Ловушка окклюмента

Драко чувствовал себя полностью обнаженным, несмотря на плотную мантию, укутывавшую его от шеи до пят. Внутренности поминутно скручивало в пульсирующий узел, и, завидев его состояние, Флитвик и Слизнорт порывались отослать слизеринца в больничное крыло. Драко лишь упрямо мотал головой. В арсенале Помфри наверняка имелось подходящее снадобье, но сознаваться в том, что он борется с последствиями Круцио, было недопустимо. Кроме того, Драко инстинктивно чувствовал, что безопасней оставаться в толпе. В конце концов, среди мрачных сокурсников и профессоров вполне мог найтись желающий отработать на нем парочку Непростительных в случае нужды. Мучительная петля снова стянулась у него в животе, и по телу прошла судорога. Такая боль непременно ослабила бы щиты, останься от них хоть что-то. Слизеринец не тешил себя иллюзиями о дальнейших перспективах. Еще одна атака – и легилимент добьется желаемого, в чем бы оно ни заключалось. Он сможет перештопать сознание Драко на свой вкус или облаготельствовать его, избавив от боли, а заодно – от памяти о родителях. Но пока все было тихо, и у него оставалось время подумать. Существовало еще несколько приемов для борьбы с враждебной легилименцией, но мама успела преподать их ему только в теории. Это был высший пилотаж ментальной магии, который она сама применяла в жизни лишь несколько раз. Однако одних только слухов о том, что она это умеет, хватило, чтобы Волдеморт никогда не пытался пролезть к ней в голову. Драко слабо усмехнулся. Все вокруг полагали, что Нарцисса Малфой применила в Запретному лесу какую-то адскую окклюменцию, чтобы утаить от Лорда правду о его жертве. На деле, он просто струсил ее проверять. Драко вздохнул. Он привык трезво оценивать собственные силы, и приходилось признать: его навыки просто ничтожны по сравнению с маминым мастерством. Была еще слабая надежда на грязнокровку. Джордж упомянул, что она тоже подвергалась атакам таинственного легилимента. Ее дотошности могло хватить, чтобы вычислить его личность. Если это так, то Драко мог попытаться уничтожить врага физически. Но Грейнджер куда-то пропала, прихватив с собой шрамоголового друга, и Уизли-младший вынужден был изнывать на занятиях, не имея возможности полапать под партой ее голую ляжку. Драко издал тяжелый вздох и отвернулся к окну. Он чувствовал приближение конца. Интересно, мама с папой гордились бы, узнай, как отчаянно он боролся? Слизеринец тихонько фыркнул. Можно подумать, они когда-то не гордились им. Он погрузился в воспоминания, отгоняя мысли о том, что вскоре может лишиться их навсегда. «- Дорогой, ты слишком драматизируешь, - вздохнула мама, - в конце концов, мы сами просили Драко об откровенности. Папа как раз опрокидывал в себя третий стакан, перейдя с вина на тяжелую артиллерию. Он щелкнул пальцами, призывая домовика обновить напиток. Весь его вид говорил о том, что в голове у него лопнуло нечто системообразующее. - Драко, ты уверен? – с надеждой переспросил отец. – Возможно, ты оговорился, и хотел назвать другую фамилию? Забини, Нотт, Гойл? Может быть, Реддл? Я согласен даже на Волдеморта, сын. Драко не сдержал смешка. Он испытал огромное облегчение, разделив с родителями свою тайну, и теперь ему было трудно сохранить мрачный настрой и унять вернувшийся аппетит. - Боюсь, здесь нет никакой ошибки, пап, - вздохнул он, - но это неважно. Я все равно не стану искать ответных чувств. - Почему? – отец со стуком опустил полный стакан на стол. Драко поморщился. - Мне было бы проще завоевать взаимность Темного Лорда. Папа откинулся на спинку стула и вопросительно изогнул бровь. - Я завоевал любовь самой красивой и могущественной ведьмы поколения, а мой сын, который обещает во всем превзойти меня, недостаточно хорош для близорукого полукровки? – Драко недоуменно моргнул. – Если это так, то Авада повредила ему мозг серьезней, чем можно было опасаться». Слизеринец сморгнул соленую пелену и улыбнулся. «- Драко, милый, послушай, - чтобы прижаться головой к маминой груди, ему пришлось согнуться почти пополам. – Все это, - она обвела левой рукой пылающие галереи Хогвартса, правой до боли стискивая его плечи, - наша с отцом вина. Не твоя. - Но я хочу остаться с вами! - Исключено, - отрезал отец, подтолкнув носком бездыханное тело Долохова, - ты обязан спастись, - заглянув в обезумевшие глаза сына, он чуть смягчился. – Кроме того, твоя мама нашла в одной обезображенной шрамом голове кое-что интересное. Думаю, тебе захочется остаться в живых, чтобы узнать обо все самому. - Ты залезала к нему в голову? – ужаснулся Драко, распрямляясь в объятиях мамы. - Всего на секундочку, но там было только одно имя, - улыбнулась она и закатила глаза. – Не смотри на меня так, милый, он же не Малфой, и я никогда не обещала, что не стану делать этого с ним». Незнакомый патронус привлек внимание Драко, возвращая его к действительности. Сияющая сущность лишь на мгновение показалась над столом Макгонагал и, быстро что-то шепнув, растворилась без следа. Директриса прижала сморщенные пальцы к губам, уставившись в пустоту. - Все свободны, - поспешно бросила она и вылетела из кабинета, путаясь в юбках и полах мантии. Драко взглянул на затейливый циферблат с созвездиями и планетами позади ее стола. До конца занятия оставалось добрых полчаса. Что ж, это прекрасный шанс разыскать сгинувшую грязнокровку. Слизеринец решил начать поиски с гриффиндорской башни, но, не пройдя и трети пути, почувствовал, что за ним следят. В замке, где все старались на него не смотреть, это было чем-то новеньким. Он нащупал палочку в рукаве и продолжил взбираться по лестнице. Драко преодолел несколько пролетов и галерей прежде, чем свернуть к безлюдным аудиториям ЗоТИ. Волосы на его загривке зашевелились, предупреждая о сгущающемся магическом напряжении. «Как предсказуемо», - Драко мысленно закатил глаза. - Обливи… - Экспеллиармус! Ярость, охватившая его при звуках ментального заклятия, не только обезоружила врага, но и отшвырнула на несколько футов прочь. Тело грохнулось о стену и рухнуло на пол, однако узреть поверженного врага слизеринцу не удалось. Он нахмурился и двинулся назад, прислушиваясь к тихим стонам. Звуки стихли, но Драко уже знал, где искать. Рывком содрав мантию-невидимку с притаившегося врага, Драко прошипел: - Кто еще здесь надумал поиграться с моей головой? На полу у его ног сжалась грязнокровка, пряча в ладонях заплаканное лицо.