя гораздо дольше этого. Любовь моего существования. И мне все равно, кто из вас вампир, а кто оборотень. Если Алек окажется ведьмаком, то и он может присоединяться к теплой компании. Шу молча смотрел на меня прищуренными глазами. – Швейцария! – еще раз многозначительно повторил я. Он нахмурился и вздохнул. – Вальт, – начал Шу и замолк, брезгливо сморщив нос. – Ну что еще? – Ты это… не обижайся, но от тебя несет псиной. Шу криво ухмыльнулся, и я поняла, что мы помирились. Пока что. Раз Шу пропустил эту охоту, то ему непременно нужно было поехать на следующую: в пятницу он уезжал с Фри, Кеном и Широ в какой-то заповедник в Северной Калифорнии, в котором развелось слишком много горных львов. Мы так и не пришли к согласию относительно оборотней, но я позвонил Минато без зазрения совести – когда подвернулся такая возможность: Шу отгонял «вольво» домой, прежде чем вернуться в мою спальню через окно. Минато я сказал, что приеду в субботу. И это вовсе не было нечестным поступком. Шу прекрасно знал мои чувства. И если он снова сломает мой пикап, то Минато может за мной заехать: Форкс – территория нейтральная, как и Швейцария – как и я сам. Поэтому поначалу я ничего не заподозрил, когда в четверг после работы в «вольво» меня ждал Луи, а не Шк. Дверца пассажирского сиденья была открыта, и незнакомая музыка сотрясала машину звуками баса. – Привет, Луи! – завопил я, залезая в машину и пытаясь перекричать завывания певца. – А где твой друг? Луи подпевал, беря на октаву выше и сплетая сложную гармонию между голосом и музыкой. Он кивнул мне, пропустив мой вопрос мимо ушей и целиком сосредоточившись на мелодии. Я захлопнул дверцу и зажал уши руками. Луи усмехнулся и убавил звук до фонового. А потом одновременно нажал на газ и на кнопку, закрывающую все дверцы на замок. – Что происходит? – Меня начали одолевать подозрения. – Где Шу? Луи пожал плечами: – Они уехали пораньше. – Ясно. Я попытался справиться с нелепым разочарованием. Если он уехал пораньше, то и приедет тоже пораньше. – Все мальчишки уехали, и мы можем устроить хлопчишнык на всю ночь! – объявил Луи звенящим голосом. – Хлопчишнык на всю ночь? – повторил я. Мои подозрения явно не безосновательны! – Разве ты не рад? – мурлыкнул Луи. Я молч встретил его сияющий взгляд. – Ты меня похитил, верно? Луи засмеялся и кивнул. – До субботы. Мирай договорилась с Кенто: ты переночуешь две ночи у меня, а завтра я отвезу тебя в школу и заберу после школы. Я стиснул зубы и отвернулся к окну. – Извини, – сказал Луи без тени сожаления в голосе. – Он мне заплатил сполна. – Чем? – прошипел я. – Купил мне «порше». Точно такой же, какой я угнал в Италии. – Он восхищенно вздохнул. – Мне нельзя ездить на нем по Форксу, но если хочешь, давай посмотрим, сколько времени займет поездка до Лос-Анджелеса. Могу поспорить, что привезу тебя домой еще до полуночи. – Без меня, – со вздохом ответил я, еле сдерживая дрожь. Мы мчались по извилистой подъездной дорожке. Луи остановился возле гаража, и я бросил взгляд на машины: там, между «джипом» Кена и красным кабриолетом Дайго, стоял сверкающий желтый «порше». Луи ловко выскочил из «вольво», подошел к своему подарку и провел рукой по капоту. – Красавчик, верно? – Не слишком ли Шу расщедрился? – недоверчиво проворчал я. – Он подарил тебе такое лишь за то, чтобы подержать меня пару дней под стражей? Луи скорчил гримасу. Через секунду меня осенило, и я задохнулся от ужаса: – Это за все те разы, когда Шу не будет рядом? Он кивнул. Я захлопнул дверцу и сердито затопал к дому. Вовсе не раскаивающайся Луи пританцовывал рядом. – Луи, тебе не кажется, что это чуточку выходит за рамки? Может, даже чуточку похоже на психоз? – Нет, не кажется. – Он шмыгнул носом. – Сдается мне, ты не представляешь, насколько может быть опасен молодой оборотень. Особенно если я не в состоянии его видеть. Шу не может быть уверен, что ты в безопасности. Тебе не следует поступать так легкомысленно. – Ну да, а провести ночку с вампирами – это самое безопасное занятие на свете, – ядовито ответил я. Луи засмеялся. – Я сделаю тебе причоскы и все остальное, – пообещал он. Все было не так уж плохо – если не обращать внимания на то, что меня там держали насильно. Мирай привезла итальянские блюда – пальчики оближешь! – из самого Порт-Анджелеса, а Луи приготовил мои любимые фильмы. Даже Дайго тихонько сидел с нами. Луи и правда настоял на том, чтобы сделать мне причоскы . Кажется, у него был приготовлен целый список всего: наверное, насмотрелся дурацких сериалов. – Как поздно ты собираешься ложиться спать? – поинтересовался Луи, когда мои волосы были оплетены ленточкой кроваво-красным цветом. Мое настроение ничуть его не смущало. – Допоздна я сидеть не собираюсь. Мне завтра в школу. Луи надулся. – И вообще, где именно я буду спать? – Я смерил взглядом диван: коротковат. – Неужели ты не мог просто присмотреть за мной у меня дома? – Тогда какой же это был бы хлопчышник? – отчаянно потряс головой Луи. – Спать ты будешь в комнате Шу. Я вздохнул. Его черный кожаный диван был и впрямь длиннее этого. Вообще-то, красный ковер в его комнате, пожалуй, достаточно толст, чтобы устроиться прямо на нем. – Можно мне, по крайней мере, поехать домой за вещами? Луи ухмыльнулся. – Они уже здесь. – А по телефону я могу позвонить? – Кенто знает, где ты. – Я вовсе не Кенто собирался звонить. – Я нахмурился. – Похоже, мне придется отменить кое-какие планы. Луи хмыкнул. – Насчет этого я не уверен. – Луи! – громко заскулил я. – Да ладно тебе! – Ну хорошо, – ответил он, выскакивая из комнаты. Через секунду Луи вернулся, держа в руке сотовый телефон. – Он не запретил этого напрямую… – пробормотал он себе под нос, передавая мне мобильник. Я набрал номер Минато, надеясь, что сегодня вечером он не бегает по лесу с друзьями. Мне повезло – Минато сам взял трубку: – Алло? – Привет, Минато! Это я. Мгновение Луи наблюдал за мной бесстрастным взглядом, потом повернулся и сел рядом с Дайго и Мирай на диван. – Привет, Вальт, – ответил Минато и вдруг насторожился. – Что случилось? – Ничего хорошего. Оказывается, я все же не смогу приехать в субботу. Минато помолчал. – Чертов кровосос! – наконец пробормотал он. – Я думал, он уезжает. Неужели тебе нельзя заняться своими делами, когда его нет? Или он тебя в гробу запирает? Я засмеялся. – Не вижу ничего смешного. – Я смеюсь, потому что ты почти угадал, – объяснил я. – Но в любом случае, в субботу он будет здесь, так что это не имеет значения. – Значит, он будет охотиться в Форксе? – язвительно спросил Минато. – Нет. – Я не стал реагировать на его издевку: я и сам злился почти так же сильно, как Минато. – Он уехал раньше. – Вот как. Ну тогда приезжай сейчас! – воскликнул Минато. – Еще не поздно. Или я заеду за тобой. – Не могу. И я не дома, – признался я. – Меня вроде как взяли в плен. Минато замолчал, обдумывая сообщение, а потом зарычал: – Мы придем и освободим тебя, – бесстрастно пообещал он, невольно перейдя на «мы». По спине пробежал холодок, но я ответил шутливым тоном: – Соблазнительное предложение. Меня здесь пытали – Луи зделал мне причоску на голове. – Я не шучу. – Расслабься. Они просто стараются обеспечить мою безопасность. Минато опять зарычал. – Я понимаю, что это глупо, но ведь они от всей души. – Души! – фыркнул он. – Извини, что не удастся встретиться в субботу. Мне пора ложиться спать, но я скоро тебе позвоню. – Уверен, что они тебе позволят? – ядовито поинтересовался он. – Не совсем, – вздохнул я. – Спокойной ночи, Минато. – Пока. Луи внезапно оказался рядом со мной, но я уже набирал новый номер. – Вряд ли он взял телефон с собой, – сказал он, увидев, кому я звоню. – Я оставлю сообщение. После четырех гудков включился автоответчик: приветствия не было. – Ну я тебе задам, – медленно произнесл я, делая ударение на каждом слове. – Я тебе такое устрою! По сравнению с тем, что тебя ждет дома, злые медведи гризли покажутся белыми и пушистыми. Я рывком захлопнул телефон и положил его в протянутую руку Луи: – Теперь все. – А мне нравится держать тебя в плену, – ухмыльнулся Луи. – Я иду спать! – заявил я и двинулся к лестнице. Луи пошел следом. – Луи, – вздохнул я, – не бойся, не убегу. Если бы мне это пришло в голову, ты бы узнал, а если бы я попробовал, ты бы меня поймал. – Я просто покажу, где твои вещи, – с невинным видом заявил он. Комната Шу была в самом конце коридора на третьем этаже – не заблудишься, даже если плохо знаешь огромный дом. Однако включив свет, я замерл в недоумении: неужели ошибся дверью? Луи захихикал. Я быстро понял, что дверью не ошибся: комната та же самая, просто в ней переставили мебель. Диван отодвинули к стене, а музыкальный центр приткнули к полкам с СД, чтобы освободить место для гигантской кровати в центре комнаты. Южная стена, целиком из стекла, отражала всю комнату, словно в зеркале, придавая ей еще более нелепый вид. Все было подобрано в тон: покрывало цвета темного красногл, чуть светлее стен; металлическая черная рама кровати прихотливо изогнута в узоры. Металлические розы вились вокруг высоких шестов, переплетаясь над головой. Моя аккуратно сложенная пижама лежала на кровати рядом с туалетными принадлежностями. – Что за черт? – выдавил я, заикаясь. – Неужели ты думал, что он заставил бы тебя спать на диване? Я пробормотал нечто неразборчивое, решительно подошел к кровати и схватил свои вещи. – Не буду тебя смущать своим присутствием, – засмеялся Луи. – Увидимся утром. Я почистил зубы, переоделся в пижаму, схватил пуховую подушку с гигантской постели и перетащил красное покрывало на диван. Конечно же, я вел себя очень глупо, но мне наплевать. Дарить «порше» в качестве взятки и покупать огромную двуспальную кровать в дом, где никто не спит, – это уже слишком! Я выключил свет и свернулся на диване. Интересно, смогу ли я уснуть в таком взвинченном состоянии? В темноте стеклянная стена перестала быть зеркалом, увеличивающим размер комнаты вдвое. За окном лунный свет горел на облаках. Когда глаза привыкли к темноте, я увидел рассеянное сияние на верхушках деревьев и отсветы на поверхности реки. Я смотрел на серебристый свет и ждал, когда веки начнут закрываться. В дверь легонько постучали. – Луи, ну что еще? – прошипел я, тут же ощетинившись: представляю, как он развеселится, увидев, где я сплю! – Это я, – тихо сказал Дайго, приоткрыв дверь, чтобы лунный свет упал на его идеальные черты. – Можно войти?